Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А40-136594/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-46832/2025

Дело № А40-136594/23
г. Москва
25 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой, судей Е.В. Ивановой, Ю.Н. Федоровой, при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 19 июня 2025 года по делу № А40-136594/23,

об отказе в рамках разрешения разногласий ФИО1 в исключении имущества (земельный участок и расположенный на нем жилой дом) из конкурсной массы,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, при участии в судебном заседании:

ФИО1 лично, паспорт иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.01.2024 ФИО1 признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО2; сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 27.01.2024.

В суд 28.02.2025 поступило заявление ФИО1 о разрешении разногласий, исключении из конкурсной массы земельного участка с кадастровым номером 50:07:0070504:17 и жилого дома с кадастровым номером 50:07:0000000:20876, заявлено ходатайство о привлечении к участию в споре организатора торгов.

Определением суда от 03.03.2025 приняты обеспечительные меры в виде приостановления торгов под номером 250663, которые проводятся на электронной торговой площадке «Центр дистанционных торгов», касающихся реализации земельного участка с кадастровым номером 50:07:0000000:20876 и жилого дома с кадастровым номером 50:07:0000000:20876, до вступления в законную силу судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения заявления ФИО1 о разрешении разногласий, поступившего в суд 28.02.2025.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2025 года по делу № А40-136594/23 суд отказал в рамках разрешения разногласий ФИО1 в исключении имущества (земельный участок и расположенный на нем жилой дом) из конкурсной массы.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом,ФИО1 подана апелляционная жалоба, в рамках которой податель жалобы просит определение отменить, принять новый судебный акт об исключении имущества (земельный участок и расположенный на нем жилой дом) из конкурсной массы.

В судебном заседании ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал, указал на незаконность обжалуемого определения.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со ст. 266, 268 АПК РФ.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Как следует из заявления и материалов обособленного спора, установлено судом первой инстанции, в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, Определением суда от 05.02.2024 по настоящему делу признан недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома от 17.01.2021, заключенный ФИО3 и ФИО4, применены последствия недействительности в виде погашения в Едином реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:07:0070504:17 и расположенный в границах участка жилой дом с кадастровым номером 50:07:0000000:20876 и внесения (восстановления) записи о регистрации права записи о регистрации права ФИО3 на указанное имущество.

Земельный участок приобретен супругами Ш-выми в период их брака, тогда же на участке построен жилой дом.

Брак ФИО1 и ФИО3 расторгнут 10.01.2025, причиной стали долговые обязательства супруга, раздел имущества не производился.

Жилой дом, расположенный на приобретенном в период брака земельном участке, не обременен ипотекой и в настоящее время является для должника единственным жильем, поэтому указанное имущество подлежит исключению из конкурсной массы.

ФИО1 зарегистрирован в жилом доме 05.03.2025, фактически живет в нем уже несколько лет, при этом не проживает совместно и не ведет совместное хозяйство со ФИО3 более трех лет, на что указывает определение суда от 02.12.2024 об отказе ФИО5 в признании обязательств супругов общими.

ФИО3 с 19.02.2009 является собственником однокомнатной квартиры с кадастровым номером 77:03:0005021:6374 площадью 37,6 кв м.

Проживание ФИО1 и ФИО3 в одной квартире приведет к увеличению числа конфликтных ситуаций и эмоциональных потрясений, нарушит их спокойную жизнь и, вероятно, негативно скажется на их здоровье, учитывая возраст бывших супругов (60 лет и 61 год).

При вынесении определения суда от 08.04.2024, которым требование ФИО6, установленные решением Измайловского районного суда г. Москвы от 02.06.2022 по делу № 2-3033/2022, признано общим обязательством супругов Ш-вых,

суд не выяснил, какое имущество приобретено на полученные от кредитора средства, вместе с тем все имущество приобретено до получения займа от ФИО6

С этим судебным актом ФИО1 не согласен, не смотря на его вступление в законную силу.

