Решение от 2 сентября 2022 г. по делу № А57-18552/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru



Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-18552/2021
02 сентября 2022 года
город Саратов



резолютивная часть решения оглашена 26.08.2022г.

решение изготовлено в полном объеме 02.09.2022 г.


Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Стожарова Р.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва), помощником судьи Тимаковой О.Н. (после перерыва), рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» в лице ФИО10, Саратовская область, г. Энгельс

к ФИО2, г. Саратов, ФИО3, ФИО4,

третьи лица: ФИО5, ФИО6, о взыскании солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО4,

о взыскании в пользу ООО «Покровский радиотелефон» с ФИО2, ФИО3 солидарно убытков в размере 278 592 руб. 39 коп., с ФИО2, ФИО4 солидарно убытков в размере 1 394 333 руб. 50 коп., с ФИО2 убытков в размере 3 548 314 руб.


при участии в заседании: от истца - ФИО7, представитель по доверенности от 29.07.2021 г., ФИО8, представитель по доверенности от 03.02.2020 г.,

от ответчика ФИО2- ФИО2, личность установлена по паспорту, ФИО9 представитель по устному заявлению,

иные лица не явились, извещены надлежащим образом,

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением обратился ФИО10, Саратовская область, г. Энгельс к ФИО2, г. Саратов, третье лицо: ООО «Покровский радиотелефон», Саратовская область, г. Энгельс о взыскании убытков в размере 4 797 318,09 руб.

Определением от 14.09.2021г. судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Определением от 11.01.2022г. судом по ходатайству истца к участию в деле в качестве соответчиков ФИО3, ФИО4.

В ходе судебного разбирательства ФИО10 заявил ходатайство, в котором просил исключить ООО «Покровский радиотелефон» из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, и произвести замену процессуального статуса лиц, участвующих в деле, а именно считать истцом по делу №А57-18552/2021г. общество с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» в лице ФИО10.

Суд удовлетворил ходатайство ФИО10, произвел замену истца ФИО10 на ООО «Покровский радиотелефон» в лице ФИО10 и исключил ООО «Покровский радиотелефон» из числа третьих лиц.

Кроме того, истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил ходатайство об уточнений исковых требований, согласно которому истец просит взыскать в пользу ООО «Покровский радиотелефон» с ФИО2, ФИО3 солидарно убытки в размере 278 592 руб. 39 коп., с ФИО2, ФИО4 солидарно убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп., с ФИО2 убытки в размере 3 548 314 руб.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований, отказаться от иска полностью или частично.

Ходатайство об уточнении исковых требований судом удовлетворено.

Заявлений по статьям 24, 47, 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Дело рассматривается в порядке статей 152-166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как основания своих требований и возражений.

Суду предоставляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец поддерживает заявленные исковые требования в полном объеме с учетом уточнений. Истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участников общества ФИО3, ФИО4 и директора ФИО2, совместные действия которых не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий. Указывает на сокрытие ФИО2 в период осуществления полномочий единоличного исполнительного органа информации о совершенных им сделках от участников юридического лица, что подтверждается решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020.

Ответчик ФИО2 возражает против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на иск. ФИО2 полагает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о его недобросовестности и неразумности, а также наличии причинно-следственной связи между действиями и наступившими последствиями в период осуществления полномочий директора ООО «ПРТ».

Ответчики ФИО3 и ФИО4 отзывы на иск не представили.

Третьи лица отзыв на иск не представили.

Судом объявлялись перерыва до 24.08.2022г. – 14 час.30 мин., до 26.08.2022г. - 11 час. 3 мин.

После перерывов судебное заседание объявлено продолженным.

Изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные в исковом заявлении, в отзыве ответчика ФИО2, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

Как видно из материалов дела, участниками общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» являются:

- ФИО3 с номинальной стоимостью доли 5 584 500 руб., что составляет 63.82285713% уставного капитала общества,

- ФИО4 с номинальной стоимостью доли 2 956 500 руб., что составляет 33.78857143% уставного капитала общества,

- ФИО10 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО5 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО6 с номинальной стоимостью доли 19 000 руб., что составляет 0.21714286% уставного капитала общества.

ФИО2 в период с 29.12.2018 по 30.04.2021 являлся директором ООО «ПРТ» (единоличным исполнительным органом), что подтверждается протоколом б/н внеочередного общего собрания участников от 29.12.2018 (л.д. 24-25 т. 1) и протоколом №3 очередного (годового) общего собрания участников от 30.04.2021 (л.д. 26-30 т. 1).

ФИО4 с 22.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по коммерческим вопросам (коммерческого директора), что подтверждается приказом №3к от 22.01.2019 (л.д. 36 т. 4), дополнительным соглашением №2 от 19.04.2019 к трудовому договору б/н от 01.10.2008 (л.д. 13-16 т. 5).

ФИО3 с 24.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по маркетингу, что подтверждается трудовым договором №250/19 от 24.01.2019 и дополнительными соглашениями к нему (л.д. 26-30 т. 1).

В обоснование своих исковых требований, истец ссылается на то, что ФИО2, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ», действовал недобросовестно и неразумно, чем причинил убытки обществу.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО3, имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу, а также принимать решения об избрании директора и прекращении его полномочий.

В подтверждение своих доводов, истец указывает на то, что в период полномочий ФИО2 между обществом с ограниченной ответственность «Покровский радиотелефон» (арендатор) и участником общества ФИО3 (арендодатель), обладающим долей в размере 63.82285713% уставного капитала, был заключен договор аренды нежилого помещения №190101 от 01.01.2019, по условиям которого во временное владение и пользование передано помещение площадью 100 кв.м., расположенное в нежилом помещении общей площадью 505 кв.м. по адресу: <...>.

Арендная плата по договору установлена в размере 123 000 руб. за один месяц.

18.03.2019 ООО «ПРТ» произведен платеж участнику общества ФИО3 на основании указанного договора в размере 123 000 руб. за один месяц использования помещения. При этом, как утверждает истец, рыночная ставка арендной платы за пользование частью нежилого помещения площадью 100 кв.м., расположенного по адресу: <...>., составляет 25 000 руб. в месяц (250 руб. за 1 кв.м).

В подтверждение своих доводов истец представил справку эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО12 № 25 от 02.08.2021.

Таким образом, истец считает, что заключение между ИП ФИО3 и ООО «ПРТ» в лице ФИО2 договора аренды нежилого помещения №190101 от 01.01.2019 не отвечало интересам общества, поскольку стоимость аренды многократно была завышена и не отвечала рыночной.

Следовательно, по мнению истца, данная сделка была совершена ФИО3 и ФИО2 с заинтересованностью, без требуемого законом одобрения, на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, информация о которой скрыта от участников общества (сведения о сделке не отражены в н. 9 годового отчета ООО «ПРТ» за 2019 год). Кроме того, отсутствует обоснование экономической целесообразности заключения данной сделки и цели использования указанного нежилого помещения в хозяйственной деятельности общества, а также не представлено доказательств того, что других более выгодных вариантов аренды аналогичных помещений не имелось.

Истец считает, что руководитель ФИО2 и участник ФИО3 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в аренде указанного помещения по завышенной цене без определенной цели использования.

По расчету истца, размер убытков общества по аренде помещения (<...>) составил 98 000 руб. - разницу между фактически выплаченной суммой арендных платежей по договору и определенной экспертом-оценщиком рыночной стоимости аренды спорного помещения (Расчет: 123 000 — 25 000 = 98 000).

