Постановление от 27 апреля 2021 г. по делу № А56-40633/2020



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-40633/2020
27 апреля 2021 года
г. Санкт-Петербург
/тр.1


Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2021 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Савиной Е.В., судей Богдановской Г.Н., Слоневской А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Григорьевым Н.А.,

при участии:

- от заявителя: не явился (извещен)

- от в/у должником: Дмитриев О.В. (паспорт)

- от ООО «СБК Гранд»: Лиджанова А.Э. (доверенность от 19.11.2020)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-7038/2021) общества с ограниченной ответственностью «Гелиона»

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2021 по делу № А56-40633/2020/тр.1,

принятое по общества с ограниченной ответственностью «Гелиона»

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Адастра»

установил:

25.05.2020 общество с ограниченной ответственность «СБК ГРАНД» (далее – ООО «СБК ГРАНД») обратилось в Арбитражный суд города СанктПетербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «АДАСТРА» (далее – ООО «АДАСТРА») несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 23.06.2020 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 06.11.2020 (резолютивная часть которого объявлена 29.10.2020) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Дмитриев Олег Валерьевич. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 07.11.2020 № 204.

05.12.2020 в арбитражный суд через информационную систему «Мой арбитр» от общества с ограниченной ответственностью «Гелиона» (далее – ООО «Гелиона») поступило заявление от 30.11.2020 б/н о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 118 257 437,99 руб.

Определением от 05.02.2021 в удовлетворении требования отказано.

В апелляционной жалобе представитель кредитора просит определение отменить и включить требование в реестр с отнесением в третью очередь.

Податель жалобы указывает, что им представлены надлежащие и достаточные доказательства подтверждающие наличие задолженности.

Кредитор и должник не являются аффилированными лицами. При этом, в случае установления аффилированности просит понизить очередность, но не отказывать в удовлетворении требования.

В судебном заседании временный управляющий должником против удовлетворения жалобы возражал.

Представитель ООО «СБК Гранд» просит приобщить к материалам дела отзыв на жалобу.

Иные лица, участвующие в рассмотрении обособленного спора и извещенные судом надлежащим образом, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в настоящем судебном заседании.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения и отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, что 30.12.2016 между ООО «ТД Интерторг» (ИНН 7842005813) и ООО «ИДС Боржоми» заключен договор поставки продукции.

В соответствии с договором поручительства от 30.12.2016 № б/н ООО «Адастра» поручилось перед ООО «ИДС Боржоми» за исполнение обязанности по оплате товара, ООО «ТД Интерторг» (ИНН 7842005813) являющимся покупателем по договору поставки от 30.12.2016 № 555/2016 в пределах суммы не более 200 000 000 руб.

Согласно договору уступки права требования от 30.12.2019 №30/12 ООО «ИДС Боржоми» передало (уступило) ООО «Софийское» право требования с ООО «ТД ИнтерТорг» (ИНН 7842005813) основного долга в размере 118 257 437,99 руб. по договору поставки от 30.12.2016 № 555/2016.

Из договора уступки права требования от 10.01.2020 № 1с следует, что ООО «Софийское» передало (уступило) ООО «Гелиона» право требования с ООО «ТД ИнтерТорг» (ИНН 7842005813) основного долга в размере 118 257 437, 99 руб. по договору поставки от 30.12.2016 № 555/2016.

В соответствии с указанными договорами уступки права требования к цессионарию перешли права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права.

Наличие у ООО «ТД ИнтерТорг» задолженности по договору от 30.12.2016 № 555/2016 подтверждается договором поставки от 30.12.2016 № 555/2016; товарными накладными к договору поставки; актом сверки взаимных расчетов между ООО «ТД Интерторг» и ООО «ИДС Боржоми» от 30.12.2019; договором уступки права требования от 30.12.2019 № 30/12 между ООО «ИДС Боржоми» и ООО «Софийское»; договором уступки права требования от 10.01.2020 № 1с между ООО «Софийское» и ООО «Гелиона».

ООО «Гелиона» перешли права требования к ООО «Адастра» (поручителя) задолженности за ООО «ТД Интерторг» по договору поставки продукции от 30.12.2016 № 555/2016 в размере 118 257 437,99 руб.

Суд в удовлетворении требования отказал.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, всесторонне исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, верно оценил имеющиеся в деле доказательства, правильно применил нормы материального, процессуального права и сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела.