То обстоятельство, что спорное имущество попало в конкурсную массу в результате признания судом сделки недействительной, не исключает возможности признания этого имущества единственным жильем должника.

Возможность приобретения замещающего жилья финансовым управляющим не исследована, при этом заявлено о наличии у спорного имущества признаков роскошного.

Возражая против исключения земельного участка и жилого дома из конкурсной массы, финансовый управляющий и ФИО6 обратили внимание на следующие обстоятельства.

Ш-вы состояли в браке с 04.08.1984 по 10.01.2025. Брак расторгнут через год после признания должника банкротом.

ФИО3 приобрела однокомнатную квартиру в 2009 году, согласно договору передачи квартиры в собственность члены семьи и в частности ФИО1, указанный в приложении к договору, имеют право пользования этим жилым помещением наравне с его собственником, оснований для прекращения права пользования нет, в заявлении о приватизации указано, что ФИО1 отказался от приватизации.

Земельный участок и жилой дом выбыли из общей собственности супругов 17.01.2021 в связи с заключением впоследствии признанного недействительным в рамках настоящего дела договора дарения, заключенного ФИО3 и ФИО4

При этом должник своих прав в отношении имущества не заявил, сделку не оспаривал.

Действия ФИО1 и ФИО3 направлены на лишение кредиторов возможности получить удовлетворение их требования посредством обращения взыскания на имущество и выражаются в искусственном наделении спорного имущества исполнительским иммунитетом, в то время как ранее имелись все основания полагать, что должник не расценивает заявленное к исключению из конкурсной массы имущество как единственное жилье.

Вступившим в законную силу судебным актом обязательства перед ФИО6 признаны общими для ФИО1 и ФИО3

Находясь в браке со ФИО3 и проживая с ней совместно, ФИО1 29.07.2014 получил от ФИО6 319 000 долларов США, в дальнейшем, не исполнив обязательство по возврату денежных средств и выплате процентов, должник заключил с кредитором соглашение от 25.11.2016, в соответствии с которым у ФИО1 возникло новое обязательство по возврату ФИО6 полученных от него дополнительно 15 343 000 руб., а также ранее полученных 319 000 долларов США и 3 760 000 руб.

До 12.11.2019 должник расходовал полученные от ФИО6 средства на нужды семьи, приобретал имущество, не имея при этом иных доходов, кроме полученных от кредитора 17 150 000 руб. и взысканных в дальнейшем решением Измайловского районного суда города Москвы от 02.06.2022 по делу № 2-3033/2022.

До настоящего времени долг не погашен.

В условиях уклонения должника от исполнения обязательств пред кредитором и переоформления долговых обязательств, супруги Ш-вы совершили ряд сделок, направленных на вывод активов с целью не допустить обращения на них взыскания (отчуждение спорных земельного участка и жилого дома, а также автомобиля в пользу их сына ФИО4).

Такие действия следует признать недобросовестными и совершенными при злоупотреблении правом, что является основанием для отказа в удовлетворении рассматриваемого заявления должника.

Согласно выписке из ЕГРН за ФИО1 были зарегистрированы земельный участок площадью 600 кв м с кадастровым номером 50:30:0050123:539, реализованный в процедуре банкротства за 100 000 руб., и жилое помещение площадью 40,9 кв м с кадастровым номером 77:04:0004002:3882, подаренное должником его дочери ФИО7 по договору от 25.03.2016, то есть в период, когда у должника уже имелись неисполненные обязательства перед ФИО6

Согласно выписке из ЕГРН за ФИО3 были зарегистрированы жилое помещение площадью 53,6 кв м с кадастровым номером 77:03:0004006:1305, право собственности в отношении которого прекращено 04.09.2002, жилое помещение площадью 37,6 кв м с кадастровым номером 77:03:0005021:6374, в котором супруги Ш-вы были зарегистрированы с 04.10.2006, а также спорные земельный участок и жилой дом.

