Решение от 16 июня 2021 г. по делу № А79-4830/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/







Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-4830/2020
г. Чебоксары
16 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 09.06.2021.


Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии

в составе судьи Коркиной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

бюджетного учреждения Чувашской Республики "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики, ИНН <***>, ОГРН <***>, <...>

к обществу с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга", ИНН <***>, ОГРН <***>, <...>,

о расторжении контракта, возврате товара, взыскании штрафа,

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности от 01.03.2021,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 13.07.2020,

установил:

бюджетное учреждение Чувашской Республики "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики (далее – истец, учреждение, больница) обратилось в суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга" (далее – ответчик, общество) с требованиями расторгнуть контракт №344 от 17.12.2019,заключенный истцом и ответчиком по результатам электронного аукциона, в части поставки товара по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на сумму 832 338 руб. 56 коп.; обязать ответчика за счет собственных средств и сил вывезти товар, поставленный по товарной накладной № 230 от 25.12.2019, а также взыскать штраф за ненадлежащее исполнение обязательств по поставке (замене) товара ненадлежащего качества в сумме 185 643 руб. 36 коп., расходы по проведению экспертизы контрольных образцов товара в сумме 5 100 руб.

Исковые требования основаны на нормах статей 330, 469, 514 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 34, 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее – Закон № 44-ФЗ) и мотивированы передачей товара ненадлежащего качества по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 в рамках контракта на поставку расходного материала для медицинского назначения от 17.12.2019 №344.

Определением суда от 24.09.2020 по ходатайству ответчика по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью "Союз экспертиз" ФИО4 и ФИО5. Производство по делу приостановлено на период проведения экспертизы до получения судом экспертного заключения.

Определением суда от 23.12.2020 произведена замена экспертной организации и экспертов, которым поручено проведение судебной товароведческой экспертизы определением от 24.09.2020 по настоящему делу, с экспертов общества с ограниченной ответственностью "Союз экспертиз" ФИО4 и ФИО5 на эксперта общества с ограниченной ответственностью "Центр независимой экспертизы "Аспект" ФИО6.

Проведение экспертизы по настоящему делу поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью "Центр независимой экспертизы "Аспект" ФИО6.

04.03.2021 от эксперта общества с ограниченной ответственностью "Центр независимой экспертизы "Аспект" ФИО6 в суд поступило заключение эксперта №1128/21-СЭ от 24.02.2021.

Определением суда от 10.03.2021 производство по делу возобновлено.

В судебном заседании представитель истца выразил несогласие с заключением эксперта, уточнил исковые требования в части расторжения контракта, представил акт совместного осмотра сторонами товара от 28.05.2021, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика иск не признал, указал на соответствие товара контракту; счел порядок отбора контрольных образцов нарушенным; в части даты выпуска перчаток указал на отсутствие в контракте требования о выпуске перчаток в 2019 году; отзывом от 15.07.2020 просил снизить размер штрафа.

Выслушав представителей сторон, заслушав консультацию специалиста и пояснения эксперта, изучив материалы дела, суд установил следующее.

По результатам электронного аукциона 17.12.2019 истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключен контракт № 344 на поставку расходного материала для медицинского назначения (идентификационный код закупки позиции плана-графика - 192213011512621300100101250320000000), по условиям которого поставщик принял на себя обязательство поставить заказчику перчатки смотровые нитриловые, перчатки смотровые из латекса гевеи, перчатки хирургические из латекса гевеи, перчатки хирургические с индикацией прокола в общем количестве 116 600 пар по заявке заказчика в течение 5 календарных дней по адресу: <...>, а заказчик обязался оплатить за товар 1 856 433 руб. 56 коп. в течение 30 дней с даты подписания заказчиком документа о приемке товара (пункты 2.1, 3.1, 8.2, 8.3, 9.3 контракта).

В приложении № 1 к контракту сторонами согласована спецификация поставляемого товара с указанием наименования, количества, размеров, страны происхождения и производителя, цены за единицу, источников финансирования и общей стоимости товара.

Технические характеристики товара приведены в приложении № 2 к контракту (техническое задание, далее - ТЗ).

По товарным накладным № 228 от 24.12.2019, № 230 от 25.12.2019, № 232 от 25.12.2019 товар передан заказчику.

По получении товара по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 заказчик обратился в Союз "Торгово-промышленная палата Чувашской Республики" (далее – ТПП ЧР) для проведения экспертизы товара, о чем уведомил поставщика письмом №4255 от 27.12.2019 (т.1, л.д. 50-51).

По результатам проведения экспертизы экспертом ТПП ЧР составлен акт экспертизы №0790100255 от 30.12.2019, согласно которому выявлено несоответствие требованиям контракта:

- перчаток хирургических Mercator Medical из натурального латекса и синтетических каучуков Santex PF с внутренним синтетическим покрытием по текстурированности поверхности и толщине в области манжеты, поскольку по пункту 3 технического задания к контракту (приложение № 2, т.1, л.д. 22) текстурный рисунок должен быть нанесен по всей наружной поверхности перчаток, толщина в области манжеты должна составлять 0,20 мм, тогда как экспертом выявлено, что текстурный рисунок данных перчаток нанесен по поверхности перчаток лишь в области ладони и пальцев, а толщина в области манжеты составляет 0,17 мм (т.1, л.д. 36);

- перчаток хирургических Mercator Medical из натурального латекса и синтетических каучуков Dermagel с внутренним синтетическим покрытием по одинарной толщине в области пальцев и длине перчатки, поскольку по пункту 6 технического задания к контракту (приложение № 2, т. 1, л.д. 23), одинарная толщина в области пальцев должна составлять 0,19 мм, тогда как экспертом выявлено, что такая толщина составляет 0,18 мм, а длина перчатки вместо требуемых 300 мм составляет лишь 285 мм (т.1, л.д. 36).

По получении акта экспертизы письмом № 74 от 14.01.2020 заказчик уведомил поставщика об отказе в принятии товара, поставленного по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на общую сумму 832 338 руб. 56 коп., приложив копию акта №0790100255 (т.1, л.д. 52-53).

