Постановление от 14 октября 2020 г. по делу № А19-20854/2018

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-20854/2018
г. Чита
14 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 14 октября 2020 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Е. В. Желтоухова, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 августа 2020 года по делу № А19-20854/2018

принятому по результатам рассмотрения заявления ФИО2 и ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов,

в деле о признании акционерного общества «Страховая компания «Стерх» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 677010, <...>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 07.10.2020 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Временная администрация акционерного общества «Страховая компания «Стерх» обратилась в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Страховая компания «Стерх» (далее – должник, АО «СК «Стерх»).

Решением арбитражного суда от 15.01.2020 АО «СК «Стерх» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, полномочия конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в средстве массовой информации «Коммерсантъ» № 8 (6729) от 18.01.2020.

10.01.2020 в Арбитражный суд Иркутской области поступило заявление ФИО2 и ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ООО СК «Ангара» требования в размере 85 000 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 11 августа 2020 года по делу № А19-20854/2018 суд первой инстанции признал требование ФИО2 обоснованным в части, в размере 60 000 руб. – неустойки и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара».

Признал требование ФИО3 обоснованным в части, в размере 20 000 руб. – неустойки и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара».

В остальной части производство по требованию прекратил.

Конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара» внес требования ФИО2 и ФИО3 в отдельную тетрадь, подлежащую ведению конкурсным управляющим в порядке, предусмотренном для ведения реестра требований кредиторов.

ФИО2 и ФИО3, не согласившись с определением суда, обратились в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 августа 2020 года по делу № А19-20854/2018.

Определением апелляционной инстанции от 16.09.2020 апелляционная жалоба ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 августа 2020 года по делу № А19-20854/2018 судом принята к производству, судебное разбирательство назначено на 07 октября 2020 года в 16 часов 50 минут.

В апелляционной жалобе ФИО2 и ФИО3 указывают на то, что не согласны с выводами суда первой инстанции о пропуске ими срока для предъявления требований кредиторов.

Полагают, что арбитражный суд первой инстанции не учёл то обстоятельство, что у первоначального кредитора (умершего ФИО4) при жизни не возникло правовой возможности своевременно включить свои требования в реестр требований кредиторов, так как судебный акт о взыскании с должника в его пользу денежных средств, принятый при его жизни, вступил в силу уже после его смерти в тот период, когда в права наследования ещё никто не вступил.

Также арбитражным судом первой инстанции не было принято во внимание, что правопреемство права требования от наследователя ФИО4 к наследникам ФИО2 и несовершеннолетней К. Р. произошло не в результате их совместных активных действий, когда они могли с разумной степенью осмотрительности предвидеть истечение срока включения требований в реестр, и определить своё поведение соответствующим образом, а в результате смерти наследователя ФИО4, то есть по обстоятельствам, не зависящим от их воли и сознания.

При этом судебный акт, который впервые внёс правовую определённость в совокупность вышеизложенных правоотношений, был принят уже за пределами срока закрытия реестра.

По тем же причинам было не только невозможно, но и стало процессуально целесообразно обращение заявителей в органы принудительного исполнения судебных актов, так как к тому времени все исполнительные производства в отношении должника были окончены, а новые не подлежали возбуждению именно в связи с банкротством должника. Поэтому ссылки арбитражного суда первой инстанции на несовершение заявителями подобных действий не соответствуют обстоятельствам дела.

В арбитражный суд заявители обратились своевременно, однако данному обстоятельству правовая оценка арбитражным судом первой инстанции не дана.

Полагают, что заявление подлежало квалификации как заявленное в установленный срок, в связи с чем отсутствовали основания для признания требований заявителей подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов; требования подлежали включению в третью очередь реестра требований кредиторов.

В части отнесения судебных расходов в размере 5 000 р. к текущим платежам определение арбитражного суда первой инстанции не оспаривается.

С учетом указанных обстоятельств ФИО2 и ФИО3 просят отменить определение арбитражного суда Иркутской области от 11.08.2020 по делу № А19-20854/2018 в части и разрешить вопрос по существу, а именно:

- требования ФИО2 в размере 60 000 руб. (неустойки) признать обоснованными и включить их в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара»;

-требования ФИО3 в размере 20 000 руб. (неустойки) признать обоснованными и включить их в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара».

В остальной части обжалуемое определение оставить в силе.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 27 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции пересматривается апелляционным судом в обжалуемой части.

Отзыв на апелляционную жалобу не поступал.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 183.26 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве) в целях участия в деле о банкротстве финансовой организации кредиторы вправе заявить свои требования к финансовой организации в ходе конкурсного производства в течение двух месяцев с даты опубликования сведений о признании финансовой организации банкротом.

