Решение от 12 сентября 2023 г. по делу № А40-94990/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru


РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-94990/23-140-1787

Резолютивная часть решения объявлена 28 августа 2023 г. Полный текст решения изготовлен 12 сентября 2023 г.

Арбитражный суд в составе судьи Паршуковой О.Ю.

При ведении протокола судебного заседания секретарем судебных заседаний ФИО1

с участием сторон по Протоколу судебного заседания от 28.08.2023 г.

Рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СМУ "ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ" (115088, РОССИЯ, Г МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПЕЧАТНИКИ, ЮЖНОПОРТОВЫЙ ПРОЕЗД, Д. 18, СТР. 8, ЭТАЖ 6, КОМ. 5, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 14.12.2009, ИНН: <***>)

к ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 23 ПО Г. МОСКВЕ (109386, <...>, ОГРН:1047723040640, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>)

3-е лицо: ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 25 ПО Г. МОСКВЕ (115193, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>)

о признании недействительным Решения № 29/61 от 30.09.2022.

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «СМУ «ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ» (далее – ООО «СМУ «ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ», Общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с требованиями к Инспекции федеральной налоговой службы № 23 по г. Москве (далее – ответчик, Инспекция, ИФНС, налоговый орган) о признании недействительным решения № 29/61 от 30.09.2022 (оставлено в силе решением УФНС России по г. Москве от 20.01.2023 № 21-10/005968@) по итогам выездной налоговой проверки.

По ходатайству общества в связи со сменой обществом адреса местонахождения общества к участию в деле в качестве лица, не заявляющего самостоятельных прав требований, привлечена ИФНС № 25 по г. Москве.

Представитель заявителя поддержал требования по доводам заявления; представители Инспекции против удовлетворения заявленных требований возражали, предоставили отзыв.

По существу заявленных требований суд, на основании исследования материалов дела, письменных позиций сторон и данных ими пояснений в судебных заседаниях, оценки доказательств в порядке ст. 71 АПК РФ, считает заявленные требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Согласно статье 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ, для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

ИФНС России № 23 по г. Москве проведена выездная налоговая проверка ООО «СМУ «ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ» ИНН <***> по всем налогам и сборам за период с 01.01.2018 по 31.12.2019, о чем составлены Справка о ВНП от 24.09.2021 (том 9, лд 6-7) и Акт о ВНП № 29/57 от 24.11.2021 (том 5, лд 43-150, том 6, лд 1-122). Инспекцией принято решение от 24.01.2022 № 29/РД/1 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля, по результату которых налоговым органом составлено дополнение от 18.03.2022 № 29/1/8 к акту ВНП (том 6, лд 123-150, том 7, лд 1-76).

По итогам налоговой проверки вынесено решение № 29/61 от 30.09.2022 (том 2, лд 25-150, том 3, лд 1-150, том 4, лд 1-150), которым установлена недоимка по НДС в размере 101 015 167 руб. и налогу на прибыль в размере 105 023 861 руб., начислены пени в общей сумме 92 911 521 руб. и штраф в размере 58 274 896 руб.

УФНС России по г. Москве, рассмотрев апелляционную жалобу ООО «СМУ «ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ» на решение Инспекции № 29/61 от 30.09.2022, оставило жалобу без удовлетворения (решение УФНС России по г. Москве от 20.01.2023 № 21-10/005968@, том 5, лд 23-39).

Налоговый орган указывает, что в рамках выездной налоговой проверки была установлена схема минимизации налоговых платежей со стороны Общества путем создания в проверяемом периоде формального документооборота с поставщиками: работ – ООО «Капиталстрой»; товаров (конструкции металлические из стальных профилей с антикоррозийным покрытием, неподвижная часть кронштейна, термоизолирующая прокладка из паронита, крепёжный узел, витражные конструкции, светопрозрачные ограждающие конструкции фасада, витражи для вестибюля метрополитена) – ООО «Авангард», ООО «Арконикс», ООО «Бион», ООО «Вест торг», ООО «Галактика», ООО «Ганготри», ООО «Грин», ООО «Глобал», ООО «Енисей», ООО «Зест-Экспресс Поволжье», ООО «Солярис», ООО «Стройсити», ООО «Строймастер», ООО «СТ-Сити», ООО «Тай», ООО «Тур», ООО «Мурена», ООО «Синай», ООО «Партнер», ООО «Оптимум+», ООО «Премьер», ООО «Регион+», ООО «Оривер», ООО «Возрождение», ООО «СК Бизнес Строй», ООО «ТД Коста», ООО

«Техсервис», ООО «Империал», ООО «Мастер-Профиль», ООО «Синергус-Групп», ООО «ОптСнаб», ООО «Вертоград», ООО «Мортис плюс», ООО «Элтэк», ООО «Премиум Торг», ООО «Чайка», ООО «Эдер», ООО «Сапфир», ООО «Классопт», ООО «Кирког», ООО «Вторторг», ООО «Поток 1045», ООО «ТЛК-Отдых», ООО «Ланстрейд», ООО «Ситистар» (далее – спорные контрагенты).

Порядок предоставления налоговых вычетов по НДС установлен статьями 171 - 172 НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам согласно статье 172 НК РФ подлежат суммы НДС, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов. Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании соответствующих требованиям статьи 169 НК РФ счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 года № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53) в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Под налоговой выгодой для целей названного постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Согласно пункту 3 постановления Пленума ВАС РФ № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 53).

В силу пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ № 53 установление наличия или отсутствия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или экономической деятельности.

Налоговая выгода не может быть самостоятельной целью деятельности налогоплательщика, оценка обоснованности или необоснованности полученной налогоплательщиком налоговой выгоды производится исходя из направленности

совершенных им хозяйственных операций на достижение определенного экономического эффекта.

В том случае, если судом будет установлено, что целью деятельности налогоплательщика является не достижение экономического эффекта от совершенных им операций, а только получение налоговой выгоды, то вне зависимости от принципов свободы договора или нарушения его контрагентами налоговых обязательств такая выгода будет признана необоснованной.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11 постановления Пленума ВАС РФ № 53).

Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 24.11.2005 № 452-О, от 18.04.2006 № 87-О, от 16.11.2006 № 467-О, от 20.03.2007 № 209-О-О обращал внимание на то, что разрешение споров о праве на налоговый вычет, касающихся выполнения обязанности по уплате налога, относится к компетенции арбитражных судов, которые не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги), и т.п.).

Исходя из положений статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственных операций, должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтверждаемые такими документами.

Согласно пункту 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, в связи с этим в пунктах 5 - 6 названной статьи установлены требования, соблюдение которых в силу пункта 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

В соответствии с пунктом 6 статьи 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, налогоплательщик, претендующий на получение налоговой выгоды в виде применения налогового вычета по НДС, обязан представить документы в обоснование правомерности его применения, которые должны содержать полную и достоверную информацию, в том числе о реальном характере хозяйственных операций. В частности, налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подписанными от имени контрагента уполномоченными на то лицами и подтверждающими реальное осуществление хозяйственных операций, отраженных в них.

В отсутствие реального совершения спорных хозяйственных операций представленные налогоплательщиком документы не могут быть признаны подтверждающими

правомерность применения налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных контрагентами.

Основанием доначисления обществу оспариваемым решением НДС к уплате в бюджет послужил вывод инспекции о необоснованном предъявлении обществом в налоговых периодах 2018-2019 годов к вычету данного налога по счетам-фактурам со спорными контрагентами, поскольку инспекция полагает, что спорные контрагенты были введены в оборот искусственно для завышения расходов и получения вычетов по НДС, являясь техническими компаниями с номенклатурой товара аналогичной с производимой ООО «СП ЗСМК» или иных реальных, по мнению инспекции, поставщиков.

В обоснование своих выводов о наличии формального документооборота Инспекция указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие, по ее мнению, о неправомерном применении налоговых вычетов:

- налогоплательщик не проявил должной осмотрительности,

- наличие аффилированности между спорными контрагентами и налогоплательщиком, поскольку в материалах дела имеются сведения из банков об IP-адресах, с которых общество и спорные контрагенты выходили в интернет для доступа к банк-клиенту, и согласно таким сведениям есть пересекающиеся IP-адреса у ряда спорных контрагентов между собой, а также между обществом и ООО «Капиталстрой», ООО «СТ Сити», ООО «Енисей», ООО «Вторторг», ООО «Синергус Групп», ООО «Зест-Экспресс Поволжье», что, по мнению инспекции, означает подконтрольность спорных контрагентов обществу,

- работы фактически выполнены не спорными контрагентами, а самим обществом, а спорный стройматериал поставлен иными контрагентами (реальными, по мнению инспекции, в т.ч. действительно аффилированными с обществом – ООО «Баутрейд», ООО «СП Групп», ООО «СП ЗСМК», ООО «Алюком» и др., которые имеют деловую репутацию, в ответ на требования инспекции представили пакет документов, в т.ч. сертификаты качества, данные о способах доставки товара и т.д.), поскольку у спорных контрагентов не было материально-технических ресурсов, отсутствует управленческий и технический персонал,

- транзитным характером движения денежных средств по счетам спорных контрагентов, в т.ч. с выводом денежных средств из оборота с непрофильным назначением платежа,

