Постановление от 25 марта 2025 г. по делу № А76-20037/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8320/21

Екатеринбург

26 марта 2025 г.


  Дело № А76-20037/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Смагиной К.А., Осипова А.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мирдофатиховой З.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Порфирит» (далее – общество «Порфирит», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.09.2024 по делу № А76-20037/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в суде округа принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Аргаяшский порфиритовый карьер» (далее – общество «АПК») - ФИО2 (доверенность от 24.07.2024); посредством системы веб-конференции принял участие представитель конкурсного управляющего должником ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 12.08.2024).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Порфирит».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.11.2019 в отношении общества «Порфирит» введено наблюдение, временным управляющим должником утверждена ФИО4.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.09.2021 общество «Порфирит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО4, которая определением от 30.11.2021 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 09.02.2022 исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО1

Конкурсный управляющий 23.09.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общества «АПК» и общества с ограниченной ответственностью «Регионэкспресс» (далее – общество «Регионэкспресс») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 26 249 959 руб. 57 коп.

Определением суда от 20.12.2023 требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО7 выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.09.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024, производство по заявлению в части привлечения к субсидиарной ответственности общества «Регионэкспресс» прекращено; заявление управляющего удовлетворено частично: установлено наличие оснований для привлечения ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 19.09.2024 и постановление от 09.12.2024 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности и взыскания убытков с общества «АПК», в этой части рассмотреть спор по существу, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. Заявитель считает, что недостаточно привлечь к ответственности ФИО6 и ФИО5, возможность взыскания с которых денежных средств отсутствует, которые были «техническими» лицами, и не являлись конечными бенефициарами незаконной схемы по выводу денежных средств в обход уплаты налогов. Заявитель поясняет, что незаконный процесс по дроблению бизнеса заключался в возложении долгов (в основном перед налоговым органом - мажоритарным кредитором) на должника, при одновременном получении всей прибыли и сохранении активов обществом «АПК», и в такой бизнес-модели имеет место банкротство должника, а ранее аналогичную функцию выполняло общество с ограниченной ответственностью «Челябинский щебеночный карьер» (далее – общество «ЧЩК»), которое, накопив долги перед налоговым органом, ушло в банкротство (решение суда от 11.01.2012 по делу № А76-21415/2011), в ходе которого создано общество «Профирит» с теми же видами деятельности (добыча и переработка щебня) для возложения на него долгов, чтобы избежать ответственности перед кредиторами общества «АПК», где аккумулированы основные активы (включая лицензию на добычу ископаемых). По мнению заявителя, вывод судов об отсутствии у общества «АПК» статуса контролирующего лица сделан без учета того, что определением суда от 02.10.2023, постановлениями апелляционного суда от 14.06.2022, 13.09.2023, 09.12.2024 установлен факт аффилированности общества «АПК» с должником, его контроля за деятельностью должника, ведения ими совместной деятельности, рассмотрена схема дробления бизнеса с целью возложения всей долговой нагрузки перед кредиторами на должника, который вел основную производственную деятельность, имея минимальное собственное имущество, и эта деятельность была для него убыточной, а для общества «АПК» - прибыльной, установлены обстоятельства совершения мнимых сделок между обществами «АПК» и «Профирит» с целью создания мнимого долга в пользу общества «АПК», но в ущерб должнику, что в совокупности говорит о полном контроле общества «АПК» за должником, свободном доступе к документам должника, и о том, что общество «АПК» являлось контролирующим должника лицом, но суды эти преюдициальные обстоятельства не учли и применительно к данному спору не оценили. Как указывает заявитель, установив ведение обществами «АПК» и «Профирит» совместной деятельности, где первое имело основные активы для организации добычи и переработки строительного камня, а второе непосредственно вело всю деятельность по его добыче и переработке, имея трудовые ресурсы и дробильно-сортировочный комплекс в лизинге, взаимодействуя с внешними контрагентами, не оспорив дробление таким образом бизнеса с целью создания центров прибыли и убытков, суды не дали оценку законности этой схемы с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации в Обзоре судебной практики за 4 квартал 2020 года. Заявитель поясняет, что, систематически получавшее в такой схеме прибыль при отсутствии долгов перед внешними кредиторами, общество «АПК» имело на праве собственности большинство активов, что позволяло избежать обращения взыскания на это имущество, а должник (ранее - общество «ЧЩК») накапливал долги перед внешними кредиторами, в том числе перед налоговым органом, и такой долг не был никак защищен имуществом должника, несшего всю долговую нагрузку без имущества, а прибыль общества «АПК» получалась исключительно за счет убыточной деятельности должника. Заявитель указывает, что штат общества «АПК» в ходе совместной деятельности с должником составляли три сотрудника (директор, бухгалтер, инженер) и у него не было персонала для самостоятельной деятельности и получения прибыли без участия должника, который, имея более 150 сотрудников, формировал выручку и прибыль общества «АПК», что подтверждается книгами продаж ответчика, где единственный покупатель - должник. В части ссылок апелляционного суда на то, что у обоих компаний был значимый доход в виде выручки от текущей деятельности, заявитель указывает, что ранее в данном деле судом установлено, что, несмотря на выручку, деятельность должника была убыточной, должник генерировал убытки и не имел доходов, за счет которых возможно погасить кредиторские долги. По мнению заявителя, правомерно было бы внесение в обеспечение уставной деятельности должника имущества, задействованного в производственном процессе, фактически должник изначально рассматривался как центр убытков, поэтому не было необходимости передать ему в собственность имущество, но суды это не учли и защитили недобросовестную схему по уходу от уплаты кредиторской задолженности и налоговых платежей. Заявитель полагает, что суды не учли, что все сотрудники, трудоустроенные до банкротства в обществе «Профирит» (более 150 человек), в том числе директор ФИО9, перешли в общество «АПК», а также состоялся перевод всех контрагентов (поставщиков и покупателей) должника в общество «АПК», что подтверждается книгами покупок и продаж общества «АПК» за 2019-2020 годы, и, кроме того, общество «АПК» фактически незаконно эксплуатировало оборудование (дробильно-сортировочный комплекс), принадлежащее обществу «Профирит» на праве финансовой аренды, для собственной деятельности, что подтверждено актами осмотра от 05.11.2019, поэтому управляющий представил достаточные доказательства в подтверждение перевода бизнеса, которые не были предметом рассмотрения и оценки судов. Заявитель возражает против вывода судов о том, что общество «АПК» не препятствовало ему в допуске на свою территорию, так как управляющему потребовалось 9 месяцев, чтобы попасть на территорию общества «АПК», в отсутствие допуска на которую управляющий объективно не мог вести мероприятия по обеспечению сохранности имущества (дробильно-сортировочного комплекса), которое при выезде управляющего 21.09.2022 не обнаружено, ответ на запрос о его местонахождении общество «АПК» управляющему не предоставило, а, согласно представленным управляющим сведениям, данное оборудование эксплуатирует общество «АПК», и доказательства иного отсутствуют, доводы об утрате оборудования голословны, пояснения о доступе на территорию и о физической возможности перемещения оборудования через/вне пропускных пунктов - противоречивы, но приняты судами в отсутствие доказательств.