Кроме того, истец ссылается на то, что со счетов ООО «ПРТ» были оплачены не относящиеся к хозяйственной деятельности общества туристические услуги и командировочные расходы в личных интересах ФИО3

В результате чего, по мнению истца, обществу были причинены убытки за счет необоснованной оплаты туристической поездки мажоритарного участника ФИО3 в Австрию в феврале 2019 года (счет №25 от 29.01.2019, туристическая путевка №798127 серия ТП, акт об оказании туристических услуг №15 от 28.02.2019) и необоснованных расходов на участие ФИО3 в «симпозиуме».

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 181 092,39 руб., в том числе:

-оплата 31.01.2019 ИП ФИО11 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

-оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО3 за февраль 2019, связанные с туристической поездкой в указанный отель, в размере 15 700 руб.;

-оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО3 за февраль 2019, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762, 39 руб.;

- оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО3 в размере 53 630 руб.

По мнению истца, какие-либо доказательства несения вышеуказанных расходов на нужды ООО «ПРТ», наличия целей и результатов указанных поездок, а также связь проживания ФИО3 по туристической путевке в Австрии с хозяйственной деятельностью общества отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что совместные действия ФИО3 и ФИО2 не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО4, занимавшего на момент причинения убытков руководящие должности главного бухгалтера и коммерческого директора, а также имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу.

По мнению истца, участник общества, осуществляющий одновременно функции коммерческого директора, ФИО4 и директор ФИО2 совместно причинили следующие убытки обществу:

Так, за период с августа по ноябрь 2019 ООО «ПРТ» оплачивало проживание неизвестных лиц в номерах Отеля «Жемчужина», расположенного по адресу: <...>.

Платежи производились по счетам, выставленным ООО Отель «Жемчужина» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в том числе за номера класса «люкс».

Истец утверждает, что в указанный период ФИО4 каких-либо трудовых функций «разъездного» характера не осуществлял и необходимости его постоянного пребывания на территории г. Москвы в интересах хозяйственной деятельности ООО «ПРТ» не имелось.

Таким образом, истец считает, что данные расходы были оплачены не на нужды ООО «ПРТ».

Согласно расчету истца, размер убытков общества в связи с недобросовестными и неразумными действиями по необоснованной оплате проживания в номерах Отеля «Жемчужина» составляет 131 300 руб., то есть сумму, оплаченную ООО Отель «Жемчужина» платежными поручениями №466 от 09.08.2019, №467 от 09.08.2019, №642 от 03.09.2019, №2068 от 18.10.2019, №2071 от 21.10.2019, №2078 от 22.10.2019, №2088 от 25.10.2019, №2129 от 01.11.2019, №2136 от 06.11.2019, №2660 от 11.11.2019, №2775 от 19.11.2019, №2808 от 21.11.2019, №2831 от 26.11.2019 (Расчет: 5500 + 16500 + 14800 + 11100 + 3700 + 11000 + 5800 + 14800 + 14800+11100 + 7400 + 7400 + 7400 = 131300).

Кроме того, истец утверждает, что обществу были причинены убытки за счет необоснованных расходов на личные поездки участника ФИО4, не связанные с хозяйственной деятельностью общества (авансовые отчеты №54 от 12.11.2019, №58 от 2011.2019).

По мнению истца, какие-либо доказательства, подтверждающие обстоятельства осуществления трудовых обязанностей ФИО4 на территории г. Москвы с учетом «разъездного» характера работы, наличие целей и результатов осуществления спорных командировок, объективные причины перевода ФИО4 на работу вне территории работодателя отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что расходы на осуществление ФИО4 авиаперелетов между городами Москва и Саратов не обоснованы, и указанные траты не связаны с хозяйственной деятельностью общества.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 36 263 руб. (Расчет: 14026 + 22237 = 36263).

Кроме того, истец считает, что явно недобросовестным и неразумным является заключение бывшим руководителем ООО «ПРТ» ФИО2 договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 с ООО «Интерлизинг» (ОГРН: <***>, ИНН:7802131219), предметом которого является легковой автомобиль премиум-класса Mercedes-Benz E220d3MATIC рыночной стоимостью более 4 000 000 руб.

При этом, как указывает истец, в собственности ООО «ПРТ» в момент заключения указанного договора лизинга и по настоящее время имеется еще один автомобиль премиум-класса: Land Rover Range Rover Sport (VIN:<***>, гос.рег.занк: А300ВС164), на использование которого в хозяйственной деятельности общества указывал ответчик в письме исх.№ 57 от 04.03.2020.

По мнению истца, на противоправность поведения ответчика в данном случае указывают также обстоятельства увеличения уставного капитала в январе 2020 года по инициативе самого ФИО2, который обосновывал необходимость привлечения 10 млн.руб. отсутствием денежных средств на осуществление хозяйственной деятельности общества.

В обоснование своих доводов истец представил постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.02.2021 № Ф06-19/2021 по делу № А57-2694/2020, в котором в числе прочего также указано на противоречивые действия ООО «ПРТ» по приобретению дорогостоящих автомобилей премиум-класса, выдаче беспроцентных займов третьим лицам, заключению иных экономически сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточность собственных оборотных денежных средств). Кроме того, судом отдельно дана оценка поведения общества по заключению договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020. Судом установлено, что действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Как указывает истец, из анализа банковских выписок по счетам ООО «ПРТ» следует, что в период полномочий ФИО2 за вторую половину 2020 года ООО «ПРТ» выплатило по указанному договору лизинга 802 348, 70 руб.

Таким образом, истец считает, что данная сделка совершена в ущерб обществу по причине отсутствия производственной необходимости в приобретении и использовании на основании договора лизинга автомобиля премиум-класса Mercedes-Benz E220d3MATIC, в том числе с учетом нахождения в собственности у общества другого автомобиля премиум-класса Land Rover Range Rover Sport (VIN: <***>, гос.рег.знак: А300ВС164), а также неблагоприятного финансового состояния ООО «ПРТ».

По мнению истца, коммерческий директор ФИО4 и директор ФИО2 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в изъятии денежных средств из оборота на приобретении очередного автомобиля премиум-класса в период нехватки финансирования на первоочередные нужды хозяйственной деятельности. Кроме того, ФИО2, исполняющий обязанности директора, и ФИО4, курирующий финансово-хозяйственную деятельность предприятия, приняли решение о заключении и исполнении договора лизинга без учета известной им информации о необходимых первоочередных тратах на приобретение оборудования, имеющей значение в данной ситуации, что повлекло неблагоприятные последствия и дополнительные существенные расходы для общества.

Следовательно, истец считает, что заключение и исполнение договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 в интересах одного участника общества необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, направленные на удовлетворение интересов участника ФИО4 в ущерб интересам самого общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 802 348,70 руб. - сумму, изъятую из оборота и оплаченную ООО «Интерлизинг» платежными поручениями № 1679 от 29.06.2020, № 1751 от 08.07.2020, № 1984 от 10.08.2020, № 2201 от 07.09.2020, № 2427 от 06.10.2020, № 2650 от 06.11.2020, № 2911 от 09.12.2020 (Расчет: 165716 + 106105,45 + 106105,45 + 106105,45 + 106105,45 + 106105,45 + 106105,45 = 802348,70).

По мнению истца, совместные действия ФИО2 и ФИО4, занимающих руководящие должности, не отвечали интересам общества, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, в обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО2 между обществом с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Аперикон» (поставщик) был заключен договор поставки № 96 от 15.05.2019, по условиям которого поставщик обязуется поставить ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения.