- отсутствие согласно банковской выписке общества за 2018-2019гг оплаты за поставленные товары по взаимоотношениям с ООО «Оривер», ООО «ОптСнаб», ООО «Солярис», ООО «СТ-Сити», ООО «Мастер-Профиль», ООО «Мурена», ООО «Техсервис», ООО «Стройсити», ООО «Вертоград», ООО «Мортис плюс», ООО «Элтэк», ООО «Кирког», ООО «Грин», ООО «ТЛК-Отдых», ООО «Ланстрейд», ООО «Ситистар»,

- факт приобретения товара контрагентами последующих звеньев не установлен,

- спорные контрагенты на момент проверки прекратили свою деятельность путем исключения из ЕГРЮЛ как недействующих юридических лиц (в связи с наличием записи о недостоверности сведений),

- интересы ряда спорных контрагентов при осуществлении регистрационных действий представляли одни и те же лица по доверенности (ФИО2, ФИО3, ФИО4 в отношении ООО «Партнер», ООО «Классопт», ООО «Енисей», ООО «Вторторг»; ФИО5 в отношении ООО «Солярис», ООО «Отпснаб», ООО «Мурена», ООО «Техсервис», ООО «Вертоград», ООО «Элтэк»; ФИО6 в отношении ООО «Поток 1045», ООО «Премьер»),

- по спорным контрагентам имеется неуплата или неполная НДС, предоставление нулевых деклараций по НДС, представление деклараций по НДС с отсутствием в разделе 8 сумм и дат, сопоставимых с суммами и датами, отраженными обществом,

- по требованиям налоговых органов спорные контрагенты не представили документы,

- выводы инспекции о том, что визуальный анализ подписей на первичных документах по спорным контрагентам в сравнении с подписями руководителей этих контрагентов из материалов регистрационных дел свидетельствует о том, что подписи на первичных документах выполнены иными неустановленными лицами,

- показания свидетелей, которые, по мнению инспекции, не подтвердили выполнение работ (поставку материала) спорными контрагентами: в отношении ряда контрагентов инспекцией установлено на основании протоколов допросов, что такие контрагенты не могли выполнять спорные работы (поставлять товары), поскольку руководители контрагентов отрицают свою причастность к финансово-хозяйственной деятельности компаний, отрицают подписание договоров и иных документов, в ряде случаев имеются данные о недостоверности адреса местонахождения.

Суд не может согласиться с такими выводами налогового органа ввиду следующего.

Суд отклоняет доводы налогового органа об отсутствии у контрагентов в собственности какого-либо имущества, трудовых ресурсов, транспортных средств как доказательство отсутствия возможности осуществления хозяйственной деятельности.

Так, отсутствие у контрагентов налогоплательщика в собственности какого-либо имущества не свидетельствует о невозможности ведения контрагентами хозяйственной деятельности, поскольку действующее законодательство допускает возможность использования имущества, принадлежащего на ином праве, чем право собственности. Тем более справки 2-НДФЛ и протоколы допросов сотрудников компаний подтверждают, что и общество, и контрагенты 2-го звена работы выполняли, имели штат сотрудников.

Незначительная штатная численность контрагентов также не может свидетельствовать о несовершении хозяйственных операций, поскольку гражданское законодательство не исключает возможность привлечения третьих лиц для исполнения обязательств по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга (аренда персонала). Факт отсутствия на балансе предприятия - поставщика транспортных средств, не является достаточным основанием для отказа в предоставлении налогового вычета по налогу на добавленную стоимость.

Вопреки доводам иснпекции, указание на отсутствие у контрагентов управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, а также не осуществление платежей, сопровождающих фактическое осуществление деятельности (оплата за связь, коммунальные услуги, перечисление заработной платы и др.), не являются квалифицирующими признаками возможности (невозможности) ведения соответствующей предпринимательской деятельности (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2018 N А12-3 7867/2017).

Свои доводы о подконтрольности спорных контрагентов обществу инспекция среди прочего основывает на выданных доверенностях для регистрации изменений связанных и не связанных с внесением изменений в учредительные документы общества (ФИО2, ФИО3, ФИО4 в отношении ООО «Партнер», ООО «Классопт», ООО «Енисей», ООО «Вторторг»; ФИО5 в отношении ООО «Солярис», ООО «Отпснаб», ООО «Мурена», ООО «Техсервис», ООО «Вертоград», ООО «Элтэк»; ФИО6 в отношении ООО «Поток 1045», ООО «Премьер»)

На основании данных доверенностей инспекция полагает, что деятельность данных компаний контролировалась одним лицом, связанным с налогоплательщиком.

Данные доводы инспекции суд не может признать обоснованными ввиду следующего.

Во-первых, в нарушение ст. 65 АПК РФ указанные доверенности не предоставлены в материалы судебного дела, то есть инспекция не доказала в этой части свою позицию. Во-вторых, доверенность ограничивает полномочия поверенных и не

предоставляет им контроля за деятельностью доверителей. В свою очередь, принимая во внимание, что доверенности выдавалась для регистрации изменений связанных и не связанных с внесением изменений в учредительные документы общества, суд полагает, что данное обстоятельство лишь свидетельствует о получении специализированных юридических услуг в разное время у одних лиц, но никак не свидетельствует об аффилированности спорных контрагентов между собой и с обществом.

При выборе спорных контрагентов общество действовало добросовестно и осмотрительно, учитывало сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении контрагентов, и не могло знать о "номинальном" руководстве. Общество проверяло своих контрагентов по данным ЕГРЮЛ, данным сайта госзакупок, судебным базам, иным открытым ресурсам на предмет ведения компанией реальной хозяйственной деятельности. Все спорные контрагенты общества были зарегистрированы в качестве юридических лиц в соответствии с законодательством РФ в период договорных отношений с обществом и к налоговой ответственности не привлекались. При этом инспекция не представила доказательств, подтверждающих, что общество должно или могло выявить обстоятельства, ставящие под сомнение законность каких-либо действий контрагентов.

Кроме того, директора контрагентов открывали счета в кредитных организациях, заключали договоры и выполняли иные полномочия, вытекающие из статуса руководителя организации. Факт участия от имени спорных контрагентов в хозяйственных отношениях через руководителей, подтверждается как созданием данных юридических лиц (действием, требующим нотариального удостоверения подписи руководителя и учредителя организации), так и открытием расчетных счетов, получением ЭЦП, сдачей налоговой отчетности юридическим лицом. При открытии счетов руководители контрагентов действовали в соответствии с законом: заполняли карточку с образцом подписи лично, в присутствии уполномоченных сотрудников банка (глава 7 Инструкции Банка России от 30.05.2014 N 153-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов" (Зарегистрировано в Минюсте России 19.06.2014 N 32813)), что исключает фиктивность документов, оформленных налогоплательщиком со спорными контрагентами и подписании руководителями контрагента договоров поставки, счет- фактур, товарных накладных).

При этом, руководителями спорных контрагентов значились именно те лица, которые были указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных налогоплательщиком на проверку. Подписание счетов-фактур от имени организации руководителем, значащимся в ЕГРЮЛ, либо представителем на основании имеющейся доверенности, свидетельствует о соответствии таких счетов-фактур ст. 169 НК РФ. Доказательств того, что первичные документы руководителями не подписывались, а также что заявитель на момент заключения договоров и их исполнении об этом знал, налоговым органом суду не представлено.

Факт исключения спорных контрагентов из ЕГРЮЛ как недействующих существенно позже осуществления спорных сделок не свидетельствует о невозможности поставки этими организациями товаров. Недостоверность адресов государственной регистрации, исключение спорных контрагентов из ЕГРЮЛ, что по мнению налогового органа свидетельствует о фиктивности сделок, поскольку, участники этой схемы являются сомнительными налогоплательщиками, не может быть принята во внимание, поскольку в проверяемый период указанные контрагенты являлись действующими юридическими лицами, а хозяйственные операции, имеют конкретный экономический смысл.

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у Общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения

необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Наличие членства в СРО, на которое указал налоговый орган, свидетельствует о том, что у компаний имелась возможность осуществлять заявленную деятельность. Тот факт, что в ответ на запросы инспекции в СРО были получены ответы, из которых инспекция установила, что в СРО были предъявлены неактуальные списки по сотрудникам компаний, не доказывает отсутствие должной осмотрительности налогоплательщика, поскольку налогоплательщик не мог осуществить такой проверки и мог руководствоваться только данными из официальных источников СРО о членстве той или иной компании в СРО. Более того, в материалы судебного дела инспекция не представила данные ответы СРО или иных доказательств того, что данные по спорным контрагентам в СРО были не актуальными, ввиду чего в силу ст. 65 АПК РФ данный довод ИФНС нельзя считать доказанным.

С учетом указанного, довод инспекции об отсутствии в действиях налогоплательщика должной осмотрительности не находит своего подтверждения.

Каких-либо корпоративных документов, свидетельствующих об аффилированности общества и спорных контрагентов, в материалы дела не предоставлено.

Представленные в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ на ООО «Авангард», ООО «Арконикс», ООО «Бион», ООО «Вест торг», ООО «Галактика», ООО «Ганготри», ООО «Грин», ООО «Глобал», ООО «Енисей», ООО «Зест-Экспресс Поволжье» и др. (том 9, лд 118-149; том 10), выписки из ЕГРЮЛ на ООО «Солярис», ООО «Стройсити», ООО «Строймастер», ООО «СТ-Сити», ООО «Тай», ООО «Тур» и др (том 11) не содержат сведений, доказывающих наличие аффилированности между обществом и спорными контрагентами.