В ответ на указанное письмо поставщик письмами № 2 от 16.01.2020 и № 3 от 20.01.2020 просил принять перчатки, представил копии технических паспортов на перчатки, а также информационное письмо официального представителя производителя ООО "Меркатор Медикал" от 14.01.2020 не согласился с отказом в принятии товара, приведя в табличной форме свои возражения (т.1, л.д. 54-57, 59-63, 64-67), в частности, указал на то, что:

1) области ладони и пальцев являются рабочей наружной поверхностью перчатки, данные области полностью текстурированы, тыльная сторона хирургических перчаток не бывает и не должна быть текстурированной, т.к. текстура снижает эластичность перчаток, что затрудняет сгибание пальцев рук хирурга во время работы, что недопустимо;

2) допуск вариации по толщине перчаток является допустимым до 0,05мм, данная информация прописана в техническом паспорте, который хранится у производителя и официального представителя предоставляется только по запросу Росздравнадзора, поскольку содержит конфиденциальную информацию;

3) длина перчатки 285 мм+15мм+-5мм на валик, то есть, длина перчатки соответствует заявленным техническим характеристикам заказчика (длина=300 мм).

Из информационного письма официального дистрибьютора медицинских изделий производства Mercator Medical S.A. на территории Российской Федерации общества "Меркатор Медикал" от 14.01.2020 следует, что перчатки Dermagel предназначены для одномоментного использования в системе индикации проколов при работе с пациентами группы риска и повышенной вероятности инфицирования; текстурированы по всей рабочей поверхности, их длина составляет 300 мм для надежной защиты предплечья. Перчатки Santex PF текстурированы по всей рабочей поверхности для улучшения захвата инструментов во влажной среде, длина составляет 295 мм (т.1, л.д. 64).

В соответствии с техническими паспортами от 01.03.2019 перчатки Dermagel и перчатки Santex PF имеют текстурированную наружную рабочую поверхность, минимальные параметры длины перчаток всего размерного ряда составляют 295+-5мм (т.1, л.д. 65-66, 67).

Письмом № 146 от 17.01.2020 больница указала на недопустимость замера длины перчаток в состоянии наибольшего растяжения материала перчатки на руке, поскольку в этом случае уменьшится и толщина перчатки, указав, что эксперт ТПП ЧР измерял длину перчатки в состоянии покоя, а также сообщил, что указанные в контракте характеристики товара существенны и выгодны для заказчика, просила заменить товар на соответствующий техническому заданию, вывезти некачественный товар, договор прекратить по соглашению сторон в неисполненной части (т.1, л.д. 58).

Письмо получено представителем ответчика ФИО7 17.01.2020.

10.03.2020 заказчиком составлен акт несоответствия условиям контракта товара, подлежащего возврату, в котором приведены возражения на доводы поставщика о надлежащем качестве перчаток, указано на удержание штрафа в размере 185 643 руб. 36 коп., несение затрат на оплату заключения специалиста в сумме 5100 руб. (т.1, л.д. 68-71).

Письмом от 11.03.2020 № 836 заказчик направил поставщику упомянутый акт, а также подписанное заказчиком соглашение о расторжении контракта (т.1, л.д. 72-74).

Поставщик письмом № 14 от 26.03.2020 указал, что контрольные образцы переданы заказчику в составе партии товаров по товарным накладным № 228, 230, 232; поставщик не был уведомлен о проведении экспертизы образцов; сама экспертиза проведена с нарушениями, поскольку отобрано лишь 3 образца, что не соответствует ГОСТ Р 52770-2016, ГОСТ ISO 10993-2015; привел разногласия к акту от 10.03.2020, в которых фактически указано, что при определении соответствия перчаток требованиям контракта необходимо исходить из сведений технического паспорта перчаток (т.1, л.д. 75-79).

Поскольку урегулировать разногласия по качеству товара сторонам в досудебном порядке не удалось, поставщик соглашение о расторжении контракта не подписал, добровольно штраф не уплатил, заказчик обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает иск подлежащим удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно статье 526 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Статьей 94 Закона № 44-ФЗ установлены особенности исполнения заключенного контракта, содержащие в себе комплекс мер, направленных на достижение целей осуществления закупки путем взаимодействия заказчика с поставщиком.

Заказчик осуществляет приемку поставленного товара, а также отдельных этапов поставки товара, предусмотренных контрактом, включая проведение экспертизы поставленного товара (пункт 1 части 1 статьи 94 Закона № 44-ФЗ).

Согласно требованиям части 3 статьи 94 Закона № 44-ФЗ для проверки предоставленных поставщиком (подрядчиком, исполнителем) результатов, предусмотренных контрактом, в части их соответствия условиям контракта, заказчик обязан провести экспертизу. Экспертиза результатов, предусмотренных контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации.

Пунктом 7.4 контракта предусмотрено, что заказчик вправе провести товарную экспертизу на предмет выявления скрытых характеристик контрольных образцов.

В пункте 7.3 контракта определено, что в течение 5 рабочих дней после получения контрольных образцов заказчик либо утверждает образцы, либо направляет поставщику уведомление о несоответствии видимых характеристик товара контракту.

Согласно пункту 7.1 контракта передача контрольного образца товара в течение пяти рабочих дней после подписания контракта является обязанностью поставщика.

Принимая во внимание дату подписания контракта – 17.12.2019, контрольные образцы должны были быть переданы ответчиком истцу не позднее 24.12.2019.

Доказательств выполнения поставщиком данной обязанности по своевременному и самостоятельному предоставлению контрольных образцов товара в материалах дела не имеется.

Напротив, по утверждению самого поставщика, приведенному им в письме № 14 от 26.03.2020, контрольные образцы товара были переданы заказчику в составе партий товара по товарным накладным №№ 228, 230, 232 (т.1, л.д. 75).

Из товарных накладных № 228 от 24.12.2019, № 230 от 25.12.2019 и № 232 от 25.12.2019 усматривается, что товар фактически получен заказчиком 27.12.2019, 25.12.2019 и 27.12.2019 соответственно, то есть, поставщиком нарушена как обязанность заблаговременного предоставления в целях согласования с заказчиком контрольных образцов товара, поскольку передача контрольных образцов произведена в составе партий товара, так и срок их предоставления (до 24.12.2019).

