Решение от 31 октября 2018 г. по делу № А53-10903/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

31.10.2018Дело № А53-10903/16

Резолютивная часть решения объявлена 30.10.2018

Полный текст решения изготовлен 31.10.2018

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Губенко М.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску

ФИО2

к ФИО3

о взыскании,

при участии представителя истца по доверенности от 29.10.2018 ФИО4 (до перерыва),

представителя ответчика по доверенности от 31.08.2018 ФИО5,

представителя ответчика по доверенности от 12.10.2017 ФИО6 (до перерыва),

представителя ответчика по доверенности от 12.10.2017, по ордеру от 29.10.2018 ФИО7 ( после перерыва),

установил:

ФИО8 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к ФИО3 о признании незаконными действий ликвидатора ООО "Отличник" (далее - общество) и взыскании с него 9 436 843 рублей убытков.

Решением от 10.03.2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 25.05.2017, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением арбитражного суда кассационной инстанции от 13.09.2017 решение от 10.03.2017 и постановление от 25.05.2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

На основании договора уступки прав (цессии) от 10.11.2017 N 1 судом в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена истца по делу ФИО8 на правопреемника ФИО2

Решением от 26.12.2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 27.03.2018, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением арбитражного суда кассационной инстанции от 10.07.2018 решение от 26.12.2017 и постановление от 27.03.2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

В судебном заседании 23.10.2018 в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 30.10.2018.

Истец требования поддержал, пояснил суду, что факт надлежащего уведомления ответчиком истца не подтвержден надлежащими доказательствами, поскольку идентификационный номер 34672459001487 не содержится в базе регистрируемых почтовых отправлений.

По мнению истца, при рассмотрении вопроса о наличии имущества нельзя анализировать стоимость отдельного оборудования, которое по заниженным ценам в преддверии ликвидации общества распродано аффилированным лицам, необходимо учитывать стоимость готового бизнеса, превышающего заявленную истцом сумму требований. Кроме того, при наличии задолженности ликвидатор обязан обратиться в суд о признании банкротом ликвидируемого предприятия вне зависимости от наличия у него имущества.

Ответчик возражал против заявленных требований, поскольку ФИО8 был уведомлен о начале процедуры добровольной ликвидации, при этом, не воспользовался в срок, отведенный законом, правом на получение возмещения задолженности перед ним обществом.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 17.10.2013 по делу № А53-5344/2012 с общества в пользу ФИО8 взыскано 2 527 636, 10 руб., из которых 1 843 000 руб. - задолженность, 684 636,10 руб.- проценты за пользование чужими денежными средствами.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 12.07.2013, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 02.12.2013 по делу N А53-22853/2012, с общества в пользу ФИО8 взыскано 27 496 руб. задолженности по договору купли-продажи термокег от 01.03.2009, 2 250 000 руб. задолженности по договору купли-продажи кег от 01.03.2009, 289,85 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору купли-продажи термокег от 01.03.2009 и 23 718, 75 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору купли-продажи кег от 01.03.2009.

Решением Батайского городского суда Ростовской области от 10.02.2014 по делу N 2-99/2014 с общества в пользу ФИО8 взысканы денежные средства в размере 3 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 03.09.2010 по 19.12.2013 в размере 952 072,92 руб., судебные расходы на представителя в размере 40 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 25 700 рублей.

Указанные судебные акты вступили в законную силу. Общая сумма кредиторской задолженности общества перед истцом составила 9 436 843 рубля.

25 сентября 2013 года собранием участников общества принято решение о добровольной ликвидации общества, что подтверждается протоколом N 2. Ликвидатором общества назначен ФИО3, который одновременно являлся участником общества.

Сведения о ликвидации общества опубликованы в журнале "Вестник государственной регистрации" N 41 (450) за октябрь 2013 года.

С заявлением о признании общества банкротом ликвидатор в арбитражный суд не обращался.

Общество ликвидировано и исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 03.02.2014.