Доказательств совместного использования спорными контрагентами (или импортерами) и налогоплательщиком общих почтовых, офисных адресов, контактных телефонов, адресов электронной почты, оплаты встречных услуг, несения расходов в интересах налогоплательщика суду не предоставлено. Также в материалы дела не предоставлено доказательств участия налогоплательщика в органах управления импортеров, организаций-контрагентов.

Тем самым, доказательств подконтрольности, взаимозависимости, согласованности действий общества со спорными контрагентами суду не предоставлено, вывод о том, что указанные юридические лица действовали исключительно в интересах налогоплательщика инспекцией не доказан. Наличие аффилированности спорных контрагентов между собой не доказывает аффилированности налогоплательщика с этими компаниями.

В свою очередь, ссылка налогового органа на взаимозависимость не может сама по себе быть признана состоятельной.

Действующее налоговое законодательство не запрещает заключение сделок между взаимозависимыми лицами.

Согласно правовой позиции Пленума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении от 12.10.2006г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», сама по себе взаимозависимость участников сделок не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В целях налогового контроля взаимозависимость может иметь юридическое значение только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных, недобросовестных действий, не обусловленных разумными экономическими причинами и направленных на незаконное занижение налоговых платежей.

Таким образом, взаимозависимость сама по себе не является безусловным основанием для вывода о необоснованном получении налогоплательщиком налоговой

выгоды: налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая выгода получена им именно в результате недобросовестных, умышленных действий взаимозависимых лиц.

Указанный вывод согласуется с выработанной судебной практикой правовой позицией, изложенной в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016г. Согласно данной позиции, взаимозависимость участников сделок сама не себе не признается доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. В целях налогового контроля взаимозависимость участников сделки может иметь юридическое значение только в том случае, если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

В данном случае налоговый орган не установил обстоятельств, свидетельствующих о том, что контрагенты общества действовали в целях осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

При этом, в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" особо указывается, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Таким образом, в связи с недоказанностью Инспекцией взаимозависимости (аффилированности) налогоплательщика со спорными контрагентами и согласованности их действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, суд приходит к выводу о недоказанности инспекцией недобросовестности заявителя и отсутствии хозяйственных операций с данными контрагентами.

Доводы инспекции о том, что налогоплательщик каким-либо образом связан или контролирует деятельность спорных контрагентов и что управление деятельностью спорных контрагентов осуществлялись из одного центра на основании данных IP- адресов только по мотиву того, что у спорных контрагентов есть пересекающиеся IP- адреса при выходе в интернет для отправки налоговой отчетности или входа в Банк- Клиент, подлежат отклонению ввиду следующего.

Инспекция указывает на то, что общество и ООО «Капиталстрой» (и некоторые другие контрагенты) связаны между собой, что подтверждается едиными IP-адресами для осуществления расчетно-кассового обслуживания, которые приведены в таблицах со ссылками на ответы банков по поручениям об истребовании соответствующих сведений (том 13,(том 14, лд 2-14).

Судом проанализированы представленные данные. Из указанных данных по IP- адресам следует, что таковые не могут однозначно подтверждать взаимозависимость налогоплательщика и спорных контрагентов (в т.ч. спорных контрагентов между собой). Так, например анализ данных ПАО Сбербанк в отношении ООО «Авангард» показывает, что ООО «Авангард» выходило в сеть с 8 разных IP-адресов, при этом установлено только три совпадающих IP-адреса. Или, например, согласно данным банков ООО «Арконикс» выходило в сеть с 11 разных IP-адресов, при этом установлено только 1 совпадающий IP-адрес, причем единичный случай на десятки иных с другими IP-адресами. В отношении ООО «Ганготри», например, судом согласно

данным банков установлено, что ООО «Ганготри» выходило в сеть с порядка 20 разных IP-адресов, при этом установлено только 3 совпадающих IP-адреса, причем единичные случаи на десятки иных с другими IP-адресами. Аналогичная ситуация выявлена судом, согласно данным ПАО Сбербанк, в отношении ООО «Глобал», которое выходило в сеть с 6 разных IP-адресов, при этом установлено только 3 совпадающих IP-адреса.

Согласно данным банков ООО «Зест-Экспресс Поволжье» выходило в сеть с более чем 30 разных IP-адресов, при этом установлено только 6 совпадающих IP- адресов, причем единичные случай на десятки иных с другими IP-адресами.

В отсутствие представленных налоговым органом доказательств того, что спорные IP-адреса являлись статическими, суд исходит из того, что данные адреса могли являться динамическими, а неустранимые сомнения в данном случае должны толковаться в пользу налогоплательщика. В свою очередь, выход в сеть интернет с динамического IP-адреса не доказывает наличие взаимозависимости между компаниями.

Взаимосвязь через IP-адреса нельзя считать доказанной, потому что не представлено доказательств того, что данные IP-адреса не находились в свободном доступе через WiFi, в противном случае к данному WiFi могли иметь доступ разные лица. При использовании гостевого Wi-Fi все совпадающие адреса, являются публичными (внешними) и локальными (внутренними), использовались для выхода в сеть Интернет, и не принадлежат стационарным компьютерам (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, например, в постановлении АС Уральского округа от 11.06.2020 г. по делу А71-2363/2019).

Кроме того, ИФНС не доказало, что выход в сеть осуществлялся со статического IP-адреса. IP-адреса бывают двух видов: IP - статический адрес, постоянный, неизменяемый, то есть он не может быть присвоен другому устройству. IP адрес - динамический адрес, который назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени. Как следствие, динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети были осуществлены в разное время. Поэтому сам по себе факт совпадения динамических IP-адресов не доказывает взаимозависимость проверяемого лица и его контрагентов. При совпадении таких адресов налоговая инспекция должна не только доказать их идентичность, но и установить их пользователей в конкретный момент времени. Таким образом, совпадение IP-адресов не свидетельствует о подконтрольности, согласованности действий компаний 2-го звена и спорных контрагентов в целях получения необоснованной налоговой выгоды (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, например, в постановлении АС Уральского округа от 21.06.2018 по делу А76-7730/2016).

Между тем, в отсутствие доказательств совпадения IP адресов налогоплательщика и спорных контрагентов и/или импортеров, у суда нет оснований считать доказанным факт взаимосвязи общества со спорными компаниями по данному основанию.

Выполненные спорными контрагентами работы оформлялись договорами, актами, счет-фактурами. Судом проанализированы первичные документы, подтверждающие реальность спорных сделок:

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «СК Бизнес Строй»:

договор поставки от 06.03.2018 № 69-03/18, договор поставки от 12.02.2018 № 4102/18, товарные накладные и счет-фактуры к ним (том 15, лд 79-101), оборотно-сальдовая ведомость по счету 62 (том 15, лд 102).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Авангард»: договор

поставки от 07.06.2018 № 177-06/18, акт сверки, товарная накладная и счет-фактура

