Постановление от 10 августа 2023 г. по делу № А47-1081/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-9315/2023
г. Челябинск
10 августа 2023 года
Дело № А47-1081/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2023 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калашника С.Е.,

судей Бояршиновой Е.В., Скобелкина А.П.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спутник» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1081/2023,

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет, в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Компания Пума СЕ (PUMA CE) (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Спутник» (далее – ответчик, ООО «Спутник») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 480105, 480708, 582886, 437626 в размере 200 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб., расходов на почтовые отправления в размере 324 руб., расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 296 руб. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 02.02.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

Определением от 13.03.2023 суд перешел к рассмотрению дела в общем порядке искового производства.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 (резолютивная часть объявлена 10.05.2023) исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Спутник» в пользу Пума СЕ (PUMA CE) взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки №480105, №480708, №582886, №437626 в сумме 40 000 руб., расходы на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в сумме 296 руб., расходы на почтовые отправления в сумме 324 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб., в остальной части в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Спутник» (далее – податель апелляционной жалобы, апеллянт) обратилось с апелляционной жалобой, просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт.

В обосновании доводов жалобы ее податель указывает, что судом первой инстанции оставлен без внимания довод об отсутствии у представителя истца оформленной надлежащим образом доверенности. Апеллянт считает, что реализуемый товар не является контрафактом, так как приобретен у другого юридического лица. Кроме того, истцом не доказана степень схожести товара, а схожесть до степени смешения основана лишь на предположении. Апеллянт указывает, что чек, представленный в материалы дела, не может является доказательством продажи контрафактного товара. Так же апеллянт ссылается на Указ президента Российской Федерации от 28.02.2022 №79 «О применении специальных экономических мер в связи с недружественными действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств и иностранных организаций», считая действия истца злоупотреблением правом и основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, компания PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ – в том числе, сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы:

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 480105;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 480708;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 582886;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 437626.

Истцу стало известно, что в торговой точке «Кокос», расположенной по адресу: <...>, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками, а именно носки, сумка.

В указанной торговой точке истцом была осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарными знаками, что подтверждается кассовым чеком от 29.10.2022, время покупки 18 час. 10 мин.

Процесс осмотра торговой точки и закупки товара фиксировался посредством ведения видеозаписи. Исходя из информации, указанной на кассовом чеке, лицом, осуществляющим реализацию индивидуализированной товарными знаками продукции, является ООО «Спутник» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (ответчик).

В исковом заявлении истец указывает на то, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащего ему исключительного права.

Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил исключительные права истца на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 16.11.2022 № 16112022-10-ЧЕР о выплате компенсации за нарушение исключительных прав.

Неисполнение ответчиком требований, содержащихся в претензии, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с исковыми требованиями по настоящему делу.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения его исключительных прав, однако определил размер компенсаций за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки№ 480105, № 480708, № 582886, № 437626, в минимальном размере по 10 000 рублей за 4 нарушений, всего 40 000 руб.

Исследовав и оценив повторно в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции правильными, вместе с тем, в части распределения судебных расходов нарушены нормы материального и процессуального права.

Как усматривается из информации, содержащейся на кассовых чеках от 29.10.2022, на них содержатся сведения об ответчике ООО «Спутник» стоимости товара на сумму 260 руб. и 36 руб., адрес торговой точки, ИНН: <***>, принадлежащий ответчику. Соответственно, товар приобретен именно у ответчика.

Кроме того, факт приобретения товара у ответчика, подтвержден представленной в материалы дела видеозаписью.

О фальсификации кассового чека, товарного чека или видеозаписи суду первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не было заявлено.

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности факта продажи контрафактного товара именно в торговой точке ответчика.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Материалами дела подтверждается факт наличия у истца исключительных прав на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 44 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482; далее - Правила) комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 настоящих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Согласно пункту 42 Правил сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Из пункта 43 Правил следует, что сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Указанные признаки, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

На спорных товарах размещены товарные знаки, принадлежащие истцу № 480105, № 480708, № 582886, № 437626, совпадают изобразительные средства, в том числе по внешней форме, смысловому значению, сочетанию цветов и словестные сходства, в том числе по звуковому, смысловому и графическому смыслам.

Кроме того, степень известности и узнаваемости товара также указывает на возникновение вероятности смешения обозначений, использованных ответчиком, и товарных знаков истца.

Определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, суд оценивает также и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных услуг; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории услуг и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Доказательства того, что использование спорных товарных знаков, рисунков осуществлялось ответчиком при продаже товаров с разрешения истца в деле отсутствуют, как и доказательства правомерности спорного использования ответчиком товарных знаков истца по иным основаниям (исчерпание прав, свободное использование).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как усматривается из материалов дела сумма компенсации за нарушение исключительных прав, заявленная истцом, составила 200 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626 в количестве 4-х (4*50 000 руб. = 200 000 руб.).