В ходе рассмотрения обособленного спора, касающегося признания недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома от 17.01.2021, заключенного ФИО3 и ФИО4, должник не заявлял о том, что это имущество он расценивает как единственное жилье.

Запись о праве собственности ФИО3 на земельный участок и жилой дом восстановлена 27.04.2024.

Собрание кредиторов ФИО1 09.07.2024 утвердило положение о реализации земельного участка и жилого дома, после чего имущество выставлено управляющим на торги, публикации в ЕФРСБ осуществлены 18.09.2024, 29.10.2024, 07.12.2024.

Брак Ш-вых расторгнут 10.01.2025, должник зарегистрировался в жилом доме 05.03.2025, то есть после признания недействительным договора дарения от 17.01.2021 и поступления в суд рассматриваемого заявления.

Площадь жилого дома составляет 156,9 кв м. совместно с земельным участком они являются наиболее ликвидным активом, включенным в конкурсную массу.

Иных источников наполнения конкурсной массы нет, ФИО1 не ведет трудовую деятельность, не раскрывает доходы, не сотрудничает с финансовым управляющим, не выходит с ним на связь на протяжении всей процедуры, не передает ФИО2 какие-либо документы, в том числе после выдачи арбитражным судом 22.09.2023 исполнительного листа, до передачи настоящего спора на разрешение суда на протяжении трех лет не раскрывал место своего проживания.

Финансовый управляющий в 2024 году три раза выезжал по адресу нахождения земельного участка и жилого дома, опрашивал соседей, которые пояснили, что данное имущество используется как загородный дом выходного дня, на постоянной основе в нем никто не проживает.

Представители ФИО3 04.12.2024 связались с ФИО2 по вопросу реализации земельного участка и жилого дома, после чего управляющий осмотрел имущество, составил акт и фотоотчет в присутствии ФИО3, при осмотре жилого дома ФИО2 не обнаружил в нем мужской одежды, обуви и иных мужских предметов, в доме находились только женские вещи.

После осмотра жилого дома ФИО3 отказалась предоставить для осмотра принадлежащую ей квартиру, в которой она и ФИО1 были зарегистрированы с 04.10.2006, сославшись на то, что в ней проживает их дочь ФИО7, а ФИО3 проживает совместно с сыном ФИО4 в квартире по улице Буденного, при этом должник 25.03.2016 подарил дочери квартиру по улице Волгоградский проспект.

В ходе рассмотрения судом вопроса о недействительности договора дарения земельного участка и жилого дома от 17.01.2021, заключенного ФИО3 и ФИО4, ФИО3 доказывала, что ФИО1 не имеет никакого отношения к указанному имуществу, в настоящее время ФИО3 занимает прямо противоположную правовую позицию.

ФИО2 получил выписки по счетам должника, из которых следует, что ФИО1 никогда не пользовался филиалами банков и банкоматами, расположенными вблизи места нахождения жилого дома, который он в настоящее время просит исключить из конкурсной массы, кроме того, ФИО1 не получает почтовую корреспонденцию по месту нахождения жилого дома, в то время как направленное по месту нахождения принадлежащей ФИО3 квартиры почтовое отправление получено должником в марте 2025 года.

Разрешая возникшие между должником, финансовым управляющим и кредитором разногласия в порядке статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд исходил из следующего.

В силу пунктом 1 и 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Из конкурсной массы финансовым управляющим исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Разногласия между финансовым управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, в отношении указанного имущества рассматриваются в порядке, установленном пунктом 2 статьи 60 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено в том числе на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

При рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности). Указанное обстоятельство подлежит учету судом, рассматривающим дело о банкротстве, при рассмотрении ходатайства финансового управляющего о предоставлении ему доступа в принадлежащие должнику жилые помещения, к адресам и содержимому электронной и обычной почты гражданина и т.п., а также при рассмотрении ходатайства должника о получении из конкурсной массы денежных средств в разумном размере на оплату личных нужд. Названные ходатайства рассматриваются судом в порядке статьи 60 Закона о банкротстве (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П закреплена правовая позиция, согласно которой абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, в том числе при

несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника, поскольку отказ в применении этого иммунитетане оставит его без жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма (поскольку законодателем во исполнение Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2012 года № 11-П не установлено иное, а наличие хотя бы таких - близких по своему назначению и установленных жилищным законодательством - критериев принятия соответствующего решения необходимо для защиты прав должника и кредитора в их балансе), и в пределах того же поселения, где эти лица проживают.

