Постановление от 5 июня 2023 г. по делу № А23-7710/2017

1160/2023-67096(1)



ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-7710/2017 20АП-1253/2023, 20АП-1210/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2023 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Тучковой О.Г. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО3 (по доверенности от 31.01.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Калужской области от 24.01.2023 по делу № А23-7710/2017 (судья Сафонова И.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО4 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, при участии в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица (ответчика) ФИО2, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Строительная Корпорация «Домстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО6.

Финансовый управляющий ФИО4 14.11.2022 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании недействительными мнимыми сделками


денежные перечисления индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу должника ФИО6:

- № 71 от 09.10.2015 в сумме 1 000 000 руб., - № 72 от 09.10.2015 в сумме 455 000 руб., - № 76 от 13.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 77 от 13.10.2015 в сумме 460 000 руб., - № 78 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 79 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 80 от 16.10.2015 в сумме 923 000 руб., - № 81 от 16.10.2015 в сумме 919 950 руб.

Просил применить последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующим у должника ФИО6 денежных обязательств перед ФИО2 на основании вышеуказанных платежных поручений № 71 и № 72 от 09.10.2015, № 76 и № 77 от 13.10.2015, № 78 и № 79 от 14.10.2015, № 80 и № 81 от 16.10.2015.

Определением суда от 21.11.2022 заявление принято к производству, к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица (ответчика) привлечен ФИО2, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Строительная Корпорация «Домстрой».

Определением Арбитражного суда Калужской области от 24.01.2023 в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными – денежных перечислений на общую сумму 4 657 950 руб. финансовому управляющему Мурадяну Андранику Арутюновичу судом было отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, арбитражный управляющий ФИО4 и ФИО5 обратились с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которых, просят отменить обжалуемое определение, удовлетворив заявленные требования финансового управляющего.

В адрес Двадцатого арбитражного апелляционного суда от ООО «Строительная корпорация Домстрой» поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе финансового управляющего.

От ФИО5 поступили дополнения к апелляционной жалобе.

От финансового управляющего ФИО6 – ФИО7 поступило ходатайство о проведении судебного разбирательства в отсутствие лица, участвующего в деле.


В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

До судебного заседания от ФИО5 поступило ходатайство об отложении судебного заседания по рассмотрению апелляционный жалобы до поступления в материалы дела обособленного спора из суда кассационной инстанции.

Представитель ФИО2 возражал против заявленного ходатайства.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

При этом возможность отложить судебное заседание является правом суда, которое осуществляется с учетом обстоятельств конкретного дела, за исключением случаев, когда рассмотрение дела в отсутствие представителя лица, участвующего в деле, невозможно в силу положений АПК РФ и отложение судебного заседания является обязанностью суда.

Судебной коллегией был сделан запрос в Арбитражный суд Калужской области о предоставлении материалов обособленного спора об исключении требований ФИО2 из реестра требований кредиторов должника. Согласно ответу суда области, материалы данного спора находятся в суде кассационной инстанции. Судебной коллегией установлено, что суде кассационной инстанции рассматривается кассационная жалоба ФИО5 на судебный акт о взыскании судебных расходов.


Вместе с тем, учитывая все обстоятельства и доказательства по делу, судебная коллегия считает возможным рассмотреть апелляционные жалобы по имеющимся в деле доказательствам.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом области, финансовый управляющий ФИО4 14.11.2022 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании недействительными мнимыми сделками денежные перечисления индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу должника ФИО6:

- № 71 от 09.10.2015 в сумме 1 000 000 руб., - № 72 от 09.10.2015 в сумме 455 000 руб., - № 76 от 13.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 77 от 13.10.2015 в сумме 460 000 руб., - № 78 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 79 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 80 от 16.10.2015 в сумме 923 000 руб., - № 81 от 16.10.2015 в сумме 919 950 руб.

