Постановление от 14 ноября 2024 г. по делу № А40-225543/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-49316/2024

Дело № А40-225543/22
г. Москва
03 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.А. Дурановского, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Юниформстрой»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2024 по делу № А40-225543/22 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Юниформстрой» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО3 по дов. от 11.01.2024

от к/у ООО «Юниформстрой»: ФИО4 по дов. от 02.08.2023

от ФИО2: ФИО5 по дов. от 05.09.2023

ФИО2 лично, паспорт

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2022 ООО «Юниформстрой» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО6 (ИНН: <***>, адрес для направления корреспонденции: 454018, г. Челябинск, а/я 13553), член Ассоциации «МЦПУ». Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №38 (7483) от 04.03.2023.

В Арбитражный суд г. Москвы 24.01.2024 (в электронном виде) поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 13.06.2024 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от ФИО1, ФИО2 поступили отзывы на апелляционную жалобу, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего доводы жалобы поддержал.

ФИО2 лично и его представитель, представитель ФИО1 по доводам жалобы возражали, просили оставить обжалуемое определение без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, заявитель просит привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника управляющему, неподачу заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), указывая, что ФИО1 являлся единственным участником должника.

Кроме того, управляющий просит привлечь к ответственности ФИО2 за неподачу заявления о признании банкротом, поскольку ФИО2 являлся руководителем должника в период до 2016 года.

Рассмотрев вопрос о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской документации и имущества, а также недостоверность сведений, отраженных в отчетности, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Таким образом, Законом о банкротстве не предусмотрена обязанность учредителя (участника) должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, а также не предусмотрена обязанность по хранению бухгалтерской документации.

Согласно п. 1 ст. 7 Закона «О бухгалтерском учете», ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

ФИО1 не являлся ни руководителем ООО «Юниформстрой», ни лицом, на которое было возложено ведение бухгалтерского учета общества.

Поэтому довод о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве обоснованно отклонен судом первой инстанцией.

При этом отраженный в бухгалтерском балансе за 2016 год внеоборотный актив «незавершенное строительство» стоимостью 1 238 087 000 руб. представляет собой жилые дома, возведённые ООО «Юниформстрой» в рамках исполнения заключенного с Правительством Москвы инвестиционного контракта от 11.12.2003 №ДЖП.03.ВАО.00572 (реестровый номер 13-008923-5301-0013-00001-03) в редакции дополнительного соглашения от 31.03.2009 № 1.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 по делу №А40-244031/19 установлены следующие обстоятельства.

Согласно п. 2.1 предметом Контракта является реализация инвестиционного проекта по строительству жилой части жилого комплекса с нежилыми первыми этажами и подземной автостоянкой по адресу: <...> (строительный адрес: <...>) с ориентировочным объемом инвестиций 9,8 млн. долларов США.

Согласно п.2.2 контракта в рамках реализации инвестиционного проекта Инвестор обязуется за счет собственных (заемных и (или) привлеченных) средств произвести проектирование и строительство жилого комплекса с нежилыми первыми этажами и подземной автостоянкой по адресу: Суворовская ул., вл. 10-12 общей площадью объекта-23 420 кв.м.

Пунктом 3.1.1. Контракта предусмотрено, что 100 % общей жилой площади подлежит передаче в собственность Инвестора при условии перечисления в бюджет города Москвы на специальный счет Московского казначейства денежных средств в качестве компенсации за существующую социальную, инженерную и транспортную инфраструктуру при инвестировании строительства и реконструкции нежилого фонда в размере 6 975 000 долларов США (в рублевом эквиваленте по ставке Центрального банка Российской Федерации на день оплаты).

В рамках реализации Инвестиционного контракта Инвестор произвел работы по строительству жилой части жилого комплекса с нежилыми первыми этажами и подземной автостоянкой по милицейскому адресу: ул. Суворовская, д.10 и д. 12 (строительный адрес: ул. Суворовская, вл. 10-12) в полном объеме.