Общество «АПК» в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать, оставить судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы только в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности общества «АПК».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Порфирит», в отношении которого определением от 13.11.2019 введено наблюдение, а решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.09.2021 должник признан банкротом с открытием в отношении него конкурсного производства.

Как следует из отчета управляющего от 26.04.2024, в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 223 922 474 руб. 99 коп., из которых 173 175 843 руб. – субординированы; за счет реализации возвращенного в конкурсную массу имущества поступили денежные средства в сумме 690 808 руб., всего должнику поступило - 9 693 100 руб., непогашенный объем текущих обязательств должника составляет 9 680 918 руб.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и то, что конкурсная масса должника недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, полагая, что такая недостаточность обусловлена неправомерными и недобросовестными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно представленной уполномоченным органом информации, руководителями должника, последовательно сменявшими друг друга, являлись: ФИО6 - в период с 21.12.2012 по 11.09.2017, ФИО5 - в период с 12.09.2017 по 20.10.2020, ФИО7 - в период с 10.10.2020 по 03.06.2021 и ФИО8 - в период с 03.06.2021 по 30.09.2021.

Статус общества «АПК» как контролирующего должника лица управляющий определяет применительно к подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и абзацу 3 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума №53), полагая, что это общество - контролирующий выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от данной деятельности лицами, объединенными общим интересом, в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

Управляющий предъявил и требование к обществу «Регионэкспресс», которое с 29.06.2023 прекратило деятельность в качестве юридического лица, в связи с его исключением из Единого государственного реестра юридических лиц, ввиду чего производство по заявлению в части привлечения к субсидиарной ответственности общества «Регионэкспресс» прекращено.