к нему, карточка счета 60 (том 15, лд 104-113).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Арконикс»: договор поставки от 21.06.2018 № 190-06/18, акт сверки, товарная накладная и счет-фактура к нему, карточка счета 60 (том 15, лд 114-121).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Бион»: счет-фактура от 12.04.2018, карточка счета 60 (том 15, лд 122-124).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Вертоград»: договор поставки от 08.10.2018 № 334-10/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему (том 15, лд 125-149; том 16, лд 2-48).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Вест-торг»: договор поставки от 22.05.2018 № 165-05/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 16, лд 49-56).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Возрождение»: договор поставки от 20.12.2017 № 277-12/17, счет-фактуры, товарные накладные к нему, (том 16, лд 57-75).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Вторторг»: договор поставки от 31.10.2018 № 374-10/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 16, лд 76-85).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Галактика»: счет-фактура от 01.08.2018, карточка счета 60 (том 16, лд 86-92).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Ганготри»: договор поставки от 06.12.2019 № 195-12/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 16, лд 93-104).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Глобал»: товарная накладная и счет-фактура от 02.08.2018, акт сверки (том 16, лд 105-108).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Грин»: договор поставки от 02.10.2018 № 339-10/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему, карточка счета 60 (том 16, лд 109-121).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Енисей»: договор поставки от 27.09.2018 № 329-09/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 16, лд 122-131).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Зест-экспресс поволжье»: договор поставки от 30.09.2019 № 169-09/19, счет-фактура, товарная накладная к нему (том 16, лд 132-137).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Империал»: договор поставки от 18.12.2019 № 203-12/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 16, лд 138-149).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «КапиталСтрой»: договор подряда от 19.04.2017 № 83-04/17, договор субподряда № 133-07/17 от 31.07.2017, договор субподряда № 118-06/17 от 26.06.2017, договор субподряда № 125-07/17 от 01.07.2017, договор субподряда № 156-08/17 от 31.08.2017, договор подряда № 69-03/17 от 30.03.2017, справка КС-3, акт КС-2 (том 17, лд 2-73).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Кирког»: договор поставки от 01.11.2018 № 379-11/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему, карточка счета 60 (том 17, лд 74-91).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Классопт»: договор поставки от 27.07.2018 № 240-07/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 17, лд 92-102).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Ланстрейд»: договор поставки от 16.04.2019 № 73-04/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 17, лд 103-114).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Мастер-Профиль»: договор поставки от 24.09.2019 № 166-09/19, счет-фактура, товарная накладная к нему (том 17, лд 115-119).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Мортис Плюс»: договор поставки от 18.09.2017 № 170-09/17, счет-фактуры, товарные накладные к нему (том 17, лд 120-129).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Мурена»: договор поставки от 29.10.2019 № 181-11/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки (том 17, лд 130-149; том 18, лд 2-24).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Оптимум»: договор поставки от 11.04.2019 № 68-04/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 18, лд 25-31).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Оптснаб»: договор поставки от 01.10.2018 № 335-10/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 18, лд 32-148).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Отдых»: договор поставки от 06.02.2019 № 25-02/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 18, лд 149; том 19, лд 2-19).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Партнер»: договор поставки от 19.04.2018 № 125-04/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему (том 19, лд 20-28).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Поток 1045»: счет-фактура и товарная накладная от 11.12.2018, карточка счета 60 (том 19, лд 29-32).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Премиум торг»: договор поставки от 26.06.2018 № 198-06/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 33-40).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Премьер»: договор поставки от 04.02.2019 № 19-02/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 33-54).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Регион»: счет-фактуры и товарные накладные за апрель 2018г, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 55-66).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Сапфир»: счет-фактура от 07.08.2018 и карточка счета 60 (том 19, лд 67-68).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Синай»: договор поставки от 02.08.2019 № 384, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 69-79).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Синергус групп»: договор поставки от 28.01.2019 № 13-01/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 80-94).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Ситистар»: договор поставки от 14.08.2019 № 136-08/19, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 95-103).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «СК «Бизнес Строй»: договор поставки от 06.03.2018 № 69-03/18, договор поставки от 12.02.2018 № 4102/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акты сверки, карточка счета 60 (том 19, лд 104-149$ том 20, лд 2-16).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Солярис»: счет-фактуры и товарные накладные за июль 2018г, акты сверки, карточка счета 60 (том 20, лд 17-25).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Строймастер»: договор поставки от 31.05.2018 № 169-05/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 20, лд 25-32).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Стройсити»: договор поставки от 01.10.2019 № 174-10/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему (том 20, лд 33-68).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «СТ-Сити»: договор поставки от 25.07.2019 № 114-07/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему (том 20, лд 69-139).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «ТАЙ»: договор поставки от 25.06.2018 № 194-06/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 20, лд 140-147).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «ТД Коста»: счет-фактуры за август 2018г, карточка счета 60 (том 20, лд 148-149; том 21, лд 2-4).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Техсервис»: счет-фактуры и товарные накладные за ноябрь-декабрь 2019г, акт сверки (том 21, лд 5- 45).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Тур»: договор поставки от 02.07.2018 № 205-07/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 21, лд 46-55).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Чайка»: договор поставки от 04.06.2018 № 172-06/18, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 21, лд 56-69).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Эдер»: договор поставки от 21.05.2018 № 142-05/18, счет-фактура, товарная накладная к нему, акт сверки, карточка счета 60 (том 21, лд 70-78).

 Первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Элтэк»: договор поставки от 09.07.2019 № 109-07/19, счет-фактуры, товарные накладные к нему, акт сверки (том 21, лд 79-97).

Также реальность сделок, помимо выше приведенных документов подтверждают и

договоры Общества с заказчиками, подтверждающие цель Общества, направленную на

предоставление работ своим заказчикам с целью извлечения прибыли, но не с целью

уклонения от налогов: договоры подряда между ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг» и

его заказчиками, Справки КС-3, акты КС-2, товарные накладные, акты оказанных

услуг, счет-фактуры с заказчиками на выполненные объемы строительных работ (тома

27-30).

При этом налоговым органом не предоставлено ни единого доказательства и не

приведено ни единого аргумента о том, что оформленные первичными документами

строительные работы в реальности не выполнялись ООО «Капиталстрой» или

выполнялись иными лицами, то есть инспекция ни привела ни одного аргумента,

опровергающего реальность спорных сделок с указанным контрагентом.

В частности, налоговый орган не привел доказательств того, кем именно, в каком

объеме и в какой период времени выполнялись спорные работы, если они не были

выполнены спорным контрагентом. Инспекция также не привела доказательств того,

что спорный контрагент не мог выполнять заявленные строительные работы: не

представлено справок 2-НДФЛ, иных доказательств отсутствия штатной численности

работников у спорного контрагента. Также ИФНС не привела доказательств того, что

спорный контрагент в свою очередь также не мог привлечь субподрядные организации

для выполнения спорных работ. Отсутствие документов от ООО «Капиталстрой» в

ответ на требование инспекции не лишает инспекцию возможности проверить

указанное обстоятельство иным образом, например запросив у банка, обслуживающего

ООО «Капиталстрой», выписку о движении денежных средств по счету, путем вызова

для допроса сотрудников данной компании. Однако в материалы дела не предоставлено документов, свидетельствующих о том, что инспекция вызывала кого-либо из данной компании для допроса. Ссылка инспекции на то, что ООО «Капиталстрой» не предоставил документы об ответственных на спорных объектах работниках, а значит они не выполняли работы, нельзя считать доказанным, поскольку инспекция не запрашивала (по крайней мере, в материалы дела не представлено доказательств этого) у заказчиков работ документы о том, кому выдавались пропуска на объект, были ли списки работников, допущенных на объект строительства или иных подобных документов.

Тем самым, суд приходит к выводу о реальности спорных сделок и отсутствию доказательств со стороны инспекции, опровергающих реальность сделок (в т.ч. через доказывание факта выполнения спорных работ иными контрагентами Общества).

Обществом доказана реальность хозяйственных отношений со спорными контрагентами и по поставке товара. Товар реально получен обществом от спорных контрагентов и от общества доставлен конечным заказчикам (в рамках строительства объектов), что подтверждается товарными накладными, счетами-фактурами, договорами, либо учтен на складе общества для дальнейшей реализации в деятельности общества.

Материалами дела (балансовая ведомость по материалу в отношении запасов за период 01.01.2017-31.12.2019 (том 22, лд 1-150, том 23, лд 1-150, том 25, лд 51-130, том 26, лд 1-164); сводная оборотно-сальдовая ведомость в отношении запасов за период 01.01.2017-31.12.2019 (том 24, лд 1-150, том 25, лд 1-50)) подтверждается факт списания товаров, закупленных у спорных контрагентов, в производство, а также депонирования остатков стройматериалов на складе общества, что не было опровергнуто налоговым органом. Инспекцией не доказано, что общество могло выполнить свои контрактные обязательства без использования в производстве приобретенных у спорных контрагентов товаров.

Налоговым органом, не опровергнут факт необходимости поставки товара, а также не получено безусловных доказательств того, что спорный товар не был поставлен вообще или поставлен иными поставщиками.

Первичные документы оформлены в соответствии с требованиями законодательства.

Налоговым органом не были проведены почерковедческие экспертизы подписей в договорах, товарных накладных, счетах-фактурах. Доказательств того, что в них стоят подписи не тех лиц, которые указаны, в материалах дела не имеется.

Общество и спорные контрагенты не являются взаимозависимыми лицами.

Отсутствие, каких-либо ресурсов не опровергает факт поставки товара спорными контрагентами, поскольку для этой цели могли быть привлечены третьи лица, как и отсутствие контрагентов по месту их регистрации не свидетельствует о нереальности сделок.

Реальность хозяйственных операций также подтверждается показаниями ФИО7 (Протокол допроса от 15.10.2022 (том 8, лд 36-43), который работал на складе общества и подтвердил, что ему знакомы спорные контрагенты как поставщики общества, указал, что мог подписывать товарные накладные.

В протоколе допроса ФИО8 от 15.07.2021 (том 9) свидетель указал, что являлся начальником транспортного отдела в «СМУ «Фронт Инжиниринг», указал, что подписывал путевые листы, выпускал машины на линию, указал адрес арендуемых обществом складских помещений, указал, что брали спецтехнику в аренду, указал, что вопрос товаро-сопроводительных документов был не в его компетенции, спорные контрагенты ему не знакомы, т.к. он общался только с транспортными компаниями, указал, что при отгрузке товара обязательно должен присутствовать кладовщик. Тем самым, хотя в силу своих должностных обязанностей свидетель не общался со

спорными контрагентами, но подтвердил, что взаимодействовал с транспортными компаниями по вопросу доставки грузов.

В объяснениях ФИО9 от 10.03.2021, являющегося генеральным директором ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг», свидетель показал, что является реальным директором, указал, чем занимается фирма, в отношении спорных контрагентов указал, что не припоминает их, необходимо уточнить в бухгалтерии, т.к. возможно это мелкие поставщики, в отношении основных поставщиков указал, что этим занимается отдел снабжения, где и необходимо уточнять эту информацию. Тем самым свидетель не опроверг факт взаимоотношений со спорными контрагентами.

Также в материалах дела имеются объяснения ФИО10 от 26.05.2021, в которых он подтвердил, что является учредителем и генеральным директором ООО «СТ Сити», которое занимается строительной деятельностью, ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг» ему знакомо, у них были заключены договоры на поставку комплектующего материала (металлический профиль, металлический уголок, кронштейны), указал, что договор подписывался дистанционно через водителя компании «Грузовичкофф», указал откуда и как поставлялся материал.

По контрагенту ООО «СК Бизнес Строй» представлен ответ ИФНС по Правобережному р-ну г. Липецка о предоставленных ООО «СК Бизнес Строй» по требованию документах с приложением таких документов (том 15, лд 78).

Совокупность выявленных обстоятельств по спорным контрагентам не позволяет сделать однозначный вывод о совершении обществом умышленных действий с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Вместе с тем из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что обществом соблюдены требования пункта 1 статьи 54.1 НК РФ по сделкам со спорными контрагентами.