Неперечисление размера компенсации стало причиной существования у ООО «Юниформстрой» единственного кредитора – Департамента городского имущества города Москвы и отражения бухгалтерской стоимости объекта на балансе общества.

Оснований для передачи документов, подтверждающих актив у должника (внеоборотный актив «незавершенное строительство» стоимостью 1 238 087 000 руб.) судом апелляционной инстанции также не установлено.

Конкурсным управляющим также заявлено о не передаче активов, поименованных как «расходы будущих периодов», «расчёты по налогам и сборам», «расчеты по социальному страхованию», «остаток денежных средств на расчетном счете».

Сведения об указанных активах не могут быть переданы в натуре, а их состояние на момент возбуждения дела о банкротстве подлежит установлению исходя из запросов банковских выписок по счетам должника и справки по расчетам с бюджетом в ФНС России, исполнение чего находится в компетенции управляющего и не зависит от ФИО1

В отношении доводов о непередаче документов управляющему, суд первой инстанции указал, что определением (резолютивная часть оглашена 22.05.2024), в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании документов и имущества должника у ФИО1 отказано.

При этом судом установлено, что ФИО1 передана фактически имеющаяся часть документации и имущества должника, также учтено, что часть документации не передана ввиду истечения срока хранения. Иных документов у ответчика не имеется.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора конкурсный управляющий должника должен доказать наличие неправомерных действий со стороны ответчиков, а также причинную связь с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы, а лицо, привлекаемое к ответственности - то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» даны следующие разъяснения. Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действиях ФИО1 отсутствуют признаки уклонения от передачи документации и имущества, либо злоупотребления своими правами.

Суд также обращает внимание, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств затруднения проведения процедуры.

Доводы о несвоевременной подаче заявления о признании должника банкротом, также обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст.9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При этом довод управляющего о возникновении объективного банкротства 28.05.2015 как дня направления Департаментом строительства города Москвы письма о намерении оформления результатов инвестиционного проекта так же несостоятелен.

Включенное в реестр требований кредиторов денежное обязательство носило спорный характер и находилось на разрешении Арбитражного суда города Москвы в рамках дела №А40-244031/2019.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2020 в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности было отказано, что повлияло на отношение к задолженности как отсутствующей.

Взыскание задолженности было произведено лишь Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 по делу №А40-244031/19, которым установлено, что «обязанность инвестора по оплате возникла после подписания Акта, что установлено решением Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2018 №А40-135958/15, а также названный акт и в том числе сумма, подлежащая уплате, таковым решением утверждены (п.5 акта).

В свою очередь решение Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2018 по делу №А40-135958/15 вступило в законную силу лишь 14.11.2018 с вынесением апелляционного постановления Девятого арбитражного апелляционного суда.

Следовательно, объективное банкротство ООО «Юниформстрой» в любом случае не могло возникнуть ранее 14.11.2018, а денежное требование было подтверждено судебным актом лишь 25.08.2020.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Следуя правовой позиции п. 8 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2016), утв. Президиумом ВС РФ 13.04.2016 г., невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 21.10.2019 №305-ЭС19-9992 подобное поведение руководителя влечет за собой возникновение убытков на стороне новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, заявитель в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом положений статьи 9 Закона о банкротстве обязан доказать, какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующими в период оспариваемого бездействия, ответственность руководителя должника наступает за принятие должником, уже отвечающим признакам банкротства, дополнительных обязательств.

Между тем, дополнительные обязательства на должника ни бывший руководитель, ни участник Должника после возникновения признаков неплатежеспособности не принимали. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. С учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления в полном объеме.

Доводы апелляционной жалобы в отношении ФИО1 подлежат отклонению на основании следующего.

Согласно представленному конкурсным управляющим ответу МО ГИБДД ТНРЭР №5 ГУ МВД России по г. Москве №3/237706470589 от 14.03.2022, транспортное средство ЗИЛ 5301Д0-ЗИЛ-5301Е0 было зарегистрировано за ООО «Юниформстрой» с 15.02.2002.