Удовлетворяя требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия оснований для привлечения ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и отсутствия оснований для удовлетворения требований в остальной части.

Судебные акты обжалуются только в части отказа в удовлетворении требований к обществу «АПК», в остальной части судебные акты не обжалуются и судом округа не пересматриваются.

Как следует из материалов дела, в обоснование требований управляющий ссылался на организацию аффилированными лицами обществом «АПК» и должником модели бизнеса путем аккумулирования активов в обществе «АПК», которое получало прибыль, не ведя самостоятельно производственную деятельность, имея в штате лишь 3 работников, и создания центра убытков на должнике, что привело к банкротству последнего, а также на перевод хозяйственной деятельности с должника полностью на общество «АПК», что позволило последнему получать прибыль без компенсации потерь должнику и привело к полной невозможности расчета с кредиторами должника.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из того, что аффилированные лица общество «АПК» и должник осуществляли с 2012 по 2019 годы деятельность в рамках единого производственного процесса, где общество «АПК» поставляло должнику строительный камень, который должник перерабатывал в щебень с использованием принадлежащего обществу «АПК» оборудования и недвижимого имущества, арендуемого у общества «АПК», капитальный ремонт которого осуществлял должник, а также общество «АПК» оказывало должнику услуги по медицинскому осмотру работников, данная деятельность имела взаимосвязанный и взаимозависимый характер, направлена на достижение единого экономического результата, который долгое время позволял обществу «АПК» и должнику извлекать прибыль, должник и общество «АПК» имели значимый доход в виде выручки.

Суд первой инстанции отклонил доводы управляющего о получении обществом «АПК» прибыли без фактического ведения хозяйственной деятельности, поскольку общество «АПК» получало прибыль путем добычи горной массы, передачи имущества в аренду, оказания иных услуг, связанных с его деятельностью, а апелляционный суд указал на отсутствие доказательств вовлеченности общества «АПК» в процесс управления должником, совершения сделок, изменивших экономическую (юридическую) судьбу должника и их заключения под влиянием общества «АПК».

Суды также исходили из того, что с октября 2019 года общество «АПК» стало самостоятельно эксплуатировать свое оборудование и недвижимость, продолжая единолично вести деятельность, которую ранее совместно вели общество «АПК» и должник, так как последний утратил возможность ведения хозяйственной деятельности в связи с требованиями налогового органа, и этот переход бизнеса являлся следствием, а не причиной банкротства должника, который фактически прекратил деятельность, создание неблагоприятных последствий для должника в результате трудоустройства его сотрудников в обществе «АПК» не доказано, факт массового перевода работников не установлен, сотрудники приняты на работу в общество «АПК»  после их ухода от должника, активы должника не выбыли из его собственности безвозмездно, отсутствуют признаки передачи обществу «АПК» бизнеса должника и прекращения деятельности должника, получения им прибыли, а приведенные управляющим обстоятельства не свидетельствуют о переводе бизнеса на подконтрольное должнику лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами, в связи с чем суды не усмотрели причинно-следственной связи между деятельностью общества «АПК» и неплатежеспособностью должника.

Кроме того, суды отказали во взыскании убытков по причине утраты оборудования должника со ссылкой на то, что на общество «АПК» не была возложена ответственность за сохранность этого имущества, и актом осмотра от 25.09.2020 установлено, что спорная дробилка находится в нерабочем состоянии, обществом «АПК» не используется, препятствий для ее вывоза нет.

Между тем судами не учтено следующее.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; суд также определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие - не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, согласно подлежащим применению нормам материального права (части 1, 2 статьи 65, статья 71, часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53)).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если причинен существенный имущественный вред кредиторам в результате совершения этим лицом или в пользу него либо одобрения им одной или нескольких сделок должника (их совершение по его указанию), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо - это физическое (юридическое) лицо, имеющее (имевшее) не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, и после их возникновения до принятия судом заявления о банкротстве должника право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций.

Из разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума № 53, следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, добросовестности.

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота) совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, и суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между этими действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.) (пункт 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023).

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14), сам по себе осуществляемый контролирующими лицами перевод бизнеса с одного лица на другое, как правило, носит недобросовестный характер, так как зачастую сопровождается неоплатой долгов перед кредиторами первой компании с лишением их возможности получить удовлетворение в банкротных процедурах. Это происходит по той причине, что, помимо передачи имущественного комплекса, на новое лицо переводятся персонал и иные бизнес-процессы, в совокупности позволяющие генерировать доход и оплачивать долги перед кредиторами.

