Решение от 3 сентября 2020 г. по делу № А19-29717/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761 http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-29717/2019

«03» сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 27 августа 2020 года.

Решение в полном объеме изготовлено 03 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Липатовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПРОСПЕРИТИ" (далее - ООО "ПРОСПЕРИТИ") (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664048 обл ИРКУТСКАЯ <...>) к Индивидуальному предпринимателю АЛХИМОВОЙ НАТАЛИЕ ЕВГЕНЬЕВНЕ (ОГРНИП 314385021200250, ИНН <***>), ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕСТАВ-СЕРВИС" (ОГРН <***>, ИНН <***>), третьи лица – Инспекция Федеральной налоговой службы по Октябрьскому округу г. Иркутска, ПАО «Сбербанк России»

о признании недействительным договора,

При участии в судебном заседании:

от истца: представитель по доверенности от 01.05.2020 ФИО2, представитель по доверенности ФИО3;

от ответчика: представитель по доверенности ФИО4;

от третьего лица ПАО «Сбербанк России»: не явился, извещен;

Иные лица в судебное заседание не явились, извещены

установил:

ООО "ПРОСПЕРИТИ" обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю АЛХИМОВОЙ НАТАЛИЕ ЕВГЕНЬЕВНЕ, ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕСТАВ-СЕРВИС" о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 02.11.2017 года по договору на выполнение проектных работ №07-10/16 от 07.10.2016 года.

До начала судебного заседания ответчиком заявлено об отводе судьи Липатовой Ю.В., рассматривающей данное дело.

В удовлетворении заявления ответчика об отводе судьи Липатовой Ю.В. судом отказано, о чем вынесено отдельное определение.

Истец в судебном заседании заявленные требования по существу поддержал в полном объеме.

Ответчик к судебному заседанию направил в материалы дела письменные пояснения на ходатайство ПАО «Сбербанк» об истребовании дополнительных доказательств, в судебном заседании представил на обозрение оригинал свидетельства о заключении брака, оригинал обозрен и возвращён ответчику.

Истец в судебном заседании поддержал ранее заявленное ходатайство о фальсификации доказательств, считает сфальсифицированной расписку от 02 ноября 2017 года, согласно которой генеральным директором ООО «Рестав-сервис» - ФИО5 на основании ст. 382 ГК РФ и договора уступки прав (цессии) от 02.11.2017 года по договору на выполнение проектных работ №07-10/16 от 07.10.2016 года получены от ИП ФИО6 денежные средства в сумме 99 463 рублей.

Суд определением от 04.06.2020 предложил ответчику в целях проверки заявления о фальсификации доказательств представить в материалы дела оригинал расписки от 02 ноября 2017 года; разъяснил ответчику о последствиях фальсификации документов, а также обязал обеспечить явку ответчика в судебное заседание.

В настоящем судебном заседании представитель ответчика предупрежден об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств в порядке статьи 303 УК РФ, о чем дал соответствующую расписку.

Представитель ответчика в судебном заседании отказался исключать копию расписки из числа доказательств по делу, пояснил, что оригинал расписки не представляется возможным представить в материалы дела, поскольку он был утерян.

Суд в соответствии со ст. 161 АПК РФ признал проверку заявления о фальсификации оконченной; исключил оспариваемое доказательство - расписку от 02 ноября 2017 года из числа доказательств по делу.

ПАО «Сбербанк России» в судебное заседание не явилось, ранее направило ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, а именно просил истребовать:

1)у Государственного архива Иркутской области (664007, <...>) сведения о наличии родственных связей между ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>) и ФИО6 (ИНН <***>);

2)из Службы записи актов гражданского состояния Иркутской области (664003, <...>) сведения о наличии родственных связей между ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>) и ФИО6 (ИНН <***>).

Истец ходатайство ПАО «Сбербанк России» об истребовании дополнительных доказательств поддержал.

Ответчик просил отказать в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств.

Рассмотрев ходатайство ПАО «Сбербанк России» об истребовании доказательств, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Как следует из приведенной нормы закона, лицо, ходатайствующее перед судом об истребовании необходимых доказательств должно указать какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, кроме того, подтвердить факт самостоятельного обращения в соответствующий орган за получением истребуемого доказательства, а также то, что ему было отказано в представлении истребуемого доказательства.