Требования кредиторов направляются в арбитражный суд, финансовую организацию и арбитражному управляющему с приложением документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из содержания пункта 3 статьи 183.26 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий включает поступившие требования в реестр заявленных требований кредиторов, который ведется в порядке, установленном статьей 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом особенностей, предусмотренных в указанной статье.

Требования кредиторов, которые указаны в пункте 1 статьи 183.26 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и относительно которых не поступили возражения в порядке и в сроки, которые установлены Законом о банкротстве, признаются установленными в составе, размере и очередности, которые заявлены кредитором, в соответствии с требованиями Закона о банкротстве и подлежат включению арбитражным управляющим в реестр требований кредиторов после закрытия реестра заявленных требований кредиторов (пункт 7 статьи 183.26 Закона о банкротстве).

Как правильно отметил суд первой инстанции, по общему правилу требования о включении в реестр требований кредиторов ООО СК «Ангара» направляются кредитором в адрес конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», что является достаточным для включения конкурсным управляющим требования в реестр заявленных требований кредиторов в порядке пункта 3 статьи 183.26 Закона о банкротстве, при условии, что к требованию приложены документы, подтверждающие их обоснованность.

Согласно пункту 8 статьи 183.26 Закона о банкротстве установление состава, размера и очередности удовлетворения требований, заявленных после закрытия реестра заявленных требований кредиторов, осуществляется в порядке, установленном Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», без учета положений, предусмотренных статьей 183.26 Закона.

Признавая требование ФИО2 обоснованным в части, в размере 60 000 руб. – неустойки, а также требование ФИО3 обоснованным в части, в размере 20 000 руб. – неустойки, суд первой инстанции указал, что данные требования подлежат удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Ангара» по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве в связи с пропуском срока.

Апелляционный суд соглашается с данными выводами суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него процедуры банкротства конкурсного производства опубликовано в средстве массовой информации «Коммерсантъ» от 03.08.2019 № 137, следовательно, срок предъявления требований кредиторами истек 03.10.2019.

Требование ФИО2 и ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ООО СК «Ангара» было направлено в Арбитражный суд Иркутской области заявителем посредством почтовой службы 25.12.2019, о чем свидетельствует оттиск почтового штемпеля на конверте.

В этой связи выводы суда первой инстанции о пропуске срока для предъявления требований кредиторов являются правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку требование ФИО2 и ФИО3 предъявлено после закрытия реестра требований кредиторов ООО СК «Ангара» то в соответствии с пунктом 8 статьи 183.26 Закона о банкротстве, указанное требование подлежит рассмотрению арбитражным судом без учета положений, предусмотренных статьей 183.26 Закона о банкротстве, то есть в порядке, установленном статьями 100 и 142 Закона о банкротстве.

В обосновании уважительности причин пропуска срока на предъявление требования кредиторы указали, что на основании решения Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2-66/2019, ФИО4 был выдан исполнительный лист серии ФС №022605409.

В последующем, в связи со смертью взыскателя - ФИО4, определением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 11.10.2019 по делу №2-66/2019 произведена замена взыскателя с ФИО4 на ФИО2 и ФИО3

По мнению заявителя, возможность предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов ООО СК «Ангара» у кредитора возникла только после вынесения определения Соломбальского районного суда г. Архангельска от 11.10.2019 по делу №2- 66/2019 о замене взыскателя, а потому отсутствовала объективная возможность предъявления требования в установленный законом срок.

Исполнительный лист серии ФС №022605409 был получен взыскателями только 25.12.2019.

Вместе с тем, как правильно отметил суд первой инстанции, отсутствие у ФИО2 и ФИО3 копии определения суда о замене взыскателя и исполнительного листа по делу №2-66/2019 не препятствовало кредитору обратиться с требованием в сроки установленные пункту 8 статьи 183.26 Закона о банкротстве.

Соглашается апелляционный суд и с выводами суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для применения разъяснений, приведенных в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве».

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возбуждения дела о банкротстве», судам необходимо иметь в виду, что передача исполнительных документов конкурсному управляющему в соответствии с частью 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве не освобождает конкурсных кредиторов и уполномоченные органы, чьи требования подтверждаются исполнительными документами, от предъявления названных требований в суд, рассматривающий дело о банкротстве, на основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

Поскольку конкурсный управляющий обязан действовать и в интересах кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), он обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредиторами требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Таким образом, в отношении требований кредиторов, на принудительное исполнение которых выдан исполнительный лист, на основании которого в последующем было возбуждено исполнительное производство, предусмотрен особый порядок исчисления срока для их предъявления в рамках дела о банкротстве.

