Решение от 29 октября 2025 г. по делу № А51-9711/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9711/2025
г. Владивосток
30 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 октября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 30 октября 2025 года.

            Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Тихомировой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федоровой А.С., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сибтехнологии» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 17.02.2020)

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 15.02.2020)

о признании незаконными решений

при участии в судебном заседании:

от заявителя: не явились, извещены;

от ответчика: ФИО1, доверенность от 23.12.2024 № 02-10/0067, паспорт, диплом (онлайн);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибтехнологии» (далее – заявитель, Общество) обратилось с заявлением в Арбитражный суд Приморского края к Дальневосточной электронной таможне (далее – ответчик, таможня) о признании незаконными и отмене решения № 02-24/214 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024; решения № 02-24/213 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024.

Заявитель в судебное заседание представителя не направил, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено судом по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в его отсутствие.

Рассмотрев представленные в материалы дела документы и доказательства, признав дело подготовленным к судебному разбирательству, суд в порядке части 4 статьи 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание и перешел к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции.

В обоснование заявленных требований Общество указало, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения решений внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары (далее – ДТ), поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

С учетом изложенного заявитель не согласен с отказом в удовлетворении жалоб на решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, в связи с чем просит признать незаконными решения Дальневосточной электронной таможни № 02-24/214 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024, решения № 02-24/2013 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024.

Также заявитель просит восстановить пропущенный процессуальный срок на подачу заявления о признании незаконными решения Дальневосточной электронной таможни № 02-24/214 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024, решения № 02-24/213 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024, указав на несвоевременное получение решений по жалобам.

Таможенный орган представил отзыв на заявление, согласно которому с доводами Общества не согласен в полном объеме, считает оспариваемые решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, а также решения Дальневосточной электронной таможни № 02-24/214 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024, решения № 02-24/213 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 10.12.2024, законными и обоснованными. Таможня указала, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком ее недостоверности. Таможенный орган считает, что предоставленные Обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Следовательно, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Кроме того считает, что ходатайство Общества о восстановлении срока на подачу заявления о признании незаконными оспариваемых решений от 10.12.2024 не подлежит удовлетворению, поскольку решения таможенным органом направлены в установленном законом порядке в адрес декларанта и их неполучение не может свидетельствовать об уважительности причин пропуска срока.

Из материалов дела судом установлено, что 16.05.2024, 23.05.2024 ООО «Сибтехнологии» в Дальневосточный таможенный пост (центр электронного декларирования) Дальневосточной электронной таможни (далее - ДВТП ЦЭД, таможенный пост) поданы ДТ №№10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, в которых в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларированы товары различных наименований, в том числе «велосипеды для взрослых», поступившие из Китая на условиях FCA Маньчжурия во исполнение внешнеторгового контракта от 02.05.2024 № RUB-VR (далее - Контракт), заключенного с Маньчжурской торговой экспортно-импортной компанией с ограниченной ответственностью «Лун Шэн» (далее – Контракт).

Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

16.05.2024, 24.05.2024 таможенным постом у декларанта запрошены документы, сведения и пояснения со сроками предоставления, а также сообщены суммы обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов.

Основанием для направления запроса послужило выявление Дальневосточным таможенным постом более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза.

12.07.2024 запрошенные документы и пояснения предоставлены декларантом в адрес таможенного органа в электронном виде.

05.08.2024 по ДТ №10720010/160524/3038219 должностным лицом ДВТП ЦЭД в адрес заявителя направлен запрос документов и (или) в рамках пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

14.08.2024 декларантом представлен ответ на запрос документов и (или) сведений.

16.08.2024, 19.08.2024 должностным лицом ДВТП ЦЭД приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416 соответственно.

В результате изменения сведений в части таможенной стоимости, увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Впоследствии ООО «Сибтехнологии» обратилось в Дальневосточную электронную таможню с жалобами на решения ДВТП ЦЭД о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, по результатам рассмотрения которых таможенным органом 10.12.2024 приняты решения № 02-24/2013 и № 02-24/214 о признании обжалуемых решений ДВТП ЦЭД правомерными и отказе в удовлетворении жалоб.