ФИО3 являлся ликвидатором общества, а ФИО8- единственным кредитором общества, требования которого установлены судебными решениями.

В ликвидационном балансе общества отсутствовали сведения о кредиторской задолженности общества перед ФИО8

Истец, ссылаясь на то, что ФИО3, будучи ликвидатором общества, участником общества, а также его директором, не мог не знать о наличии у общества кредиторской задолженности перед ФИО8, незаконными действиями по ликвидации общества (без инициирования процедуры банкротства) причинил истцу убытки, состоящие из непогашенной задолженности, обратился в суд с требованием о взыскании с ФИО3 указанных убытков.

При разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения ликвидатора к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных его действиями (бездействием), подлежат оценке обстоятельства, связанные с соблюдением им порядка ликвидации, установленного Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс ).

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 63 Гражданского кодекса прежде всего ликвидатор должен совершать действия, направленные на разрешение надлежащим образом вопросов, касающихся расчетов с кредиторами. Ликвидатор письменно уведомляет кредиторов о предстоящей ликвидации юридического лица.

Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.10.2011 N 7075/11, установленный статьями 61 - 64 Гражданского кодекса порядок ликвидации юридического лица не может считаться соблюденным в ситуации, когда ликвидатору было доподлинно известно о наличии не исполненных обязательств перед кредитором, потребовавшим оплаты долга, в том числе путем инициирования судебного процесса о взыскании задолженности, при этом ликвидатор письменно не уведомил данного кредитора о ликвидации должника, внес в ликвидационные балансы заведомо недостоверные сведения - составил балансы без учета указанных обязательств ликвидируемого лица.

При этом такое прекращение деятельности одного лица не должно преследовать своей целью причинение вреда другому лицу (статьи 1 и 10 Гражданского кодекса). Предусмотренная названными нормами процедура ликвидации юридического лица предполагает добросовестные действия ликвидационной комиссии (ликвидатора) по выявлению его кредиторов; предоставление кредиторам возможности заявить свои требования; составление ликвидационного баланса, отражающего действительное имущественное положение ликвидируемого юридического лица и его расчеты с кредиторами.

В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 63, статьи 64 Гражданского кодекса, действия ответчика как соответствующие действующему законодательству, лишь основании, что он формально выполнил обязанности в рамках процедуры ликвидации, принимая во внимание корпоративный конфликт в обществе, а также многочисленные судебные тяжбы с участием сторон.

В таких случаях бремя негативных последствий должен нести ликвидатор общества, в частности создавший условия для неисполнения вступивших в законную силу решений судов, возлагающих обязанность общества перед ФИО8 в части погашения задолженности, предоставивший налоговому органу возможность, несмотря на требования к публичной достоверности реестра, внести информацию о прекращении деятельности общества при наличии непогашенной задолженности общества перед кредитором.

Во исполнение указания суда кассационной инстанции, отраженного в постановлении от 10.07.2018, суд проверил возражения истца о том, что спорный конверт не может быть признан надлежащим доказательством извещения о предстоящей ликвидации.

В ответ на запрос суда УФПС Ростовской области (филиал ФГУП «Почта России») направил пояснения, что почтовое отправление с номером 34672459001487 в автоматизированной системе учета и контроля за прохождением регистрируемых почтовых отправлений не значится.

В связи с чем, суд критически относится к представленному ответчикомдоказательству уведомления ФИО8 о предстоящей ликвидации, а спорный конверт не может считаться доказательством извещения о предстоящей ликвидации.

Под добросовестным поведением понимается положительный стандарт, ожидаемый от любого участника гражданского оборота, включающий в себя определенную степень открытости перед его контрагентами. Принимая решение, суд оценил процессуальное поведение ответчика, который сначала не оспаривал факт неизвещения истца о ликвидации общества, в том числе в суде кассационной инстанции, что отражено в постановлении окружного суда от 13.09.2017 (абзац 6, лист 4).