Приведенные инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о не совершении обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данными контрагентами сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Анализируя установленную совокупность обстоятельств, представленные каждой стороной доказательства, суд пришел к выводу о том, что обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, носят предположительный характер и не опровергают фактической поставки и принятия к ТМЦ учету, использование ТМЦ в производстве готовой продукции и дальнейшей ее поставки заказчикам, при этом надлежащих доказательств, подтверждающих наличие согласованных неправомерных действий заявителя и его контрагентов, или наличия иных обстоятельств, указанных в Постановлении ВАС РФ № 53, не представлено.

Довод инспекции о том, что в группе компаний (ООО «СМУ «ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ», ООО «Баутрейд», ООО «СП Групп», ООО «СП ЗСМК») централизовано создавался фиктивный документооборот, поскольку при обысках в офисе ООО «СП Групп» найдены печати «для документов» вышеуказанных 4-х фирм данной группы компаний, а деятельность сопровождалась одной бухгалтерией, не может быть принят судом, поскольку указанное обстоятельство лишь свидетельствует о том, что указанные юридические лица, будучи аффилированными между собой, в рамках группы компаний пользовались одними офисами, где хранили печати и оформляли документы, и возможно одной бухгалтерией. Так, из Протокола о производстве выемки, изъятия документов и предметов № П/4 от 21.09.2021 следует, что на территории ООО «СП Групп» обнаружено множество печатей, принадлежащих компаниям ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг», ООО «Сергиево-Посадский ЗСМК», ООО «Баутрейд», ООО «СП Групп». В указанном протоколе также отмечено, что на

территории каб. № 10 (учредитель отказался его добровольно открыть) ООО «СП Групп» находились сотрудники бухгалтерии ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг».

Между тем, сам же налоговый орган указывает, что ООО «Баутрейд», ООО «СП Групп», ООО «СП ЗСМК» являлись реальными поставщиками товаров/работ, ввиду чего довод о фиктивном документообороте в рамках данной группы компаний звучит абсурдно, поскольку сами эти компании осуществляли реальные поставки товара. При этом доказательств того, что в офисах названной группы компаний имелись печати или иные признаки деятельности кого-либо из спорных контрагентов (названный выше протокол о производстве выемки не содержит конкретных данных об изъятии печатей именно спорных контрагентов), не представлено, то есть в деле нет доказательств того, что налогоплательщик и аффилированные с ним лица осуществляли фиктивный документооборот со спорными контрагентами.

Довод налогового органа о том, что общество неоднократно создавало препятствия для проведения проверки путем непредставления документов по требованиям инспекции, а также неявки по повесткам на допрос сотрудников общества, отклоняется судом ввиду следующего. Как следует из материалов дела (тома 15-21) общество представило в инспекцию первичные документы по контрагентам, в т.ч. договоры, счет-фактуры, товарные накладные, карточки счета 60, акты сверки. В отношении иных бухгалтерских документов материалы судебного дела содержат документы, свидетельствующие о том, что в рамках налоговой проверки были проведены осмотр помещений и документов, обыски и изъятие документов:

- Постановление № 29/1-О/4 о проведении осмотра территорий, помещений, документов и предметов от 08.06.2021, согласно которому ИФНС России № 23 проведен осмотр в отношении ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг» по адресу: 115088, <...> (том 15, лд 2);

- Постановление № 29/ПВ/4 о производстве выемки, изъятия документов и предметов от 20.09.2021, согласно которому у ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг» инспекцией были изъяты договоры по финансово-хозяйственной деятельности, регистры бухгалтерского и налогового учета, книги покупок и продаж, первичные документы, подтверждающие ведение финансово-хозяйственной деятельности (товарные накладные, акты выполненных работ, счет-фактуры), банковские документы за период с 01.01.2018 по 31.12.2019, документы по учету кадров, электронные носители информации, содержащие сведения по финансово-хозяйственной деятельности общества, программа 1С, иные документы, относящиеся к деятельности общества (том 15, лд 3-4). При этом указанное постановление не содержит данных о том, что база 1С касалась деятельности ООО «Баутрейд», а не налогоплательщика, как на то указывает налоговый орган – напротив, из данного постановления напрямую следует, что база 1С изымалась у налогоплательщика;

- Протокол о производстве выемки, изъятия документов и предметов № П/4 от 21.09.2021, в котором подробно перечислены изъятые документы и цифровые носители (том 15, лд 5-9). Также в названном протоколе отмечено, что на территории офисных помещений, принадлежащих ООО «СП Групп» (ИНН <***>), и на компьютерах, находящихся в помещениях ООО «СП Групп», обнаружены документы, хранилища электронных данных, электронные файлы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг». Кроме того, в протоколе отмечено, что резервная копия базы 1С хранилась на компьютере ФИО11, который не являлся сотрудником ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг». То есть в данном протоколе также подчеркнуто, что хранилища электронных данных, электронные файлы касались финансово-хозяйственной деятельности ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг», и нет ни единого упоминания о том, что база 1С касалась деятельности ООО «Баутрейд», ввиду чего утверждение об обратном налогового органа нельзя признать доказанным;

Протокол № 29/1-3 осмотра территорий, помещений, документов и предметов от 09.06.2021, согласно которому ИФНС России № 23 проведен осмотр офисных помещений, а также документов и предметов, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг», по адресу: 115088, <...> (том 15, лд 10-11). В протоколе произведено описание помещений и рабочих мест, указано на то, что договоры и первичные документы по финансово-хозяйственной деятельности ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг» в данных помещениях не обнаружены.

Единственные доказательства какого-либо воспрепятствования налогоплательщика проводимому обыску – это Акт № 1 от 21.09.2021 о воспрепятствовании доступу должностных лиц налогового органа (том 15, лд 12-13), в котором отмечено, что на территории ООО «СП Групп» инспекции было воспрепятствование в доступе к кабинетам 10, 11, 7, 6 (указанные кабинеты были вскрыты с помощью специалиста), и указание в протоколе выемки на то, что цифровые носители содержали следы уничтожения какой-то информации, однако не указано какой, в т.ч. нет данных о том, что инспекция принимала меры к технической работе с цифровыми носителями информации и восстановлению утраченных данных.

Соответственно, поскольку протокол и постановление о выемке содержат четкий перечень изъятой информации, в т.ч. указание на изъятие всей базы 1С налогоплательщика, документы, хранилища электронных данных, электронные файлы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности ООО «СМУ «Фронт Инжиниринг», регистры бухгалтерского и налогового учета, книги покупок и продаж, первичные документы, банковские документы, документы по учету кадров, то суд полагает довод налогового органа о том, что отсутствовала информация, необходимая для проведения анализа остатков товара на начало и конец года, оприходования товара движения товара и тд, не доказанным.

Более того, Акт № 3 от 13.10.2021 приема-передачи предметов к протоколу выемки от 21.09.2021 и доверенность на представителя ООО «СП Групп» (том 15, лд 14-15), которым ООО «СП Групп» возвращены хранилище данных SYNOLOGY и сервер ASUS, содержит рукописное примечание представителя ООО «СП Групп» о том, что выемку ООО «СП Групп» считает незаконной, доказательства – недопустимыми, поскольку выемка была проведена без участия представителей ООО «СП Групп», без разъяснения представителям ООО «СП Групп» их прав по ст. 98 НК РФ, при этом сервер и хранилище данных не опечатаны (пломбы нарушены), то есть информация на данных устройствах могла быть изменена. Данное примечание представителя ООО «СП Групп» не опровергнуто налоговым органом. Соответственно, указанное свидетельствует о том, что утрата существенной части информации с цифровых носителей могла произойти не в силу действий налогоплательщика до изъятия цифровых носителей, но после того – в рамках работы с цифровыми носителями в налоговом органе.

Не может быть принят судом и довод налогового органа о том, что фиктивность документооборота со спорными контрагентами подтверждает также тот факт, что в дополнении к апелляционной жалобе в УФНС общество представило таблицу («Отчет между субконто. Номенклатура и Контрагенты»), в которой, как полагает налоговый орган, часть столбцов (и информация в них) добавлена вручную, поскольку, как полагает налоговый орган, в таком отчете отражаются данные по дебету и кредиту счетов, при этом в таком отчете не предусмотрено отражение остатков по поступившим товарам.

Во-первых, такие отчеты не являются собственно регистрами бухгалтерского учета, первичными документами, а лишь формой презентации информации, содержащейся в базе 1С, и для целей формирования позиции по апелляционной жалобе налогоплательщик вправе использовать любые таблицы и отчеты произвольной формы.

Во-вторых, инструкции по работе с базой 1С содержат указание на то, что параметры использования субконто могут заполняться в зависи-мости от того, по каким видам субконто ведется аналитический учет по данному счету. При этом порядок указания видов субконто в параметрах окна настройки будет определять вложенность группировок отчета. Так, например, если по счету 10 «Материалы» ведется аналитический учет по видам материалов и местам хранения, то можно в первом виде субконто (Вид субконто1) выбрать материалы, а во втором (Вид субконто2) — места хранения. В этом случае в отчете обороты и остатки по каждому материалу будут развернуты по отдельным складам. Если, наоборот, в первом виде субконто выбрать вид субконто «Места хранения», а во втором — вид субконто «Мате-риалы», то в отчете остатки и обороты по складам будут развернуты по отдельным материалам.