Не согласившись с данными решениями таможни, декларант обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд, исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено Федеральным законом.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 АПК РФ).

На основании части 1 статьи 115 АПК РФ лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных настоящим Кодексом или иным Федеральным законом либо арбитражным судом.

Частью 1 статьи 117 АПК РФ предусмотрено, что процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.12.2013 № 1908-О, положение части 4 статьи 198 АПК РФ для исчисления закрепленного им процессуального срока исходит не из презумпции разумно предполагаемой осведомленности лица о нарушении его прав и законных интересов, а из того, что начало течения этого срока определяется в каждом конкретном случае судом на основе установления момента, когда заинтересованное лицо реально узнало о соответствующем нарушении.

Из разъяснений пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» следует, что срок обращения в суд по делам, рассматриваемым по правилам главы 22 КАС РФ, главы 24 АПК РФ, начинает исчисляться со дня, следующего за днем, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности, о привлечении к ответственности (часть 3 статьи 92 КАС РФ, часть 4 статьи 113 и часть 4 статьи 198 АПК РФ).

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления (заявления) к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании. Уважительность причин пропуска срока оценивается судом независимо от того, заявлено ли гражданином, организацией отдельное ходатайство о восстановлении срока. В случае пропуска указанного срока без уважительной причины суд отказывает в удовлетворении административного иска (заявления) без исследования иных фактических обстоятельств по делу (пункт 3 части 1, часть 5 статьи 138, часть 5 статьи 180, часть 5 статьи 219 КАС РФ, пункт 3 части 2 статьи 136 АПК РФ).

В том случае, когда гражданин, организация в установленные законодательством сроки по своему усмотрению обжаловали решение, действие (бездействие) в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу и в удовлетворении жалобы отказано или ответ на жалобу не получен в установленный срок, соответствующее решение, действие (бездействие) также могут быть оспорены в суде.

В этом случае обращение с жалобой может являться основанием для восстановления срока (части 6, 7 статьи 219 КАС РФ, часть 4 статьи 198 АПК РФ). Согласно разъяснениям пункта 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49) право на обжалование решений, действий (бездействия) таможенных органов предоставлено в равной мере лицам, как избравшим административный способ обжалования в вышестоящий таможенный орган, так и обратившимся непосредственно в суд (часть 1 статьи 286 Закона о таможенном регулировании).

Поскольку лицо, избравшее административный способ обжалования, не может быть ограничено в праве на судебную защиту, период административного обжалования решений, действий (бездействия) таможенного органа, в том числе если жалоба не была рассмотрена по существу, не включается в срок обращения в суд.

Заявляя о восстановлении пропущенного срока, Общество указало на досудебное обжалование решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, в вышестоящий таможенный орган и получение решений по жалобам за пределами процессуального срока.

Действительно, как подтверждается материалами дела, Общество до обращения в суд в октябре 2024 года обратилось в Дальневосточную электронную таможню с жалобами на указанные решения, по результатам рассмотрения которых решениями ДВЭТ от 10.12.2024 № 02-24/213 и № 02-24/214 в удовлетворении жалоб было отказано.

Решения Дальневосточной электронной таможни № 02-24/213 по ДТ № 10720010/160524/3038219 от 10.12.2024, № 02-24/214 по ДТ № 10720010/230524/3040416 от 10.12.2024 направлены Обществу посредством почтового отправления (почтовый идентификатор 80095904093018).

Согласно отчету почтового отправления 17.12.2024 произведена неудачная попытка его вручения Обществу, 28.01.2025 почтовое отправление возвращено отправителю.

Между тем, доказательств, подтверждающих соответствующую попытку вручения указанного почтового отправления заявителю, в материалы дела не представлено.

06.03.2025 Общество обратилось в таможенный орган с просьбой направить копии оспариваемых решений. 18.04.2025 оспариваемые решения получены Обществом.