Просил применить последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующим у должника ФИО6 денежных обязательств перед ФИО2 на основании вышеуказанных платежных поручений № 71 и № 72 от 09.10.2015, № 76 и № 77 от 13.10.2015, № 78 и № 79 от 14.10.2015, № 80 и № 81 от 16.10.2015.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд области правомерно руководствовался следующим.

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 7 ст. 213.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям,


предусмотренным ст. ст. 61.2 и 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также сделок, совершенных с нарушением федерального закона.

На основании п. 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации

или законодательством о юридических лицах).

Финансовым управляющим сделки оспариваются по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании ст. 168 указанного выше кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.


Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификации сделок как ничтожных на основании ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установления одного факта ущемления интересов других лиц является недостаточным, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Таким образом, обращаясь с заявлением об оспаривании сделки, соответствующее лицо должно доказать нарушение прав и законных интересов кредиторов совершенной сделкой, а также недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника.

Как указано в п. 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 указанного кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 названного кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту соответствующих лиц от недобросовестности участников гражданского оборота. При этом фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявления сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время, для указанной категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели


намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки должно находиться в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. В свою очередь, обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Также в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. То есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 ГК РФ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль


соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

Финансовый управляющий просит признать недействительными мнимыми сделками денежные перечисления индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу должника ФИО6:

- № 71 от 09.10.2015 в сумме 1 000 000 руб., - № 72 от 09.10.2015 в сумме 455 000 руб., - № 76 от 13.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 77 от 13.10.2015 в сумме 460 000 руб., - № 78 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 79 от 14.10.2015 в сумме 300 000 руб., - № 80 от 16.10.2015 в сумме 923 000 руб., - № 81 от 16.10.2015 в сумме 919 950 руб.

При этом в обоснование мнимости сделок по п. 1 ст. 170 ГК РФ, финансовым управляющим представлены только сами платежные поручения № 71 от 09.10.2015 на сумму 1 000 000 руб., № 72 от 09.10.2015 на сумму 455 000 руб., № 76 от 13.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 77 от 13.10.2015 на сумму 460 000 руб., № 78 от 14.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 79 от 14.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 80 от 16.10.2015 на сумму 923 000 руб., № 81 от 16.10.2015 на сумму 919 950 руб.

Иных доказательств мнимости указанных сделок управляющим суду представлено не было.

В апелляционной жалобе ФИО5 указывает, что из выписки по расчётному счёту индивидуального предпринимателя ФИО2 № 408028108222240002822 в ПАО «Сбербанк России» усматривается следующее:

1) денежные средства, перечисленные должнику 09.10.2015 по платежным поручениям №№ 71 и 72 в общей сумме 1 455 000 руб. (1 000 000 + 455 000) были получены ответчиком ФИО2 08.10.2015 от ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ» (операция № 199, якобы, за автотранспортные услуги, однако такие услуги ответчиком обществу реально не оказывались);

2) денежные средства, перечисленные должнику 13.10.2015 по платежным поручениям №№ 76 и 77 в общей сумме 760 000 руб. (300 000 + 460 000) были получены


ответчиком ФИО2 12.10.2015 от ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ» (операция № 208, якобы, за автотранспортные услуги, однако такие услуги ответчиком обществу реально не оказывались);

3) денежные средства, перечисленные должнику 14.10.2015 по платежным поручениям №№ 78 и 79 в общей сумме 600 000 руб. (300 000 + 300 000) были получены ответчиком ФИО2 14.10.2015 от ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ» (операция № 216, якобы, за автотранспортные услуги, однако такие услуги ответчиком обществу реально не оказывались);

4) денежные средства, перечисленные должнику 16.10.2015 по платежным поручениям №№ 80 и 81 в общей сумме 1 842 950 руб. (923 000 + 919 950) были получены ответчиком ФИО2 15.10.2015 от ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ» (операция № 217, якобы, за автотранспортные услуги, однако такие услуги ответчиком обществу реально не оказывались).