Данным постановлением констатировано многолетнее законодательное бездействие и указано на то, что со вступления в силу постановления № 15-П абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета.

Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью заключаются в следующем:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта (иное может быть обусловлено особенностями административно-территориального деления, например, существованием крупных городских агломераций (компактно расположенных населенных пунктов, связанных совместным использованием инфраструктурных объектов и объединенных интенсивными экономическими, в том числе трудовыми, и социальными связями));

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией (наказанием) за неисполненные долги или средством устрашения должника, в связи с чем необходимым и предпочтительным является проведение судебной экспертизы рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего (это влечет за собой необходимость оценки и стоимости замещающего жилья, а также издержек конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого).

Если должник в преддверии банкротства или в ходе рассмотрения дела о несостоятельности в ущерб интересам взыскателя совершает односторонние действия, направленные на изменение регистрации по месту жительства, с исключительной целью создания объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, такие действия могут быть квалифицированы как злоупотреблением правом. В этом случае суд вправе применить

к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

Среди обстоятельств, которые имеют значение при оценке поведения должника на предмет добросовестности, помимо прочего, следует учесть и сопоставить, с одной стороны, моменты предъявления претензии, иска о взыскании долга, вынесения решения о присуждении, возбуждения исполнительного производства, дела о несостоятельности, а также извещения должника об этих событиях и, с другой стороны, причины изменения

регистрации по месту жительства - было ли это изменение фиксациейположения дела, фактически сложившегося задолго до предъявления кредитором требования, или оно направлено на уклонение от погашения долга, имелись ли какие-либо особые объективные причины, побудившие должника сменить место жительства без намерения причинить вред кредитору (болезнь близкого родственника, повлекшая необходимость ухода за ним, закрытие расположенного в населенном пункте единственного образовательного учреждения, в котором обучались несовершеннолетние дети должника, прекращение деятельности градообразующего предприятия, накотором трудились должник и члены его семьи, и т.п.).

Местом жительства гражданина признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Закон Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» устанавливает, что под местом жительства гражданина понимается жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства.

Поскольку в Российской Федерации в силу уведомительного характера регистрационного учета граждан по месту жительства уполномоченные государственные органы лишь удостоверяют акт свободного волеизъявления гражданина о выборе им места жительства, предполагается, что такое место определяется данными регистрационного учета.

Указанная презумпция является опровержимой. Должник, а также прочие заинтересованные лица не лишены возможности подтвердить данные о другом фактическом месте жительства гражданина совокупностью иных доказательств, что согласуется со сложившейся судебной практикой (постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (абзац шестой пункта 11) и от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (абзац третий пункта 17, абзац второй пункта 36)).

В рассматриваемом случае сложилась ситуация, в которой должник, находившийся в браке со ФИО8 с 04.08.1984 и зарегистрированный с ней в одной квартире с 04.10.2006, после принятия на себя долговых обязательств перед ФИО9 на сумму 17 150 000 руб. (которые вступившим в законную силу судебным актом признаны общими со ФИО8) и другими кредиторами (всего в реестр включены требования на сумму более 27 млн. руб.), а также после совершения самим должником и его супругой ряда сделок по приобретению и отчуждению имущества, одна из которых признана впоследствии недействительной, расторг брачные отношения с супругой 10.01.2025 и в настоящее время просит защитить единственный ликвидный актив исполнительским иммунитетом.

Данные действия совершаются ФИО1 через год после признания его несостоятельным, а также после того, как суд признал недействительной сделку по отчуждению имущества, которое должник просит исключить из конкурсной массы.

