Постановление от 24 января 2023 г. по делу № А41-47937/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21832/2022

Дело № А41-47937/20
24 января 2023 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2023 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 03 октября 2022 года по делу № А41-47937/20,

при участии в заседании:

ФИО2, паспорт; представитель ФИО3, доверенность от 21.04.2022 (веб-конференция),

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2021 ООО «Центр эндокринологии» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам должника на сумму 767 858,09 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 03.10.2022 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Центр эндокринологии», приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Центр эндокринологии» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

При рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, в частности, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся генеральным директором ООО «Центр эндокринологии», следовательно, обладает статусом контролирующего должника лица применительно к пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Центр эндокринологии», конкурсный управляющий сослался на то, что ответчиком не исполнена обязанность по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника и имущества должника, а также совершена сделка, в результате которой должник утратил возможность продолжать хозяйственную деятельность.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 названной статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности, руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В рассматриваемом случае решением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2021 по делу № А41-47937/20 суд обязал бывшего генерального директора ООО «Центр эндокринологии» передать конкурсному управляющему в течение трех дней бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности.

Из представленных в материалы дела документов следует, что 04.02.2022 между конкурсным управляющим ООО «Центр эндокринологии» и ФИО2 подписан акт приема-передачи, согласно которому конкурсному управляющему переданы имущество должника, а также документы, в том числе кассовые документы, договоры за 2015 год, 2016 год, 2017 год, 2018 год, 2019 год, приказы по личному составу, база 1С на флеш-носителе.

Кроме того, в период процедуры наблюдения в адрес временного управляющего ООО «Центр эндокринологии» руководителем должника посредством почтовой связи направлены учредительные документы общества, а также договоры с контрагентами (пункты 7 – 13 сопроводительного письма), акты сверок с контрагентами, перечень кредиторов, список судебных споров с участием должника.

В свою очередь, конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у ФИО2 какой-либо документации должника, не передача которой существенно затруднила проведение процедуры банкротства.

При этом конкурсный управляющий не обосновал отсутствие каких конкретно документов существенно затруднило формирование конкурсной массы и выполнение мероприятий в процедуре банкротства.

В части заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за подписание соглашения об отступном № 1/ЦЭК/19 от 01.01.2019, судом установлено следующее.

В силу положений подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае причинения существенного вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из материалов дела, 01.01.2019 между ФИО2 (Кредитор) и ООО «Центр эндокринологии» (Должник) заключено соглашение об отступном № 1/ЦЭК/19, предметом которого является частичное прекращение обязательства должника перед кредитором по договору займа от 04.09.2015 № 2 на общую сумму 1 786 032,01 руб. путем предоставления отступного в форме передачи движимого имущества должника.

В соответствии с пунктом 2.1 соглашения, в течение 5 дней с момента подписания соглашения должник передает в собственность Кредитора в качестве отступного следующее имущество:

- система постоянного мониторирования глюкозы MedtronicMiniMed IPro2, стоимость 62 991, 76 руб.;

- электрокардиограф SchillerCardiovit AT-2, стоимость 110 026,90 руб.;

- ультразвуковая система Alpinion E-cube 9 с принадлежностями в соответствии с технической документацией, стоимость 1 581 919,54 руб.;

- светильник диагностический хирургический передвижной SD 200, стоимость 31 093,81 руб.

По акту приема-передачи оборудования от 01.01.2019 должник передал, а кредитор принял вышеназванное имущество в счет исполнения обязательств на сумму 1 786 032,01 руб. по договору займа от 04.09.2015 № 2.

В соответствии с бухгалтерской отчетностью ООО «Центр эндокринологии» материальные (внеоборотные) активы должника по состоянию 31.12.2018 составляли 1 915 000 руб., запасы 471 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты 173 000 руб., чистая прибыль 3 843 000 руб.

При этом размер кредиторской задолженности отражен в сумме 2 415 000 руб.

По состоянию на 31.12.2019 материальные (внеоборотные) активы должника уменьшились до 131 000 руб., запасы до 16 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты до 8 000 руб., чистая прибыль отсутствовала, убыток составил 1 358 000 руб.

В свою очередь, кредиторская задолженность увеличилась до 7 279 000 руб.

Из указанного следует, что после исполнения ООО «Центр эндокринологии» соглашения об отступном от 01.01.2019 должник фактически лишился основных средств для осуществления хозяйственной деятельности, а также их реализации в целях погашения кредиторской задолженности.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

При обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

В рассматриваемом случае, на момент совершения должником сделки по передаче имущества в виде отступного в пользу ФИО2 у общества имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в частности, за 2018 год перед ООО «РА «Автотрэвэл».

При этом ФИО2 знал о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредитором, поскольку являлся генеральным директором общества и его единственным учредителем.

В свою очередь, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами должник передал основные средства по соглашению об отступном в пользу аффилированного лица – ФИО2, погасив задолженность перед контролирующим должника лицом, являющимся руководителем и учредителем должника, основанную на договоре займа, выданного ФИО2 в пользу должника.

Таким образом, совершение вышеуказанной сделки существенно ухудшило финансовое положение должника, а также послужило одним из оснований возникновения у ООО «Центр эндокринологии» признаков неплатежеспособности и, как следствие, причинило существенный вред имущественным правам кредиторов ввиду невозможности полного погашения их требований.

Кроме того, ответчиком не указаны причины, по которым имущество на общую сумму 1786032,01 руб. не могло быть реализовано в целях погашения задолженности перед независимыми кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов ООО «Центр эндокринологии», либо передано им в качестве отступного.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с которым суд апелляционной инстанции соглашается.

Довод ответчика о том, что конкурсному управляющему возвращено имущество должника – система постоянного мониторирования глюкозы MedtronicMiniMed IPro2, стоимостью 62 991,76 руб. не является основанием для отказа в удовлетворении заявления, поскольку вопрос о достаточности средств на погашение требований кредиторов разрешается конкурсным управляющим после осуществления мероприятий по реализации сформированной конкурсной массы должника.

Ссылка ответчика на то, что имущество, переданное по соглашению об отступном, не использовалось в хозяйственной деятельности должника, отклоняется как несостоятельная, поскольку документально не подтверждена.

Более того, ответчиком не раскрыты экономические мотивы нахождения на балансе общества имущества, не используемого им в осуществлении предпринимательской деятельности, однако использованного в качестве отступного при расчетах по задолженности должника перед ФИО2

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В рассматриваемом случае, доказательств того, что конкурсным управляющим выполнены все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, не имеется.

Учитывая указанные обстоятельства, суд пришел к выводу о необходимости приостановления производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 03 октября 2022 года по делу №А41-47937/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.




Председательствующий


С.Ю. Епифанцева

Судьи


А.В. Терешин

Н.В. Шальнева