Несмотря на доводы ответчика об изменении ФИО8 адреса регистрации, реальная возможность извещения у ответчика ФИО8 имелась: в момент принятия решения о ликвидации общества участники находились в споре о взыскании с общества задолженности перед ФИО8 в Батайском городском суде Ростовской области ( дело 2-99/2014).

В течение судебного процесса в Батайском городском суде Ростовской области ни ФИО3, ни представителями общества не делались заявления о предстоящей ликвидации общества, то есть поведение ФИО3 давало основание ФИО8 полагать, что общество действует.

Учитывая многочисленные споры, взаимные претензии сторон, а также тот факт, что ФИО8 являлся единственным кредитором общества, ФИО3, действуя разумно и добросовестно, обязан предпринять все возможные способы, чтобы уведомить единственного кредитора общества о предстоящей ликвидации, вместе с тем, доказательств этого суду не представлено.

Ненадлежащая организация деятельности ответчика по извещению ФИО8 о ликвидации общества является риском ответчика и все неблагоприятные последствия должен нести именно он.

Оценивая действия ликвидатора об отражении в балансе кредиторской задолженности общества перед ФИО8, суд исходил из следующего.

Частью 2 статьи 63 Гражданского кодекса предусмотрено, что после окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией.

В силу с части 6 статьи 63 Гражданского кодекса после завершения расчетов с кредиторами ликвидационная комиссия составляет ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица.

По смыслу указанных норм права кредиторская задолженность отражается в промежуточном ликвидационном балансе, а ликвидационный баланс содержит сведения о погашении требований кредиторов.

Однако имеющиеся в материалах дела промежуточный ликвидационный баланс и ликвидационный баланс содержат идентичные сведения, в которых отсутствуют как сведения о наличии кредиторской задолженности, так и сведения о ее погашении (т. 1, л.д. 84, 85).

Судом отклонятся доводы ответчика о том, что кредиторская задолженность ФИО8 отражена ФИО3 в ликвидационном балансе в строке "Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)", поскольку не соответствуют бухгалтерскому законодательству.

В соответствии с Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкцией по его применению, утвержденными Приказом Минфина России от 31.10.2000 N 94н (далее - План счетов, Инструкция по применению плана счетов), счет 84 "Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)" предназначен для обобщения информации о наличии и движении сумм нераспределенной прибыли или непокрытого убытка организации.

Сальдо счета 84 отражается в балансе в разд. III "Капитал и резервы" по строке 1370 "Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)". Нераспределенная прибыль (кредитовое сальдо счета 84) указывается без скобок, а непокрытый убыток (дебетовое сальдо счета 84) - в круглых скобках.

По имеющимся в промежуточном и ликвидационном балансах сведениям 4 739 103, 98 руб. составляют непокрытый убыток предприятия.

Однако по смыслу норм бухгалтерского учета непокрытый убыток не включает кредиторскую задолженность.

Кроме того, из промежуточного и ликвидационного балансов прямо следует, что требования кредиторов за период с 16.10.2013 не представлялись.

Требования кредитора ФИО8 не удовлетворены, а из указанных балансов следует, что непокрытый убыток (4 739 103 рубля 38 копеек) полностью погашен за счет средств уставного капитала общества и финансовой помощи учредителей (15 тыс. рублей плюс 4 724 103, 98 руб. равно 4 739 103, 38 руб.).

Судом отклоняются доводы ответчика относительно отражения в балансах кредиторской задолженности общества перед ФИО8, основанные на заключении независимого аудитора от 14.09.2018 (т. 5 л.д. 123-153), поскольку оценить достоверность данных, на основе которых делались выводы специалистами, невозможно. Как указано на стр. 2 заключения, специалисты делали свои выводы на основе данных, представленных ФИО3 в упакованном виде в формете «zip» на флэш-носителя за период действительности общества с 01.01.2013 по 03.02.2014, первичные бухгалтерские документы общества уничтожены.