Согласно п. 2.1. указанного договора поставка товара осуществляется поставщиком на площадку продавца, расположенную по адресу: г. Москва, ул. Псковская, 1с1.

Общая сумма товара определена сторонами в размере 1560 000 руб. (п. 5.1. договора).

При этом, как указывает истец, в бухгалтерской отчетности ООО «ПРТ» за 2019 и 2020 годы не отражено поступление основного средства - ISO контейнера общего назначения, укомплектованного стойками и системами электроснабжения.

В отношении сделки с ООО «Аперикон» истец утверждает следующее:

- ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения, не был приобретен в интересах общества и не поступал в распоряжении ООО «ПРТ», что, по мнению истца, подтверждается адресом доставки не имеющим отношения к деятельности общества (г. Москва, ул. Псковская, 1с1), а также отсутствием отражения данной сделки в годовой бухгалтерской отчетности общества;

- сделка совершена на заведомо невыгодных для юридического лица условиях (завышенной цене), в подтверждение чего истцом представлена справка эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО12 № 26 от 10.08.2021;

- общество не нуждалось в заключении такого договора и в значительных материальных затратах, а руководитель ФИО2 должен был предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости приобретения имущества по завышенной цене без определенной цели использования на территории предприятия;

- основным видом деятельности ООО «Аперикон» является деятельность в области права и бухгалтерского учета (ОКВЭД - 69), а договор от имени поставщика подписан руководителем ФИО13, являющимся бывшим работником ООО «ПРТ» в должности заместителя генерального директора по экономике, что ставит под сомнение добросовестность поведения сторон и намерения исполнить сделку.

По мнению истца, недобросовестность и неразумность действий бывшего руководителя ФИО2 выразилась в необоснованном перечислении денежных средств за товар, который не был передан в распоряжение обществу.

Таким образом, истец считает, что ООО «ПРТ» причинены убытки в результате противоправных действий ответчика, который не мог не осознавать, что осуществляя платежи ООО «Аперикон» по договору поставки № 96 от 15.05.2019, он действует вопреки интересам общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 1 560 000 руб. - сумму, оплаченную ООО «Аперикон» платежными поручениями №873 от 20.05.2019, №917 от 27.05.2019, №953 от 30.05.2019, №970 от 03.06.2019, №10 от 07.06.2019, №95 от 18.06.2019, №106 от 19.06.2019, №110 от 20.06.2019 (Расчет: 500000 + 200000 + 100000 + 200000 + 100000 + 100000 + 200000 +160000 =1560000).

Кроме того, истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО2 общество с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» производило необоснованные платежи индивидуальным предпринимателям ФИО14 (ОГРНИП: <***>), ФИО15 (ОГРНИП: <***>), ФИО16 (ОГРНИП: <***>), зарегистрированным в Пензенской области.

Однако, как указывает истец, указанные лица были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей непродолжительное время и фактически не вели хозяйственную деятельность, связанную с поставкой материалов и оборудования в силу отсутствия необходимых условий для осуществления таких видов деятельности: отсутствие производственных активов, складских и офисных помещений, транспортных средств. Какие-либо материалы и оборудование ФИО14, ФИО15 и ФИО16 не поставлялись в адрес ООО «ПРТ».

ФИО10 утверждает, что перечисление денежных средств на счета индивидуальных предпринимателей ФИО14, ФИО15, ФИО16, с учетом отсутствия реальности хозяйственных операций, свидетельствует о создании бывшим директором ФИО2 искусственной ситуации, направленной на вывод денежных средств со счетов ООО «ПРТ».

При выборе контрагентов по сделкам единоличный исполнительный орган должен действовать разумно и добросовестно, своевременно применять меры контроля и воздействия по понуждению таких контрагентов к исполнению принятых на себя обязательств. Не допускается в силу статьи 10 ГК РФ заключать сделки, которые стороны не намеревались исполнять.

Следовательно, истец считает, что имеет место факт совершения бывшим директором недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 1 932 314 руб. - сумму, выведенную на счета МП ФИО14 платежным поручением №489 от 22.03.2019, ИП ФИО15 платежным поручением №654 от 15.04.2019, ИП ФИО16 платежными поручениями №935 от 29.05.2019, №361 от 29.07.2019, №421 от 02.08.2019, №431 от 05.08.2019 (Расчет: 397651 + 351135 + 296000 + 352526 +183726 + 351276 = 1932314).

Кроме того, истец ссылается на то, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 исковые требования ФИО10 удовлетворены в полном объеме, на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать в течение пяти дней с даты вступления решения суда в законную силу участнику ФИО10 заверенные надлежащим образом копии следующих документов: банковские выписки о движении денежных средств по всем расчетным счетам общества с расшифровкой назначения всех платежей за период с 01.07.2017 по 30.06.2020; договоры (контракты), заключенные обществом за период с 01.07.2017 по 30.06.2020, взаиморасчетные документы по этим договорам (контрактам). Также указанным решением суда взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО10 расходы по оплате госпошлины в сумме 6 000 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика — без удовлетворения, судебный акт в вышестоящие судебные инстанции сторонами не обжалован, вступил в законную силу.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.05.2021 по делу № А57-16067/2020 взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО10. судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Таким образом, истец считает, что ответчик как руководитель общества, действуя добросовестно, должен был своевременно исполнить требования участника общества — ФИО10, и в соответствии с нормами закона предоставить истребуемые документы, что сделано не было. Факт ненадлежащего исполнения руководителем, по мнению истца, подтвержден вступившим в законную силу решением арбитражного суда и на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб., однако при надлежащем исполнении обязанностей ФИО2 данные расходы общество могло не понести, в связи с чем, указанная сумма является убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

Истец считает, что понесенные ООО «Покровский радиотелефон» убытки должны быть в полном объеме возмещены ответчиками, в связи с чем обратился в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ФИО2 ссылается на то, что справка эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО12 № 25 от 02.08.2021 года не позволяет полноценно определить стоимость аренды помещения, поскольку справка не отражает оценки состояния помещения и иных факторов, обычно принимающихся во внимание при проведении экспертного исследования. Кроме того, эксперт не предупреждался об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Как указывает ответчик ФИО2 ООО «ПРТ» ранее арендовало указанное помещение с 01.01.2018 года по 28.02.2019 года.

В подтверждение своих доводов ответчик ФИО2 представил договора аренды № 180101 от 01.01.2018 года, № 181201 от 01.12.2018 года, №190101 от 01.01.2019 года.

По мнению ответчика, истец не мог не знать о том, что обществом заключены договоры аренды на указанный объект, поскольку информация об аренде объекта отражалась в том числе и в годовом отчете общества за 2018 год.

Кроме того, ответчик ФИО2 ссылается на то, что в период с августа по ноябрь 2019 года ООО «ПРТ» понесло расходы на проживание и командировочные расходы сотрудника ФИО4 в отеле «Жемчужина». ФИО4 в указанный период являлся сотрудником ООО «ПРТ», занимал должность заместителя директора по коммерческим вопросам, фактически проживает в г. Москве, имеет разъездной характер работы. В связи со служебной необходимостью присутствовать лично для исполнения трудовых обязанностей, а также отсутствием собственного места проживания в г. Саратове, сотрудник проживал в гостинице.