Компания, на которую переводится бизнес должника, фактически используется контролирующими лицами как инструмент реализации тактики уклонения от погашения долга и попытки избежать за это ответственности, в силу чего указанная компания признается соисполнителем их незаконных действий и надлежащим ответчиком в споре о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, и является выгодоприобретателем действий, которые причиняют вред кредиторам должника-банкрота, поскольку в отсутствие на то разумных оснований полностью прекратив деятельность должника и перенаправив его бизнес на новое общество, контролирующие лица лишают должника всяческой возможности получать доход, в том числе для целей погашения требований кредиторов и уполномоченных органов.

Суду надлежит устанавливать: отличались ли условия и обстоятельства передачи бизнеса от тех, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера, позволяют ли установленные обстоятельства прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса, совершения этих действий в целях перевода той имущественной базы, за счет которой должно полноценно функционировать юридическое лицо; был ли факт перевода бизнеса должника на общество-клон, являлись ли совершенные в пользу созданного ими общества сделки существенными в масштабах деятельности должника, привели они или нет к наступлению признаков объективного банкротства должника либо требования в данной части подлежат переквалификации на убытки.

Последствия действий по созданию компании клона в целях перевода бизнеса отличаются от последствий в ситуации, когда компания-должник бросается/переводится на номинальное лицо и хозяйственная деятельность прекращается; в первом случае к ответственности привлекается компания клон, во втором - контролирующее должника лицо за непринятие мер по выводу общества из сложившейся финансовой ситуации (за оставление компании).

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда обязательны для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории России (часть 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Разрешая спор, суд первой инстанции отклонил доводы управляющего о получении обществом «АПК» прибыли без фактического ведения хозяйственной деятельности, со ссылкой на то, что общество «АПК» получало прибыль путем добычи горной массы, передачи имущества в аренду, оказания иных услуг, связанных с его деятельностью, а апелляционный суд указал на недоказанность вовлеченности общества «АПК» в процесс управления должником, совершения сделок, изменивших экономическую (юридическую) судьбу должника и их заключения под влиянием общества «АПК», при этом суды также установили, что аффилированные между собой общество «АПК» и должник с 2012 года вели взаимосвязанную и взаимозависимую хозяйственную деятельность в рамках единого производственного процесса, направленного на достижение единого экономического результата, что долгое время позволяло обществу «АПК» и должнику извлекать прибыль и иметь значимый доход в виде выручки от текущей производственно-хозяйственной деятельности.

Между тем, названные выводы судов не мотивированы и не обоснованы соответствующими доказательствами с учетом всех материалов дела.

В то же время, как следует из материалов дела и установлено постановлением апелляционного суда от 13.09.2023 по делу № А76-21460/2022, с 2016 года общество «Порфирит» демонстрировало снижение выручки, по итогам 2017 года показало убыток 51 275 тыс. руб. и по результатам 2018 года имел место отрицательный финансовый результат деятельности должника, на дату заключения договора поставки от 01.04.2019 общество «Порфирит» имело долг перед обществом «АПК» в размере более 40 млн. руб., возникший до момента заключения упомянутого договора, а постановлением апелляционного суда от 14.06.2022 по делу № А76-20037/2019 установлено, что ввиду избранной модели бизнеса на должника возложена основная долговая нагрузка (убыток за 2017 год- 51275 тыс. руб., за 2018 год - 33861 тыс. руб., за 2019 год - 23736 тыс. руб.), тогда как иные участники извлекали прибыль (кредитор 2017-2018 годы – 17 тыс. руб. и 25 тыс. руб. соответственно, 2019 год – убыток всего 69 тыс. руб.; общество «АПК» за те же периоды + 670 тыс. руб., - 3067 тыс. руб., + 5040 тыс. руб.), из чего следует, что деятельность должника в течение значительного периода была убыточной, несмотря на наличие выручки от реализации продукции, а сведений о наличии у должника прибыли от ведения им производственной деятельности в деле не имеется.

