Постановление от 31 августа 2020 г. по делу № А50-13130/2017




АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4520/20

Екатеринбург

31 августа 2020 г.


Дело № А50-13130/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 августа 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Соловцова С. Н., Кудиновой Ю. В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиКукушкиной Н.С., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу финансового управляющего Уйманова Дениса Игоревича на определение Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2020по делу № А50-13130/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы надлежащим образом, в том числе публично,путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседаниев Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Пермского края приняли участие представители:

финансового управляющего Уйманова Д.И. – Бельзер С.А. (доверенность от 06.08.2018);

Семериковой Татьяны Евгеньевны – Виноградов В.А. (доверенностьот 29.05.2019);

Козлова Сергея Анатольевича – Сергиенко Ю.А. (доверенностьот 18.08.2020).

Определением Арбитражного суда Пермского края от18.05.2017по заявлению акционерного общества «Россельхозбанк» (далее – Россельхозбанк) возбуждено производство по делу о признании Андреевой Алены Владимировны (далее – должник) несостоятельной (банкротом).

Определением от 31.08.2017 в отношении Андреевой А.В. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Уйманов Д.И.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.01.2018Андреева А.В. признана банкротом, в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден Уйманов Д.И.

Финансовый управляющий Уйманов Д.И. 06.02.2019 обратилсяв арбитражный суд с заявлением о признании недействительными заключенного Андреевой А.В. с Семериковой Т.Е. договора купли-продажи квартиры от 12.10.2015 и заключенного Семериковой Т.Е. с Козловым С.А. договора купли-продажи от 01.09.2017, применении последствий недействительности сделок (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в споре в качестве третьих лиц,не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Маткин Максим Витальевич, Андреев Владимир Леонидович, Козлова Лариса Александровна, Семериков Алексей Николаевич.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020, в удовлетворении требований финансового управляющего Уйманова Д.И. отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий Уйманов Д.И. просит определение от 03.02.2020 и постановление от 22.05.2020 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований либо направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель ссылается на то, что суд первой инстанциине дал оценку, а апелляционный суд дал противоречивую оценку негативному процессуальному поведению лиц, участвующих в настоящем споре, выразившемуся в необеспечении явки в судебные заседания для дачи пояснений по обстоятельствам совершения спорных сделок, а также в наличии противоречий в представленных ими письменных пояснениях, свидетельствующих о невозможности участников сделок раскрыть фактические обстоятельства их совершения и исполнения ввиду формального характера таких сделок. Заявитель полагает, что спорные договоры касались двух квартир, являющихся самостоятельными объектами недвижимости,тогда как вывод судов о том, что объект сделок является единым объектом недвижимости, не основан на нормах материального права, не соответствует материалам дела и сделан в отсутствие надлежащих доказательств учета компетентным органом данных квартир как единого объекта недвижимости,а также отмечает, что суды, установив, что произошла реализация единого объекта сделок, не дали оценку сделкам как реализации долевой собственности Андреевой А.В. и ее отца, не учли несогласованность сторонами сделок условий о недвижимом имуществе, влекущую незаключенность договоров.Как указывает финансовый управляющий, судом первой инстанции не дана оценка, а судом апелляционной инстанции дана противоречивая оценка обстоятельствам движения наличных денежных средств между участниками сделок, формальному характеру сделок, а также отсутствию у участников сделок экономического интереса в заключении договоров, носящих формальный характер и направленных на безвозмездное выбытиеиз собственности должника недвижимости, в действительности являющихся цепочкой взаимосвязанных сделок, все юридические действия по которым зависели от одного лица – Маткина М.В., являющегося фактическим бенефициаром от сделки должника, и, кроме того, не проведена оценочная экспертиза для установления действительных рыночных цен квартир.По мнению заявителя, вывод судов о пропуске срока исковой давности обращения с рассматриваемым требованием является необоснованным и сделан без учета обстоятельств движения настоящего дела о банкротстве, в ходе рассмотрения которого у финансового управляющего только по результатам изучения и сопоставления сведений о движении денежных средств должникаи их дальнейшей судьбе, с учетом обстоятельств, установленных в рамках иных обособленных споров по оспариванию сделок должника, возникли обоснованные сомнения в оспариваемых сделках, фактические обстоятельства которых были раскрыты только в рамках настоящего обособленного спора,в то время как заявить о наличии состава по специальным основаниям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) только на основании сведенийо самих сделках, в отсутствие у финансового управляющего свидетельств нарушения прав должника, не представлялось возможным.