Судом отклоняются доводы ответчика о том, что необращение ФИО8 к ликвидатору с заявлением о включении задолженности в ликвидационный баланс является основанием считать требования ФИО8 к обществу погашенными, поскольку ответчиком не доказан факт извещения истца о начале процедуры ликвидации.

Кроме того, ответчиком не доказано, что возможность своевременного исполнения решений судов, вступивших в законную силу (А53-5344/12, А53-22853/12) у общества отсутствовала.

Вышеизложенное позволяет суду сделать вывод о том, что в ликвидационном балансе отсутствовала кредиторская задолженность общества перед ФИО8

Суд критически оценивает доводы ответчика об отсутствии у общества имущества перед ликвидацией, поскольку возможность частично погасить кредиторскую задолженность перед ФИО8 подтверждают сведениями самого ликвидационного баланса, в котором отражено наличие у общества на момент ликвидации денежных средств в размере 4 724 103 рубля 98 копеек (финансовая помощь учредителей).

Принимая во внимания замечания суда кассационной инстанции, в ходе рассмотрения дела установлены следующие обстоятельства.

Между обществом в лице директора ФИО8 и ИП ФИО8 был заключен договор купли-продажи кег от 01.03.2009 и договор купли-продажи термо-кег от 01.03.2009, в соответствии с которыми общество приобрело у ИП ФИО8 кеги в количестве 1000 штук и термо-кеги в количестве 600 штук. Данные кеги были переданы обществом в лице директора ФИО8 ИП ФИО8

В соответствии с п. 1.3 договоров купли-продажи, право собственности на переданные покупателю кеги сохраняется за продавцом до полной оплаты кег покупателем.

На основании протокола общего собрания участников общества от 15.07.2009 прекращены полномочия директора ФИО8, полномочия директора общества возложены на ФИО9

Факт передачи кегов и тремо-кегов ФИО8 обществу по договору купли-продажи от 01.03.2019 установлен судом по делу А53-22823/12. В силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для переоценки выводов суда, установленных по вступившим в силу судебных актов у суда не имеется. При таких обстоятельствах считать, что кеги отсутствовали на момент ликвидации общества и не могли быть включены в состав имущества ликвидируемой организации, у суда не имеется. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Принимая решение, суд учитывает то обстоятельство, что сделки по отчуждению обществом имущества ФИО9 (02.10.2012, 27.09.2012) совершены после обращения ФИО8 в Арбитражный суд Ростовской области (дела А53-5344/2012, А53-22853/12) в преддверии вынесения судебных актов о взыскании с общества денежных средств в пользу ФИО8 и принятия решения о ликвидации общества (25.09.2013).

Фактическая аффилированность ФИО9 (директор и ликвидатор ООО «Девентер» ( ИНН <***>), а также директор ООО «Отличник» в период с 23.07.2009 по 04.10.2012) и ФИО3(участник ООО «Отличник», ликвидатор ООО «Отличник» в период с 04.10.2012 по 03.02.2014, участник ООО «Девентер») установлены судом в рамках дела А53-21170/2016.

В данном случае такое поведение ФИО3 не может считаться разумным и осмотрительным, а действия добросовестными (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса). В любом случае ответчик должен был понимать, что по результатам упомянутых споров возможно придется выплатить ФИО8 сумму. Для чего у ответчика были все законные способы зарезервировать денежные средства, реально сохранить имущество общества, однако этого сделано не было.

В соответствии со ст. 20 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации) регистрирующий орган на основании указанного сообщения (уведомления) вносит в ЕГРЮЛ запись о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации.

Согласно указанной статье с этого момента не допускается государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы ликвидируемого юридического лица, а также государственная регистрация юридических лиц, учредителем которых выступает указанное юридическое лицо, или внесение в ЕГРЮЛ записей в связи с реорганизацией юридических лиц, участником которой является юридическое лицо, находящееся в процессе ликвидации.