Единственным участником и руководителем ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ» является должник ФИО6 (подтверждается письмом ИФНС России по Ленинскому округу г. Калуги от 12.02.2018).

Таким образом, денежные перечисления 4 657 950 руб. от ответчика ФИО2 должнику ФИО6, оформленные спорными платежными поручениями № 71 и № 72 от 09.10.2015, № 76 и № 77 от 13.10.2015, № 78 и № 79 от 14.10.2015, № 80 и № 81 от 16.10.2015, являются мнимыми сделками, сделками только для видимости, сделками ответчика ФИО2 за счёт имущества должника ФИО6 (полностью подконтрольного должнику ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ», доля в уставном капитале которого в размере 100% включена в конкурсную массу должника ФИО6) с целью создания искусственной задолженности.

Спорной сделкой ответчиком и должником создана искусственная кредиторская задолженность, которая определением Арбитражного суда Калужской области от 24.08.2018 по настоящему делу с учетом определения Арбитражного суда Калужской области от 11.02.2020, постановления Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021, постановления Арбитражного суда Центрального округа от 12.08.2021 по настоящему делу, включена в реестр требований кредиторов.

В материалы дела от ООО «Строительная компания Домстрой» представлен отзыв на апелляционные жалобы, в котором указывается, что автотранспортные услуги ООО «Строительная компания Дострой» ФИО2 не оказывались. Запись в платёжных документах об автотранспортных услугах сделана формально для видимости


встречности (возмездности) платежей.

При этом, как правомерно указал суд области, вышеуказанные платежи были предметом рассмотрения судом на предмет их мнимости.

Определением суда от 24.08.2018 года, вступившим в законную силу, включено в третью очередь требований кредиторов ФИО6 требование индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Калуга в сумме 14 821 917 руб., в том числе основной долг - 10 000 000 руб., проценты 4 821 917 руб.

Основанием для включения требований в реестр должника явилось наличие задолженности по договору займа № 8 от 01.10.2015, подтвержденной решением Калужского районного суда Калужской области от 14.06.2018 по делу № 2-1- 4598/2018 по иску ИП ФИО2 к ФИО6 о взыскании долга по договору займа.

Определением Калужского районного суда Калужской области от 24.09.2018 решение Калужского районного суда Калужской области от 14.06.2018 по иску ИП ФИО2 к ФИО6 о взыскании долга по расписке отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Впоследствии определением Калужского районного суда Калужской области от 31.10.2018 иск ИП ФИО2 к ФИО6 о взыскании долга по договору займа оставлен без рассмотрения, в связи с неявкой сторон.

Кредитор ФИО5 26.09.2019 обратился в суд с заявлением об исключении требования ИП ФИО2 из третьей очереди реестра требований кредиторов должника ФИО6.

Определением суда от 11.02.2020, резолютивная часть которого оглашена 04.02.2020 года, исключено из реестра требований кредиторов ФИО6, г. Калуга требование индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Калуга в сумме 14 821 917 руб., в том числе основной долг - 10 000 000 руб., проценты 4 821 917 руб.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2020 года, определение Арбитражного суда Калужской области от 11.02.2020 по делу № А237710/2017 отменено. В удовлетворении требований кредитора ФИО5 об исключении требования ИП ФИО2 из реестра требований кредиторов ФИО6 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 17.09.2020 года, постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2020 года по делу № А23-7710/2017 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двадцатый арбитражный апелляционный суд.