ПАО «Сбербанк России» же, заявляя ходатайства об истребовании доказательств, не обосновал значения истребуемых доказательств для рассмотрения настоящего дела, не подтвердил факта самостоятельного обращения в уполномоченные органы с целью получения истребуемого доказательства, также как и невозможность их получения самостоятельно.

Арбитражный суд, рассмотрев ходатайства ПАО «Сбербанк России» об истребовании дополнительных доказательств, исходя из предмета спора, не усматривает необходимости в истребовании запрашиваемых документов, в связи с чем, в удовлетворении ходатайств ответчика об истребовании дополнительных доказательств отказывает.

Иных заявлений, ходатайств сторонами не заявлено.

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствии третьих лиц.

Исследовав материалы дела, ознакомившись с письменными доказательствами, заслушав сторон, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из материалов дела, между ООО «ПРОСПЕРИТИ» (заказчик, истец) и ООО «Рестав-сервис» (исполнитель, ответчик) «07» октября 2016 г. заключен договор №07-10/16 на выполнение проектных работ, согласно которому Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется выполнить в объеме и сроках следующие виды работ по объек¬ту капитального строительства, расположенного по адресу: г. Иркутск, Ленинский район, ул. Ярославского, на земельном участке с кадастровым номером 38:36:000004:2352 (далее - «Объект»):

-разработать в объеме, предусмотренном настоящим договором разделы проектной и рабочей документации (далее - «Техническую документацию») по объекту капитального строительства, расположенному по адресу: Иркутская область, г. Иркутск, Ленинский район, ул. Ярославского, на земельном участке с кадастровым номером -38:36:000004:2352 (далее - «Объект»);

-передать Заказчику разработанную Техническую документацию, соответствующую нормам и правилам действующего законодательства, для согласования;

-направить Техническую документацию Объекта и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой проектной документации на государственную экологическую экспертизу (или негосударственную экспертизу) (ст. 49 Градостроительного Кодекса РФ, Федеральный закон от 28.11.2011 N 337-ФЗ);

-после получения положительного заключения государственной экологической экспертизы Технической документации подготовить и направить соответствующий законодательству пакет документов, необходимый для получения разрешения на строительство объекта, а заказчик обязуется принять результат работ Исполнителя, установленный Договором (п. 1.1.), и оплатить стоимость выполненных работ, в соответствии с разделом 2 Договора (п. 1.1., п 1.1.1. договора); стоимость работ по настоящему договору составляет 704 841 руб. (п. 2.1. договора).

02.11.2017 между ООО «РЕСТАВ-СЕРВИС» (цедент, ответчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО6 (цессионарий, ответчик) заключен договор об уступке права требования (цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования с ООО «ПРОСПЕРИТИ» прав по договору на выполнение проектных работ № 07-10/16 от 07 октября 2016г., как равно всех иных имущественных требований, процентов, санкций, неустоек, штрафов, вытекающих из договора № 07-10/16 от 07 октября 2016г. (п. 1. договора).

Согласно пункту 2.1 договора цедент передает цессионарию в момент подписания настоящего договора все необходимые документы, а именно: договор № 07-10/16 от 07 октября 2016г, акт приема передачи проектной документации 12.05.2017 и акт приема-передачи № 2 проектной документации 22.08.2017, проектную документацию, положительное заключение государственной экологической экспертизы, разрешение на строительство от 20.09.2017 №38-га 38303000-350-2017.

Истец, полагая, что договор цессии от 02.11.2017 является ничтожной сделкой по статье 170 ГК РФ, как прикрывающий договор дарения, и заключенный с целью причинения вреда третьим лицам в нарушение статьи 10 ГК РФ, обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик в ходе судебного разбирательства заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Рассмотрев доводы ответчика о пропуске истцом сроков исковой давности на предъявление требований о признании договора цессии от 02.11.2017 ничтожной сделкой, суд пришел к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указывает ответчик в возражениях на исковое заявление, истец должен был узнать о договоре уступки прав (цессии) от 02.11.2017 года, заключённым между ООО «Рестав-сервис» и ИП ФИО6 в конце марта-начале апреля 2018 года из искового заявления, направленного ИП ФИО6 в адрес ответчика, в силу ст. 126 АПК РФ по делу А19-6018/2018.