Семерикова Т.Е. и Козлов С.А. в отзывах по доводам кассационной жалобы возражают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, за Андреевой А.В. и ее отцом Андреевым В.Л. на праве единоличной собственности были зарегистрированы, соответственно, двухкомнатная квартира № 13 (площадью 65,7 кв.м) и двухкомнатная квартира № 14 (площадью 55,9 кв.м), имеющие общий тамбур и расположенные на 4-м этаже в доме по адресу: г. Пермь,ул. Советская, д. 39А (далее – спорные квартиры).

Обе квартиры их собственниками в соответствии с договорами залогаот 09.06.2014 (зарегистрированы в Управлении Росреестра по Пермскому краю 03.07.2014) были предоставлены в залог Маткину М.В. в обеспечение исполнения Андреевым В.Л. обязательств по заключенному с Маткиным М.В. договору займа от 09.06.2014, согласно которому Андреев В.Л. получилот Маткина М.В. 20 000 000 руб.

В последующем Андреева А.В. и Андреев В.Л. с согласия Маткина М.В. продали принадлежавшие им спорные квартиры по цене 5 000 000 руб. -за каждую Семериковой Т.Е., что было оформлено двумя договорамикупли-продажи от 12.10.2015. От имени Семериковой Т.Е. договоры подписаны ее представителем Салыновой Юлией Александровной по нотариальной доверенности от 08.10.2015. В тексте каждого из договоров от 12.10.2015 имеется указание на то, что квартиры находятся в залоге в пользуМаткина М.В. На тексте каждого из договоров нанесена рукописная запись соответствующего продавца о получении от Семериковой Т.Е. 5 000 000 руб.

Переход права собственности на спорные квартиры к Семериковой Т.Е. зарегистрирован Управлением Росреестра по Пермскому краю 19.10.2015.

Далее, по договору купли-продажи от 01.09.2017 Семерикова Т.Е., действуя через своего представителя Маткина М.В. по доверенностиот 30.05.2017, продала спорные квартиры Козлову С.А. по цене 6 500 000 руб.

В пункте 9 договора купли-продажи от 01.09.2017 отражено,что квартиры на момент заключения договора не обременены правами третьих лиц и под арестом не находятся. На тексте договора нанесена рукописная запись Маткина М.В. о получении от Козлова С.А. 6 500 000 руб.

Переход права собственности на спорные квартиры к Козлову С.А. зарегистрирован Управлением Росреестра по Пермскому краю 11.09.2017.

Между тем, Андреева А.В. наряду с другими лицами выступала поручителем за исполнение обществом с ограниченной ответственностью «Промкомплект» (далее – общество «Промкомплект») обязательствперед Россельхозбанком по кредитным договорам от 30.08.2012 и 27.06.2013со сроком возврата кредита до 26.06.2014. В обеспечение по последнему кредиту был предоставлен также залог имущества общества с ограниченной ответственностью «Санаторий «Пермский».

В связи с ненадлежащим исполнением обществом «Промкомплект» обязательств по возврату кредита Россельхозбанк обратился в суд общей юрисдикции с иском о взыскании задолженности по кредитным договорамкак с основного заемщика, так и с поручителей, включая Андрееву А.В.,а также об обращении взыскания на заложенное имущество.

В ходе рассмотрения спора определением Мотовилихинского районного суда г. Перми от 15.01.2015 заключено мировое соглашение, которым обществу «Промкомплект» и другим ответчикам была предоставлена рассрочкав исполнении обязательств по возврату указанных кредитов.

Ввиду неисполнения условий мирового соглашения названным судом общей юрисдикции 06.04.2016 и 04.05.2016 выданы исполнительные листына взыскание в пользу Россельхозбанка задолженности с общества «Промкомплект», Андреевой А.В. и иных поручителей.

Поскольку в ходе исполнительного производства в отношении Андреевой А.В. исполнение судебного решения осуществить не удалось, Россельхозбанк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ее банкротом.