В силу пункта 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

В соответствии с правилами рассмотрения обоснованности заявленных требований, если стороны дела действительно являются аффилированными, к нему должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Необходимо исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.06.2018 №305- ЭС18-413, от 13.07.2018 №308-ЭС 18-2197, от 08.05.2019 №305-ЭС 18-25788(2), от 30.09.2019 №305-ЭС 16- 18600(5-8) и др.).

В силу части 1 статьи 67, а также статьи 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств). Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств).

Арбитражный суд в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценивает доказательства (на предмет относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016, обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу.

Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности (Определение ВС РФ от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413).

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления Пленума № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

При этом в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308- ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС 16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6)).

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально для искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо).

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.

В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям.

Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Таким образом, аффилированность кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, но при заявлении иными незаинтересованными лицами обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Из заявления ООО «Гелиона» о включении требований в реестр требований кредиторов следует, что требования ООО «Гелиона» основаны на договоре поручительства от 30.12.2016 № б/н ООО «Адастра» перед ООО «ИДС Боржоми» за исполнение обязанности по оплате ООО «ТД Интерторг» (основной должник), являющимся покупателем по договору поставки от 30.12.2016 № 555/2016, и договоре уступки права требования от 10.01.2020 №1с, заключенному между ООО «Гелиона» (цессионарий) и ООО «Софийское» (цедент).

Судом установлено, что ООО «Софийское» (цедент) является лицом, прямо аффилированным с должником и ООО «ТД Интерторг», в связи с чем требование к должнику в размере 118 257 437,99 руб. носит корпоративный характер.

Из выписок ЕГРЮЛ следует, что ООО «Софийское», должник и ООО «ТД Интерторг» являются аффилированными между собой лицами.

Так, из выписки ЕГРЮЛ в отношении ООО «Софийское» следует, что генеральным директором ООО «Софийское» в период с 10.07.2006 по 08.06.2020 (то есть, в том числе на дату заключения договора уступки права требования №1с) являлся Абдуллаев Мушвиг Али Оглы.

Кроме того, в периоде 10.07.2006 по 25.10.2019 Абдуллаев Мушвиг Али Оглы являлся 100% учредителем ООО «Софийское», а в данный момент им является его дочь - Абдуллаева Анна Мушвиговна.

Одновременно с этим собственником 100% долей в Должнике является ООО «Невская Логистика», а генеральным директором выступает Левинтова Марианна Владимировна.

Между тем собственником 70% долей в ООО «Невская Логистика» с 31.07.2015 и генеральным директором ООО «Невская Логистика» с 14.01.2020 также является Абдуллаев Мушвиг Али Оглы. Одновременно собственником 30% долей в ООО «Невская Логистика» с 31.07.2015 является родной брат Абдуллаева М.А. - Абдуллаев Аллахверди Али оглы. Более того, Абдуллаев Мушвиг Али Оглы одновременно с этим также являлся генеральным директором и впоследствии ликвидатором ООО «ТД Интерторг» (в период с 03.08.2004 до 28.02.2020).

Судом сделан правильный вывод, что ООО «Гелиона» и ООО «АДАСТРА» входят в одну группу лиц в соответствии с подпунктами 1, 2 и 8 пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О защите конкуренции».

В пункте 1 Обзора судебной практики от 29.01.2020 разъяснено, что на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Суд исходил из того, что ООО «Гелиона» не раскрыло разумных экономических мотивов приобретения у ООО «Софийское» необеспеченных требований к ООО «ТД Интерторг» и к должнику в размере 118 257 437,99 руб. в период, когда в отношении ООО «ТД Интерторг» уже подано заявление о банкротстве, опубликовано 12 уведомлений кредиторов о намерении обратиться с заявлением о банкротстве, к должнику предъявлены исковые требования на сумму порядка 15 млрд. руб., в средствах массовой информации опубликованы сведения о закрытии ООО «ТД Интерторг» всех магазинов, а ООО «Адастра» также находилось в состоянии имущественного кризиса.

Более того, само ООО «Софийское» приобрело требования к ООО «ТД Интерторг» по договору уступки 30.12.2019, то есть в период, когда ООО «ТД Интерторг» уже полностью прекратил свою деятельность, объявило о ликвидации и обладало признаками неплатёжеспособности.