На новом рассмотрении постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 года, определение Арбитражного суда Калужской области от 11.02.2020 по делу № А23-7710/2017 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 12.08.2021 года, определение Арбитражного суда Калужской области от 11.02.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 года в части исключения из реестра требований кредиторов ФИО6 требования ИП ФИО2 в сумме 4 657 950 руб. отменено. В удовлетворении заявления ФИО5 в данной части отказано. В остальной части определение Арбитражного суда Калужской области от 11.02.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 года оставлены без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

При этом, судами установлено, что в подтверждение передачи кредитором заемных денежных средств и их получения должником ФИО6 представлен договор займа № 8 от 01.10.2015, по условиям которого займодавец обязался передать заемщику сумму в долг в размере 10 000 000 рублей, а заемщик обязался возвратить займодавцу всю сумму займа, перечисленную заемщику, а также использовать заем в соответствии с его целевым назначением, обеспечить своевременный возврат денежной суммы в срок, предусмотренный данным договором, а именно: до 07.10.2017 - 10 000 000 рублей. За пользование денежными средствами заемщик обязался уплатить проценты в размере 20% годовых (пункт 1.1 договора).

Отменяя судебные акты в части судом кассационной инстанции в постановлении от 12.08.2021 года, указано на то, что вывод о наличии оснований для исключения требований, обоснованных перечислением денежных средств на банковский счёт должника, является неверным. Вывод судов о недоказанности кредитором факта предоставления денежных средств, обоснованный ссылками на отсутствие в деле доказательств имевшейся у кредитора финансовой возможности предоставить должнику соответствующие денежные средства, и критическим отношением суда к доказательствам расходования полученных средств, сделан при неправильном применении статей 166, 170, 807 ГК РФ и разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, применительно к ситуации, когда заем предоставляется наличными денежными средствами.

По общему правилу если стороны обособленного спора являются аффилированными лицами, то к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, поскольку общность интересов, в том числе, повышает вероятность представления


кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. В настоящем случае суды, применив статьи 10 и 170 ГК РФ, сделали вывод о злоупотреблении кредитором и должником правом, только на том основании, что они являются аффилированными, а надлежащие доказательства обстоятельств, перечисленных в пункте 26 Постановления № 35 отсутствуют. Кроме того, суды исходили из установленного ими факта недобросовестного поведения ИП ФИО2, обратившегося в Калужский районный суд с иском уже после того, как было возбуждено дело о банкротстве и не поставившего суд общей юрисдикции в известность о возбуждении в отношении ответчика ФИО6 дела о банкротстве. Однако суды не установили иных фактических обстоятельств, которые входят в предмет доказывания в такой ситуации и необходимы для вывода о ничтожности договора займа, в частности, возврата денежных средств кредитору (путем обналичивания либо посредством формального совершения иных хозяйственных операций, цепочки сделок), предоставления денежных средств за счет самого должника и т.п. Более того, о наличии подобных обстоятельств в ходе рассмотрения спора не заявлял и конкурсный кредитор ФИО5 Следовательно, в данной части факт злоупотребления кредитором и должником своим правом судами не мог быть установлен. При этом в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

На указанное постановление Арбитражного суда Центрального округа ФИО5 была подана кассационная жалоба в Верховный Суд Российской Федерации.

Определением Верховного Суда Российской Федерации 12.11.2021 года в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

В дальнейшем ФИО5 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с заявлением о пересмотре постановления Арбитражного суда Центрального округа от 12.08.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 20.12.2021 года, в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО5 о пересмотре постановления Арбитражного суда Центрального округа от 12.08.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам по делу № А23- 7710/2017, отказано.

При этом судом кассационной инстанции установлено, что в настоящем случае в


качестве вновь открывшегося обстоятельства ФИО5 указывает на то, что ознакомившись с подготовленным финансовым управляющим положением о реализации имущества должника от 14.11.2021, он узнал о принадлежности должнику 100% доли в ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ». В связи с этим, по его мнению, платежи по платежным поручениям от ИП ФИО2 должнику на общую сумму 4 657 950 руб. являются цепочкой сделок по обналичиванию денежных средств, предоставленных кредитору ИП ФИО2 за счёт самого должника ФИО6 посредством перечисления денежных средств с расчетного счёта ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ».