Таким образом, процедуры утверждения контрольных образцов и приемки товара, которые по условиям контракта должны быть последовательными, а не одновременными, заказчик вынужден был объединить.

При этом заказчик по получении 25.12.2019 товара по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 в соответствии с пунктами 7.3, 7.4 контракта и частью 3 статьи 94 Закона № 44-ФЗ незамедлительно организовал проведение товарной экспертизы полученного товара в ТПП ЧР.

Как предусмотрено пунктом 7.1 контракта, контрольные образцы должны быть переданы заказчику для утверждения по одной единице каждой позиции товара.

На экспертизу в ТПП ЧР заказчиком было передано по одному образцу каждого из двух вызвавших сомнения заказчика товара – одна индивидуальная упаковка перчаток Mercator Medical Santex PF (пункт 3 ТЗ) и одна индивидуальная упаковка, состоящая из двух пар (внешней – бежевой и внутренней – темно-зеленой) перчаток Mercator Medical Dermagel (пункт 6 ТЗ), о чем указано на странице 2 акта экспертизы № 0790100255 от 30.12.2019 (т.1, л.д. 35).

Кроме того, судом установлено, что 27.12.2019 заказчиком направлено уведомление поставщику о проведении экспертизы в ТПП ЧР (т.1, л.д. 50), а в течение четырех рабочих дней после получения акта экспертизы, 14.01.2020 (с учетом выходных дней с 01.01.2020 по 08.01.2020, а также 11.01.2020 и 12.01.2020) поставщику направлена копия самого акта экспертизы № 0790100255.

Помимо этого, пунктом 7.6 контракта установлено, что непредставление поставщиком контрольных образцов в установленные сроки является существенным нарушением поставщиком обязательств по контракту.

Следует также отметить, что контрактом, равно как и статьей 94 Закона №44-ФЗ не предусмотрена обязанность заказчика уведомлять поставщика о самом факте проведения экспертизы; по общим правилам о договоре купли-продажи (статьи 475-477 Гражданского кодекса Российской Федерации) покупатель обязан уведомить продавца о выявленных недостатках товара, а не о начале процедуры проверки товара.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 513 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель в случае выявления при приемке товара несоответствий или недостатков переданных товаров должен незамедлительно уведомить об этом поставщика.

Согласно пунктам 6.6, 6.7 контракта при обнаружении несоответствия количества, комплектности и качества товара, заказчик приостанавливает приемку товара, формирует комиссию для составления акта, составляет акт, который в день подписания его комиссией заказчика направляется поставщику.

Указанные требования заказчиком соблюдены, поставщик незамедлительно, по получении заказчиком акта экспертизы, уведомлен о выявленном несоответствии товара требованиям контракта.

В этой связи доводы поставщика, допустившего нарушение обязательства по заблаговременной передаче заказчику контрольных образцов, что контрактом квалифицируется как существенное нарушение, о дефектах процедуры отбора контрольных образцов, их проверки, неуведомлении об экспертизе не основаны на его же действиях по непредоставлению заблаговременно таких контрольных образцов, а также положениях контракта и Закона № 44-ФЗ, поэтому судом данные доводы не принимаются.

Поскольку между сторонами возникли разногласия относительно качества переданных поставщиком по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 перчаток Santex PF (пункт 3 ТЗ) и Dermagel (пункт 6 ТЗ) судом по ходатайству ответчика назначена экспертиза, проведение которой первоначально определением от 24.09.2020 поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью "Союз экспертиз" ФИО4 и ФИО5 в срок до 20.11.2020.

05.11.2020 от общества с ограниченной ответственностью "Союз экспертиз" поступило ходатайство об увеличении стоимости производства судебной экспертизы до 120 000 руб. в связи с необходимостью проведения лабораторных исследований.

В связи с отказом сторон от оплаты увеличенной стоимости экспертизы определением суда от 23.12.2020 произведена замена экспертов на эксперта общества с ограниченной ответственностью "Центр независимой экспертизы "Аспект" ФИО6.

Перед экспертом поставлен следующий вопрос:

- Соответствует ли поставленный обществом с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга" по товарной накладной от 25.12.2019 №230 товар – перчатки хирургические Mercator Medical Santex PF и Mercator Medical Dermagel (пункты 3 и 6 приложения № 2 к контракту) требованиям, указанным в техническом задании, являющемся приложении №2 к контракту № 344 на поставку расходного материала для медицинского назначения от 17.12.2019 (ИКЗ 192213011512621300100101250320000000)?

Согласно выводам заключения эксперта ФИО6 № 1128/21-СЭ от 24.02.2021 поставленный по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 товар - перчатки хирургические Mercator Medical Santex PF и Mercator Medical Dermagel требованиям, указанным в техническом задании, а также действующим требованиям стандартов, распространяющихся на данную категорию товаров, соответствуют в полном объеме, обладают улучшенными характеристиками (т.3, л.д. 19-153).

Истец не согласился с выводами эксперта ФИО6, ответчик возражений по заключению эксперта не привел.

В судебном заседании 30.04.2021 эксперт ФИО6 поддержала представленное суду экспертное заключение, привела суду нормативные и методические материалы, в соответствии с которыми было подготовлено экспертное заключение, ответила на вопросы сторон и суда.

Проанализировав и сопоставив содержание исследований акта досудебной экспертизы ТПП ЧР № 0790100255 от 30.12.2019 и заключения эксперта ФИО6 № 1128/21-СЭ от 24.02.2021, условия контракта, в том числе ТЗ к нему, положения нормативной документации, в частности ГОСТ Р 52238-2004 и МР 3.5.1.0113-16.3.5.1, данные технических паспортов на перчатки от 01.03.2019, суд приходит к следующим выводам.

Основные разногласия сторон по качеству перчаток касаются наличия текстуры по всей наружной поверхности перчаток Mercator Medical Santex PF (пункт 3 ТЗ) и длины перчаток Mercator Medical Dermagel (пункт 6 ТЗ).

Как указано в пункте 3 ТЗ, перчатки Santex PF должны иметь текстурный рисунок по всей наружной поверхности печаток (т.1, л.д. 22).

