Постановление от 25 ноября 2024 г. по делу № А01-1672/2019

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-1672/2019
город Ростов-на-Дону
26 ноября 2024 года
15АП-14067/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 ноября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Штыренко М.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лебедевым И.В.

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.11.2023 по делу № А01-1672/2019

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Таран" (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Таран" (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея заявлением о привлечении ФИО4, ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в размере 2 758 863,85 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.11.2023 по делу                № А01-1672/2019 признано наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Взыскано с ФИО1 и ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Таран» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности в солидарном порядке 2 758 863,85 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, ФИО2 обжаловали определение суда первой инстанции от 10.11.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить в части привлечения их к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неполно исследовал материалы дела. Податели жалобы также указывают на ошибочность вывода суда о причинение вреда посредством заключения сделки.

В отзывах на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО5 просили оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В связи с нахождением судьи Шимбаревой Н.В. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Шимбаревой Н.В. на судью Штыренко М.Е.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала. 

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

В судебном заседании, состоявшемся 05.11.2024, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 08.11.2024 до 12 час. 00 мин.

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания после перерыва была размещена на официальном сайте Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда http://15aas.arbitr.ru. О возможности получения такой информации лицам, участвующим в деле, было разъяснено в определении о принятии апелляционной жалобы к производству, полученном всеми участниками процесса.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании, состоявшемся 08.11.2024, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 12.11.2024 до 10 час. 05 мин.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12«О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2 и ни одна из сторон не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Таран» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея 05.12.2019 ООО «Таран» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

16.11.2022 от конкурсного управляющего ФИО3 поступило заявление о привлечении ФИО4, ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в размере 2 758 863,85 руб.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением, в отношении наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника указал на то, что ФИО1 не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника  несостоятельным (банкротом) до 19.11.2017.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно части 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно части 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в месячный срок руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, то в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, несоответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве:

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Заявитель  в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать: когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, обязательным условием для привлечения к ответственности руководителя должника, не подавшего заявление о собственном банкротстве, является злонамеренное умалчивание с его стороны о фактическом неудовлетворительном финансово-имущественном состоянии компании и, как следствие, неосведомленность кредиторов о существенном риске неисполнения организацией своих денежных обязательств.

Кредиторы не могут дать реальную оценку своему предпринимательскому риску при вступлении с контрагентом-банкротом в договорное правоотношение, поскольку у них отсутствует объективная информация об имущественном состоянии потенциального контрагента.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности. Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим, в материалы дела не представлено доказательств того, что с 19.11.2017 и до даты возбуждения дела (05.06.2019) о несостоятельности должник принимал на себя новые обязательства перед новыми кредиторами, которые налагали бы на должника дополнительную финансовую нагрузку и заведомо не могли быть им исполнены.

Так, из материалов дела следует, что в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования:

- ФИО5 на сумму 719 559,79 руб.,

- Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея на сумму 94 703,15 руб.

Задолженность перед ФИО5 возникла в связи расторжением договора купли-продажи от 02.03.2014, взысканной решением суда от 24.05.2016.

Задолженность перед Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея возникла в связи с решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.03.2017 № 60052; требования об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов; решения о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа; платежные поручения на списание и перечисление денежных средств со счета налогоплательщика; постановление от 03.10.2017 № 10559 о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов за счет имущества налогоплательщика.

Поскольку после возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд фактически новые обязательства не возникали, следовательно, дополнительной кредиторской задолженности не привлекалось, имущественный вред конкурсным кредиторам не был причинен фактом необращения контролирующим должника лицом в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Как отмечено выше, в статье 61.12 Закона о банкротстве презюмировано наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

В рассматриваемом случае, таких обстоятельств не установлено.

Кроме того, ФИО1 стал участником общества с 24.07.2018, запись о том, что он избран руководителем в ЕГРЮЛ не вносилась, приказов о назначении директором в материалах дела не имеется.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

Рассмотрев требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции также не установил оснований для его удовлетворения.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Между тем, привлечение к субсидиарной ответственности представляет собой меру ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника. Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

При этом, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Основным видом деятельности должника являлось строительство жилых и нежилых зданий.

В бухгалтерском балансе ООО «ТАРАН» за 2013 – 2018 годы отражены активы в виде денежных средств в размере 20 000 руб. (2013-2016 годы), запасы в размере 20 000 руб. (2017-2018 годы). Ежегодный баланс составлял 20 000 руб. Иные активы, в том числе дебиторская задолженность, основные средства, отсутствуют.