При таких обстоятельствах, учитывая, что вышестоящий таможенный орган, действующий в пределах предоставленных полномочий, рассмотрел жалобы заявителя по существу и дал оценку законности и обоснованности решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после чего декларант подготовил заявление и обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями, суд приходит к выводу о том, что пропуск установленного законом срока был обусловлен объективными причинами, имеющими признаки уважительности, в связи с чем срок на подачу заявления о признании незаконными решений Дальневосточной электронной таможни № 02-24/213 по ДТ № 10720010/160524/3038219 от 10.12.2024, № 02-24/214 по ДТ № 10720010/230524/3040416 от 10.12.2024, подлежит восстановлению.

Согласно пункту 1 статьи 104 ТК ЕАЭС товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом, в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В силу подпункта 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе, ее величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Евразийского экономического союза.

Согласно пункту 1 статьи 326 ТК ЕАЭС при проведении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, либо в иных случаях применения данной формы таможенного контроля таможенный орган вправе запрашивать и получать документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в соответствии со статьей 340 данного Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 326 ТК ЕАЭС результаты проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случаях, указанных в пункте 1 данной статьи, оформляются в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Пунктом 3 статьи 326 ТК ЕАЭС установлено, что по результатам проведения проверки таможенных, иных 4 документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с данным Кодексом, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях – в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным кодексом и (или) определяемых Евразийской экономической комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Евразийской экономической комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Евразийской экономической комиссией.

Согласно подпункту б) пункта 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 г. № 42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаком недостоверного определения таможенной стоимости товаров является, в частности, выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товар при сопоставимых условиях их ввоза.

Из материалов дела следует, что проведение таможенного контроля в форме проверки таможенных, иных документов и (или) сведений после выпуска товаров обусловлено выявлением рисков заявления недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, выраженные в отсутствии надлежащего документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и сведений, относящихся к ее определению, в значительном отличии в меньшую сторону уровня заявленной таможенной стоимости товаров «велосипеды для взрослых» относительно стоимости однородных товаров на основании ценовой информации, имеющейся у таможенного органа.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Вместе с тем, совокупный анализ представленных Обществом пояснений и дополнительных документов показывает, что они фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости.

Так, в результате рассмотрения документов по ДТ №10720010/160524/3038219 установлено следующее.

пунктом 5 запроса документов и сведений от 16.05.2024 у декларанта запрошены банковские платежные документы с отметками банка по оплате счетов-фактур (инвойсов) по декларируемой партии товаров в сканированном виде, документ, позволяющий однозначно идентифицировать произведенную оплату с рассматриваемой поставкой, документ, согласующий порядок оплаты по данной поставке (с пояснением о конкретном выбранном способе оплаты).

Декларант в ответ на запрос от 16.05.2024 представил дополнительное соглашение от 15.05.2024 №002, инвойс от 15.05.2024 № RUB-VR-002, дополнительное соглашение от 06.06.2024 № б/н к Контракту, платежное поручение от 06.06.2024 № 1358.

В соответствии с пунктом 2.4 Контракта цены на товары регулируются путем оформления сторонами спецификаций и инвойсов по каждой поставляемой партии товаров.

Согласно пункту 4.2 Контракта покупатель обязуется произвести 100% оплату по каждой партии товара в соответствии с инвойсом, выставленным продавцом. Оплата по инвойсам может производиться как в полной сумме по инвойсу, так и частично авансовыми платежами. По контракту также возможна оплата за товар в течение 720 дней после завершения таможенного оформления партии товара в соответствии с инвойсом, выставленным продавцом. Оплата по инвойсам может производиться как в полной сумме по инвойсу, так и частично (пункт 4.4 Контракта).

В дополнительном соглашении от 15.05.2024 №002 к Контракту содержатся сведения о поставке товаров, задекларированных в ДТ №10720010/160524/3038219 на общую сумму 1 982 304,90 руб., которая должна быть оплачена в течение 180 дней с момента таможенного оформления. Однако данные условия оплаты не соответствуют пункту 4.4 Контракта.