Определением Арбитражного суда Пермского края от18.05.2017по заявлению Россельхозбанка возбуждено производство по настоящему делуо банкротстве Андреевой А.В.; определением от 31.08.2017 заявление банка признано обоснованным, в отношении Андреевой А.В. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Уйманов Д.И., требования Россельхозбанка в размере 46 171 367 руб. 80 коп. основного долга и 4 809 960 руб. 95 коп. финансовых санкций включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.01.2018Андреева А.В. признана банкротом с введением в отношении ее имущества процедуры реализации, финансовым управляющим утвержден Уйманов Д.И.

Финансовый управляющий Уйманов Д.И. обратился 06.02.2019в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи квартиры от 12.10.2015 между Андреевой А.В.и Семериковой Т.Е., а также договора купли-продажи от 01.09.2017между Семериковой Т.Е. и Козловым С.А., применении последствий их недействительности (с учетом принятия 07.05.2019 судом первой инстанции уточнения требований в порядке статьи 49 АПК РФ).

Ссылаясь на то, что Маткиным М.В. и Андреевыми не раскрыты цели заключения договора займа от 09.06.2014, не представлены доказательства передачи 20 000 000 руб. и их расходования, доказательства возвратаМаткину М.В. займа из средств, вырученных от реализации квартир,на изменение ответчиками и третьими лицами пояснений об обстоятельствах сделок, утверждая о мнимости отношений между Маткиным М.В.и Андреевыми, оформленных договорами займа от 09.06.2014 и договорами залога от 09.06.2014 и о притворности сделок с квартирами, маскирующими вывод из владения должника Андреевой А.В. квартиры, только за счет которой и могли быть удовлетворены требования ее кредиторов, финансовый управляющий Уйманов Д.И. требовал признания оспариваемых сделоккупли-продажи спорных квартир недействительными по основаниямстатьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчики возражали против удовлетворения заявленных требованийи заявили о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Суд первой инстанции, исходя из того, что спорная квартира была продана Андреевой А.В. для расчетов по обязательствам Андреева В.Л.с залогодержателем Маткиным М.В. по договору займа от 09.06.2014, при этом как Семерикова Т.Е., так и Козлов С.А. являются добросовестными приобретателями, посчитал требования управляющего необоснованными, ввиду чего, установив также пропуск управляющим срока исковой давности, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для признания спорных сделок недействительными и пропуска управляющим срока исковой давности обращения с рассматриваемым требованием, при этом исходил из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве),а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка, может быть признана судом недействительной, если она совершенав течение трех лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если она знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о признаках неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

В силу названной нормы предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Законао банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособностиили недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведенияо введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления,о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей. В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего:если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок,то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса). При этом, совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги,но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем,что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтомупри наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям закона. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходяиз недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность доводов финансового управляющего о недобросовестном поведении участников сделок и установив, что Андреевы и Маткин М.В., ссылаясь на отчуждение спорных квартир в целях исполнения обязательств перед последним по договору займа от 09.06.2014, при несоблюдении требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», несмотряна возражения финансового управляющего и предложения суда первой инстанции, не дали необходимые документально обоснованные поясненияо том, чем они руководствовались при совершении договора займа от 09.06.2014 и договоров залога от 09.06.2014 в отношении квартиры должника Андреевой А.В. и ее отца Андреева В.Л., из каких источников Маткин М.В. получил средства для предоставления займа по состоянию на 09.06.2014,на какие цели предполагал Андреев В.Л. направить заемные средства в размере 20 000 000 руб. и за счет каких источников собирался возвратить заемные средства Маткину М.В., не представили надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие сам факт передачи указанной суммы займаи ее расходование Андреевым В.Л., равно как и причины, по которым возвратить заем не удалось и меры, к которым Маткин М.В. прибегалдля возврата суммы займа, не привели сведения относительно судьбы принадлежащего Молчановскому И.И. земельного участка, залогом которого также обеспечивались обязательства Андреева В.Л. по возврату Маткину М.В. займа, исходя из того, что обстоятельства совершения договора займаи договоров залога от 09.06.2014 между Андреевыми и Маткиным М.В., сторонами не раскрыты, реальность заемных отношений междуМаткиным М.В. и Андреевым В.Л. материалами дела не подтверждена, суд апелляционной инстанции согласился с доводами финансового управляющего относительно недобросовестного поведения Андреевых и Маткина М.В.