Также в базе предусмотрены и специализированные отчеты, например отчеты «Упр. остатки товаров», «Фин. остатки товаров», которые предназначены для отображения информации о количественных остатках товаров на складах. Диалоги отчетов содержат два раздела: остатки товаров и движения товаров (см. например: https://gigabaza.ru/doc/88318-p20.html). Соответственно, общество имело возможность подготовить отчет, учитывающий движение товара и его остатки.

При этом налоговый орган отнесся критично к показаниям свидетеля ФИО7 (протокол допроса от 15.10.2022, том 8, лд 36-43) только по причине того, что на вопрос о том, его ли подпись стоит в разделе «груз принял», «груз получил» в отношении предъявленных ему на обозрение товарных накладных с его подписью он ответил, что у налогоплательщика он более не работает, при том что налоговый орган установил визуальное отличие подписи ФИО7 на протоколе допроса от 15.10.2022 и указанных накладных.

Однако суд не может согласиться с такой оценкой данного протокола допроса ввиду следующего. Во-первых, в материалы дела не представлены те накладные, которые были предъявлены свидетелю, то есть налоговый орган в суде не доказал, что предъявлял свидетелю на обозрение именно накладные по спорным контрагентам за спорный период. Кроме того, налоговый орган не учитывает, что в рамках допроса данный свидетель указывал четко, что являлось его должностными обязанностями во время работы в обществе (приемка материалов и отпуска материалов со склада), указал, что среди документов по финансово-хозяйственной деятельности общества мог подписывать только товарные накладные, в его подчинении был грузчик, кладовщик, указал, что доставка осуществлялась автомобилями от 10 до 20 тонн, на вопрос о том, знакомы ли ему спорные контрагенты, ответил, что знакомы, т.к. являлись поставщиками комплектующих фасадных материалов, подтвердив, что эти поставщики поставляли материалы по приложению 1 к протоколу допроса (приложение суду на обозрение не представлено). Указанные показания свидетеля подтверждают реальность поставок материалов от спорных контрагентов.

При этом суд критически относится к доводам налогового органа о том, что визуально установлено отличие подписей ФИО7 на протоколе допроса от 15.10.2022 и предъявленных ему на обозрение накладных, визуальное отличие подписи руководителя ООО «Капиталстрой» на спорных накладных, договорах и в документах регистрационного дела, банковского досье, визуальное отличие подписей руководителей иных спорных контрагентов на счет-фактурах и в материалах регистрационного дела (том 7, лд 30-47 – дополнение от 18.03.2022 № 29/1/8 к акту ВНП; том 4, лд 45-52 – Решение от 30.09.2022 г. № 29/61).

Также суд критически относится и к показаниям руководителей ряда контрагентов, отрицавших причастность к деятельности соответствующих спорных контрагентов:

- протоколы допросов ФИО12 от 25.12.2019, отрицавшего свою причастность к деятельности ООО «Оптимум+», ФИО13 от 18.06.2019, отрицавшей свою

причастность к деятельности ООО «Грин», ООО «Трибьют», ФИО14 от 21.08.2019, отрицавшего свою причастность к деятельности ООО «Вертоград», ФИО15 от 15.09.2021, отрицавшего свою причастность к деятельности ООО «Вертоград», ООО «Элтэк», ФИО16 от 04.07.2021, отрицавшего свою причастность к деятельности ООО «Оптснаб» (том 9, лд 47-53, 80-117),

- объяснения (отобраны в ОЭБиПК) ФИО17 от 03.03.2021 отрицавшей свою причастность к деятельности ООО «Оривер», ООО «Фортеция», ФИО18 от 07.07.2021, отрицавшего свою причастность к деятельности ООО «Регион+», ФИО19 от 07.07.2021, отрицавшей свою причастность к деятельности ООО «Партнёр», ООО «Омега» (том 9, лд 54-79).

Так, в материалы судебного дела не представлены материалы регистрационных дел на спорных контрагентов, при том что в дополнении к акту ВНП и в оспариваемом Решении от 30.09.2022 г. № 29/61 представлены лишь графические копии, вырезанных из неизвестных документов фрагменты подписей, причем как в отношении исследуемых образцов со счет-фактур, так и в отношении материалов регистрационных дел, что не позволяет суду достоверно установить источник этих графических изображений, делая их недопустимым доказательством в силу ст. 68 АПК РФ.

В свою очередь, при проведении почерковедческих исследований необходимо учитывать, что объем индивидуальной информации, заключенной в признаке, зависит от частоты его встречаемости в почерках разных людей: чем реже повторяется признак в почерках разных лиц, тем больше его индивидуализирующая способность и, следовательно, идентификационная значимость.

В процессе накопления практических знаний складывается представление: о частоте проявления свойств в одном почерке (как о критерии их использования в качестве идентификационных признаков); о частоте совместной повторяемости свойств (как о критерии оценки их взаимозависимости); о частоте встречаемости признаков в почерках разных лиц (как о критерии оценки их идентификационной значимости) и т. п.

К общим и обязательным принципам методики проведения судебно-почерковедческих исследований относятся: обязательная проверка исследуемой рукописи или подписи на необычность выполнения; полный и всесторонний учет всех совпадающих и различающихся признаков; объяснение противоречащих признаков; достаточность выявлений признаков для определенного вывода и т. п.

На экспертизу должны быть представлены подлинники исследуемых документов. Это требование обусловлено тем, что по фото-, ксерокопиям и документам, выполненным через копировальную бумагу, невозможно проводить техническое исследование, которое в соответствии с методикой судебно-почерковедческой экспертизы является обязательным этапом исследования подписей для установления, выполнена ли подпись с использованием технических средств. К тому же крайне затруднительно (а в большинстве случаев и невозможно) выявить условия выполнения рукописи. Поэтому представление фотокопий (ксерокопий, светокопий) документов, а также копий, выполненных через копировальную бумагу, возможно лишь в исключительных случаях. О причинах невозможности представления подлинника документа следует специально указать в постановлении о назначении судебной экспертизы.

Для качественного производства экспертных исследований необходимы тщательно подготовленные сравнительные материалы надлежащего качества и в соответствующем количестве.

Надлежащее качество образцов – это сопоставимость их по времени написания и виду документа, языку, содержанию, материалу письма, способу выполнения и, если возможно, по условиям выполнения.

Достаточное число образцов – это такой их объем, который обеспечил бы возможность полного и всестороннего сопоставления всех признаков, содержащихся в исследуемом тексте, записи, подписи. Как правило, образцов почерка должно быть не менее 5–6 и не менее 10 образцов подписи.

Когда исследуемый документ выполнен пишущим в необычных условиях (например, в положении стоя или сидя при расположении рукописи на коленях и т.п.), то в качестве свободных образцов почерка, подписи желательно иметь документы, выполненные в аналогичных условиях.

Следует учитывать, что при резком замедлении или ускорении темпа письма лицо может переходить на новый вариант почерка, при этом не исключено изменение строения почерка в целом, в простых и усложненных почерках под влиянием очень быстрого темпа письма могут появиться элементы упрощения.

При этом научные и методические основы почерковедческих исследований изображений (копий) почерковых объектов-подписей, записей остаются теми же, что и при исследовании всех рукописных объектов. Однако в отношении изображений необходимы дополнительные знания: а) о технологии получения изображений, б) об устойчивых признаках почерка, всегда отображающихся в копиях, в) о признаках, подверженных искажению и маскировке, г) о закономерностях отображения в копиях конкретных признаков почерка, позволяющих эксперту знать, как эти признаки в копии выглядят.

Специальными экспериментальными исследованиями были установлены факторы, влияющие на качество воспроизведения признаков почерка в копиях, выделены устойчивые признаки, выявлена зависимость качества передачи признаков от того, какой является копия – первой или последующей.

Т ак, при исследовании первых копий документов наблюдается проявление признаков, свидетельствующих о выполнении почерковых объектов в необычных условиях (при подражании), а именно: наличие мелкой извилистости и изломов в прямолинейных и дуговых движениях (особенно на участках большой протяжённости); тупых начал и окончаний при выполнении элементов подписи.

В последующих копиях не всегда наблюдаются точные проявления степени связности; среди частных – формы движения при соединении; направления движения; вида соединения; последовательности движений; размещения точек начала и окончания движений.

Ступенчатая структура штрихов, характерная для копий, выполненных с использованием копировально-множительных устройств, а также сканеров с определенной разрешающей способностью, может маскировать мелкую извилистость и угловатость как диагностические признаки, а также степень и особенности нажима.

Таким образом, изображение почеркового объекта в виде электрофотографической копии является ограниченно пригодным объектом для почерковедческого исследования.

Тем самым, налоговый орган признал установленным визуальное отличие подписей на спорных документах мало того, что исключительно по электрографическим изображениям подписей, в отсутствие обоснования о невозможности использовать оригиналы документов, так и в отсутствие достаточного количества сравнительных образцов (свободных, условно-свободных, экспериментальных) для исследования, ввиду чего суд полагает недоказанными выводы инспекции об установлении факта визуального отличия подписей на спорных документах как основание считать их подписанными неустановленными лицами.

При этом суд принимает во внимание, что отрицание директором контрагента общества факта участия в деятельности организации, не является достаточным и допустимым доказательством, на основании которого можно установить факт подписания либо не подписания конкретными физическими лицами первичных

документов, на основании которых налогоплательщик претендует на налоговую выгоду.