Действительно, согласно выписке из государственного реестра транспортных средств от 01.02.2024, полученной посредством сервиса «Проверка автомобиля», размещенного на официальном сайте МВД РФ ГИБДД России https://гибдд.рф/check/auto#XT75301Д010000042, транспортное средство было зарегистрировано за первым владельцем с 15.02.2002.

Однако далее следует запись об окончании периода регистрации в дату 27.01.2011 и изменении собственника на иное юридическое лицо более чем за 11 лет до введения процедуры банкротства в отношении ООО «Юниформстрой».

Следовательно, требование о передаче транспортного средства ЗИЛ 5301Д0-ЗИЛ-5301Е0 неправомерно, поскольку автомобиль не находится в собственности ООО «Юниформстрой» с 27.01.2011.

Документы о безнадёжной ко взысканию накопленной за период деятельности должника с 1998 г. по 2016 гг. дебиторской задолженности, отраженные в балансе за 2016 г., были переданы конкурсному управляющему.

Однако подготовленный силами ФИО1 акт приемки-передачи из 5 558 позиций документов на 324 листах был немотивированно отклонён управляющим, встречный акт приемки-передачи документов со стороны управляющего не представлен.

Получив во владение документацию должника, конкурсный управляющий отказался от предоставления ФИО1 подтверждающего документа (акта приемки-передачи).

Согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2024 по настоящему делу определение суда первой инстанции об отказе в истребовании имущества оставлено без изменений.

С учетом возбуждения дела о банкротстве определением Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2022 период подозрительности охватывает период лишь до 25.10.2019, не затрагивая 2016 г.

Поэтому довод конкурсного управляющего о непередаче документов за период до 2019 г. не направлен на достижение целей конкурсного производства.

Согласно п. 1 ст. 29 Закона о бухгалтерском учете, первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы за 2016 г. подлежали хранению лишь до конца 2021 г.

Ко времени обращения управляющим с ходатайством об истребовании документов у ФИО1 в декабре 2023 г. и с ходатайством о привлечении к субсидиарной ответственности в январе 2024 г., срок хранения документации истёк.

Согласно п. 1 ст. 7 Закона «О бухгалтерском учете», ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

ФИО1 не являлся ни руководителем ООО «Юниформстрой», ни лицом, на которое было возложено ведение бухгалтерского учета общества.

Статус контролирующего должница лица как председателя совета директоров не возлагало на ФИО1 обязанности по сдаче налоговой отчетности после 2016 г. Более того, с 2016 г. хозяйственная деятельность должником уже не велась.

Согласно п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст.9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

ФИО1 не является лицом, обладающим правом обратиться с заявлением о банкротстве должника или созвать заседание по принятию такого решение или принятию решения.

Поэтому довод о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве подлежит отклонению в любом случае.

Конкурсный управляющий согласился с выводом суда первой инстанции, что объективное банкротство должника не могло возникнуть ранее 14.11.2018.

В настоящем деле включенное в реестр определением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2023 г. требование единственного кредитора не стало бы текущим в случае обращения с заявлением о банкротстве в декабре 2018 г.

Единственный кредитор предоставил исполнение до 14.11.2018 г. и не был введен в заблуждение относительно явной невозможности удовлетворения своих требований.

Согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2022 по делу №А40-282976/2021-181-2113 инвестиционный контракт № 1419, частичное неисполнение которого легко в основу требования единственного кредитора, заключен 11.11.1999.

Следуя правовой позиции п. 8 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2016), утв. Президиумом ВС РФ 13.04.2016, невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 21.10.2019 №305-ЭС19-9992 подобное поведение руководителя влечет за собой возникновение убытков на стороне новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом и явно неспособному передать встречное исполнение.