По мнению истца, с которым соглашается суд исходя из правил статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации о толковании договора, указанное, безусловно, означает, что вся внешняя (наружная) поверхность перчаток должна быть текстурирована.

Специалистом ТПП ЧР ФИО8 на странице 3 акта экспертизы №0790100255 от 30.12.2019 отмечено, что текстурный рисунок на данных перчатках нанесен по наружной поверхности перчаток лишь в области ладони и пальцев, то есть, имеется на так называемой рабочей поверхности перчаток, что не соответствует требованиям контракта о наличии текстуры по всей наружной поверхности перчаток (т.е. рисунок должен быть как на рабочей, так и на тыльной части наружной поверхности перчаток) (т.1, л.д. 36).

Данный вывод специалиста ТПП ЧР полностью совпадает со сведениями о текстуре перчаток, указанными в техническом паспорте перчаток от 01.03.2019, а именно краткие характеристики наружной поверхности перчаток Santex PF указаны производителем как "наружная поверхность, текстурированная по всей рабочей поверхности" (т.1, л.д. 67).

Экспертом ФИО6 при исследовании перчаток Santex PF на соответствие требованиям контракта по текстуре на странице 71 заключения отмечено, что эксперту не представляется возможным идентифицировать границы (пределы) параметра ТЗ "Текстурный рисунок нанесен по всей наружной поверхности перчаток", так как данный показатель сформулирован государственным заказчиком с нарушением принципов четкости и однозначности толкования характеристики закупаемого товара, с нарушением части 2 статьи 33 Закона № 44-ФЗ (т.3, л.д. 41-43; листы ЭЗ №71-72).

При этом эксперт отметил, что наружная поверхность у перчаток функционально включает в себя рабочую и нерабочую поверхности.

Судебный эксперт установил, что перчатки Santex PF имеют текстурированный рисунок на всей рабочей поверхности (поверхность ладоней, в т.ч. пальцев) – т.3, л.д. 42, последний абзац.

Эксперт счел, что с учетом функционально-эксплуатационных свойств текстурного рисунка и назначения текстуры на хирургических перчатках, а также некорректности, по мнению эксперта, данного показателя, сформулированного заказчиком в пункте 3 ТЗ, перчатки Santex PF по текстуре в большей степени вероятности соответствуют контракту.

Как следует из протокола судебного заседания от 19.04.2021, эксперт ФИО6 пояснила суду, что в контракте не указано, где должен быть рисунок; рисунок имеется на всей рабочей поверхности перчаток и служит для противоскольжения, перчатки соответствуют требованиям контракта (т.4, л.д. 41).

Также, как следует из аудиозаписи судебного заседании от 30.04.2021 с 12 мин. 23 сек. по 13 мин. 43 сек. эксперт пояснил, что наличие текстуры на нерабочей (тыльной) наружной поверхности перчаток является абсурдным, поскольку препятствует скольжению перчатки при соприкосновении с органами и инструментами, текстура влияет на прочность и толщину, отсутствие текстуры на тыльной стороне обеспечивает высокую тактильную чувствительность.

Оценив заключение и пояснения эксперта ФИО6 в приведенной части, суд находит обозначенный вывод и доводы эксперта ошибочными.

В силу статьи 2 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" задачей государственной судебно-экспертной деятельности является оказание содействия судьям в установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, посредством разрешения вопросов, требующих специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла.

Абзацем 12 части 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право эксперта на инициативу, определяющее, что если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Между тем, исходя из абзаца 2 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", перед экспертом не могут быть поставлены вопросы права и правовых последствий оценки доказательств, соответственно, и эксперт, реализуя право на инициативу, не может давать правовую оценку условиям контракта, действиям сторон такого контракта, правовую оценку обстоятельствам спора.

В данном случае судебный эксперт указал на допущенное заказчиком нарушение требований Закона № 44-ФЗ в части описания объекта закупки, несоответствие контракта в этой части требованиям Закона № 44-ФЗ, что, исходя из приведенных правовых норм и разъяснений, является обязанностью и прерогативой суда.

Несмотря на то, что судебному эксперту не поручалось исследование контракта на предмет его соответствия закону и нормативной документации, однако, эксперт счел возможным указать на данные нарушения, суд полагает необходимым рассмотреть данные замечания эксперта по существу.

Действительно, в части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ предусмотрены правила, которыми заказчик должен руководствоваться при описании объекта закупки в документации о закупке.

В пункте 1 части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ установлено, что описание объекта закупки должно носить объективный характер и включать в себя функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости).

Заказчик при описании объекта закупки в документации о закупке должен использовать, если это возможно, стандартные показатели, требования, условные обозначения и терминологию, касающиеся технических и качественных характеристик объекта закупки, установленных в соответствии с техническими регламентами, стандартами и иными требованиями, предусмотренными законодательством Российской Федерации о техническом регулировании. Если заказчиком при описании объекта закупки не используются такие стандартные показатели, требования, условные обозначения и терминология, в документации о закупке должно содержаться обоснование необходимости использования других показателей, требований, обозначений и терминологии (пункт 2 части 1 статьи 33 Закона о контрактной системе).

Из буквального толкования названных положений следует, что заказчики, осуществляющие закупку по правилам данного закона, при описании объекта закупки должны таким образом определить требования к закупаемым товарам, работам, услугам, чтобы, с одной стороны, повысить шансы на приобретение товара именно с теми характеристиками, которые им необходимы, соответствуют их потребностям, а с другой стороны, необоснованно не ограничить количество участников закупки.

Согласно части 1 статьи 38 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинскими изделиями являются любые инструменты, аппараты, приборы, оборудование, материалы и прочие изделия, применяемые в медицинских целях отдельно или в сочетании между собой, а также вместе с другими принадлежностями, необходимыми для применения указанных изделий по назначению, включая специальное программное обеспечение, и предназначенные производителем для профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации заболеваний, мониторинга состояния организма человека, проведения медицинских исследований, восстановления, замещения, изменения анатомической структуры или физиологических функций организма, предотвращения или прерывания беременности, функциональное назначение которых не реализуется путем фармакологического, иммунологического, генетического или метаболического воздействия на организм человека. Медицинские изделия могут признаваться взаимозаменяемыми, если они сравнимы по функциональному назначению, качественным и техническим характеристикам и способны заменить друг друга.