Необходимо отметить, что при наличии у налогового органа сомнений в подлинности подписи в счете-фактуре, он обязан назначить экспертизу в порядке статьи 95 НК РФ, и только в этом случае выводы налогового органа могут считаться законными и обоснованными.

Однако, в рассматриваемом случае, показания свидетелей налоговым органом должным образом не проверялись, почерковедческая экспертиза не назначались.

Более того, в ходе судебного разбирательства налоговый орган не заявлял ходатайств о проведении почерковедческой экспертизы на предмет выполнения подписей, имеющихся в спорных счетах-фактурах, равно как и о фальсификации представленных обществом доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ.

Инспекция не представила в материалы дела доказательства, свидетельствующие о фальсификации первичных документов, служащих основанием для включения затрат по приобретению товаров в состав расходов при исчислении налога на прибыль и вычетов по НДС.

Между тем, подлинность подписей на документах, в данном случае счет- фактурах, договорах, актах в силу положений статей 82-86 АПК РФ может быть доказана только результатами почерковедческой экспертизы.

Отрицание лица, числящегося директором Общества, без результатов почерковедческой экспертизы не является достаточным и допустимым доказательством подписания первичных документов неуполномоченным лицом, как и отрицание руководителем своей причастности к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности созданного либо руководимого им юридического лица в целом не является достаточно объективной и достоверной информацией, в том числе с целью возможного недопущения для себя негативных уголовно-правовых последствий.

С учетом положений ст. 51 Конституции Российской Федерации к показаниям руководителей суд относится критически, поскольку имеются сомнения в беспристрастности руководителей, не обязанных свидетельствовать против себя, так как именно на руководителя организации возлагается ответственность за ненадлежащее исполнение обязанностей в сфере налогообложения. В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 № 64 "О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления" указано, что действия подставного лица, на которого зарегистрирована предпринимательская деятельность, квалифицируются как пособничество в преступлении по уклонению от уплаты налогов.

В такой ситуации суд не может полностью исключить возможность того, что лицо, отрицающее свою причастность к какой-либо деятельности юридического лица, может иметь личную заинтересованность в непредставлении сведений, необходимых для налогового контроля.

Показания руководителей спорных контрагентов, отрицавших подписание договоров, актов, счет-фактур от имени данных компаний, без результатов почерковедческой экспертизы не являются достаточными, допустимыми доказательствами подписания первичных документов неуполномоченным лицом.

Отрицание лицами, числящимися руководителями (учредителями) спорных контрагентов, причастности к деятельности общества без наличия других доказательств само по себе не может однозначно с бесспорностью свидетельствовать о непричастности данного лица к деятельности общества, при наличии документальных доказательств такой причастности.

Указанное обстоятельство также не может свидетельствовать и о недобросовестности заявителя и отсутствии хозяйственных операций с данными контрагентами, поскольку согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской

Федерации, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09, само по себе подписание первичных документов неустановленными лицами при недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика не может свидетельствовать о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При таких обстоятельствах, показания свидетелей об отрицании отношений с обществом подлежат критической оценке и непринятию в качестве доказательства, поскольку объяснения лиц, самостоятельно предоставлявших за вознаграждение свой паспорт для регистрации на свое имя юридических лиц, по отрицанию своей причастности к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности созданных либо руководимых ими юридических лиц не являются объективной и достоверной информацией и даны, в том числе, с целью возможного недопущения для себя негативных уголовно-правовых последствий. Данная правовая позиция подтверждена постановлением ФАС Уральского округа от 25.04.2011 по делу № А07-16980/2010, постановлением ФАС Московского округа от 08.04.2013 по делу № А40-60068/12-90329, постановлением АС Северо-Западного округа от 26.08.2021 № Ф07-11021/202, постановлением АС Западно-Сибирского округа от 07.10.2016 № Ф04-4675/2016, постановлением АС Поволжского округа от 08.05.2018 № Ф06-31899/2018 по делу № А12-20171/2017 и др.

Следовательно, указанные показания свидетелей не могут служить доказательством отсутствия взаимоотношений заявителя и спорных контрагентов.

При этом ответчиком также не доказан факт осведомленности налогоплательщика о подписании выставленных ему счет-фактур неуполномоченными представителями организаций-контрагентов. Законодательство Российской Федерации о налогах и сборах не предоставляет полномочий и не возлагает обязанностей на налогоплательщика по контролю за подписанием указанных документов со стороны контрагентов конкретными лицами.

Налоговым органом не представлены доказательства отсутствия направленности действий налогоплательщика на получение экономического эффекта в результате осуществления им реальной предпринимательской деятельности, что, в свою очередь, является безусловным основанием для признания наличия в действиях заявителя разумной деловой цели и полученной им налоговой выгоды обоснованной.

Имеющиеся в материалах дела счет-фактуры содержат все обязательные и установленные законом к их заполнению реквизиты, сведения о руководителях и главных бухгалтерах спорных контрагентов соответствуют их учредительным документам. В нарушение положений статей 65 и 200 АПК РФ инспекция не доказала в установленном законом порядке, что подписи, содержащиеся в спорных счетах- фактурах, выполнены не руководителями спорных контрагентов, а другими неуполномоченными лицами. Следовательно, этот вывод инспекции является предположительным и не основанным на данных проверки всех фактических обстоятельств относительно осуществленных обществом хозяйственных операций.

Таким образом, налоговым органом не представлено надлежащих доказательств, опровергающих достоверность сведений, содержащихся в первичных документах, подтверждающих соблюдение условий, предусмотренных статьями 169, 171, 172, 252 НК РФ для применения расходов по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС по сделкам со спорными контрагентами, в том числе, авторство подписи, проставленной от имени лица, уполномоченного на подписание документов со стороны спорных контрагентов.

При этом, как было выше сказано, авторство подписи, проставленной на письменном документе, может быть опровергнуто только заключением эксперта, составленным по результатам специального исследования, но не устными показаниями конкретного лица.

В соответствии с п. 3 ст. 54.1. НК РФ подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Согласно Письму ФНС России от 31.10.2017 N ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" данные критерии закреплены в статье 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам.

В материалы дела представлены банковские выписки в отношении спорных контрагентов и других компаний.

Из данных выписок следует, что, среди прочего, общества производило платежи (в том или ином объеме, в зависимости от общества) в адрес ИФНС, в УФК по г. Москве (ГУ-МРО ФСС РФ), получали платежи от контрагентов и оплачивали контрагентам по заключенным договорам уплачивались налоговые платежи. Данные выписки свидетельствуют о наличии хозяйственной деятельности спорных контрагентов. Доказательств последующего обналичивания денежных средств и передачи их налогоплательщику из выписок не усматривается.

Доказательств осведомленности налогоплательщика о том, каким образом его контрагенты будут распоряжаться принадлежащими ему денежными средствами в сфере гражданско-правового оборота, а также доказательств участия самого общества в противоправных схемах, связанных с обналичиванием денежных средств, полученных его контрагентами, налоговым органом в материалы дела не представлено.

Тем самым, налоговым органом схемы кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно обществом, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено. Возвращение к самому обществу денежных средств через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях вышеуказанных контрагентов с обществом не установлена. Инспекция не привела доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам общества или других третьих лиц контролировалось либо проводилось по поручению общества. Не представлено и доказательств того, что общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагентов. Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности. Какая-либо взаимосвязь или аффилированность между обществом его контрагентом проверкой не установлена.

Кроме того, судом учтено то обстоятельство, что выписка по расчетному счету любой организации дает сведения только о тех контрагентах данной организации, с которыми у нее был безналичный расчет за произведенные с ними хозяйственные операции.

Хозяйствующие же субъекты в силу широкой дискреции форм расчетов применяют в своей деятельности и другие способы расчетов, включая оплату наличными денежными средствами, зачет взаимных требований, мену, возможность исполнения контрагентами (третьими лицами) обязательств по оплате.

Данные расчеты не находят своего отражения в выписках с расчетного счета, вследствие чего делать выводы о деятельности организации, в том числе, в части приобретения ею товара, руководствуясь исключительно выписками по счету, неправомерно.

Соответственно, отсутствие у налогоплательщика или его контрагентов безналичных платежей с целевым назначением, совпадающим с тем, что соответствует спорным сделкам, не может быть расценено в качестве надлежащего доказательства отсутствия у налогоплательщика и в последующем у его контрагентов возможности привлечения третьих лиц - субподрядчиков для выполнения работ (оказания услуг), используя другие формы расчетов, которые не отражаются на расчетном счете (векселя, другие ценные бумаги, в том числе, банковские), либо совершения сделок уступки права требования, перевода долга с вовлечением в расчеты третьих лиц и проведением зачетов встречных однородных требований (статья 410 ГК РФ).

В оспариваемом решении инспекция указывает на то, что спорные контрагенты являлись пустыми организациями, не имеющими достаточного (или вообще никакого) штата сотрудников, в силу чего не могли выполнять спорные работы. Однако суд не может согласиться с данным доводом по ряду причин, т.к. инспекция не предоставила Справки 2-НДФЛ, 6-НДФЛ, то есть не доказала прямыми доказательствами факт отсутствия сотрудников у данных компаний (ссылки на отсутствие выплат зарплаты с банковского счета не могут быть приняты во внимание, т.к. зарплата может выплачиваться в кассе предприятия наличными денежными средствами). Доказательств обратного инспекция не предоставила.