Дополнительным соглашением от 06.06.2024 № б/н стороны пришли к соглашению произвести зачет авансовых платежей по Контракту следующим образом: платежи по платежным поручениям от 28.05.2024 №1337 на сумму 1 400 000 руб., от 06.06.2024 № 1358 на сумму 3 000 000 руб. частично распределяются в счет оплаты товара по инвойсу от 15.05.2024 № 002.

Суд отмечает, что в рамках спорной ДТ декларантом представлен иной инвойс - от 15.05.2024 № RUB-VR-002.

Кроме того, в платежном поручении от 06.06.2024 № 1358 на сумму 3 000 000 руб. указаны только реквизиты Контракта, в то время как данный платеж был осуществлен уже после согласования сторонами поставки товаров в соответствии с дополнительным соглашением от 15.05.2024 № 002 к Контракту и инвойсом от 15.05.2024 № RUB-VR-002, следовательно, в графе «назначение платежа» на момент формирования вышеуказанного платежного поручения могли быть отражены сведения об иных коммерческих документах, во исполнение которых производится оплата.

Соотнести платежное поручение от 06.06.2024 № 1358 с поставкой товара в рамках ДТ № 10720010/160524/3038219 по сумме также не представляется возможным.

В представленной выписке по счету № 40702810834250000058 указано «Оплата за товары народного потребления по контракту №RUB-VR от 02.05.2024 для Manzhouli Long Sheng Import And Export Trade Co .Ltd».

Представленная в материалы дела ведомость банковского контроля, в соответствии с которой ООО «Сибтехнологии» производит платежи в счет исполнения своих обязательств по контракту способами, не предусматривающими идентификацию платежей с конкретными товарными партиями, сама по себе также не свидетельствует о наличии бесспорных доказательств оплаты соответствующих поставок товаров, а носит исключительно информационный характер по вопросу исполнения Обществом своих обязательств по контракту.

Проанализировав указанные документы, суд критически относится к дополнительному соглашению от 06.06.2024 № б/н, поскольку в данном дополнительном соглашении распределяются авансовые платежи, в то время как согласно ведомости банковского контроля платеж по платежному поручению от 06.06.2024 № 1358 осуществлен с кодом 11200, что означает постоплата.

Таким образом, представленные декларантом документы не могут быть признаны в качестве надлежащего доказательства оплаты рассматриваемой товарной партии.

В дополнительном соглашении от 15.05.2024 № 002 отсутствует информация о характеристиках товаров, заявленных в графе 31 ДТ в части материала изготовления рамы и др. частей, комплектности, в то время как в ДТ № 10720010/160524/3038219 в графе 31 ДТ товар № 1 указано, что у модели велосипеда X8-26 рама железная (стальная), а в графе 31 ДТ товара №2 указано, что рама велосипеда модели ML150-24 алюминиевая, что свидетельствует о несогласованности характеристик поставляемых товаров и о возможности предоставления не всех документов, согласовывающих поставку рассматриваемых товаров.

Также имеющиеся сведения о товаре не позволяют установить конкретные качественные, технические параметры товаров, которые могут определять его коммерческую и потребительскую ценность (например, вид велосипеда: горный, городской, дорожный).

В то же время декларант в ответ на запрос от 16.05.2024 представил экспортную декларацию КНР № 060320240032498526 с переводом на русский язык, в которой заявлены сведения о товаре «велосипед горный», в то время как в ДТ №10720010/160524/3038219 в описании товаров №№ 1,2 отсутствуют сведения о том, что ввозимый товар является «велосипедом горным».

Тип велосипеда является ценообразующей характеристикой данного товара, в связи с чем, указание в коммерческих документах на тип поставляемого товара имеет существенное значение для определения его цены, в том числе, для целей контроля таможенной стоимости товара.

Вместе с тем, в представленном дополнительном соглашении от 15 мая 2024 № 002, инвойсе от 15.05.2024 № RUB-VR-002 отсутствует информация о материале изготовления рамы и других частей, комплектности, типе велосипеда.