В соответствии с частью 4 статьи 38 названного Федерального закона на территории Российской Федерации разрешается обращение медицинских изделий, зарегистрированных в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, уполномоченным им федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, рассматриваемый товар (перчатки медицинские хирургические) является медицинским изделием, оборот которого возможен при условии его регистрации в установленном порядке.

Специфика данных медицинских изделий обусловлена интересами конечных потребителей (врачей), нуждающихся в товарах узкого профессионального (медицинского) назначения.

Согласно пункту 4 статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом или в установленном им порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным требованиям.

В соответствии с пунктом 3.1 ГОСТ Р 52238-2004 (ИСО 10282:2002). Национальный стандарт Российской Федерации. Перчатки хирургические из каучукового латекса стерильные одноразовые. Спецификация" перчатки классифицируют по типу, конструкции и отделке.

Пунктом 3.4. ГОСТ Р 52238-2004 установлено, что различают четыре вида отделки:

а) текстурный рисунок, нанесенный на какой-либо части или по всей поверхности перчатки;

б) гладкая поверхность;

в) опудренная поверхность;

г) поверхность без опудривания.

В соответствии с пунктами 3.4 и 3.5 Методических рекомендаций "МР 3.5.1.0113-16. 3.5.1. Дезинфектология. Использование перчаток для профилактики инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, в медицинских организациях. Методические рекомендации", утвержденных Роспотребнадзором 02.09.2016 (далее – Методические рекомендации), внутренняя поверхность медицинских перчаток должна препятствовать их склеиванию при хранении и облегчать надевание перчаток. В зависимости от способа обработки внутренней поверхности, медицинские перчатки делятся на:

- опудренные;

- неопудренные;

- обработанные полимерным покрытием (полиуретан, силикон и др.).

Медицинские перчатки могут различаться по фактуре внешней поверхности. В зависимости от способа обработки перчатки могут иметь:

- гладкую поверхность;

- текстурный рисунок, нанесенный на какой-либо участок или на всю поверхность перчатки;

- микротекстурированную поверхность.

Кроме того, пунктами 6.5 и 8.2 Методических рекомендаций определены алгоритмы надевания и снятия хирургических перчаток.

В частности, абзац пятый пункта 6.5 Методических рекомендаций содержит указание на наличие у перчаток наружной стерильной поверхности, которой при надевании перчаток не следует касаться.

В абзаце втором пункта 8.2 Методических рекомендаций указано на необходимость при снятии перчаток взять правой рукой манжету на левой перчатке с наружной стороны.

Из приведенных положений стандарта и методических рекомендаций следует, что законодательство, устанавливая обязательные требования к данным медицинским изделиям, оперирует понятиями "внутренняя поверхность", "внешняя поверхность", "вся поверхность", "наружная сторона" перчатки, а также предусматривает возможность нанесения текстурного рисунка как на часть поверхности перчатки, так и на всю поверхность перчатки.

Общие требования ГОСТа не исключают право заказчика приобретать хирургические перчатки с показателями в пределах, установленных ГОСТом параметров, и в указанных пределах самостоятельно определять конкретные характеристики для предлагаемого к поставке товара с учетом потребностей учреждения.

В данном случае, заказчиком определено, что ему требуются перчатки, имеющие текстурный рисунок на всей наружной поверхности перчатки.

По мнению суда, такие действия заказчика, установившего в контракте определенные требования к перчаткам хирургическим, связанные с текстурой всей внешней (наружной) поверхности перчаток, не противоречат положениям Закона № 44-ФЗ, поскольку контракт содержит определенные, ясные и конкретные технические характеристики товара, подлежащего поставке, которые в наилучшей степени отвечают потребностям заказчика, что не запрещено нормами Закона №44-ФЗ.

В этой связи выводы эксперта об обратном не соответствуют действительности, сделаны с выходом эксперта за область его специальных познаний, направлены на правовую оценку контракта, поэтому судом приняты быть не могут.

Кроме того, вызывает сомнения озвученная в судебном заседании 30.04.2021 позиция судебного эксперта относительно абсурдности нанесения текстуры на тыльную наружную поверхность перчаток.

В целях получения сведений по возникшим между сторонами разногласиям, с согласия сторон протокольным определением от 23.04.2021 для дачи консультации судом в порядке статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлекался специалист – заведующий хирургическим отделением – врач-хирург БУ ЧР "Больница скорой медицинской помощи" Минздрава Чувашии ФИО9.

Из консультации специалиста ФИО9 следует, что требование контракта о наличии текстурированного рисунка по всей наружной поверхности перчаток предполагает наличие такой текстуры и на тыльной стороне перчатки, поскольку при проведении некоторых видов вмешательств, в том числе, эндоскопических, хирургами используются инструменты, которые соприкасаются и с тыльной стороной ладони. Ранее больница закупала полностью текстурированные перчатки фирмы Ansell (т.4, л.д. 40).

Кроме того, в качестве примера наличия у хирургических перчаток полностью текстурированной наружной (внешней) поверхности истцом в материалы дела представлена полностью текстурированная перчатка производителя Ansell Latex размера 7,5 (т.4, л.д. 23).

Содержание контракта, государственного стандарта, консультации специалиста ФИО9 и приобщенное к материалам дела вещественное доказательство в совокупности опровергают пояснения эксперта о несуществовании перчаток с полностью текстурированной наружной поверхностью.

С учетом приведенных доказательств, заключение судебного эксперта ФИО6 в части соответствия текстуры перчаток Santex PF требованиям контракта судом в качестве надлежащего доказательства принято быть не может по изложенным выше мотивам.

Судебным экспертом ФИО6 установлено, что спорные перчатки текстурированы лишь по рабочей поверхности в области пальцев и ладони, то есть, текстура на тыльной стороне наружной поверхности перчаток отсутствует.

Таким образом, судом установлено, что вопреки требованиям пункта 3 ТЗ о наличии полностью текстурированной наружной поверхности перчатки переданные заказчику перчатки Santex PF в общем количестве 20 000 пар не имеют текстуры на тыльной стороне внешней (наружной) поверхности перчатки, а текстурированы лишь в области пальцев и ладони (рабочая поверхность).