Правовой смысл ответственности за неподачу заявления о собственном банкротстве заключается в недопущении такой ситуации, когда лицо принимает на себя новые обязательства перед новыми кредиторами, которые введены в заблуждение относительно платежеспособности должника именно в момент предоставления ему своего исполнения. Субсидиарная ответственность руководителя должника предусмотрена не по всем обязательствам должника, а только по обязательствам, возникшим после истечения срока, установленного п. 3 ст. 9 Закона о банкротстве.

То есть во внимание принимаются только те обязательства, которые в случае обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом в предполагаемую дату, стали бы текущими обязательствами (Постановления Арбитражного суда Московского округа от 10.03.2021 №Ф05-1874/2021, от 26.02.2021 №Ф05-5465/2020, от 25.03.2021 №Ф05-9264/2016).

Согласно постановлению Арбитражного суда Московского округа от 27.09.2021 №Ф05-17022/2020 неустойка не подпадает под понятие обязательств, определяемых положениями п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку не является новым денежным обязательством, так как не имеет нового юридического факта, который бы лежал в основании ее возникновения, а представляет собой финансовые санкции, начисленные на денежные требования по основному обязательству.

Доводы апелляционной жалобы в отношении ФИО2 подлежат отклонению на основании следующего.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе просит суд отменить определение суда первой инстанции и привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в том числе ФИО2

Между тем, сам конкурсный управляющий, ссылаясь на ранее принятые по делу судебные акты, в своей в жалобе указывает:

«ФИО2 являлся генеральным директором ООО «Юниформстрой» до 19.12.2016, то есть его полномочия были прекращены за 6 лет до принятия заявления о банкротстве ООО «Юниформстрой».

После увольнения ФИО2 не осуществлял и не мог осуществлять никаких действий, связанных с управлением деятельностью Должника».

Тот факт, что ФИО2 начиная с 19.12.2016 не являлся генеральным директором Должника неоднократно устанавливался судами (Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.09.2023, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2023 по настоящему делу, решение Тверского районного суда г. Москвы от 23.05.2022 по делу № 2-2885/2022).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно п. 3 ст. 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

При этом, по смыслу п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» а также исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий. (Указанная позиция подтверждается актуальной судебной практикой: Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.11.2022 №Ф05-2171/2020 по делу №А40-107005/2017; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.10.2022 №Ф05-21476/2022 по делу №А40-271696/2018; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.10.2022 №Ф05-18807/2019 по делу №А40-223538/2017).

На момент завершения полномочий ФИО2 в качестве генерального директора (до 19.12.2016) должника действовал Закон о банкротстве в редакции закона №73-ФЗ, согласно которому (абз. 32 ст. 2):

«контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника)».

Таким образом, с учетом правильного применения законодательства о банкротстве в редакции, действовавшей на момент, когда Ответчик (ФИО2) занимал должность генерального директора, а именно применяя абз. 32 п. 2 Закона о банкротстве, необходимо прийти к выводу, что ФИО2 статусом контролирующего Должника лица не обладает, поскольку его полномочия как генерального директора были прекращены 19.12.2016, а заявление о банкротстве Должника принято судом к производству 01.12.2022, то есть за пределами двухлетнего срока.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия каких-либо неформальных отношений Должника и ФИО2 после его увольнения с должности генерального директора (19.12.2016 г.), ФИО2 после увольнения ни фактически, ни юридически не был связан с Должником, не давал и не имел права давать Должнику какие-либо указания, которые могли привести к банкротству общества.

Вышеуказанное исключает возможность отнесения ФИО2 к контролирующим Должника лицам с учетом ранее действовавшего абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве.

Заявителем в апелляционной жалобе не указывается какие конкретно действия/бездействия бывшего генерального директора (до 19.12.2016) ФИО2 привели к банкротству Должника в декабре 2022 г.

ООО «Юниформстрой» (Должник) являлось крупной строительной организацией, осуществляющей деятельность с 1998 г. По существу, к настоящему моменту у организации практически нет кредиторов (ни долевых участников строительства, ни контрагентов-подрядчиков). В реестр требований кредиторов включены требования кредитора – Департамент городского имущества г. Москвы.