Предоставленное коммерческое предложение содержит сведения инвойса и является адресным, не содержащим публичной оферты для определенных условий поставки и составлен исключительно для ООО «Сибтехнологии». При этом, не представлены прайс-лист продавца для неограниченного круга лиц и сведения о том, каким образом получены указанные пояснения (скриншоты переписки сообщений, направленных посредством электронной почты и т.д.).

Декларантом была предоставлена информация о стоимости аналогичного товара на рынке КНР, однако данная информация, содержит сведения о стоимости велосипедах иных производителей, с иными техническими характеристиками (материал рамы), чем в рассматриваемой поставке. В рассматриваемой ДТ задекларированы велосипеды для взрослых модели GET WOKE, стоимость велосипеда для взрослых модели GET WOКЕ в сети интернет, например на сайте ozon.ru coставляет около 29900 руб. за шт. (в рассматриваемой ДТ стоимость велосипеда GET WOKE составляет 3619-4826 руб. без учета таможенных пошлин, налогов, сборов). Калькуляция цены реализации товара не предоставлена, что не позволяет подтвердить учтены/включены ли расходы на транспортировку, общехозяйственные расходы, хранение в цену товара. Таким образом, таможенный орган не может удостовериться в том, что цена реализации без учета НДС выше цены покупки, что говорит об экономической целесообразности экономической деятельности.

Доводы заявителя о том, что представленные в подтверждение заявленной таможенной стоимости документы по ДТ № 10720010/230524/3040416, являются достоверными и достаточными, подлежат отклонению.

Пунктом 5 запроса документов и сведений от 24.05.2024 у декларанта запрошены банковские платежные документы с отметками банка по оплате счетов-фактур (инвойсов) по декларируемой партии товаров в сканированном виде, документ, позволяющий однозначно идентифицировать произведенную оплату с рассматриваемой поставкой, документ, согласующий порядок оплаты по данной поставке (с пояснением о конкретном выбранном способе оплаты).

Декларант в ответ на запрос от 24.05.2024 представил дополнительное соглашение от 11.06.2024 № б/н, инвойс от 22.05.2024 № RUB-VR-004, дополнительное соглашение от 22.05.2024 № 004 к Контракту, платежное поручение от 11.06.2024 № 1365.

В соответствии с пунктом 2.4 Контракта цены на товары регулируются путем оформления сторонами спецификаций и инвойсов по каждой поставляемой партии товаров.

Согласно пункту 4.2 Контракта покупатель обязуется произвести 100% оплату по каждой партии товара в соответствии с инвойсом, выставленным продавцом. Оплата по инвойсам может производиться как в полной сумме по инвойсу, так и частично авансовыми платежами. По контракту также возможна оплата за товар в течение 720 дней после завершения таможенного оформления партии товара в соответствии с инвойсом, выставленным продавцом. Оплата по инвойсам может производиться как в полной сумме по инвойсу, так и частично (пункт 4.4 Контракта).

В дополнительном соглашении от 22.05.2024 № 004 к Контракту содержатся сведения о поставке товаров, задекларированных в ДТ № 10720010/230524/3040416 на общую сумму 2 332 291,5 руб., которая должна быть оплачена в течение 180 дней с момента таможенного оформления. Однако данные условия оплаты не соответствуют пункту 4.4 Контракта.

Дополнительным соглашением от 11.06.2024 № б/н стороны пришли к соглашению произвести зачет авансовых платежей по Контракту следующим образом: в том числе платежи по платежному поручению от 11.06.2024 № 1365 – 1 501 268,40 руб. в счет оплаты по инвойсу № 003 и 498 731,60 руб. по инвойсу №004. Следует отметить, что в рамках спорной ДТ декларантом представлен иной инвойс - от 22.05.2024 № RUB-VR-004.

Кроме того, в платежном поручении от 11.06.2024 № 1365 на сумму 2 000 000 руб. указаны только реквизиты Контракта, в то время как данный платеж был осуществлен одновременно с согласованием сторонами поставки товаров в соответствии с дополнительным соглашением от 11.06.2024 № 004 к Контракту и инвойсом от 22.05.2024 № RUB-VR-004, следовательно, в графе «назначение платежа» на момент формирования вышеуказанного платежного поручения должны быть отражены сведения об иных коммерческих документах, во исполнение которых производится оплата.