Однако, как указывает истец, ознакомление ООО «ПРОСПЕРИТИ» с оспариваемым договором уступки права требования от 02.11.2017 состоялось лишь 30 октября 2019 года. Доказательств того, что истец, как лицо, не являющееся стороной сделки, узнал или должен был узнать о начале ее исполнения ранее указанного срока, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд полагает, что заявление о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 02 ноября 2017 года по договору на выполнение проектных работ №07-10/16 от 07.10.2016 года, заключенному между ИП ФИО6 и ООО «Рестав-сервис», подано ООО «ПРОСПЕРИТИ» в суд в период срока, установленного законодательством РФ.

Выслушав доводы и возражения участвующих в деле лиц, оценив представленные в материалы дела документы каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статей 65, 67, 6871 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Пунктом 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Защита гражданских прав осуществляется способами, определенными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", предъявляя требования о признании недействительным договора цессии, должник должен доказать, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права нарушает его права и обязанности.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.08.2005 № 3668/05 указано, что заинтересованное лицо - это лицо, имеющее в соответствующем деле юридически значимый интерес, при этом такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Также заинтересованность в предъявлении иска характеризуется реальностью судебной защиты, то есть возможностью восстановления прав и законных интересов заявителя в случае реализации избранного им способа судебной защиты.

В данном случае, истец - ООО «ПРОСПЕРИТИ» не является стороной оспариваемой сделки – договора уступки права требования от 02.11.2017, следовательно, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказать, что данной сделкой прямо нарушены его права и законные интересы, а также возможность восстановления прав и законных интересов в случае реализации избранного им способа защиты.

Обращаясь в суд с требованием о признании договора уступки права требования от 02.11.2017 недействительным, истец сослался на то, что заключение ответчиками данного договора существенно нарушает права и законные интересы ООО «ПРОСПЕРИТИ», поскольку, указанный договор в нарушение статьи 575 ГК РФ является сделкой, прикрывающей договор дарения, указанный договор заключен с целью причинения вреда третьим лицам в нарушение статьи 10 ГК РФ и также указанный договор нарушает право истца на требование с ООО «РЕСТАВ-СЕРВИС» устранения недостатков в работах, выполненных в рамках договора №07-10/16.

Данные доводы истца судом рассмотрены и признаны необоснованными в связи о следующим.

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, стороны при совершении сделки свободны в решении заключать или не заключать сделку, в выборе контрагентов и определении условий договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422) (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом, что 02.11.2017 между ООО «РЕСТАВ-СЕРВИС» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 заключен договор уступки права требования (цессии).

Предметом договора цессии является уступка права, принадлежащего кредитору на основании обязательства, в соответствии с которым все права, принадлежащие ООО «РЕСТАВ-СЕРВИС», как исполнителю работ по договору от «07» октября 2016 г. №07-10/16 на выполнение проектных работ, были переданы ИП ФИО6. Следовательно, договор цессии содержал ссылку на обязательство, из которого возникло передаваемое право.

По правилам пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке права требования цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

В соответствии со статьей 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу пунктов 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно статье 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

При заключении спорного договора цессии приведенные требования законодательства соблюдены, стороны достигли соглашения в требуемой законом форме по всем существенным условиям договора, и таким образом, связали себя обязательствами, доказательства иного в деле отсутствуют.

Истец полагает, что оспариваемая сделка ничтожна в силу статьи 170 ГК РФ, поскольку фактически безвозмездна, что означает применение к ней норм о дарении, запрещенном в силу статьи 575 ГК РФ в отношениях между коммерческими организациями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как отмечено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В обоснование исковых требований истец ссылается на Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120, согласно которого, соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования).

В силу пункта 2 статьи 572 ГК РФ обязательным признаком договора дарения (безвозмездного договора) должно служить вытекающее из договора ясно выраженное намерение передать вещь или право в качестве дара.