В соответствии с п. 5 ст. 20 Закона о государственной регистрации в случае поступления в регистрирующий орган из суда или арбитражного суда судебного акта о принятии к производству искового заявления, содержащего требования, предъявленные к юридическому лицу, находящемуся в процессе ликвидации, государственная регистрация юридического лица в связи с его ликвидацией не осуществляется до момента поступления в регистрирующий орган решения (иного судебного акта, которым завершается производство по делу) по такому исковому заявлению.

Таким образом, законодатель предписывает налоговому органу не осуществлять государственную регистрацию юридического лица в связи с ликвидации с тем, чтобы не допустить случаев ликвидации организации при наличии кредиторской задолженности.

Представляя интересы общества -ответчика по иску ФИО8 в рамках дела 2-99/2014, находящегося в производстве Батайского городского суда Ростовской области, ФИО3 допускает прекращение деятельности общества 03.02.2014, не доводит до сведения налоговых органов об имущественных притязаниях ФИО2, а спустя неделю решением Батайского городского суда Ростовской области от 10.02.2017 с общества в пользу ФИО8 взыскиваются денежные средства.

Указанные действия не могут свидетельствовать о добросовестности поведения ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в случае, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

Пунктом 2 рассматриваемой статьи установлено, что при обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 224 Закона о банкротстве, ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и т.п.

С заявлением о признании общества банкротом ликвидатор в арбитражный суд не обращался, чем лишил истца возможности получить удовлетворение своих требований и реализовать права кредитора, предусмотренные законодательством о банкротстве, а именно: совершать действия, направленные на выявление и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривать сделки должника, совершенные в преддверии банкротства.

Действия ликвидатора по допущению возможности ликвидации общества при наличии непогашенной задолженности перед кредитором расцениваются судом как злоупотребление правом.

Заявление ответчика об изменении адреса регистрации не имеет правового значения, поскольку ответчик действовал недобросовестно, в частности его поведение в течение судебного процесса в Батайском городском суде, завершившееся вынесением судебного акта 10.02.2014 по делу 2-99/2014, давало основание ФИО8 полагаться на то, что общество действующее.

Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что истец, учитывая обстановку, в которой действовал ФИО3, имел все основания считать, что вступившие в законную силу решения суд о взыскании с общества с его пользу денежных средств будут исполнены.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ликвидатором не соблюдены нормы о ликвидации юридического лица (ликвидатор не уведомил кредитора о начале процесса ликвидации, не отразил требования кредитора в ликвидационном балансе, не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом), что свидетельствует о наличии совокупности условий для возложения на ликвидатора обязанности по возмещению убытков, так как действия ликвидатора противоправны, наличие убытков подтверждено, существует причинно-следственная связь между действиями ликвидатора и наступившими последствиями в виде утраты возможности получения истцом удовлетворения (получения денежных средств по решению суда) от ликвидированного юридического лица, что согласуется с правовым подходом, сформулированным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 N 9632/2012.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения взыскания убытков в силу вышеуказанной нормы права обязано доказать наличие в совокупности следующих условий: факт несения им убытков и их размер, противоправное неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательств причинителем вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя убытков и наступившими последствиями. Недоказанность одного из перечисленных условия влечет отказ в удовлетворении требований.

В силу п. 2 ст. 64.1 Гражданского кодекса члены ликвидационной комиссии (ликвидатор) по требованию учредителей (участников) ликвидированного юридического лица или по требованию его кредиторов обязаны возместить убытки, причиненные ими учредителям (участникам) ликвидированного юридического лица или его кредиторам, в порядке и по основаниям, которые предусмотрены ст. 53.1 названного Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Обязанность доказывания наличия оснований для привлечения ликвидатора к ответственности лежит на истце (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины в силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Проанализировав действия ликвидатора, суд отмечает, что ликвидатор ФИО10 знал о наличии судебных споров по заявлению ФИО8 к обществу о взыскании (А53-5344/2012, А53-22853/12), не уведомил ФИО8 о начале процедуры ликвидации, завершил процедуру ликвидации общества до рассмотрения одного из споров (по делу 2-99/2014, находящегося в производстве Батайского городского суда Ростовской области) спора, в связи с чем признает действия ФИО11 не соответствующими требованиям Гражданского кодекса и нормам добросовестного поведения.