11.12.2003 между Правительством Москвы и Должником был заключен инвестиционный контракт №ДЖП.03.ВАО.00572 в редакции дополнительного соглашения от 31.03.2009 № 1.

Согласно п. 2.1 предметом Контракта является реализация инвестиционного проекта по строительству жилой части жилого комплекса с нежилыми первыми этажами и подземной автостоянкой по адресу: <...> (строительный адрес: <...>) с ориентировочным объемом инвестиций 9,8 млн. долларов США.

В рамках реализации Инвестиционного контракта Инвестор произвел работы по строительству жилой части жилого комплекса с нежилыми первыми этажами и подземной автостоянкой по милицейскому адресу: ул. Суворовская, д.10 и д. 12 (строительный адрес: ул. Суворовская, вл. 10-12) в полном объеме. Разрешением Комитета государственного строительного надзора города Москвы объект введен в эксплуатацию от 30.06.2008 №RU77180000-000991.

При этом, согласно п. 3.1.1 дополнительного соглашения №1 Контракта и приложению № 1 дополнительного соглашения было установлено, что Инвестор должен перечислить в бюджет г. Москвы денежную компенсацию за существующую социальную, инженерную и транспортную инфраструктуру в размере 6 975 000 долларов США (в рублевом эквиваленте по ставке ЦБ РФ на день оплаты), в следующем порядке:

- первая часть денежных средств перечисляется Инвестором в бюджет города Москвы в размере 20% от суммы, определенной по итогам открытого аукциона, что составляет 1 395 000 долларов США; - вторая часть компенсации в размере 80 % от суммы, определенной по итогам аукциона, перечисляется Инвестором в бюджет города ежеквартально равновеликими платежами, и составляет 5 580 000 долларов США.

Часть денежных средств в размере 20 % от суммы (1 395 000 долларов США была перечислена Ответчиком в бюджет города.

При этом, Приложением №1 к Дополнительному соглашению №1 от 31.03.2009 к Инвестиционному контракту №ДЖП.03.ВАО.00572 от 11.12.2003 предусмотрено, что сумма второй части компенсации в размере 5 580 000 долларов США должна быть перечислена в течение 10 банковских дней после выхода соответствующего распоряжения, утверждающего сумму компенсации инвестору затрат на проектирование и строительство объекта ГО в соответствии с заключением Мосгорэкспертизы.

До того момента пока ФИО2 занимал должность генерального директора ООО «Юниформстрой» распоряжения Правительства г. Москвы, утверждающего сумму компенсации затрат, связанных со строительством объекта ГО выпущено не было и, соответственно, законных оснований произвести оплату второй части компенсации в бюджет г. Москвы у ООО «Юниформормстрой» также не было.

Впоследствии, через 3 года после ухода ФИО2 с должности генерального директора ООО «Юниформстрой», в 2019 г. Правительство г. Москвы обратилось в арбитражный суд г. Москвы о взыскании с ООО «Юниформстрой» суммы компенсации в размере 296 823 314 руб., по итогам которого Постановлением 9ААС от 25.08.2020 г. требования были удовлетворены (Дело №А40-244031/19).

Согласно пункту 56 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Далее по тексту – Постановление Пленума №53) по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Субсидиарная ответственность является дополнительной мерой ответственности контролирующего должника лица перед кредиторами за недобросовестные действия, повлекшие или могущие повлечь невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника.

Как разъяснено в пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно позиции, изложенной в Определении ВС РФ №305-ЭС19-10079 от 30 сентября 2019 г., судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В рассматриваемом споре, конкурсный управляющий не подтвердил какими- либо доказательствами недобросовестность и противоправность действий или бездействий ФИО2 при осуществлении функций руководителя общества (до 19.12.2016), не представил доказательств, подтверждающих, что его действиями был причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2024 по делу № А40-225543/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Юниформстрой» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: О.В. Гажур

Судьи: А.А. Дурановский

Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.