Также ответчик ФИО2 считает необоснованным довод истца о том, что в период осуществления бывшим руководителем ООО «ПРТ» ФИО2 были оплачены не относящиеся к хозяйственной деятельности общества туристические услуги и необоснованные командировочные расходы.

Как указывает ответчик ФИО2 в соответствии с приказом о направлении сотрудника в командировку №1 от 15.02.2019 года ООО «ПРТ» распорядилось направить ФИО3, занимавшего должность директора по маркетингу, в командировку в Германию, г. Мюнхен с целью проведения переговоров для дальнейшего сотрудничества. Фактически переговоры проводились как в Германии, так и в Австрии.

Поскольку расстояние между г. Мюнхеном и г. Кирхбергом незначительно (полтора часа на электропоезде), для удобства был выбран отель в г. Кирхберге.

В соответствии с авансовым отчетом № 10 от 20.03.2019 года аванс по вышеуказанной командировке составил 15 700 рублей, перерасход составляет 32 762,39 руб.

Также ФИО3 был направлен в командировку в Германию также с целью проведения переговоров по сотрудничеству с иностранными контрагентами. Сотрудник был направлен в командировку 31.07.2019 года.

В части иных командировочных расходов ответчик пояснил, что ФИО4 в период, в котором происходили командировки и соответствующие расходы, находился в трудовых отношениях с ООО «ПРТ» и занимал должность заместителя директора по коммерческим вопросам.

Расходы в сумме 22 237 руб., 14 026 руб., являются командировочными, что, по мнению ответчика ФИО2 подтверждается соответствующими документами (приказы о направлении сотрудника в командировку, авансовые отчеты и т.д.).

Таким образом, ответчик ФИО2 считает, что истцом не доказан личный характер понесенных обществом командировочных расходов, равно как и их несоответствие интересам общества.

По поводу финансовой аренды (лизинг) транспортного средства, ответчик ФИО2 пояснил, что между ООО «Интерлизинг» и ООО «ПРТ» заключен договор лизинга №ЛД-63-2026/2020 от 22.06.2020 года.

Согласно п. 2 Договора стоимость лизинга составляет 3 985 512,22 руб., предмет -автомобиль Mercedes-Benz E220 d3 MATIC.

Транспортное средство введено в эксплуатацию как основное средство, определено материально-ответственное лицо.

Как указывает ответчик ФИО2, указанный договор был заключен в хозяйственных целях общества, в том числе для перемещения по г. Саратову и Саратовской области на объекты, встречи и переговоры с клиентами и контрагентами, автомобиль используется в ООО «ПРТ» в настоящее время.

Ответчик ФИО2 считает, что факт заключения договора лизинга с распределением денежной нагрузки на общество, а не единовременный крупный платеж, свидетельствует о разумном подходе бывшего директора в принятии решений о заключении сделок.

По поводу ISO контейнеров ответчик ФИО2 пояснил, что на основании договора поставки № 96 от 15.05.2019 года, заключенного между ООО «ПРТ» и ООО «Аперикон» поставлен товар: ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения. Указанный товар приобретался в целях развития нового направления деятельности общества, а именно оказания услуг дата-центра, т.е. технического помещения с размещенными серверами, предназначенных для хранения большого объема данных (например, крупных организаций, организаций с значительной информационной нагрузкой на собственное техническое обеспечение). Предполагалось извлечение прибыли за счет возмездного предоставления клиентам возможности разгрузить систему хранения данных путем их размещения в дата-центре (центр хранения и обработки данных). Факт передачи товара ООО «ПРТ» подтверждается УПД № 19 от 28.06.2020 года.

При этом, по мнению ответчика, представленная истцом справка от ООО «Приоритет-Оценка» не может расцениваться как доказательство, позволяющее утверждать о завышенной стоимости товара, поскольку справка носит оценочный (предположительный) характер, не позволяющим полноценно определить стоимость товара, так как справка не отражает характеристик его состояния, полноценного исследования, которое обычно проводится при проведении экспертизы. Кроме того, эксперт не предупреждался об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

По поводу оплаты товара по договорам ИП ФИО14, ИП ФИО15, ИПФИО16 ответчик ФИО2 пояснил, что ООО «ПРТ» заключило с указанными лицами договоры, данные договоры заключались в рамках обычной хозяйственной деятельности общества и в его интересах, и товар по указанным договорам был получен обществом по универсальным передаточным документам.

По поводу судебных расходов по делу № А57-16067/2020 ответчик ФИО2 ссылается на то, что в рамках данного дела ответчиком являлось ООО «ПРТ», но не ответчик по настоящему делу. Кроме того, по данному делу не установлена вина ФИО2, вследствие чего судебные расходы не могут являться убытками, подлежащими возмещению ответчиком по настоящему делу.

Кроме того, ответчик ФИО2 указывает на то, что решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 о предоставлении документов о деятельности общества исполнено, о чем, по мнению ответчика, свидетельствуют приобщенные в материалы дела копии описей вложения и почтовых квитанций об отправке документов в адрес истца.

Таким образом, ответчик считает, что истцом не доказаны обстоятельства, которые могли свидетельствовать о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а также факт причинения убытков обществу.

В обоснование своих возражений ответчиком ФИО2 были представлены документы, в том числе Приказ № 192к от 16.10.2019 (л.д.1, т. 5); Трудовой договор № 261/19 от 19.04.2019 (л.д.14-16, т. 5); Приказ № 1 от 15.02.2019 (л.д.101, т. 4); Приказ № 99/2к от 26.07.2019 (л.д.115, т. 4); УПД № 15/04.2 от 15.04.2019 (л.д.53, т. 5); УПД № 22.03/1 от 22.03.2019 (л.д.57, т. 5); УПД № 8-02.2 от 02.08.2019 (л.д.62, т. 5); УПД № 8-05.2 от 05.08.2019 (л.д.63, т. 5); УПД № 7-29.1 от 29.07.2019 (л.д.64, т. 5); УПД № 29.2 от 29.05.2019 (л.д.68, т. 5).

Истцом в ходе судебного разбирательства было заявлено о фальсификации следующих доказательств с учетом уточнений: Приказа № 192к от 16.10.2019, Трудового договора № 261/19 от 19.04.2019, Приказа № 1 от 15.02.2019; Приказа № 99/2к от 26.07.2019, УПД № 15/04.2 от 15.04.2019, УПД № 22.03/1 от 22.03.2019, УПД № 8-02.2 от 02.08.2019, УПД № 8-05.2 от 05.08.2019; УПД № 7-29.1 от 29.07.2019; УПД № 29.2 от 29.05.2019.

Для проверки обоснованности заявленного истцом ходатайства судом назначалась судебная физико-химическая экспертиза, которая была поручена ООО «НИЛСЭ».

Однако в связи с поступившим от ОО «НИЛСЭ» уведомлением о значительном увеличении сроков проведения экспертного исследования, судом по ходатайству истца проведение судебной физико-химической экспертизы было прекращено и производство по делу возобновлено.

В дальнейшем истец отказался от своего ходатайства о фальсификации доказательств, в связи с чем данное ходатайство судом не рассматривается.

В связи с тем, что в ходе рассмотрения дела ответчик не согласился с размером рыночной стоимости арендной платы, указанной в справке эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО12 № 25 от 02.08.2021 года, судом по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено Обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка» (410056, г. Саратов, ул. Сакко и Ванцетти, д. 21, оф. 101), эксперту ФИО12.

На разрешение эксперта судом был поставлен вопрос:

Определить рыночную ставку арендной платы на 01.01.2019 за пользование частью нежилого помещения, площадью 100 кв.м., расположенного по адресу: <...>?