Как указано в постановлении от 20.12.2021 года в материалах обособленного спора об установлении требований конкурсного кредитора ИП ФИО2 к должнику имеются выписки по соответствующим расчетным счетам, позволявшие отследить, как факт перечисления денежных средств должнику от ИП ФИО2, так и факт происхождения денежных средств на счете названного кредитора. Кроме того, в материалах настоящего дела имеются многочисленные документы, содержащие сведения о составе имущества должника, в том числе и о принадлежности ему доли в ООО «Строительная корпорация «ДОМСТРОЙ». Таким образом, представление ФИО5 дополнительных доказательств под видом вновь открывшихся обстоятельств фактически направлено на переоценку фактов и на преодоление выводов, сделанных судом при рассмотрении спора и изложенных в соответствующем судебном акте, что нарушает принципы общеобязательности, правовой определенности и признания законной силы судебных актов.

Поскольку указанными судебными актами решен вопрос об обстоятельствах, имеющих отношение к настоящему делу, то вышеуказанные судебные акты имеет преюдициальное значение и обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица, в соответствии с частью 2 статьи 69 Кодекса.

Более того, указанные обстоятельства, установленные Арбитражным судом Центрального округа, имеющие отношение к лицам, участвующим в деле, в том числе финансовому управляющему, являются обязательными для суда.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или


равное количество других полученных им вещей того же рода икачества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Договор займа, является реальным и возникает с момента предоставления денежных средств.

Предоставление (перечисление) денежных средств ФИО2 по договору займа ФИО6 подтверждается платежными поручениями № 71 от 09.10.2015 на сумму 1 000 000 руб., № 72 от 09.10.2015 на сумму 455 000 руб., № 76 от 13.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 77 от 13.10.2015 на сумму 460 000 руб., № 78 от 14.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 79 от 14.10.2015 на сумму 300 000 руб., № 80 от 16.10.2015 на сумму 923 000 руб., № 81 от 16.10.2015 на сумму 919 950 руб.

Доказательств мнимости вышеуказанных перечислений финансовым управляющим суду не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд области пришел к обоснованному выводу, что заявление финансового управляющего о признании недействительными мнимыми сделками денежные перечисления индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу должника ФИО6 на общую сумму 4 657 950 руб. не подлежит удовлетворению.

Судебная коллегия также отмечает следующее.

В абзаце 1 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение


внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

24.10.2017 года в Арбитражный суд Калужской области поступило заявление акционерного общества "Автотранспортное предприятие N 1» о признании ФИО6 несостоятельным (банк ртом).

Определением Арбитражного суда Калужской области от 22.01.2018 в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 18.08.2018 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Финансовой управляющий ФИО4, (будучи правопреемником ФИО8) обратился в суд с настоящим заявлением только 14.11.2022, т.е. по истечении более чем четырех лет. Кроме того, выписка по счету должника, отражающая, по мнению кредитора и финансового управляющего мнимость оспариваемых платежей, согласно отметки суда области¸ поступила в суд 28.06.2018, т.е. с этой даты заявители имели возможность ознакомится с ней и оспорить данные платежи. Таким образом, финансовый управляющий знал о спорных платежах с указанной даты, тем не менее, обратился в суд с настоящим заявлением только в ноябре 2022 года, т.е. пропуском трехлетнего срока исковой давности.

Учитывая изложенное, срок на подачу заявления об оспаривании сделки должника как финансовым управляющим, пропущен.

Согласно подходу, изложенному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А3226991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069), согласно которому, во избежание нарушения


имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", далее - постановление N 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием


для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168, 170 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168, 170 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 N 305-ЭС19-18803(10), квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.

Доказательства наличия у оспариваемого договора пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, в том числе наличия признаков мнимой сделки (п. 1 ст. 170 ГК РФ) либо сделки, совершенной в нарушение запретов, установленных ст. 10 ГК РФ, не представлены.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.


Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны обоснованно отклоненным доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 24.01.2023 по делу № А237710/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Н.А. Волошина

Судьи О.Г. Тучкова Е.В. Мосина