Также в материалы дела не представлено данных о проверке соответствия действительности адреса местонахождения всех компаний, о наличии материально-технических и трудовых ресурсов у данных компаний и т.д. То есть налоговый орган уклонился от исследования данных обстоятельств и предоставления в суд документов, подтверждающих доводы инспекции о том, что данные компании не могли вести хозяйственную деятельность.

Кроме того, в материалы судебного дела не представлены книги покупок и продаж налогоплательщика и контрагентов, что лишает суд возможности проверить те или иные утверждения инспекции, ввиду чего таковые не могут считаться доказанными.

Представленные инспекцией в материалы дела «Сведения из книги покупок и книги продаж спорных контрагентов» (том 15, лд 16-66) являются распечатками в произвольной форме, подготовленными налоговым органом на основании данных из раздела № 8 деклараций по НДС налогоплательщика (об отражении общих сумм счет-фактур по каждому спорному контрагенту) и базы данных АСК НДС-2, согласно которой инспекцией установлено представление спорными контрагентами нулевых деклараций по НДС, то есть установлено отсутствие корреспондирующей обязанности по уплате НДС. Между тем, данные документы не являются собственно книгами покупок и продаж, фактически это сведения из базы данных АСК НДС-2.

То есть фактически основанием для отказа в праве на налоговые вычеты по НДС по счет-фактурам со спорными контрагентами явились данные о «разрывах» при уплате НДС, выявленных инспекцией согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2».

Между тем, в соответствии с п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ право налогоплательщика на применение налоговых вычетов при приобретении на территории Российской Федерации имущества, предназначенного для осуществления операций, являющихся объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость, обусловлено наличием у него счетов-фактур с выделенной суммой НДС, а также документов, подтверждающих принятие имущества к учету. Иных условий предъявления налога к вычету действующим законодательством не предусмотрено.

Соответственно само по себе выявление данных о «разрывах» при уплате НДС по спорным счетам-фактурам согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2» не отвечает условиям п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ и не может являться основанием для отказа в праве на налоговый вычет НДС, тем более названная база данных не является общедоступной, порядок внесения в нее сведений и их достоверность ни судом, ни налогоплательщиком проверены быть не могут.

Налогоплательщик не может отвечать за действия своих контрагентов по отражению в налоговом учете тех или иных операций, при условии реальности произведенных операций и проявлении им должной степени осмотрительности.

Доводы налогового органа относительно обстоятельств деятельности спорных контрагентов (непредставление отчетности в налоговые органы или нулевые показатели отчетности) отклоняются судом ввиду того, что они не являются теми основаниями, с которыми законодательство о налогах и сборах связывает право заявителя по данному делу как налогоплательщика на применение вычетов по НДС.

Задолженность перед бюджетом по НДС, в случае ее образования у российского поставщика товаров и услуг вследствие его неправомерных действий, подлежит взысканию с последнего как с самостоятельного налогоплательщика в общеустановленном порядке в рамках осуществления налоговыми органами контрольных функций.

Достоверность налоговой отчетности контрагентов не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов. Заявляя довод об отсутствии источника для вычета (возмещения) НДС, инспекция не установила, что за незначительным налоговым бременем контрагентов может стоять неполнота уплаты налогов и контрагенты должны были исчислить НДС к уплате в большей сумме. В частности, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами по фиктивным документам в пользу третьих лиц, в том числе признаки обналичивания, перевода денежных средств в низконалоговые иностранные юрисдикции и иные подобные обстоятельства, порочащие достоверность налоговой отчетности контрагентов и полноту уплаты ими налога в период спорных взаимоотношений с обществом.

Незначительность исчисленных спорными контрагентами сумм НДС и налога на прибыль к уплате за спорные периоды сама по себе не свидетельствует о недобросовестности ни данных контрагентов, ни общества.

Инспекция не подтвердила, что заявленные ею пороки спорных контрагентов исходя из конкретной ситуации совершения сделок с ними с учетом характера, объемов и стоимости услуг очевидно свидетельствовали для заявителя о возможности неисполнения контрагентами своих налоговых обязательств.

Взаимозависимость общества со спорными контрагентами, контрагентами 2-го звена (и последующих звеньев) инспекцией не установлена.

При этом факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 № 329-О разъяснил, что истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Такие выводы содержатся также в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016г. № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 06.02.2017г. № 305-КГ16-14921 по делу № А40-120736/2015, от 27.09.2018 г. № 305- КГ18-7133 по делу № А40-32793/2017.

По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Налоговый орган в данном случае не представил доказательств, свидетельствующих о том, что общество действовало без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов. Отсутствуют в материалах дела доказательства, которые указывали бы на осведомленность налогоплательщика о тех нарушениях налогового законодательства, которые допускаются его контрагентами, поэтому данный вывод инспекции правильно признан судами первой и апелляционной инстанций несостоятельным.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Стандарт доказывания – это та степень достоверности представленных стороной доказательств, при которых суд должен признать бремя доказывания, возложенное на данную сторону, снятым, а соответствующее фактическое обстоятельство – доказанным.

Там, где законом установлена презумпция невиновности, подлежат применению повышенные стандарты доказывания.

Поэтому повышенные стандарты доказывания должны применяться в налоговых спорах, особенно при применении налоговыми органами положений ст. 54.1 НК РФ.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика (выведена в Определении КС РФ от 25.07.2001 г. № 138-О).

Презумпция невиновности налогоплательщика в совершении налогового правонарушения установлена п. 6 ст. 108 НК РФ: «Лицо считается невиновным в совершении правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица».

Недоказанная виновность приравнивается по своим правовым последствиям к доказанной невиновности.

В ст. 100 НК РФ указано: в акте налоговой проверки указываются документально подтвержденные факты нарушений; к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений.

В свою очередь, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

Тем самым, инспекция в нарушение ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ бесспорных доказательств согласованных действий общества и спорных контрагентов, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды, совершения обществом недобросовестных действий не представила, не доказала факта создания обществом и его контрагентами замкнутых денежных потоков без цели фактического осуществления сделок.

То есть, налоговый орган не доказал те обстоятельства, на которые ссылается.

Согласно ст.252 НК РФ, расходами признаются документально подтвержденные и экономически обоснованные затраты организации, направленные на получение дохода.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006г. № 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Пункт 1 статьи 252 НК РФ как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными указывает, что расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 года № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Соответственно, судебная практика при оценке данного критерия исходит из того, что обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2007 года Дело № А564461/2007, Постановление ФАС Московского округа от 04.02.2008 г. № КА-А40/1342707-2 по делу № А40-17664/07-117-117, от 11.10.2007 № КА-А40/10338-07).

В то же время, как подчеркивается в судебной практике, в решении по факту выездной налоговой проверки подлежат отражению исключительно факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в процессе проверки, и в нем не должны содержаться субъективные предположения проверяющих, не основанные на достаточных доказательствах (Определение ВАС РФ от 25 августа 2008 г. № 2236/08).

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость налогоплательщиком-покупателем, относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 № 12670/09, от 30.06.2009 № 2635/09, от 12.02.2008 № 12210/07.

Факт реальности спорных сделок, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, банковскими выписками и др.

При этом из данных документов следует, что товар по данным сделкам был реально получен от контрагентов и принят к учету.

Документально подтверждается и отражение всех спорных хозяйственных операций в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления № 53) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Основным условием признания произведенных налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль необоснованными является представление налоговым органом доказательств того, что сведения, указанные налогоплательщиком в налоговых декларациях и других предусмотренных

законодательством о налогах и сборах документах, являются недостоверными. Причем буквальное толкование данного пункта, а также толкование его в совокупности с остальными положения Постановления № 53, позволяют сделать вывод о том, что налоговый орган должен представить доказательства недостоверности всех указанных налогоплательщиком сведений о хозяйственной операции, в связи с совершением которой он претендует на получения вычета по НДС (уменьшение налогооблагаемой прибыли).

То есть налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах, но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях – не получение налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах.

При доказанной реальности спорных сделок прочие доводы налогового органа не имеют правового значения, а доначисление недоимки по налогам является необоснованным.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, налоговый орган, заявляя о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, обязан доказать недобросовестность именно в действиях проверяемого налогоплательщика, а не ограничиваться формальным перечислением каких-либо фактов.

Вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (налоговой выгоды). Таких доказательств инспекцией не представлено.

При таких обстоятельствах имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений с его контрагентами, доводы инспекции об ином, о создании обществом формального документооборота с названными контрагентами подлежат отклонению как основанные на предположениях.

Доказательств какого-либо сговора между участниками договорных отношений, инспекцией в порядке, установленном частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 АПК РФ, не представлено.

При таких обстоятельствах вывод налогового органа о фиктивности взаимоотношений между заявителем и спорными контрагентами суд признает необоснованным, в связи с чем решение ИФНС России № 23 по г. Москве 30.09.2022 г. № 29/61 подлежит признанию недействительным.

Уплаченная заявителем государственная пошлина в размере 3 000 рублей подлежит взысканию с ИФНС России № 23 по г. Москве, на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным Решение от 30.09.2022 г. № 29/61 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, за исключением транспортного налога в сумме 913 руб., вынесенное ИФНС России № 23 по г. Москве в отношении ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СМУ "ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ", как не соответствующее НК РФ.

Взыскать с ИФНС России № 23 по г. Москве в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СМУ "ФРОНТ ИНЖИНИРИНГ" расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: О.Ю. Паршукова

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 17.04.2023 8:09:00

Кому выдана Паршукова Оксана Юрьевна