Следует отметить, что соотнести платежное поручение от 11.06.2024 № 1365 с поставкой товара в рамках ДТ №10720010/230524/3040416 по сумме также не представляется возможным.

В соответствии со сведениями представленной ведомости банковского контроля платеж по платежному поручению от 11.06.2024 № 1365 осуществлен с кодом 11200, что не корреспондируется со сведениями дополнительного соглашения 11.06.2024 № б/н о распределении авансовых платежей (данный платеж таковым не является).

При проверке документов, представленных в рамках запроса, выявлено, что инвойс № RUB-VR-004 от 22.05.2024, спецификация № RUB-VR-004 от 22.05.2024 не имеют подписи ни продавца, ни покупателя. Помимо указанного в инвойсе отсутствуют сведения об изготовителе товаров.

Таможенным постом у декларанта была запрошена экспортная декларация и ее заверенный перевод (пункт 7 запроса документов и сведений от 24.05.2024).

Во исполнение данного пункта запроса декларантом в таможенный орган представлена копия экспортной таможенной декларации КНР №060320240032501603 с переводом на русский язык.

В соответствии с Порядком заполнения импортно-экспортной декларации ГТУ КНР, утвержденным уведомлением ГТУ КНР от 22 января 2019 г. №18 (далее - Порядок №18) в графе XI «Номер коносамента» (номер транспортной накладной) должны содержаться сведения о номере коносамента или накладной для импортируемых/экспортируемых товаров. Однако в данной графе экспортной таможенной декларации страны отправления указан номер 0013186, что, действительно, не соответствует реквизитам представленной международной товарно-транспортной накладной - № 0978579.

Кроме того, в ходе анализа представленной экспортной декларации действительно установлено несоответствие в описании товара.

Так, например, согласно графы 31 рассматриваемой ДТ №10720010/230524/3040416 заявлен товар «велосипед двухколесный для взрослых рама железная (сталь), производитель: Wuqing District Of Tianjin Smooth Bike Factory, товарный знак: GET WOKE, марка: POWER-20, артикул: отсутствует, модель: POWER-20, количество: 30 шт», тогда как в ЭД отражены сведения о товаре «Велосипед горный, 20 дюймов, марки GET WOKE POWER-20» без указания на производителя, материал изготовления, возрастной категории.

Необходимо отметить, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров.

Выявленные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о невозможности принятия представленной экспортной декларации в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимости ввозимых товаров.

В отношении представленных ООО «Сибтехнологии» экспортных деклараций судом установлено, что выявленное на этапе таможенного контроля отклонение заявленной таможенной стоимости не было объяснено декларантом с учетом установленных несоответствий в экспортной декларации страны отправления товара, полученной по международному запросу ДВЭТ от 16.06.2022 № 25-13-09/0603, в рамках проверки сведений об аналогичных товарах, приобретенных на основании контракта от 19.01.2021 № STLS, заявленных ДТ № 10720010/290321/0020183.

Так, по аналогичной поставке товаров, задекларированных ООО «Сибтехнологии» по ДТ № 10720010/290321/0020183, ДВЭТ направлен международный запрос от 16.06.2022 № 25-13-09/0603 для подтверждения сведений, содержащихся в экспортной декларации КНР № 060320210032156253, копию которой ранее ООО «Сибтехнологии» представило в рамках проверки ДТ №10720010/290321/0020183, о стоимости товаров, номере внешнеторгового контракта от 19.01.2021 № STLS, в рамках которого осуществлена поставка товаров, наименовании транспортного средства, на который получен ответ от представителей китайской таможенной службы.

По результатам ответа выявлены несоответствия между данными китайской стороны и копией экспортной декларации КНР, представленной российским участником ВЭД - занижение стоимости товара в 4 раза. При этом, наименование товара, модель и характеристики являются аналогичными.

В рамках дела № А51-7422/2024 по заявлению ООО «Сибтехнологии» о признании незаконным решения о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10720010/290321/0020183, судом апелляционной инстанции подтверждена действительность экспортной декларации № 060320210032156253.