Как отмечалось, должник признан банкротом решением суда от 19.01.2024, договор дарения земельного участка и жилого дома признан недействительным определением суда от 05.02.2024, брак ФИО1 и ФИО3 расторгнут 10.01.2025, ФИО1 зарегистрирован в жилом доме 05.03.2025.

Доказывая недобросовестность предпринимаемых ФИО1 действий, управляющий и кредитор в достаточной степени обосновали их направленность на искусственное наделение спорного имущества исполнительским иммунитетом.

Так, спорные земельный участок и жилой дом выбыли из общей собственности супругов 17.01.2021 в связи с заключением впоследствии признанного недействительным договора дарения, при этом должник своих прав в отношении имущества не заявил, сделку не оспаривал, не заявлял о том, что это имущество он расценивает как единственное жилье.

Особое внимание следует обратить на то обстоятельство, что ранее ФИО3 доказывала, что ФИО1 не имеет никакого отношения к указанному имуществу, а в настоящее время она совместно с должником занимает противоположную правовую позицию.

Финансовый управляющий отмечал, что конкурсная масса не наполняется, ФИО1 не ведет трудовую деятельность, не раскрывает источник денежных средств, не сотрудничает с финансовым управляющим, не выходит с ним на связь на протяжении всей процедуры, не передает ФИО2 какие-либо документы, в том числе после выдачи арбитражным судом 22.09.2023 исполнительного листа, до передачи настоящего спора на разрешение суда напротяжении трех лет не раскрывал место своего проживания, кроме того, ФИО1 по договору от 25.03.2016 подарил своей дочери жилое помещение площадью 40,9 кв м в период, когда уже имелись неисполненные обязательства перед ФИО6

Доказывая, что реально сложившееся положение дел по поводу места жительства должника не соответствует тому, на которое ссылаются ФИО1 и ФИО3, финансовый управляющий указал, что он неоднократно выезжал по адресу нахождения земельного участка и жилого дома, опрашивал соседей, которые пояснили, что данное имущество используется как загородный дом выходного дня, на постоянной основе в нем никто не проживает, осмотрел спорное имущество в присутствии ФИО3, не обнаружил в нем мужских вещей, составил акт и фотоотчет, при этом предоставить для осмотра квартиру, в которой Ш-вы были зарегистрированы с 04.10.2006, ФИО3 отказалась, управляющим получены выписки по счетам должника, из которых следует, что ФИО1 никогда не пользовался филиалами банков и банкоматами, расположенными вблизи места нахождения жилого дома, который он в настоящее время просит исключить из конкурсной массы, кроме того, ФИО1 не получает почтовую корреспонденцию по месту нахождения жилого дома, в то время как направленное по месту нахождения принадлежащей ФИО3 квартиры почтовое отправление получено должником в марте 2025 года.

Должник и ФИО3 указанные обстоятельства не опровергли.

Оценивая доводы и доказательства участников спора, суд принял во внимание, что занятая ФИО1 и ФИО3 правовая позиция относительно того, что их развод 10.01.2025 является следствием длительного отсутствия брачных отношений, в действительности не направлен против интересов конкурсных кредиторов и лишь совпал с периодом, когда финансовый управляющий приступил к реализации земельного участка и жилого дома, представляется неубедительной и противоречивой, учитывая все обстоятельства настоящего дела и ранее занимаемые ими правовые позиции в рамках рассмотрения спора о недействительности договора дарения.

Ссылки ФИО1 и ФИО3 на их внутрисемейные обстоятельства, которые не могут быть проверены судом и опровергнуты независимыми лицами, в условиях достаточного объема доказательств, указывающих на недобросовестное поведение, следует признать недостаточным доказательством.