Согласно заключению эксперта №07/22-52 от 22.07.2022г. рыночная ставка арендной платы за пользование нежилым помещением, общей площадью 100 кв.м. расположенным по адресу: <...>, по состоянию на дату оценки-01.01.2019г. составляет 25 500 руб.

С учетом проведенной судебной экспертизы истец заявил ходатайство об уменьшении исковых требований, согласно которому истец уменьшил размер исковых требований в части взыскания с ФИО3 и ФИО2 убытков общества по аренде помещения (<...>) до 97 500 руб.

Также согласно последним уточнениям, истец увеличил исковые требования в части взыскания с ФИО4 и ФИО2 убытков по приобретению в лизинг автомобиля Mercedes-Benz E220d3MATIC до 1 226 770, 56 руб.

В подтверждение размера убытков по указанной сделке истец представил выписки по счетам (л.д.109-116 т.1) и выписку по счетам за период с 01.01.2021г. по 31.01.2021г. и справку ООО «ПРТ» №201 от 03.08.2022г. о том, что сумма лизинговых платежей уплаченных на 01.08.2022г. по договору лизинга №ЛД-63-2026 от 22.06.2020г. составила 2 821 967,31 руб.

Судом были приняты данные уточнения истцом исковых требований.

Суд, изучив материалы дела, пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что между участниками ООО «ПРТ» сложился корпоративный конфликт, подтвержденный рядом арбитражных дел: № А57-31565/2019, А57-2694/2020, А57-4156/2020, А57-16067/2020, А57-16783/2021, А57-18568/2021, А57-11428/2022.

Материалами дела также подтверждается наличие корпоративного конфликта между истцом ФИО10 и другими участниками общества - ФИО3 и ФИО4, о чем было известно директору ФИО2

Судом установлено, что в период осуществления ФИО2 полномочий единоличного исполнительного органа в ООО «ПРТ» истцу не предоставлялся доступ к информации о совершенных обществом сделках, что подтверждается решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020, которым установлено, что вследствие препятствий в доступе к запрашиваемой информации, ФИО10 не может осуществлять свои права на участие в управлении делами общества, проводить анализ поведения общества на предмет соответствия поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли, а также оспаривать убыточные для общества сделки.

На основании пункта 2 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" поскольку ФИО2 скрывал информацию о совершенных им сделках от участников юридического лица и не предоставлял доступ к документам о своей деятельности недобросовестность его действий (бездействия) считается доказанной, а также на нем лежит бремя доказывания обстоятельств опровергающих обоснованные утверждения истца.

Также судом принимается во внимание, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 04.10.2021 по делу № А57-2694/2020 признаны недействительными решения общего собрания участников ООО «ПРТ» об увеличении уставного капитала общества. Судом установлено, что «действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли» (стр. 12 решения).

Статьей 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1).

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3). В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с абзацем третьим пункта 1, пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление Пленума N 62) по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пунктах 2 и 3 Постановления Пленума N 62 даны разъяснения относительного того, какие действия (бездействие) директора могут свидетельствовать о его недобросовестности и/или неразумности.

Согласно пункту 2 указанного постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Сам по себе тот факт отсутствия у директора выгоды от сделок, повлекших для юридического лица негативные последствия, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков, поскольку на директоре лежит самостоятельная обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и пункт 7 Постановления Пленума N 62).

Из разъяснений пункта 8 постановления Пленума N 62 следует, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Исследовав и оценив представленные доказательства в их взаимосвязи и совокупности, принимая во внимание вступившие в законную силу судебные акты по делам А57-2694/2020, А57-16067/2020, суд приходит к выводу, что действия ответчиков не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена (Определение Верховного Суда РФ от 20.01.2021 № 304-ЭС20-21308 по делу № А27-22609/2019).

В отношении договора аренды нежилого помещения № 190101 от 01.01.2019 (л.д. 6467 т. 4), расположенного по адресу: <...>, заключенного между ООО «ПРТ» и ИП ФИО3, суд приходит к выводу, что данная сделка с заинтересованностью совершена без требуемого законом одобрения, на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, информация о которой скрыта от участников общества, поскольку сведения о сделке не отражены в п. 9 годового отчета ООО «ПРТ» за 2019 год (л.д. 31 т. 2), вопрос об одобрении сделки не поднимался на общих собраниях общества, величина арендной платы не утверждалась.

Согласованная сторонами в договоре арендная плата за пользование частью нежилого помещения площадью 100 кв.м., расположенного по адресу: <...>, многократно завышена и не соответствовала рыночной, что подтверждается заключением судебной экспертизы № 07/22-25 от 22.07.2022г.

Кроме того, со стороны ответчиков не дано обоснование экономической целесообразности заключения данной сделки и цели использования указанного нежилого помещения в хозяйственной деятельности общества, а также не представлено доказательств того, что других более выгодных вариантов аренды аналогичных помещений не имелось. Руководитель ФИО2 и мажоритарный участник ФИО3 должны были осознавать и предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в аренде указанного помещения по завышенной цене без определенной цели использования.

Размер убытков общества в результате заключения и исполнения договора аренды нежилого помещения № 190101 от 01.01.2019 составил 97 500 руб. - разницу между фактически выплаченной суммой арендных платежей по договору и определенной судебным экспертом рыночной стоимости аренды спорного помещения (Расчет: 123 000 — 25 500 = 97 500).

Указание ответчика ФИО2 на обстоятельства аренды данного помещения прошлым руководителем по аналогичной стоимости, не подтверждает отсутствие признаков убыточности совершенной им сделки, поскольку исковые требования заявлены по договору аренды нежилого помещения №190101 от 01.01.2019, при исполнении которого совместные действия ФИО3 и ФИО2 не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий.

В отношении убытков, возникших по оплате туристических услуг и необоснованных транспортных расходов в интересах ФИО3, судом не установлена их связь с хозяйственной деятельностью ООО «ПРТ».

Согласно материалам дела в период осуществления полномочий руководителем ФИО2 со счетов ООО «ПРТ» были оплачены следующие, связанные с участником ФИО3 туристические услуги и транспортные расходы на общую сумму 181 092, 39 руб. (л.д. 74-80 т. 1):

- оплата 31.01.2019 ИП ФИО11 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО3 за февраль 2019, связанные с туристической поездкой в отель «Activ Sunny Hotel Sonne», в размере 15 700 руб.;

оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО3 за февраль 2019, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762, 39 руб.;

оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО3 в размере 53 630 руб.

Вопреки доводам ФИО2, отраженным в отзыве на иск, материалами дела не подтверждается, что в 2019 году обществом было произведено расходование денежных средств по направлению ФИО3 в Германию и Австрию с целью осуществления переговоров в интересах ООО «ПРТ».

Счет № 25 от 29.01.2019 (л.д. 70 т. 1), туристическая путевка № 798127 серия ТП (л.д. 111 т. 4) и акт об оказании туристических услуг №15 от 28.02.2019 (л.д. 114 т. 4) подтверждают туристический характер поездки ФИО3 в Австрию.

Из представленных в материалы дела приказов о направлении в командировку (л.д. 101, 105 т. 4) не представляется возможным в достаточной степени установить, что спорные расходы были понесены именно на нужды корпорации.

Материалами дела не подтверждается факт осуществление ФИО3 конкретных трудовых функций в Германии и Австрии в 2019 году, не усматриваются деловые цели, задачи и какие-либо результаты осуществления деятельности работника от имени общества в указанных странах.