При таких обстоятельствах суд исходит из того, что противоправные виновные действия ликвидатора находятся в прямой причинной- следственной связи с возникшей невозможностью удовлетворения подтверждённых судом требований истца к обществу и причиненными ему убытками.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 17.10.2013 по делу № А53-5344/2012 с общества в пользу ФИО8 взыскано 2 527 636, 10 руб., из которых 1 843 000 руб. - задолженность, 684 636,10 руб.- проценты за пользование чужими денежными средствами. Постановлением суда апелляционной инстанции от 12.07.2013, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 02.12.2013 по делу N А53-22853/2012, с общества в пользу ФИО8 взыскано 27 496 руб. задолженности по договору купли-продажи термокег от 01.03.2009, 2 250 000 руб. задолженности по договору купли-продажи кег от 01.03.2009, 289,85 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору купли-продажи термокег от 01.03.2009 и 23 718, 75 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору купли-продажи кег от 01.03.2009. Решением Батайского городского суда Ростовской области от 10.02.2014 по делу N 2-99/2014 с общества в пользу ФИО8 взысканы денежные средства в размере 3 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с 03.09.2010 по 19.12.2013 в размере 952 072,92 руб., судебные расходы на представителя в размере 40 000 руб, расходы по уплате государственной пошлины в размере 25 700 руб.

Указанные судебные акты вступили в законную силу. Общая сумма кредиторской задолженности общества перед истцом составила 9 436 843 руб.

Установив, что истцом доказана вся совокупность условий для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков в порядке ст. 15 Гражданского кодекса, суд удовлетворяет исковые требования истца и взыскивает с ответчика в пользу истца убытки в размере 9 436 843 руб.

Судом отклоняются доводы ответчика о том, что ФИО8, зная, что исполнить вступившие в силу судебные акты о взыскании с общества с его пользу денежных средств проблематично ввиду отсутствия у общества имущества, намеренно не обращался в рамках исполнительного производства за принудительным исполнением судебных актов, обратился к ФИО3 с требованием о взыскании убытков.

По смыслу статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации право определения способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу.

Судом отклонено ходатайство ответчика о приостановлении производства до вступления в законную силу судебного акта по заявлению о признании недействительной сделкой договор № 1 уступки прав (цессии) от 10.11.2017, заключенный между ФИО8 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) в рамках дела о банкротстве ФИО8 ( А53-4783/18), поскольку изложенные в ходатайстве доводы не подтверждают наличие оснований, обязывающих суд приостановить производство по делу в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о приостановлении производства по делу в связи с назначением судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку в данном случае суд не нашел оснований для назначения по делу судебной экспертизы в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что имеющиеся в деле доказательства позволяют рассмотреть спор по существу, при этом необходимость и основания для проведения судебной экспертизы отсутствуют. Экспертиза подлежит назначению, если возникает необходимость разъяснения вопросов, требующих специальных познаний. Суд не установил такой необходимости с учетом совокупности иных имеющихся в деле доказательств.

Судом отклонено ходатайство ответчика об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью истребования доказательств с сайта, разместившего информацию о почтовом отправлении уведомления ответчика истца по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

В обоснование заявленного ходатайства ответчик доказательств в обоснование своих доводов не представил.

Поскольку истцу предоставлена отсрочка по оплате государственной пошлины при принятии иска к производству, суд взыскивает с ответчика государственную пошлину в размере 70 184 в доход федерального бюджета.

руководствуясь статьями 110,143, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Ходатайство ответчика о проведении судебной экспертизы отклонить.

Ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу отклонить.

Ходатайство ответчика об истребовании доказательства отклонить.

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 убытки в размере 9 436 843 рублей.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета государственную пошлину в размере 70 184 руб.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяГубенко М. И.