В соответствии с пунктом 3 статьи 108 ТК ЕАЭС документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации.

Согласно пункту 8 статьи 111 ТК ЕАЭС с момента регистрации таможенная декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Следовательно, таможенное декларирование – это заявление декларантом таможенному органу сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров. Регистрация декларации на товары осуществляется путем присвоения ей таможенным органом регистрационного номера. Именно с этого момента декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Как следует из совокупного анализа приведенных выше норм ТК ЕАЭС и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации основная задача таможенного контроля - это проверка заявленных декларантом сведений в ДТ с соблюдением установленных таможенных правил путем сопоставительного анализа всех имеющихся данных между собой, в том числе с точки зрения их достоверности (для исключения каких-либо сомнений).

Выполняя данную задачу, таможенный орган пользуется предоставленными ТК ЕАЭС правами (запросы документов и сведений), а также соблюдает установленную обязанность (уведомительного порядка, предоставление декларанту права устранить сомнения таможенного органа и доказать несостоятельность признаков нарушений таможенного законодательства).

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49 следует, что отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49 основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившей таможенному органу в ходе контрольного мероприятия удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров.

При этом, суд учитывает, что по смыслу положений статей 106, 108, 326 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов, обосновывающих заявленную таможенную стоимость, лежит на декларанте.

Непредставление декларантом документов, обосновывающих заявленную им таможенную стоимость, при отсутствии объективных препятствий к их представлению следует рассматривать как невыполнение условия о ее документальном подтверждении и достоверности, влекущее исключение использования основного метода определения таможенной стоимости товара (абзац 4 пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Таким образом, именно на декларанте лежит обязанность подтвердить действительную таможенную стоимость товара. От лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, подпунктов 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, суд соглашается с выводами таможенного органа о том, что декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров по спорным ДТ не соблюдены требования пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Указанное обстоятельство в силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС является основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ.

Оценивая доводы заявителя в отношении использованных источников ценовой информации, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС установлено, что в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 названного кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Как следует из оспариваемых решений таможни, таможенная стоимость задекларированного в спорных ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС, на основании соответствующего источника ценовой информации. В качестве источника ценовой информации для расчета вновь определенной таможенной стоимости использованы сведения о товарах, задекларированных в ДТ №№ 10720010/070424/3027113, 10720010/230524/3040697, 10013160/030524/3149511.

Сравнительный анализ товара, заявленного в спорной ДТ, с источником ценовой информации, не выявил существенных различий в наименовании сравниваемых товаров. Товары относятся к одному классу или виду, выполняют те же функции, что и оцениваемые, вывезены из одной и той же страны (Китай), следовательно, соответствуют критериям проверочной величины.

Таким образом, при определении таможенной стоимости спорных товаров по методу стоимости сделки с однородными товарами, действия таможенного органа по выбору источника ценовой информации, исходя из коммерческих и качественных характеристик товара, не противоречат действующему таможенному законодательству.

Не согласившись с решениями ДВТП ЦЭД о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416 ООО «Сибтехнологии» обратилось в Дальневосточную электронную таможню с жалобами на указанные решения, по результатам рассмотрения которых таможенным органом 10.12.2024 приняты решения № 02-24/2013 и № 02-24/214 о признании обжалуемых решений ДВТП ЦЭД правомерными и отказе в удовлетворении жалоб.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что решения ДВТП ЦЭД от 16.08.2024, 19.08.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/160524/3038219, 10720010/230524/3040416, и, как следствие решения ДВЭТ от 10.12.2024 №№ 02-24/213, 02-24/214, не могут быть признаны незаконными, поскольку не противоречат положениям действующего законодательства и не нарушают права и законные интересы ООО «Сибтехнологии», в связи с чем заявленные Обществом требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Ввиду изложенного, суд отказывает в удовлетворении заявленных требований и по правилам статьи 110 АПК РФ относит на заявителя расходы по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.


Судья                                                                                         Тихомирова Н.А.