Из разъяснений пункта 61 Постановления № 10 следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Соответственно, поскольку истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 200 000 руб., то размер компенсации в данном случае должен быть им обоснован.

В обоснование размера заявленной компенсации истец указал на объем реализуемой ответчиком продукции.

В пункте 62 Постановления № 10, разъяснено, что рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Материалами дела грубость нарушения, длительность правонарушения не подтверждены, обстоятельства неоднократности нарушения также не установлены.

Ответчик ранее не нарушал исключительные права правообладателя и не является производителем контрафактной продукции, а закупило реализованную продукцию у третьего лица.

Суд первой инстанции, оценивая характер допущенного нарушения предпринимателем исключительных прав истца, пришел к выводу, что из содержания представленной в материалы дела видеозаписи процесса розничной продажи контрафактного товара, следует, что реализация аналогичного товара в торговой точке ответчика не является существенной частью хозяйственной деятельности ответчика, поскольку основной деятельностью предпринимателя является реализация чулочно-носочной продукции.

При этом в настоящем деле суд рассмотрел не вопрос снижения размера компенсации ниже низшего предела, а вопрос установления судом разумного и обоснованного размера компенсации.

Применительно к настоящему делу суд учел, что в силу положений абзаца первого пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 №2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

Суд первой инстанции, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности меры ответственности допущенному нарушению, принимает во внимание негрубый характер однократного допущенного предпринимателем нарушения исключительных прав истца, степень вины нарушителя, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования товарного знака и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), а также доказательств негативного влияния хозяйственной деятельности ответчика на деловую репутацию истца, правомерно счел возможным определить размер компенсации в сумме 10 000 рублей, что составляет минимальный размер компенсации, в связи с чем общий размер компенсации составил 40 000 руб. (по 10 000 руб. за каждое из 4-х допущенных нарушений).

Между тем, судом первой инстанции неправильно определен размер государственной пошлины по иску и распределены судебные расходы.

Представителем истца по доверенности за рассмотрение иска платежным поручением от 23.01.2023 № 13 уплачена государственная пошлина в размере 2000 руб. (л.д. 11), кроме того, истец просит отнести на ответчика расходы в сумме 296 руб. на приобретение контрафактного товара, почтовые расходы по направлению претензии и искового заявления в сумме 324 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу арбитражным судом разрешаются вопросы распределения судебных расходов.

Делая вывод о том, что судебные расходе по делу о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав не подлежат пропорциональному распределению, суд первой инстанции исходил из разъяснений, изложенных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П и от 24 июля 2020 года № 40-П, согласно которым при принятии судом решения о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.

Вместе с тем указанные разъяснения даны судебными инстанциями применительно к обстоятельствам судебных дел, в рамках которых ответчиком заявлено требование об отнесении на истца судебных расходов, понесенных ответчиком и подлежащим взысканию с истца пропорционально сумме не удовлетворенных исковых требований. В настоящем деле судебные расходы взыскиваются истцом, распределение судебных расходов осуществляется по общим правилам ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку в настоящем деле истец просил взыскать с ответчика компенсацию за четыре нарушения в размере 200 000 рублей, то есть превышающую ее минимальный размер (больше 10 000 руб. за одно нарушение), судом размер компенсации определен, а не снижен ниже пределов, установленных ГК РФ, в минимальном размере по 10 000 рублей за одно нарушение, всего 40 000 рублей, следовательно, судебные расходы, подлежащие отнесению на ответчика, подлежат определению пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 200 000 руб. (с учетом принятого решением суда первой инстанции уточнения) размер государственной пошлины составляет 7 000 рублей.

Соответственно, с учетом частичного удовлетворения судом первой инстанции исковых требований в размере 40 000 рублей (20 %) с ответчика в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы истца по уплате в федеральный бюджет государственной пошлины по иску в размере 1 400 руб., издержки на приобретение спорного товара - 59 руб. 20 коп., почтовые расходы - 64 руб. 80 коп.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит изменению на основании пункта 4 части 1, части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку при подаче иска уплачено в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 2000 рублей, то с истца подлежит довзысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 5000 рублей.

Иные доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1081/2023 изменить, изложив абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции:

«Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спутник» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Пума СЕ (PUMA CE) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№480105, 480708, 582886, 437626 в сумме 40 000 руб., расходы на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в сумме 59 руб. 20 коп., расходы на почтовые отправления в сумме 64 руб. 80 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 1400 руб.

Взыскать с Пума СЕ (PUMA CE) в доход федерального бюджета государственную пошлину по исковому заявлению в размере 5000 руб.».

В остальной части решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1081/2023 оставить без изменения.

Взыскать с Пума СЕ (PUMA CE) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Спутник» в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины по апелляционной жалобе денежные средства в сумме 3000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья С.Е. Калашник



Судьи: Е.В. Бояршинова



А.П. Скобелкин