Между тем, апелляционный суд исходил из того,что указанная недобросовестность Андреевых и Маткина М.В. не может быть распространена на ответчиков Семерикову Т.Е. и Козлова С.А., не являющихся заинтересованными лицами по отношению к должнику Андреевой А.В.и не осведомленных о ее неплатежеспособности в момент совершения договоров купли-продажи от 12.10.2015 и от 01.09.2017, при том, что самопо себе заключение договора купли-продажи от 01.09.2017 между Семериковой Т.Е. и Козловым С.А. после введения в отношении Андреевой А.В. процедуры реструктуризации долгов (определение от 31.08.2017) об обратномне свидетельствует, так как официальная публикация сообщения об этом состоялась только 06.09.2017 на интернет-сайте ЕФРСБ и 16.09.2017 – в газете «Коммерсантъ», ввиду чего соответствующая презумпция осведомленностив данном случае не может быть применена, и при таких обстоятельствах вменение Козлову С.А. обязанности отслеживать по сервису «Картотека арбитражных дел» информацию об Андреевой А.В., как о собственнике, предшествующем продавцу, с которым он заключает договор, в отсутствиев ЕГРП сведений о наличии каких-либо обременений и ограничений, являлось бы очевидно излишним, а какие-либо доказательства иного, подтверждающие осведомленность ответчиков о неплатежеспособности должника,не представлены.

Помимо изложенного, апелляционным судом учтено, что наличиеу Семериковой Т.Е. и Козлова С.А. финансовой возможности уплатить наличными денежными средствами цену по соответствующим договорам купли-продажи в отношении спорной квартиры подтверждается представленными в материалы дела в отношении Семериковой Т.Е. – сведениями о доходах ее мужа Семерикова Алексея Николаевича за 2014-2015 годы, а также сведениями об операциях по счету в публичном акционерном обществе «Банк ВТБ» (справка от 12.12.2019), а в отношении Козлова С.А. – сведениями о накоплениях, сделанных им и его супругой за 2012-2017 годы,в том числе за счет военной пенсии за выслугу лет, факт поступления которых подтверждается выпиской со счетов в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» за период с 09.11.2012 по 04.12.2019 и иными доказательствами, а также о продаже Козловыми принадлежавшей им квартиры, с учетом которой их документально подтвержденный доход с 2012 по 01.09.2017 составляет 9 863 629 руб. 15 коп., а кроме того приняты во внимание представленные Семериковой Т.Е. частично документы в подтверждение несения ею расходов на содержание спорных объектов недвижимости за период их нахождения в ее собственности, равнокак и документально обоснованные пояснения Семериковых о судьбе денежных средств, полученных от Козлова С.А. при последующей продаже квартир, которые были частями 15.09.2017, 29.01.2018 и 16.04.2018 направлены в общество с ограниченной ответственностью «Порше Центр Пермь»в качестве уплаты стоимости автомобиля, составившей 6 970 019 руб. 39 коп.,и о причинах, побудивших их продать квартиры спустя почти два года после их приобретения Козлову С.А. на 3 500 000 руб. дешевле, нежели квартиры были приобретены у Андреевых, выразившихся в длительной экспозиции квартирна специализированном интернет-сайте «авито» с периодическим снижением цены ввиду наличия в квартирах фактической перепланировки (во многом благодаря которой они и воспринимались единым объектом недвижимости)без соответствующих разрешительных документов, что подтверждается представленными в материалы дела сведениями, тогда как Козлову С.А., в свою очередь, стало известно о продаже спорной квартиры из объявления, публично размещенного на интернет-сайте через агентство – общество с ограниченной ответственностью «Своя квартира».

Доводы финансового управляющего о недобросовестности Козлова С.А., выразившейся в даче в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции противоречивых пояснений относительно обстоятельств приобретения спорных квартир, являлись предметом оценки суда апелляционной инстанциии по результатам исследования материалов дела были правомерно отклонены, поскольку материалами дела подтверждается факт совершения Козловымис помощью агентства недвижимости в один день 01.09.2017 как спорного договора о приобретении квартир у Семериковой Т.Е. по цене 6 500 000 руб., так и договора продажи Маткину М.В. принадлежавшей Козловым квартирыпо ул. Петропавловская, 123-224 по цене 2 800 000 руб., при этом сообщение Козловым С.А. и Маткиным М.В. информации о том, что за одну квартирупо ул. Советская, 39А уплачены деньги в сумме 3 700 000 руб., а за другую – проведен зачет в суме 2 800 000 руб. не противоречит последующему утверждению Козлова С.А. об оплате 6 500 000 руб., что отражено и в договоре купли-продажи квартиры от 01.09.2017.