Установленные судом и не опровергнутые в достаточной степени должником обстоятельства, а также хронология изложенных выше событий указывают на то, что передача данного заявления на разрешение суда является попыткой должника и его супруги сохранить имущество, которое ранее ФИО1 не расценивал как единственное жилье, наделив его исполнительским иммунитетом.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно счел возможным квалифицировать действия должника как злоупотреблением правом и отказать в применении исполнительского иммунитета к земельному участку и жилому дому.

Оснований для применения института предоставления замещающего жилья суд также обоснованно не усмотрел, поскольку из установленных обстоятельств дела следует, что в результате реализации спорного имущества ФИО1 (обладающий правом пользования квартирой, принадлежащей ФИО8, и подаривший 25.03.2016, то есть в период, когда у него уже имелись неисполненные обязательства перед ФИО6, своей дочери жилое помещение площадью 40,9 кв м), не останется без жилища.

В этой связи суд также не оставил без внимания следующее (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761).

Гарантии жилищных прав членов семьи собственника жилого помещения закреплены в статье 31 ЖК РФ.

По общему правилу члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с самим собственником (часть 4 статьи 31 ЖК РФ).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении.

В том случае, если гражданин на основании части 2 статьи 31 ЖК РФ имеет право пользования (пользуется) жилым помещением, принадлежащим его супругу, наравне с собственником, обращение взыскания на жилые помещения такого гражданина, принадлежащие ему на праве собственности, возможно.

Обстоятельства настоящего дела позволяют признать, что оформленное ФИО1 и ФИО8 10.01.2025 расторжение брака с высокой степенью вероятности направлено именно на создание ситуации, в которой спорное имущество будет защищено исполнительским иммунитетом, и не отражает действительного положения дел.

При этом должник и его супруга не заинтересованы в раскрытии доказательств обратного, а возможность проверить соответствующие обстоятельства у лиц, не являющихся участниками внутрисемейных отношений Ш-вых, отсутствует, однако финансовым управляющим и ФИО9 представлены косвенные и вместе с тем убедительные свидетельства, опровергающие занятую их процессуальными оппонентами правовую позицию.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции.

Доказательств принятия должником разумных мер и действий, направленных на исполнение обязательств по погашению долга перед кредиторами, уважительности причин невозможности объективно исполнить их, а также урегулирования сумм долга должник не представил.

Находясь в браке и проживая совместно должник ФИО1 со ФИО3 29.07.2014 г. у кредитора ФИО6 под возврат получил 319 000 долларов США. В связи с невозвратом денежных средств сторонами было оформлено новое соглашение, по расписке от 25.11.2016 г. 25.11.2016 г. ФИО1 принято обязательство по возврату денежных средств кредитору ФИО6 и полученных от него

дополнительно, для коммерческих целей в размере 15 343 000 рублей, а также 319 000 долларов США, и 3 760 000 рублей.

Указанные средства также были потрачены на нужды семьи должника, не были возвращены кредитору. Вплоть до 12.11.2019 г. должник полученные от ФИО6 денежные средства на нужды всех членов семьи и приобретая имущество, на имея иных доходов принимает обязательство по возврату ФИО6 денежных средств в сумме 17.150.000 рублей.

Решением Измайловского районного суда г. Москвы от 02 июня 2022 года по делу 02-3033/2022 г., вступившем в законную силу ФИО6 взыскал задолженность со ФИО1 В период активных требований кредитором ФИО6 должник ФИО1 осуществил вывод спорного имущества из своей собственности от взыскания.

Доводы жалобы о совершении сделок по дарению квартиры дочери, опровергнуты доказательствами по делу. Просрочка по возврату долга у ФИО1 юридически возникла до совершения сделки по дарению квартиры своей дочери ФИО7, он уже имел признаки банкротства.

Сам по себе факт судебного взыскания суммы долга кредитором в 2022 году, обращение ФИО6 в суд с соответствующим иском не может являться основанием считать отсутствие просрочки по возврату до его судебного взыскания. Жалоба в указанной части основана на неверном понимании и применении норм материального права.