Кроме того, решением суда от 23.09.2021 о признании должника банкротом на основании анализа финансового состояния имущества и имущественных прав должника сделан вывод, что должник в период с 01.01.2017 по 01.01.2020 не имел оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств, баланс должника имел неудовлетворительную структуру, должник являлся неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения в полном объеме денежных обязательств должника перед кредиторами, а значение коэффициента восстановления платежеспособности 0.768 указывает на отсутствие в ближайшее время реальной возможности восстановить платежеспособность должника.

При таких обстоятельствах вывод судов о том, что должник долгое время извлекал прибыль и имел значимый доход в виде выручки от совместной текущей производственно-хозяйственной деятельности не подтвержден соответствующими доказательствами, противоречит материалам дела и обстоятельствам, установленным вступившими в силу судебными актами. 

Отклоняя доводы управляющего о получении обществом «АПК» прибыли без фактического ведения хозяйственной деятельности, со ссылкой на то, что общество «АПК» получало прибыль путем добычи горной массы, передачи имущества в аренду и оказания иных услуг, связанных с его деятельностью, суды не мотивировали данный вывод с учетом минимального количества сотрудников у общества «АПК» в спорный период (3 - 8), и без обоснования своей позиции о том, как именно сотрудники в таком количестве могли выполнять соответствующую работу, а также не исследовали и не оценили доводы управляющего о том, что фактически названную деятельность вели работники должника, а, делая вывод, что должник перерабатывал строительный камень в щебень с использованием принадлежащего обществу «АПК» оборудования и недвижимого имущества, арендуемого у общества «АПК», капитальный ремонт которого осуществлял должник, суды не дали оценку данным обстоятельствам с учетом убыточности и прибыльности данной деятельности для должника и общества «АПК», а также ее изначальной экономической целесообразности для должника, с учетом всех его расходов по плате аренды и содержания оборудования, выплаты заработной платы и необходимых налогов (обязательных платежей) и т.п., и отсутствия соответствующих расходов у общества «АПК», которое, в то же время,  получало доходы от вышеназванной деятельности.

Таким образом, суды фактически не устанавливали, не исследовали и не оценили вышеназванные обстоятельства, с учетом всех материалов дела, не проанализировали соотношение данных соответствующей бухгалтерской и налоговой отчетности должника и общества «АПК» за спорные периоды, в том числе в части прибыли и убытков, а также необходимые первичные документы по деятельности общества «АПК» и должника.

Из изложенного следует, что вышепоименованные выводы судов не основаны на соответствующих доказательствах, сделаны преждевременно без исследования  оценки всех существенных для настоящего спора обстоятельств, при этом суды применительно к материалам и обстоятельствам настоящего дела фактически не установили причину объективного банкротства должника, соответствующие обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не установили, не исследовали, не оценили и фактически не рассмотрели по существу требования управляющего в данной части. 

Помимо изложенного, суды не учли, что постановлением апелляционного суда от 14.06.2022 по делу № А76-20037/2019 установлено, что с 2010 года общества «Порфирит», «АПК» и «РегионЭкспресс» вели совместную деятельность, в процессе которой общество «АПК», обладая лицензией на добычу полезных ископаемых и имея в собственности имущество на единой производственной площадке (г. Озёрск, <...>) с помощью привлеченных лиц осуществляло добычу горной массы, а общество «Порфирит» посредством арендованного имущества, производственных мощностей и трудовых резервов (в 2017 году в обществе «Порфирит» трудоустроено 322 человека, в 2018 – 261 человек) осуществляло переработку камня и его реализацию в виде щебня, а штат сотрудников в обществе «АПК» был минимальный, все сотрудники, участвовавшие в производственном процессе и реализации щебня, были трудоустроены в обществе «Порфирит», деятельность обществ «АПК» и «Порфирит» осуществлялась в рамках одного бизнес-процесса под руководством одних и тех же лиц, между обществами имелись тесные хозяйственные связи, оформлялось поручительство друг за друга в банках и по требованию перед некоторыми контрагентами.