Доводы ответчика о принятии других партий того же товара с частично текстурированной поверхностью, несмотря на аналогичное требование контракта о текстурированности всей наружной поверхности, а также на контракты, заключаемые иными медицинскими учреждениями, судом во внимание не принимаются, поскольку не могут быть проверены судом ввиду принятия и использования заказчиком таких товаров; не лишают заказчика права заявить о несоответствии спорного товара; спорный товар именно по пункту 3 ТЗ до настоящего времени не принят и, соответственно, не использован заказчиком; заказчик в ходе досудебного урегулирования спора сообщал поставщику о срочности поставки ввиду необходимости обязательного использования врачами таких медицинских изделий и об острой потребности заказчика в данных изделиях, поэтому его действия по принятию и использованию упомянутых выше не полностью текстурированных перчаток в отсутствие доказательств ухудшения качества оказываемой медицинской помощи ввиду их использования или наступления иных неблагоприятных последствий для медиков и пациентов не могут быть истолкованы как изобличающие заказчика в непоследовательности или недобросовестности.

Данные действия заказчика с учетом острой нуждаемости в таких товарах, обязанности их применения при оказании медицинской помощи, принимая во внимание высокую социальную значимость деятельности заказчика, памятуя о непредставлении поставщиком контрольных образцов изделий, следует трактовать как вынужденную уступку заказчика.

В части заявленных истцом дефектов товара, выразившихся в недостаточной длине перчаток Mercator Medical Dermagel, судом установлено следующее.

Пунктом 6 ТЗ предусмотрено, что длина данных перчаток должна составлять 300 мм.

Как установлено специалистом ТПП ЧР ФИО8 на странице 3 акта экспертизы №0790100255 от 30.12.2019 длина перчатки фактически составляет 285 мм (т.1, л.д. 36).

Указанное же усматривается и из приложенных к акту фотоматериалов (т.1, л.д. 45).

При этом измерения проведены, как указано на странице 2 акта (т.1, л.д. 35), линейкой измерительной металлической 500 мм с ценой деления 1 мм (сертификат о калибровке № 1/244к от 28.01.2019) в состоянии покоя, на гладкой горизонтальной поверхности от края манжеты до кончика среднего пальца перчатки.

В техническом паспорте перчаток Dermagel от 01.03.2019 указано, что длина данных перчаток составляет 295+-5мм (т.1, л.д. 65).

Судебным экспертом длина данных перчаток, определенная по результатам экспертного исследования, приведена в таблице 13 экспертного заключения и составляет 295 мм до валика + 5 мм материала самого валика в развернутом виде (т.3, л.д. 128-130), в связи с чем признана экспертом соответствующей требованиям пункта 6 ТЗ к контракту.

В судебном заседании эксперт ФИО6 пояснила суду, что длина перчаток измерялась ею с разворачиванием материала валика.

Однако, из представленных экспертом фотоматериалов, содержащихся на страницах 59-60 в файле "Фототаблицы. Часть 1" на флеш-накопителе (приложение № 2 к заключению эксперта, т.3, л.д. 118), усматривается, что общая длина перчаток составляет 295 мм.

Кроме того, при исследовании перчаток Dermagel на соответствие требованиям контракта по длине перчатки на странице 107 экспертного заключения отмечено, что исследование контрольных образцов по данному показателю осуществлялось с помощью криминалистической линейки с ценой деления 1 мм, а также с применением измерительной рулетки с ценой деления 1мм (т.3, л.д. 127).

На странице 4 экспертного заключения экспертом отмечено, что металлическая рулетка Stabila В40 5000 м с ценой деления 1мм имеет сертификат о калибровке № 4998-2020 от 20.11.2020 (т.3, л.д. 24), тогда как в отношении криминалистической линейки с ценой деления 1 мм, которой эксперт и выполнял измерения длины спорных перчаток, исходя из представленных экспертом фотоматериалов, содержащихся на страницах 59-60 в файле "Фототаблицы. Часть 1" на флеш-накопителе (приложение № 2 к заключению эксперта, т.3, л.д. 118), данных о калибровке экспертом не приведено.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В силу части 1 статьи 18 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений" средства измерений, не предназначенные для применения в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, могут в добровольном порядке подвергаться калибровке. Калибровка средств измерений выполняется с использованием эталонов единиц величин, прослеживаемых к государственным первичным эталонам соответствующих единиц величин, а при отсутствии соответствующих государственных первичных эталонов единиц величин - к национальным эталонам единиц величин иностранных государств.

Разница в длине перчаток, измеренной специалистом ТПП ЧР П-вым посредством калиброванной линейки измерительной металлической 500 мм с ценой деления 1 мм (285 мм), и измеренной экспертом ФИО6 с помощью криминалистической линейки с ценой деления 1 мм без проведения какой-либо калибровки (295мм+5 мм) составляет 1 см (10 мм), что представляется суду существенным различием и вызывает объективные сомнения в выводах эксперта ФИО6 о длине спорных перчаток.

Из пояснений эксперта ФИО6, данных суду, следует, что валик манжеты при использовании перчаток не разворачивается.

Специалист ФИО9 пояснил суду, что длина перчаток имеет существенное значение при проведении полостных и экстренных вмешательств, поскольку руки врача должны быть максимально защищены. Сообщил, что во время использования перчаток венчик не разворачивается, он предназначен для более надежной фиксации перчатки.

Представленный суду образец хирургических перчаток Mercator Medical Orthopeg, переданных поставщиком заказчику в соответствии с пунктом 4 ТЗ к контракту, также не позволяет развернуть имеющийся валик, поскольку он изначально склеен и может быть развернут лишь при целенаправленном специфичном воздействии (т.4, л.д. 24).

В соответствии с пунктом 2 примечания к пункту 3.4 ГОСТ Р 52238-2004 (ИСО 10282:2002). Национальный стандарт Российской Федерации. Перчатки хирургические из каучукового латекса стерильные одноразовые. Спецификация" манжета перчатки может быть обрезана или закатана в венчик.

Пунктом 3.7 Методических рекомендаций предусмотрено, что медицинские перчатки различаются по способу обработки края манжеты:

- манжета с обрезанным краем;

- край манжеты закатан в валик.