В данном случае из оспариваемого договора не усматривается ясно выраженного намерения сторон совершить безвозмездную уступку права, следовательно, отсутствуют основания полагать, что стороны приняли на себя обязательства с целью дарения. В связи с чем, можно говорить о том, что между сторонами заключён возмездный договор уступки права требования. При заключении спорного договора, стороны исходили из обычаев деловой практики, в соответствии с которой, любой коммерческий долг может быть выкуплен (приобретён) третьим лицом без согласия должника.

Истец не представил суду доказательств того, что в рассматриваемом случае имелось намерение цедента одарить цессионария, обстоятельств, свидетельствующих о безвозмездности договора, судом не установлено.

Ответчик в качестве подтверждения возмездности уступаемого по договору права представил в материалы дела расписку от 02 ноября 2017 года, из которой следует, что ИП ФИО6 передала ООО «Рестав – Сервис» в счет уплаты за уступаемое право требования по договору №07-10/16 от 07.10.2016 денежную сумму в размере 99 463 руб.

Истец в порядке статьи 161 заявил о фальсификации представленного доказательства - расписки от 02 ноября 2017 года.

В соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

- разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

- исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

- проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемого доказательства до принятия окончательного судебного акта по делу.

Такая проверка должна заключаться, с одной стороны, в проверке соответствия подтверждающихся оспариваемым доказательством обстоятельств фактическим обстоятельствам дела и, с другой стороны, в установлении факта искажающего воздействия на материальный носитель, которое может привести к возникновению у суда неверного представления о существующих либо существовавших в действительности обстоятельствах, имеющих существенное значение для дела.

Арбитражный суд осуществил проверку достоверности заявления о фальсификации расписки от 02 ноября 2017 года, что отражено в протоколе судебного заседания от 04.06.2020.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательства суд определением от 04.06.2020 предложил ответчику представить оригинал расписки от 02 ноября 2017 года, предупредил ответчика о последствиях фальсификации доказательств, а также обязал явку ответчика в судебное заседание.

Представитель ответчика в судебном заседании отказался исключать копию расписки из числа доказательств по делу, пояснил, что оригинал расписки не представляется возможным представить в материалы дела, поскольку он был утерян

В случаях, когда иные меры, предусмотренные статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не позволяют определить достоверность доводов заявителя, для проверки заявления о фальсификации проводится экспертиза.

Как указано выше, ответчик не представил оригинал расписки от 02 ноября 2017 года, о фальсификации которого заявлено истцом.

Из смысла статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что арбитражный суд в установленном порядке констатирует факт фальсификации доказательств и применяет соответствующие предусмотренные законом меры тогда, когда материалы дела позволяют достоверно установить, что доказательство, о фальсификации которого по делу заявлено, действительно содержит признаки «материального подлога», то есть в том случае, когда исследование такого доказательства может привести к получению арбитражным судом ложных сведений о фактических обстоятельствах дела.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При рассмотрении заявления о фальсификации суд учитывает тот факт, что подлинник документа, о фальсификации которого заявлено, в материалы дела не представлен, в связи с чем, суд лишен возможности дальнейшей проверки заявления ответчика о фальсификации доказательства, ввиду чего, суд в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации завершил проверку заявления о фальсификации доказательств.

В силу части 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, позволяющим установить достоверность документа.

Согласно части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Однако, имеющаяся в материалах дела расписки от 02 ноября 2017 года представлена в виде ксерокопии, запрашиваемый судом оригинал ответчиком не представлен, ввиду чего копия не соответствует требованиям части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к письменным доказательствам, поскольку оригинал расписки отсутствует.

В соответствии с части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ст. 64 АПК РФ).

Поскольку истцом в материалы дела не представлен подлинник расписки от 02 ноября 2017 года суд, в соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исключает из числа доказательств по делу копию расписки от 02 ноября 2017 года.