Каких-либо действий, направленных на восстановление и защиту своих жилищных прав, в отношении спорной недвижимости до введения процедуры банкротства, в период наличия просроченных долгов ФИО1 не совершалось.

Доводы жалобы о средствах доказывания основаниями разрешения спора не являются. Произвольно, в нарушение интересов кредиторов, с целью ущерба по делу о банкротстве должник не вправе совершать умышленно действия направленные на выбор объекта права, с целью прикрытия такого объекта иммунитетом.

Арбитражным судом правильно установлены все признаки злоупотребления со стороны ФИО1, что является основанием для отказа в удовлетворении его требований помимо тех, которые исключили правомерность заявленного должником суду.

В ходе судебного разбирательства по обособленному спору ФИО1 не раскрыл суду источник доходов и не представил адрес места своего жительства в период предыдущих трех лет. А если ФИО1 утверждает, что он проживал в период с 2021 года в жилом доме по адресу: <...> (далее д. Таршино), то суду не представлено объяснения в части ответа на вопрос: По какой причине произведено отчуждение по договору дарения номинальным собственником недвижимости - супругой ФИО1 спорного дома в пользу сына 17.01.2021, а не произведен, например, раздел имущества между якобы фактически прекратившими супружеские отношения ФИО1 и ФИО3 и не произведена государственная регистрация части имущества на ФИО1.

В совместной собственности супругов в 2021 году имелось зарегистрированное право собственности на два жилых помещения и в это же время имелись неисполненные обязательства ФИО1 перед кредиторами. Таким образом супруги Ш-вы определили ФИО1 своеобразным «центром убытков», в то время как остальных членов семьи должника определили наоборот «центром прибыли», что и привело в дальнейшем к признанию арбитражным судом города Москвы недействительной сделки по безвозмездному отчуждению ФИО3 здания дома и земельного участка в д. Таршино.

Доказательств проживания ФИО1 в спорном доме финансовым управляющим не выявлено и ФИО1 не предоставлено. Финансовым управляющим получена информация, опровергающая версию должника о проживании должника в доме на постоянной основе (фотографии внутри дома при осмотре помещения, показания соседей и показания ФИО3). Финансовый управляющий использовал доступные ему способы доказывания, в то время как должник от доказывания представленных доводов в суде первой инстанции отстранился.

ФИО1 собственными направленными действиями, при наличии неисполненных перед кредиторами обязательств, искусственно создал ситуацию придания статуса единственного пригодного для проживания жилого помещения дому в д. Таршино с целью исключения наложения взыскания на имущество должника для его дальнейшей реализации и удовлетворения требований кредиторов.

Суд первой инстанции верно определил, что дом не является для ФИО1 единственным пригодным для проживания помещением.

Являются необоснованными доводы апеллянта о том, что супруга должника получала корреспонденцию, отправленную заказными письмами на имя ФИО1 по адресу регистрации должника в городе Москве, постольку, поскольку не представлены доказательства в обоснование приведенных доводов.

Апеллянт привел ссылку на определение Верховного Суда РФ № 305-ЭС22-12854 от 31.10.2022 по делу А40- 208133/2019, однако отсутствует аналогия спора по рассматриваемому делу и приведенного апеллянтом спора постольку, поскольку в деле А40- 208133/2019 отсутствуют обстоятельства дарения должником квартиры дочери при наличии неисполненных обязательств, отказ от участии в приватизации квартиры в пользу супруги, отчуждение транспортных средств в пользу сына, пассивная позиции должника при оспаривании сделки по безвозмездному отчуждению супругой сыну здания дома с земельным участком в д. Таршино, затем расторжение брака и смена места регистрации по месту жительства должником с целью получения дополнительных доводов в обоснование необходимости исключения дома в д. Таршино из конкурсной массы.

ФИО1 не лишен права пользования жилым помещением (квартирой) по адресу <...>.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. 176,266-268,269,272 АПК РФ, апелляционный суд,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2025 года по делу № А40-136594/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова Судьи: Е.В. Иванова

Ю.Н. Федорова

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.