Согласно пункту 4.16 Методических рекомендаций форма и способ обработки края манжеты не влияют на защитные функции медицинский перчаток, их выбор зависит от субъективных предпочтений медицинских работников.

В пункте 4.17 Методических рекомендаций отмечено, что край медицинских перчаток может быть обрезан или закатан в валик. Валик на перчатке обеспечивает более надежную фиксацию манжеты на предплечье.

Из приведенных нормативных требований и разъяснений, пояснений самого эксперта ФИО6, консультации специалиста ФИО9 следует вывод об отсутствии возможности и необходимости при использовании перчаток разворачивать закатанный на производстве в валик (венчик) край манжеты перчатки.

Пунктом 6.1 ГОСТ Р 52238-2004 определены минимальные длины перчаток всех размеров, которые составляют от 250 мм для размера 5 до 280 мм для размера 9,5.

В соответствии с рисунком 1 к пункту 6.1 ГОСТ Р 52238-2004 длину измеряют по кратчайшему расстоянию от кончика среднего пальца до края манжеты.

Указаний о необходимости разворота закатанного в валик края манжеты стандартом не установлено, равно как и в контракте отсутствует требование о длине перчаток с разворачиванием валика.

Кроме того, исходя функционального назначения валика перчатки, а также с позиций здравого смысла, установление заказчиком требования к длине перчатки с валиком, не предполагающим его разворачивания при использовании, не может быть произведено таким образом, который предусматривает разворачивание закатанного на производстве и не предназначенного для разворачивания валика.

Соответственно, требование заказчика к длине перчатки в 300 мм означает, что такая длина должна обеспечиваться с учетом закатанного валика, а не с учетом развернутого валика, как это сделал судебный эксперт.

При этом из пояснений эксперта на вопрос представителя ответчика следует, что длину спорных перчаток без разворачивания валика эксперт не определял.

Частью 2 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса установлено, что арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Принимая во внимание изложенное, в данной части исследование экспертом длины перчаток с разворачиванием валика произведено необоснованно, а выводы эксперта о соответствии длины перчаток с развернутым валиком требованиям контракта приняты быть не могут.

Таким образом, суд признает доказанным факт несоответствия перчаток Mercator Medical Dermagel, переданных заказчику по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 в количестве 599 единиц, требованиям пункта 6 ТЗ по длине.

Не упомянутые выше иные возражения ответчика судом во внимание также не принимаются как не влияющие на фактические обстоятельства спора в части наличия несоответствий товара контракту.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства истцом заявлено, что часть переданных по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 перчаток не соответствует требованиям аукционной документации по дате выпуска товара в 2019 году.

Согласно пункту 6.10 контракта претензии по качеству товара могут быть заявлены в течение срока действия контракта.

Поскольку контракт в настоящее время полностью сторонами не исполнен, то есть, действует, у заказчика имеются претензии по качеству товара, суд полагает возможным предъявление в настоящее время претензий по дате выпуска товара.

В соответствии с частью 1 статьи 34 Закона № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт.

Изучив положения контракта, суд установил, что в контракте не содержится требования к году выпуска перчаток.

Между тем такое требование предусмотрено техническим заданием (описание объекта закупки) в составе документации об электронном аукционе на право определения поставщика по поставке расходного материала для медицинского назначения, утвержденной заказчиком, в разделе 1 при описании общих требований к поставке, где указано, что товар должен быть не ранее 2019 года выпуска (страница 25 документации).

Кроме того, в технической части первой части заявки общества, поданной для участия в рассматриваемом аукционе, также указано, что поставляемый обществом товар является новым, 2019 года выпуска (документация и заявка представлены истцом в заседании 09.06.2021 вместе с уточненным иском).

Таким образом, ответчику было достоверно известно о данном требовании заказчика, и им заказчику был предложен именно товар 2019 года выпуска.

В целях проверки доводов истца о несоответствии товара требованиям к году выпуска судом сторонам предложено провести совместный осмотр товара.

Из представленного истцом подлинного акта совместного осмотра товара от 28.05.2021 усматривается, что сторонами осмотрено 19 коробок упакованных перчаток Santex PF размера 6,5 (пункт 4 ТН № 230 от 25.12.2019, т.1, л.д. 29) и выявлено, что в коробках содержаться перчатки хирургические в индивидуальных упаковках размера 6,5 с указанным сроком производства – апрель 2018 года, сроком годности- март 2023 года, в коробке 50 пар перчаток.

Таким образом, судом на основании указанного акта сторон установлен факт поставки ответчиком перчаток Santex PF размера 6,5 согласно пункту 4 товарной накладной № 230 от 25.12.2019 в общем количестве 950 пар, не соответствующих требованиям документации об аукционе и предложению поставщика о дате выпуска изделий в 2019 году, поскольку фактически перчатки изготовлены в апреле 2019 года.

При изложенных обстоятельствах суд признает обоснованными доводы истца о том, что товар, поставленный ответчиком по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на общую сумму 832 338 руб. 56 коп., не соответствует требованиям контракта и документации об аукционе, а, соответственно, признает правомерными действия заказчика по отказу в принятии данного товара.

Статьями 450, 452 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с частью 8 статьи 95 Закона № 44-ФЗ и пунктом 15.5 контракта расторжение государственного контракта допускается по решению суда.

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи (пункт 1 статьи 456 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из пункта 2 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях:

поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок;

неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Поскольку по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на сумму 832 338 руб. 56 коп. поставщиком заказчику передан товар ненадлежащего качества, что составляет почти половину цены контракта (1856433,56 руб./2 = 928 216 руб. 78 коп.), замена товара по требованию заказчика им в пятидневный срок, как то предусмотрено пунктом 6.8 контракта, не произведена, поставка товара должна была быть произведена ответчиком в декабре 2019 года, то есть, более полутора лет назад, суд приходит к выводу, что истцом доказан факт ненадлежащего исполнения ответчиком принятых на себя обязательств по контракту и допущенное ответчиком нарушение носит существенный характер.

Соглашение о расторжении контракта, направленное обществу письмом №836 от 11.03.2020, ответчик не подписал (т.1, л.д. 72-74).