Существенное значение имеет то обстоятельство, что договор уступки права требования № 1с заключен на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Уступаемое требование ООО «Гелиона» обязалось уплатить цеденту компенсацию в размере 1180000 руб. - с дисконтом в 99 % и с рассрочкой платежа до конца 2020 года (пункты 2.1, 2.3 Договора уступки), что свидетельствует о том, что целью приобретения прав требования являлось наращивание кредиторской задолженности; о намерении ООО «Гелиона» создать фиктивную задолженность для ее включения в реестр требований кредиторов Должника; о согласованных действиях ООО «Гелиона» и Должника в рамках процедуры банкротства Должника.

Указанные условия заключения сделки являются недоступными обычным (независимым) участникам рынка, что также позволяет сделать вывод о фактической аффилированности должника, ООО «Софийское» и ООО «Гелиона».

Из материалов дела следует, что 30.12.2019 между ООО «НДС Боржоми» и ООО «Софийское» заключен Договор уступки права требования № 30/12 от 30.12.2019, по которому ООО «ИДС Боржоми» передало ООО «Софийское» требование к Должнику о взыскании основного долга в размере 118 257 437,99 руб.

Стоимость передаваемого права требования стороны определили в размере 118 257 437,99 руб. (пункт 2.1 Договора № 30/12 от 30.12.2019). То есть цена уступленного права требования составила размер самого требования.

Условия указанной уступки нельзя признать рыночными, так как приобретение кредиторской задолженности аффилированного лица, который отвечает признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества за номинальную стоимость задолженности объективно не может привести к какой-либо выгоде на стороне кредитора.

Стоимость передаваемого права требования должна была быть оплачена до 31.01.2020 (пункт 2.3 Договора № 30/12 от 30.12.2019). Срок оплаты по заключенному договору уступки № 30/12 от 30.12.2019 наступил, однако оплата по нему не произведена.

Доказательства оплаты приобретенных ООО «Софийское» прав требования по договору уступки от № 30/12 от 30.12.2019, как и осуществления мер во истребованию задолженности по договору, а также финансовой возможности произвести оплату в материалы дела не представлено, следовательно, переход прав (требования) к Должнику от ООО «ИДС Боржоми» к ООО «Софийское» в материальном правоотношении не произошел. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Заявителем не представлены доказательства передачи и принятия товара ООО «ТД Интерторг» (основной должник), перемещения товара, в условиях отсутствия транспортных и иных перевозочных документов, путевых листов, а также доказательств отпуска товара со складов, с указанием полномочий лиц, отпускающих и принимающих товар.

Сам по себе представленный в материалы дела договор поставки, а также доводы о его исполнении кредитором, в отсутствие первичных и иных документов, подтверждающих фактическую передачу товара по цепочке поставщиков и покупателей, и его перемещение в пространстве, не является достаточными доказательствами поставки товара должнику.

То обстоятельство, что заявитель приобрел право требования к должнику на основании договора уступки и не являлся непосредственным поставщиком товара, не освобождает его от доказывания обоснованности заявленного требования.

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы II 1.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае накапливание значительного объема задолженности в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления в преддверии процедуры банкротства, а также непринятие мер по взысканию задолженности объясняется аффилированностью ООО «Берег» и ООО «Молбер», поскольку заключение таких соглашений на аналогичных условиях обычным (независимым) участникам рынка было бы недоступно. Спорные сделки являются безденежными обязательствами, документы, подтверждающие их проведение в материалы спора не представлены, равно как и не представлены документы, подтверждающие фактическую возможность исполнить принятые на себя обязательства.

Такое поведение свидетельствует о том, что, заключая сделки, стороны не планировали действий по их реальному исполнению.

Кроме того, самим заявителем не представлены доказательства реального исполнения сделок, положенных в основу требования.

Таким образом, заявителем не опровергнуты объективные и разумные сомнения в реальности наличия задолженности, а также факт предъявления требования аффилированным с должником кредитором для включения в реестр с противоправной целью установления контроля над процедурой банкротства, уменьшения в интересах аффилированных к должнику лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, и причинения таким кредиторам ущерба.

В рамках отношений, рассматриваемых в настоящем обособленном споре, фактически аффилированными лицами, реализуется схема, позволяющая создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве.

Доводы жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2021 по делу № А56-40633/2020/тр.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Е.В. Савина


Судьи


Г.Н. Богдановская

А.Ю. Слоневская