Кроме того, указание в платежных документах на участие ФИО3 в «симпозиуме» противоречит объяснениям ФИО2, отраженным в отзыве.

Ответчиками не представлено доказательств того, что других более выгодных и разумных вариантов проживания не имелось. При этом отель «Activ Sunny Hotel Sonne» является горнолыжным курортом, находящимся в горах и значительной удаленности от деловых центров (л.д. 71-73 т. 1).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что со счетов ООО «ПРТ» были оплачены не относящиеся к хозяйственной деятельности общества туристические услуги и транспортные расходы в личных интересах мажоритарного участника ФИО3, при этом не представлено достоверных и допустимых доказательств несения вышеуказанных расходов на нужды корпорации. Поскольку в данном конкретном случае имеется согласованность действий ФИО2 и ФИО3 их ответственность не может быть разделена.

В отношении убытков, связанных с расходами на проживание ФИО4 в отеле «Жемчужина» и авиаперелетами по маршруту Саратов-Москва, судом установлено неразумное поведение директора ФИО2 и участника общества ФИО4, которое выразилось в оплате за счет средств общества расходов, обоснованность которых и факт их несения на нужды общества не подтверждены надлежащими и достаточными документами.

Ответчиками не приведено разумного обоснования необходимости проживания коммерческого директора ФИО4 в номерах класса «люкс» в г. Саратове, а также не представлено доказательств того, что других более выгодных вариантов проживания не имелось.

Не опровергнуты также доводы истца о неразумности выбора для временного проживания сотрудника компании отеля, расстояние от которого до офиса ООО «ПРТ» составляет 12 км, а стоимость проживания в нем значительно дороже, чем в гостиницах г. Энгельса, находящихся поблизости.

Из представленных в материалы дела распоряжений об оплате проживания (л.д. 69, 76, 83, 86, 93, 96 т. 4), авансовых отчетов (л.д. 69, 76, 83, 86, 93, 96 т. 4) и приложенных к ним документов не представляется возможным в достаточной степени установить, что спорные расходы были понесены именно на нужды общества.

Также материалами дела не подтверждается осуществление ФИО4 каких-либо трудовых функций «разъездного» характера (п. 2.5 трудового договора №261/19 от 19.04.2019 - л.д. 14 т. 5) в г. Москве в интересах хозяйственной деятельности ООО «ПРТ».

Отсутствие в трудовом договоре в нарушение ч. 2 ст. 57 ТК РФ указания на место осуществления работы ФИО4 также свидетельствует о недоказанности утверждений о его пребывании на территории г. Москвы для осуществлении трудовых функций. Согласно Письму Роструда от 07.10.2013 N ПГ/8960-6-1 трудовой договор о дистанционной работе должен содержать сведения о месте работы, в котором дистанционный работник непосредственно исполняет обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Указанные выводы также относятся к командировочным расходам ФИО4 на авиаперелеты по маршруту Саратов - Москва, относимость которых к хозяйственной деятельности ООО «ПРТ» не доказана.

Следовательно, не представлены достоверные и допустимые доказательства подтверждающие связь указанных расходов с хозяйственной деятельностью общества.

Неразумное поведение директора и его заместителя по оплате за счет средств общества расходов, обоснованность которых и факт их несения на нужды общества не подтверждены надлежащими и достаточными документами, свидетельствуют о причинении обществу «ПРТ» убытков в соответствующем размере, в то время как доказательства иного не представлены.

Размер убытков общества в связи с недобросовестными и неразумными действиями по оплате проживания ФИО4 в номерах отеля «Жемчужина» составляет 131 300 руб. (л.д. 57-69 т. 1) - сумму, оплаченную ООО Отель «Жемчужина» платежными поручениями №466 от 09.08.2019, №467 от 09.08.2019, №642 от 03.09.2019, №2068 от 18.10.2019, №2071 от 21.10.2019, №2078 от 22.10.2019, №2088 от 25.10.2019, №2129 от 01.11.2019, №2136 от 06.11.2019, №2660 от 11.11.2019, №2775 от 19.11.2019, №2808 от 21.11.2019, №2831 от 26.11.2019 (Расчет: 5500 + 16500 + 14800 + 11100 + 3700 + 11000 + 5800 + 14800 + 14800+ 11100 + 7400 + 7400 + 7400 = 131300).

Размер убытков по авансовым отчетам № 54 от 12.11.2019 (л.д. 2 т. 5), № 58 от 2011.2019 (л.д. 124 т. 4) составляет 36 263 руб. (Расчет: 14026 + 22237 = 36263). Фактическая оплата указанных сумм подтверждена материалами дела (л.д. 78-79 т. 1) и не оспорена ответчиками.

Поскольку в данном конкретном случае имеется согласованность действий ФИО2 и ФИО4 их ответственность не может быть разделена.

В отношении договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 (л.д. 17-23 т. 5), суд приходит к выводу, что заключение и исполнение данной сделки в интересах ФИО4 без определения хозяйственной цели с учетом нужд общества, необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, совершенные со злоупотреблением правом, направленные на удовлетворение нужд одного участника в ущерб интересам самого общества.

Согласно графику платежей (приложение №3 к договору) ежемесячная сумма лизинговых платежей за финансовую аренду автомобиля Mercedes-Benz E 220 d 4MATIC (VIN: <***>) составляет 106 105, 45 руб.

Согласно акту о приеме-передаче объекта основных средств №10 от 30.06.2020 (л.д. 41 т. 5) автомобиль Mercedes-Benz E 220 d 4MATIC принят на «ответственное хранение» ФИО4.

На основании приказа №ОС-10 от 30.06.2020 (л.д. 38 т. 5) материально-ответственным лицом за автомобиль назначен также ФИО4

Ответчиками не оспаривалось, что на основании указанных документов автомобиль используется лично ФИО4.

Одновременно ответчиками не представлены путевые листы, журнал регистрации путевых листов, сведения о приобретении и оплате ГСМ, сводные ведомости расхода ГСМ, локальный акт об утверждении норм расхода ГСМ или иные аналогичные документы, подтверждающие использование автомобиля Mercedes-Benz E 220 d 4MATIC при осуществлении предпринимательской деятельности общества.

Отраженные в отзыве утверждения ФИО2 об использовании автомобиля Mercedes-Benz 220 d 4MATIC для перемещения по г. Саратову и Саратовской области (п. 4 отзыва) не подтверждаются допустимыми и относимыми доказательствами.

При этом в собственности ООО «ПРТ» в момент заключения указанного договора лизинга и по настоящее время имеется еще один автомобиль премиум-класса: Land Rover Range Rover Sport (VIN: <***>, гос.рег.знак: А300ВС164), на использование которого в хозяйственной деятельности общества указано в письме исх. № 57 от 04.03.2020 (л.д. 82 т. 1). Ответчиками не доказана разумная необходимость в использовании еще одного автомобиля премиум-класса, помимо имеющегося в собственности.

Судом также учитывается, что в решении Арбитражного суда Саратовской области от 04.10.2021 и постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 по делу № А57-2694/2020 была дана оценка поведения общества, в том числе по заключению договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020. Судами установлено, что действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок, в том числе по приобретению дорогостоящих автомобилей премиум-класса, при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Таким образом, суд приходит к выводу, что директор ФИО2 и его заместитель по коммерческим вопросам ФИО4 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в изъятии денежных средств из оборота на приобретение автомобиля премиум-класса в период нехватки финансирования на первоочередные нужды хозяйственной деятельности. Кроме того, ФИО4, курирующий финансово-хозяйственную деятельность предприятия, в сговоре с директором ФИО2, приняли решение о заключении и исполнении договора лизинга без учета известной им информации о финансовом состоянии общества, имеющей значение в данной ситуации, что повлекло неблагоприятные последствия и дополнительные существенные расходы для общества.