Особенности правового регулирования срока предъявления требований при наличии возбужденного исполнительного производства обусловлены тем, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению; возложение на него обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным.

Таким образом, для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет не момент опубликования информационного сообщения о введении процедуры, а обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю.

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 02.07.2018 по делу N 305-ЭС17-10070 (2).

На основании пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закона об исполнительном производстве) в случае признания должника банкротом исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем.

Однако, на дату введения конкурсного производства в отношении должника отсутствовало возбужденное исполнительное производство , то есть не было факта поручения исполнения судебного решения уполномоченной государственной службе, поскольку судом установлено, что исполнительный лист в отношении должника - ООО СК «Ангара» на исполнении в Управлении Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области не находился.

С учетом указанного, кредитор признается надлежащим образом извещенным о процедуре банкротства должника с момента размещения информации в средствах массовой информации, поэтому независимо от отдельного уведомления конкурсного управляющего предельный срок (пункт 1 статьи 142 Закона о банкротстве) не подлежит продлению, а закрытый реестр требований кредиторов не может быть открыт для такого кредитора.

Следовательно, действует правило о необходимости соблюдения двухмесячного срока с момента публикации сообщения о банкротстве должника (статья 142 Закона о банкротстве), из чего верно исходил суд первой инстанции.

Как усматривается из материалов требования, решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2-66/2019, с ООО СК «Ангара» в пользу ФИО4 взыскана неустойка в размере 80 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 5 000 руб., всего – 85 000 руб.

Решение Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2- 66/2019 вступило в законную силу 16.02.2019.

Определением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 11.10.2019 по делу №2-66/2019 была произведена замена взыскателя с ФИО4 на правопреемников – ФИО2 (с доле 75%) и ФИО3 (с долей 25%).

Указанный судебный акт вступил в законную силу 02.11.2019.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закона о банкротстве) разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Безусловно, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Доказательств погашения должником задолженности, установленной решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2-66/2019, не представлено.

Принимая во внимание, что правопреемниками взыскателя по требованию о взыскании задолженности с ООО СК «Ангара», установленной решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2-66/2019 являются - ФИО2 и ФИО3, следовательно, право требования к ООО СК «Ангара» о взыскании задолженности должно быть распределено между указанными лицами (3/4доли – ФИО2, 1/4 доли – ФИО3) , о чем верно указал суд первой инстанции.

Поскольку требование заявлено после закрытия реестра требований кредиторов, в соответствии с пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве суд первой инстанции правильно указал, что оно подлежит удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Отклоняются апелляционным судом доводы заявителей апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не учёл то обстоятельство, что у первоначального кредитора (умершего ФИО4) при жизни не возникло правовой возможности своевременно включить свои требования в реестр требований кредиторов, так как судебный акт о взыскании с должника в его пользу денежных средств, принятый при его жизни, вступил в силу уже после его смерти в тот период, когда в права наследования ещё никто не вступил.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве правила настоящего пункта не применяются в отношении требований, заявленных до истечения шести месяцев со дня закрытия реестра требований кредиторов, если на день закрытия реестра требований кредиторов не вынесен либо не вступил в силу судебный акт или акт иного уполномоченного государственного органа, наличие которого в соответствии с законодательством Российской Федерации является обязательным для выявления задолженности, в отношении которой предъявлены соответствующие требования; данные требования считаются заявленными в установленный срок.

Однако поздний факт вступления в права наследования не может служить основанием для применения абзаца 3 пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в связи со следующим.

Решение Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2- 66/2019 вступило в законную силу 16.02.2019, тогда как ФИО4 умер 21.01.2019.

При этом в абзаце третьем пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве речь идет о судебном акте, наличие которого в соответствии с законодательством Российской Федерации является обязательным для выявления задолженности, в отношении которой предъявлены соответствующие требования.

В рассматриваемом случае решение Соломбальского районного суда г. Архангельска от 10.01.2019 по делу №2- 66/2019 таким судебным актом не является, поскольку с соответствующими требованиями к должнику кредитор мог обратиться и без предварительного обращения в суд общей юрисдикции.

В этой связи доводы о том, что судебный акт, который впервые внёс правовую определённость в совокупность правоотношений по поводу требования, был принят уже за пределами срока закрытия реестра, не имеет правового значения.

Все доводы заявителей апелляционной жалобы учтены судом апелляционной инстанции при принятии настоящего судебного акта, однако, существенного влияния на выводы суда не имеют с учетом фактически установленных обстоятельств.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 августа 2020 года по делу № А19-20854/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиО.В. Монакова

Е.В. Желтоухов