Действующее законодательство в сфере несостоятельности (банкротства) возлагает на руководителя и учредителя общества ряд обязанностей, неисполнение которых порождает негативные последствия. При этом, обязанность доказывания того обстоятельства, что именно действия единоличного органа управления, или учредителя юридического лица, либо непредставление конкретных документов арбитражному управляющему затруднило формирование конкурсной массы, причинило убытки кредиторам и должнику и привело к банкротству предприятия лежит на конкурсном управляющем.

Таких доказательств конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявитель не доказал, каким образом отсутствие документации должника, затруднило формирование конкурсной массы при проведении процедуры конкурсного производства.

С учетом баланса должника, в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии связи между отсутствием документации и невозможностью формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что правовых оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности  по основанию на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не имеется.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО2 (покупатель имущества) к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце 1 пункта 23 постановления N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (абзац 3 пункта 23 постановление N 53).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (абзац 6 пункта 23 постановления N 53).

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

В ходе процедуры конкурсного производства установлено, что 17.04.2013 между ООО «Таран» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по которому продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 47627 кв.м с кадастровым номером № 01:04:5611003:939, находящийся: Республика Адыгея, Майкопский район, юго-восточнее от х. Садовый.

Согласно пункту 3 и 4 договора стороны договорились, что стоимость земельного участка составляет 1 000 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Право собственности за ФИО4 зарегистрировано 18.04.2013.

Земельный участок с кадастровым номером 01:04:5611003:939 был разделен на следующие участки с кадастровыми номерами: 01:04:5611003:1259, 01:04:5611003:1270, 01:04:5611003:1258, 01:04:5611003:1246, 01:04:5611003:1273, 01:04:5611003:1279, 01:04:5611003:1255, 01:04:5611003:1240, 01:04:5611003:1239, 01:04:5611003:1243, 01:04:5611003:1245, 01:04:5611003:1281, 01:04:5611003:1237, 01:04:5611003:1238, 01:04:5611003:1277, 01:04:5611003:1253, 01:04:5611003:1271, 01:04:5611003:1249, 01:04:5611003:1257, 01:04:5611003:1247, 01:04:5611003:1269, 01:04:5611003:1236, 01:04:5611003:1241, 01:04:5611003:1268, 01:04:5611003:1272, 01:04:5611003:1234, 01:04:5611003:1282, 01:04:5611003:1274, 01:04:5611003:1251.

13.05.2017 между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель), были заключены договора купли-продажи земельных участков, по которому продавец продал, а покупатель купил земельные участки с кадастровыми номерами: 01:04:5611003:1259, 01:04:5611003:1270, 01:04:5611003:1258, 01:04:5611003:1246, 01:04:5611003:1273, 01:04:5611003:1279, 01:04:5611003:1255, 01:04:5611003:1240, 01:04:5611003:1239, 01:04:5611003:1243, 01:04:5611003:1245, 01:04:5611003:1281, 01:04:5611003:1237, 01:04:5611003:1238, 01:04:5611003:1277, 01:04:5611003:1253, 01:04:5611003:1271, 01:04:5611003:1249, 01:04:5611003:1257, 01:04:5611003:1247, 01:04:5611003:1269, 01:04:5611003:1236, 01:04:5611003:1241, 01:04:5611003:1268, 01:04:5611003:1272, 01:04:5611003:1234, 01:04:5611003:1282, 01:04:5611003:1274, 01:04:5611003:1251.

Согласно пунктам 5 договоров стороны договорились, что стоимость за каждый земельный участок составляет 20 000 руб.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением в суд о признании договора купли-продажи от 17.04.2013 недействительным.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2022 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2022 № 15АП-6143/2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.08.2022 № Ф08-7396/2022 данное определение оставлено без изменения.

Суды пришли к выводу о том, что доказательства наличия на момент совершения спорной сделки от 18.04.2013 неисполненных обязательств должника либо иных признаков неплатежеспособности отсутствовали. Задолженность перед ФИО5 возникла в связи с расторжением договора купли-продажи от 02.03.2014 на основании решения суда от 24.05.2016 и взысканием денежных средств. Задолженность перед уполномоченным органом возникла спустя почти четыре года после заключения оспариваемой сделки.

Дело о банкротстве возбуждено 05.06.2019.

При изложенных обстоятельствах, оснований полагать, что совершение сделки в 2013 году значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, конкурсным управляющим не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства дела, определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.11.2023 по делу № А01-1672/2019 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.11.2023 по делу № А01-1672/2019 отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.


Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова


Судьи                                                                                                                Я.А. Демина


                                                                                                                           М.Е. Штыренко