Заключение и исполнение договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 в интересах одного участника общества без определения хозяйственной цели с учетом нужд общества необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, совершенные со злоупотреблением правом, направленные на удовлетворение интересов участника ФИО4 в ущерб интересам самого общества.

Из п. 17 Обзора судебной практики (утв. Президиумом ВС РФ 25.12.2019), следует, что составной частью интереса общества являются, в том числе интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

В период полномочий ФИО2 с 29.12.2018 по 30.04.2021 общество выплатило по указанному договору лизинга 1 226 770, 50 руб., которые подлежат взысканию в качестве убытков с ФИО2 и ФИО4 солидарно, поскольку в данном конкретном случае имеется согласованность их действий (платежные поручения № 1679 от 29.06.2020, № 1751 от 08.07.2020, № 1984 от 10.08.2020, № 2201 от 07.09.2020, № 2427 от 06.10.2020, № 2650 от 06.11.2020, № 2911 от 09.12.2020, № 2 от 04.01.2021, № 223 от 04.02.2021, № 231 от 05.02.2021, № 254 от 08.02.2021, № 554 от 05.03.2021, № 557 от 09.03.2021, № 865 от 05.04.2021, № 868 от 06.04.2021, № 902 от 07.04.2021).

В отношении контрагента ООО «Аперикон» по договору поставки № 96 от 15.05.2019 (л.д. 117-121 т. 1) ISO контейнера общего назначения, укомплектованного стойками и системами электроснабжения, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с Постановлением Пленума № 62, поскольку ФИО2 скрывал информацию о совершенных им сделках от участников юридического лица и не предоставлял доступ к документам о своей деятельности (дело № А57-16067/2020) на нем лежит бремя доказывания обстоятельств поступления в хозяйственное ведение приобретенного у третьих лиц оборудования, либо поступления в общество денежных средств от его реализации.

ФИО2 не опровергнуты мотивированные утверждения истца, а также не представлены надлежащие доказательств в подтверждение следующих обстоятельств:

- фактического поступления в распоряжение ООО «ПРТ» спорного контейнера;

- осуществления доставки контейнера из г. Москвы в г. Энгельс с учетом значительных габаритов и необходимости специальных разрешений на движение по автомобильным дорогам транспортных средств, перевозящих крупногабаритные и тяжеловесные грузы;

- фактического хозяйственного использования контейнера в деятельности общества;

- наличия экономического обоснования приобретения контейнера для размещения оборудования при наличии множества собственных нежилых помещений, пригодных для этих целей (в собственности ООО «ПРТ» находится не менее 19 нежилых помещений согласно справке исх. № 283 от 29.10.2021).

- совершения сделки на рыночных условиях (истец утверждал о заведомо невыгодных для юридического лица условиях сделки - по завышенной цене, что подтверждается справкой эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО12 № 26 от 10.08.2021, и обратное не доказано ФИО2). Между тем, лицо, имеющее противоположные материальные интересы и не желающее, чтобы требования истца были удовлетворены, должно доказать, что стоимость объекта недвижимости не является заниженной, опровергнуть относимыми и допустимыми доказательствами доводы истца.

Представленный ФИО2 в материалы дела универсальный передаточный документ № 19 от 28.06.2019 (л.д. 49 т. 5) не опровергает мотивированных утверждений истца об отсутствии поступления в распоряжение общества спорного оборудования и не подтверждает подлежащих доказыванию обстоятельств его приобретения.

Ответчиком не представлены документы, доказывающие реальность совершаемой финансовой операции, а именно транспортные накладные, подтверждающие факт доставки крупногабаритного оборудования в конкретный пункт, имеющий отношение к хозяйственной деятельности ООО «ПРТ».

В УПД №19 от 28.06.2019 (л.д. 49 т. 5) не указана дата получения (приемки) груза ФИО2, а также данные о транспортировке крупногабаритного груза до указанного адреса: <...>. Аналогичная судебная практика: Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.11.2019 № Ф07-13715/2019 по делу № А56-88881/2018.

Таким образом, недобросовестность и неразумность действий руководителя ФИО2 выразилась в необоснованном перечислении денежных средств за товар, который фактически не был передан в распоряжение общества, и экономическое обоснование наличия необходимости его приобретения не подтверждено надлежащим образом. Размер убытков по указанной сделке составляет 1 560 000 руб. - сумму, оплаченную ООО «Аперикон» платежными поручениями №873 от 20.05.2019, №917 от 27.05.2019, №953 от 30.05.2019, №970 от 03.06.2019, №10 от 07.06.2019, №95 от 18.06.2019, №106 от 19.06.2019, №110 от 20.06.2019 (Расчет: 500000 + 200000 + 100000 + 200000 + 100000 + 100000 + 200000 + 160000 = 1560000).

В отношении контрагентов индивидуальных предпринимателей ФИО14 (ОГРНИП: <***>), ФИО15 (ОГРНИП: <***>), ФИО16 (ОГРНИП: <***>) по поставке кабельной и иной специализированной продукции, суд пришел к выводу, что имеет место факт совершения бывшим директором ФИО2 недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу в сумме 1 932 314 руб.

Судом учитывается, что ФИО2 скрывал информацию о данных сделках от участников юридического лица (дело № А57-16067/2020), следовательно на нем лежит бремя доказывания обстоятельств реальности хозяйственных операций.

К представленным ответчиком в материалы дела универсальным передаточным документам суд относится критически, поскольку они не заверены надлежащим образом, а также в части УПД отсутствуют отметки о приемке товара в графах 15 и 16 (л.д. 62-64 т. 5), не указаны дата получения (приемки) груза во всех УПД - графа 16 (л.д. 53, 57-58, 62-64, 68 т. 5), не указано лицо ответственное за правильность оформления факта операции - графа 18 (л.д. 53, 57-58, 68 т. 5).

ФИО2 также не представлены документы, доказывающие реальность совершенных хозяйственных операций, а именно доставка товара из г. Пензы в г. Энгельс не подтверждена надлежащим образом оформленными транспортными документами.

Также, ответчиком ФИО2 не представлено доказательств оприходования ООО «ПРТ» данного товара.

Кроме того, ИП ФИО16 согласно УПД (л.д. 62-64, 68 т. 5) и ИП ФИО15 согласно УПД (л.д. 53 т. 5) осуществляли реализацию кабельной продукции и вспомогательных электротехнических материалов, однако, виды деятельности, связанные с реализацией данной продукции, не зарегистрированы ими в ЕГРИП (отсутствует ОКВЭД 46.69.5 «Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами»).

ФИО2 не опровергнуты также доводы ФИО10 о совершении им сделок и платежей в адрес указанных выше предпринимателей без намерения создать соответствующие правоотношения в целях вывода денежных средств общества в условиях корпоративного конфликта. Не представлено каких-либо разумных и документально подтвержденных пояснений относительно того, по какому принципу осуществлялся выбор спорных контрагентов, чем обусловлено приобретение данной категории товара у неизвестных ранее контрагентов, по какой причине директор скрывал информацию о совершении спорных сделок от участника общества ФИО10

Также ФИО2 не опровергнуты доводы о необходимости обязательной сертификации поставленного ИП ФИО16 модуля Cisco Catalyst WS-X6708-10G-3C (л.д. 68 т. 5), как и не представлены какие-либо сертификаты и декларации соответствия или иные документы, подтверждающие сертификацию оборудования, реализующего функции коммутации и управления услугами (согласно перечню средств связи, подлежащих обязательной сертификации, утвержденному постановлением Правительства РФ от 25 июня 2009 года N 532).