В этой связи имеются основания для расторжения контракта судом в неисполненной части, то есть, в части спорной поставки по товарной накладной №230 от 25.12.2019 на сумму 832 338 руб. 56 коп., следовательно, требование истца о расторжении контракта подлежит удовлетворению.

Также истец просит обязать ответчика вывезти указанный некачественный товар.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 514 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда покупатель (получатель) в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором поставки отказывается от переданного поставщиком товара, он обязан обеспечить сохранность этого товара (ответственное хранение) и незамедлительно уведомить поставщика.

Поставщик обязан вывезти товар, принятый покупателем (получателем) на ответственное хранение, или распорядиться им в разумный срок.

Учитывая, что спорный товар обоснованно не принят заказчиком, до настоящего времени поставщиком не заменен инее вывезен, находится в помещении заказчика, суд полагает требование истца об обязании ответчика вывезти спорный товар законным и подлежащим удовлетворению.

В связи с поставкой некачественного товара истцом согласно подпункту а) пункта 10.5 контракта ответчику начислен штраф в размере 10 % от цены контракта в сумме 185 643 руб. 36 коп., который он просит взыскать с ответчика.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Таким образом, штраф и пени являются видами неустойки.

В силу статей 6, 12 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается наряду с иными на принципе ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд. Это обеспечивается помимо прочего установлением гражданско-правовой ответственности исполнителей контрактов.

Согласно части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления штрафов.

В соответствии с подпунктом а) пункта 10.5 контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки, размер штрафа устанавливается в сумме 185 643 руб. 36 коп., что составляет 10 % от цены контракта.

Данный размер штрафа установлен в виде фиксированной суммы в соответствии с подпунктом а) пункта 3 Правил определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем), утвержденных действующим на дату заключения контракта постановлением Постановление Правительства РФ от 30.08.2017 № 1042.

Поскольку факт поставки товара ненадлежащего качества судом установлен ответчиком не опровергнут, штраф начислен ответчику правомерно.

Ответчиком заявлено о снижении размера штрафа в отзыве от 15.07.2020 (т.1, л.д. 153-155).

Согласно пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

В соответствии с пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно разъяснениям пункта 71 Постановления Пленума № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В силу пункта 75 Постановления Пленума № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Судом установлено, что контракт не исполнен ответчиком на сумму 832 338 руб. 56 коп.

В этой связи начисление штрафа на всю сумму контракта, без учета своевременно и надлежаще исполненных ответчиком обязательств, суд полагает несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон контракта.

Принимая во внимание указанное, суд счел необходимым уменьшить предъявленную истцом ко взысканию сумму штрафа до 83 233 рубля 86 копеек, что составляет 10 % от размера ненадлежащим образом исполненного ответчиком обязательства (832338,56 х 10%).

Данный размер штрафа суд полагает разумным, сбалансированным относительно интересов обеих сторон, справедливым с учетом длительности неисполнения обязательства поставщиком, поэтому суд удовлетворяет требование истца о взыскании штрафа в указанном судом размере.

Истец просит возместить ему расходы по досудебной экспертизе товара в ТПП ЧР сумме 5100 руб.

Общий порядок распределения судебных расходов регулируется главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации во втором абзаце пункта 2 постановления № 1 от 21.01.2016 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что перечень судебных издержек, предусмотренный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

В данном случае расходы истца на оплату услуг специалиста ТПП ЧР ФИО8 в размере 5100 руб. суд полагает необходимыми для обращения в суд с настоящим иском о ненадлежащем качестве поставленного ответчиком товара, поскольку проведение заказчиком такой экспертизы предусмотрено как положениями пункта 8.11 контракта, так и нормами Закона № 44-ФЗ, именно выявленные данным специалистом несоответствия товара послужили для истца основанием заявленного иска.

Таким образом, суд признает понесенные истцом досудебные расходы по товарной экспертизы, проведенной специалистом ТПП ЧР по заданию истца судебными издержками.

Факт их несения и размер подтвержден договором о возмездном оказании экспертных услуг № 109 от 09.01.2019, платежным поручением № 3711 от 20.01.2020 об оплате услуг специалиста в сумме 5100 руб. (т.1, л.д. 46-49), а также собственно актом экспертизы № 0790100255 от 30.12.2019 (т.1, л.д. 34-45).

актом экспертизы № 0790100255 от 30.12.2019 судом оценен и принят в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего доводы истца о несоответствии качества поставленного ответчиком товара требованиям контракта.

Ответчиком о несоразмерности данных расходов не заявлено.

В этой связи требование истца о возмещении данных судебных расходов суд удовлетворяет в заявленном размере на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Расходы по государственной пошлине суд в соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относит на ответчика, при этом при расчете государственной пошлины не учитывается факт снижения судом размера штрафа в соответствии с разъяснениями пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", согласно которым положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Излишне уплаченная истцом государственная пошлина подлежит возврату ему из федерального бюджета в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Расторгнуть контракт № 344 на поставку расходного материала для медицинского назначения от 17.12.2019, заключенный бюджетным учреждением Чувашской Республики "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики и обществом с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга" в неисполненной части – в части поставки товара по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на сумму 832338 руб. 56 коп.

Обязать общество с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга" в течение десяти календарных дней с момента вступления настоящего решения в законную силу своими силами и за свой счет вывезти товар, поставленный истцу по товарной накладной № 230 от 25.12.2019 на сумму 832 338 руб. 56 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Центр дистрибьюции и консалтинга" в пользу бюджетного учреждения Чувашской Республики "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики 83 233 (Восемьдесят три тысячи двести тридцать три) рубля 86 копеек штрафа, 5 100 (Пять тысяч сто) рублей возмещение расходов по оплате досудебной товарной экспертизы, 6 569 (Шесть тысяч пятьсот шестьдесят девять) рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить бюджетному учреждению Чувашской Республики "Больница скорой медицинской помощи" Министерства здравоохранения Чувашской Республики из федерального бюджета 4 353 (Четыре тысячи триста пятьдесят три) рубля государственной пошлины, излишне уплаченной платежным поручением №125314 от 20.05.2020.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.


Судья

О.А. Коркина