Однако указанное обстоятельство на выводы суда не влияет, поскольку в соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» от 22.11.2016 № 54 по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. При переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

При этом даже отсутствие в договоре указания на стоимость уступаемого права не свидетельствует о безвозмездности договора. Отсутствие в договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ). Данные разъяснения содержатся в пункте 3 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

Кроме того, согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 9 Информационного письма от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ», квалификация соглашения об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (требование). Так, если в соглашении об уступке не указана цена передаваемого требования, это не означает, что требование передаётся безвозмездно. Вопрос о возмездности сделки должен решаться в зависимости от реальных намерений сторон с учётом фактически сложившихся между ними отношений. При этом обязанность доказывания возлагается на заявителя.

Предъявляя настоящее требование, ООО «ПРОСПЕРИТИ», вопреки приведенным правовым нормам и разъяснениям, не представил доказательств, достоверно свидетельствующих о безвозмездности договора об уступке прав требования от 02.11.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По общему правилу существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Положения главы 24 ГК РФ не содержат специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования).

По смыслу статей 382, 384 ГК РФ существенным условием договора уступки права требования является его предмет (согласование сторонами). Предмет договора цессии – существо уступаемого права требования согласован сторонами договора в пункте 1.2, разногласия относительно предмета соглашения между сторонами отсутствуют. Иное материалы дела не содержат.

Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право. При этом законодатель не связывает возможность уступки права (требования) с бесспорностью последнего (Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2015 № 70-КГ14-7).

Таким образом, ссылка на обязательство, в состав которого входило уступаемое право (требование), в договоре уступки имеется. Оснований для вывода о том, что между цедентом и цессионарием отсутствует определенность в отношении предмета договора уступки, у суда отсутствуют.

Истец в процессе рассмотрения дела указывал также на то, что действия ответчиков противоречат статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как были осуществлены в обход закона с противоправной целью, а именно уклонения от исполнения обязательств перед истцом.

Данный довод рассмотрен судом и отклонен по следующим основаниям.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Принцип общего дозволения, характерный для гражданского права, не означает, что участники гражданского оборота вправе совершать действия, нарушающие закон, а также права и законные интересы других лиц.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Свобода договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) не является безграничной и не исключает разумности и справедливости его условий.

Суд не усматривает недобросовестности согласованных действий участников оспариваемых сделок, как при их заключении, так и при исполнении.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценив представленные в материалы дела документы каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статей 65, 67, 6871 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не установил наличие цели причинения вреда имущественным правам истца.

Доказательств того, что действия сторон по передаче задолженности совершены в обход закона, а также доказательства, подтверждающие наличие умысла сторон сделки на реализацию какой-либо противоправной цели, связанной с причинением вреда истцу, при рассмотрении настоящего дела не представлены.

Доказательств, подтверждающих факт того, что договор об уступке права требования от 02.11.2017 направлен исключительно на причинение вреда третьим лицам с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересам сделок такого рода, также истцом не представлено.

При разрешении настоящего спора правовые основания для квалификации сделки – договора уступки права требования (цессии) от 30.07.2019 недействительной по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как иные бесспорные основания ничтожности сделки судом не установлены, недобросовестности влекущей недействительность сделки в действиях ответчиков также не установлено.

Более того, истцом не обосновано и не представлено доказательств того, что в случае возврата положения сторон в первоначальное состояние до совершения оспариваемой сделки, истец получит возможность удовлетворения своих требований.

С учетом изложенного, доводы истца о наличии материально-правового интереса при обращении с иском, являются необоснованными.

По смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствие у истца заинтересованности в оспаривании сделки является основанием для отказа в иске.

С учетом вышеизложенного, арбитражный суд, руководствуясь статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы и возражения сторон, в отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств недобросовестности поведения ответчиков, с учетом конкретных обстоятельств дела, отсутствием у истца заинтересованности в оспаривании сделок, суд пришел к выводу, что исковые требования не обоснованы и удовлетворению не подлежат.

При обращении в арбитражный суд истец уплатил государственную пошлину в сумме 6 000 руб., о чем свидетельствует платежное поручение от 05.12.2019 № 877.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. относятся на истца, которые были понесены им при подаче иска.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца после его принятия.

Судья Ю.В. Липатова