Таким образом, по каждой сделке, на которую ссылался истец, не достигнут результат, намерения сторон исполнять такие сделки отсутствовали, добросовестность поведения ФИО2 не установлена судом.

При выборе контрагентов по сделкам единоличный исполнительный орган должен действовать разумно и добросовестно, не допускается в силу статьи 10 ГК РФ заключать сделки, которые стороны не намеревались исполнять (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 18.02.2021 N Ф06-499/2021 по делу N А65-27437/2019).

Следовательно, имеет место факт совершения бывшим директором недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу в сумме 1 932 314 руб.

Размер убытков составляет 1 932 314 руб. - сумму, перечисленную на счета ИП ФИО14 платежным поручением №489 от 22.03.2019, ИП ФИО15 платежным поручением №654 от 15.04.2019, ИП ФИО16 платежными поручениями №935 от 29.05.2019, №361 от 29.07.2019, №421 от 02.08.2019, №431 от 05.08.2019 (Расчет: 397651 + 351135 + 296000 + 352526 + 183726 + 351276 = 1932314).

В отношении убытков, связанных с непредставлением участнику документов и информации, в результате чего на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб. по делу № А57-16067/2020, суд приходит к следующим выводам.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 исковые требования ФИО10 удовлетворены в полном объеме, на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать в течение пяти дней с даты вступления решения суда в законную силу участнику ФИО10 заверенные надлежащим образом копии следующих документов: банковские выписки о движении денежных средств по всем расчетным счетам общества с расшифровкой назначения всех платежей за период с 01.07.2017 по 30.06.2020; договоры (контракты), заключенные обществом за период с 01.07.2017 по 30.06.2020, взаиморасчетные документы по этим договорам (контрактам). Также указанным решением суда взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО10 расходы по оплате госпошлины в сумме 6 000 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика — без удовлетворения, судебный акт в вышестоящие судебные инстанции сторонами не обжалован, вступил в законную силу.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.05.2021 по делу № А57-16067/2020 взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО10 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В силу пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке. В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем 2 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в порядке, установленном его учредительными документами.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

Таким образом, ответчик как руководитель общества, действуя добросовестно, должен был своевременно исполнить требования участника общества — ФИО10, и в соответствии с нормами закона предоставить истребуемые документы, что сделано не было. Факт ненадлежащего исполнения руководителем подтвержден вступившим в законную силу решением арбитражного суда и на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб.

Правовая позиция ФИО2 о необходимости установления вины и процессуального статуса по делу № А5716067/2020 в целях взыскания в дальнейшем убытков, выразившихся в судебных издержках, основана на неверном толковании закона.

Согласно пункту 5 Постановления № 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей, в том числе ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

При надлежащем исполнении обязанностей директором данные расходы общество могло не понести, в связи с чем, сумма 56 000 руб. является убытками, подлежащими взысканию с ФИО2

Кроме того, судом учитывается, что ответчиками в материалы дела не предоставлено опровергающих доказательств в отношении экономической целесообразности каждой сделки, на которую ссылался истец.

Истец со ссылкой на судебные акты по делу № А57-2694/2020 утверждает, что действия ответчиков по управлению обществом, в том числе заключению неразумных и нецелесообразных сделок в условиях корпоративного конфликта совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчиков не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Позиция ответчика ФИО2, по сути, состоит в отрицании данных доводов истца и представленных им доказательств. Ответчики ФИО3 и ФИО4 не представили каких-либо возражений или пояснений в отношении исковых требований и утверждений истца.

Ответчики не опровергли неразумность и недобросовестность своих действий, на которые указал истец, равно как и не представили в нарушение статьи 65 АПК РФ надлежащих доказательств обратного.

Также не раскрыты ответчиками разумные экономические мотивы совершения каждой сделки и мотивы их поведения с учетом интересов корпорации в каждом конкретном случае.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, а следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально не подтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 N 305-ЭС17-13822 по делу N А40-4350/2016.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 действовали неразумно и недобросовестно, при этом их действия не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, и не могут быть расценены как не выходящие за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. Кроме того, в отношении конкретных действий, повлекших убытки корпорации, имеется согласованность действий ответчиков, ввиду чего их ответственность не может быть разделена (Определение Верховного Суда РФ от 20.01.2021 № 304-ЭС20-21308 по делу № А27-22609/2019).

С учетом изложенного, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Согласно статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В ходе рассмотрении дела ФИО10 за производство за проведение судебной физико-химической экспертизы на депозит суда были оплачены денежные средства в размере 90 160 руб. Также истцом оплачена комиссия за перевод денежных средств в размере 1 500 руб., всего 91 660 руб., что подтверждается чек-ордером от 03.03.2022г.

Однако производство по судебной физико-химической экспертизе было прекращено и счет за производство экспертизы экспертной организацией ООО «НИЛСЭ» не выставлялся.

Однако судом по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено ООО «Приоритет-оценка». Данная экспертиза была проведена и экспертной организацией выставлен счет на оплату в размере 28 000 руб.

Таким образом, денежные средства в размере 28 000 руб. подлежат перечислению с депозитного счета Арбитражного суда Саратовской области на расчетный счет ООО «Приоритет-оценка».

Остальные денежные средства, внесенные на депозит суда, в размере 62 160 руб. подлежат возврату ФИО10

В связи с тем, что исковые требования истца удовлетворены в полном объеме, понесенные истцом судебные расходы по проведенной судебной экспертизе и оплате комиссии за перевод денежных средств в размере 29 500 руб. подлежат возмещению ответчиками пропорционально удовлетворенным требованиям к каждому из них.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 177, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО3 (ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) убытки в размере 278 592 руб. 39 коп.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО4 (ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп.

Взыскать с ФИО2 (ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) убытки в размере 3 548 314 руб.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО3 (ИНН: <***>) в пользу ФИО10 (ИНН: <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 2507 руб. 11 коп., расходы по судебной экспертизе в размере 1574,05 руб.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО4 (ИНН: <***>) в пользу ФИО10 (ИНН: <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 547 руб. 89 коп., расходы по судебной экспертизе в размере 7877,98 руб.

Взыскать с ФИО2 (ИНН: <***>) в пользу ФИО10 (ИНН: <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 31 932 руб., расходы по судебной экспертизе в размере 20047,97 руб.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО3 (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета РФ госпошлину в размере 113,06 руб.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО4 (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета РФ госпошлину в размере 565,88 руб.

Взыскать с ФИО2 (ИНН: <***>) в пользу ФИО10 (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета РФ госпошлину в размере 1440,06 руб.

Финансово-экономическому отделу Арбитражного суда Саратовской области перечислить с депозитного счета суда денежные средства в размере 28000 рублей в адрес Общества с ограниченной ответственностью «Приоритет-оценка».

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока после его принятия.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную, кассационную инстанции в порядке, предусмотренном статьями 181,257-271,273-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Направить решение арбитражного суда лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья арбитражного суда

Саратовской области Р.В.Стожаров