Ссылки финансового управляющего на то обстоятельство, что сделкис Семериковой Т.Е. и с Козловым С.А. совершались под контролемМаткина М.В., который в сделке с Козловым С.А. непосредственно выступал представителем Семериковой Т.Е. по выданной ею доверенности и получил причитающиеся ей деньги, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, правомерно не приняты судами во внимание, поскольку само по себе это обстоятельство не свидетельствует о недобросовестности покупателейпо данным сделкам, которые могли, исходя из содержащихся в ЕГРН сведений, воспринимать действия Маткина М.В. как добросовестное поведение залогодержателя, заинтересованного в получении исполнения за счет заложенного имущества.

Исходя из вышеназванных обстоятельств, по результатам исследованияи оценки представленных в материалы дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, при недоказанности недобросовестного поведения Семериковой Т.Е. и Козлова С.А., их осведомленности о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия в данном случае всех необходимыхи достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания спорных договоров купли-продажи недвижимого имущества недействительнымипо пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 32 постановления Пленума № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основаниемк вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узналоо нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было,то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

В пункте 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве закреплено, что правона подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание,в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашиваету руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. (пункт 32 постановления Пленума № 63).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства,с учетом конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность заявления ответчиков о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности обращения с рассматриваемым требованием и установив, что в полномочия финансового управляющего Уйманов Д.И. вступил 31.08.2017 и своевременно сделал запрос о сведениях в ЕГРН в отношении недвижимости должника,в ответ на который вскоре получил выписку из ЕГРП от 13.09.2017, котораяв последующем была представлена к отчету об итогах процедуры реструктуризации долгов Андреевой А.В., при этом содержала указаниена регистрацию прекращения 19.10.2015 права собственности должникав отношении спорной квартиры, в связи с чем управляющий должен был запросить в органах госрегистрации копии первичных документов по сделкес участием должника, ответ на который последовал бы в пределах одного месяца, исходя из законодательства о работе с обращениями граждан, а также одновременно обратиться к самому должнику за соответствующими пояснениями, признав, что при таких обстоятельствах уже к концу октября 2017 года Уйманов Д.И. должен был владеть комплектом документов, дающих достоверное представление об обстоятельствах сделки, а также представлениео позиции должника в отношении этой сделки и, с учетом времени, необходимого для запроса дополнительных сведений и подготовки иска, могне позднее конца ноября 2017 года заявление об оспаривании сделкидля направления в суд, тогда как ныне рассматриваемое заявление подано управляющим в арбитражный суд только 06.02.2019, в отсутствие объективных причин, препятствующих управляющему ранее февраля 2019 года получить сведения о первом из оспариваемых договоров и своевременно обратитьсяс заявлением в пределах годичного срока исковой давности, а доказательства обратного, опровергающие выводы судов, не представлены, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что заявление о признании оспариваемых договоров от 12.10.2015 и от 01.09.2017 недействительными по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве поданос пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований в данной части.

В части признания спорных договоров недействительнымипо основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суды верно исходили из того, что, хотя трехлетний срок исковой давности применительно к данным правовым составам и не истек, однако оснований для их применения в отношении договоров купли-продажиот 12.10.2015 и 01.09.2017 не имеется ввиду недоказанности финансовым управляющим наличия у данных сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Законао банкротстве, что исключает их оспаривание по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014№ 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерацииот 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034,от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069), а также недоказанности мнимостиили притворности указанных сделок (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), форма которых в данном случае в целом отвечаетих содержанию и действительной направленности воли их сторон на переход права собственности от продавца к покупателю, в то время как доказательства иного, подтверждающие наличие оснований полагать, что они образуют некую «цепочку» сделок, прикрывающую сделку иного содержания или с иным субъектным составом, отсутствуют.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельстви недоказанности материалами наличия в данном случае всех необходимыхи достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствиис требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанныхна их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется(статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2020 по делу№ А50-13130/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего Уйманова Дениса Игоревича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи С.Н. Соловцов


Ю.В. Кудинова