Также определениями суда от 24.08.2021 и от 02.10.2023 по настоящему делу установлено, что взаимосвязь общества «Порфирит» и общества «АПК» определена единством производственного процесса хозяйствующих субъектов с момента образования общества «Порфирит», в котором общество «АПК» обладает лицензией на добычу полезных ископаемых, имеет в собственности имущество на единой производственной площадке и с помощью привлеченных лиц осуществляет добычу горной массы, а должник посредством арендованного у общества «АПК» производственного комплекса и специализированной техники, производственных мощностей и трудовых резервов (в 2017 году в обществе «Порфирит» трудоустроено 322 человека, в 2018 – 261 человек) осуществляет переработку строительного камня и его реализацию в виде щебня, так, с 2012 года до июня 2019 года общество «АПК» поставляет обществу «Порфирит» строительный камень для целей его дальнейшей переработки в щебень, а после переработки уже готовый продукт в виде щебня различных фракций реализовывался обществу «АПК», и при этом должник, эксплуатируя производственный комплекс по дроблению природного камня, обязался выполнять работы по капитальному ремонту объектов производственного назначения, производственная деятельность должника осуществлялась за счет его трудовых ресурсов, а услуги по медицинскому осмотру оказывало общество «АПК», имеющее соответствующую лицензию.

Из вышеизложенных установленных преюдициальными судебными актами обстоятельств следует, что фактически всю производственную деятельность по добыче и переработке камня осуществляли работники должника с использованием движимого и недвижимого имущества, которое должник арендовал у общества «АПК», в то время как общество «АПК» имело в штате минимум работников (3-8), и при таких обстоятельствах конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований ссылается на то, что в данной схеме взаимоотношений именно должник, а не общество «АПК», выполнял всю производственную деятельность и нес при этом соответствующие расходы, в то время как общество «АПК» сдавало в аренду должнику имущество, оказывало ему медицинские услуги и участвовало в обороте производимой должником продукции в отсутствие у него расходов, связанных с производственной деятельностью, что, по мнению конкурсного управляющего, в числе прочего, свидетельствует о том, что должник во взаимосвязанной деятельности с обществом «АПК» являлся центром убытков, а общество «АПК» - центром прибыли, поскольку общество «АПК» получало прибыль в отсутствие задолженности перед внешними кредиторами, а должник накапливал долги перед независимыми кредиторами, включая налоговый орган (66% реестра требований кредиторов), при том, что большая часть производственных активов принадлежала обществу «АПК», и фактически должник формировал прибыль общества «АПК».

Между тем суды вышеназванные обстоятельства также не проанализировали и не оценили.

При этом, исходя из изложенного, вывод апелляционного суда об отсутствии доказательств вовлеченности общества «АПК» в процесс управления должником, совершения сделок, изменивших экономическую (юридическую) судьбу должника и их заключения под влиянием общества «АПК», также не мотивирован, сделан без учета всех материалов дела, и без учета презумпции, согласно которой, предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

Помимо изложенного, делая вывод, что общество «АПК» с 2019 года самостоятельно ведет всю деятельность, которую ранее осуществлял должник, так как последний утратил возможность ведения хозяйственной деятельности в связи с требованиями налогового органа, этот переход бизнеса являлся следствием, а не причиной банкротства должника, приведенные управляющим обстоятельства не свидетельствуют о переводе бизнеса на подконтрольное должнику лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами,  который фактически прекратил деятельность, суды ограничились формальной констатацией хронологии и документального оформления соответствующего процесса, и фактически спор в данной части по существу не рассмотрели, суды не дали никакой оценки доводам конкурсного управляющего о том, что все сотрудники должника в период с 2019 года работают в обществе «АПК», все оборудование и недвижимое имущество, на котором осуществлял деятельность должник, является собственностью общества «АПК», общество «АПК» осуществляет именно ту деятельность, которую ранее вел должник, и, таким образом, полностью прекратив деятельность должника и перенаправив его бизнес на общество «АПК», должник фактически лишился всяческой возможности получать доход, в том числе для целей погашения требований кредиторов и уполномоченных органов, также суды не прияли во внимание все вышеизложенные обстоятельства и не проанализировали их с учетом правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации (определение от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149).

Кроме того, суды, применительно к названным обстоятельствам, не дали никакой оценки доводам управляющего о том, что аналогичную должнику функцию в используемой обществом «АПК» бизнес-модели ранее выполняло общество «ЧЩК», которое, также накопив долги перед кредиторами и налоговым органом, ушло в процедуру банкротства (решение суда от 11.01.2012 по делу № А76-21415/2011), в ходе которой создано общество «Профирит» с теми же видами деятельности (добыча и переработка щебня) для возложения уже на него кредиторской задолженности, чтобы избежать ответственности перед кредиторами общества «АПК», на котором аккумулированы основные активы, соответствующие обстоятельства суды не установили, не исследовали и не оценили.

При указанных обстоятельствах обжалуемые судебные акты нельзя признать достаточно обоснованными и мотивированными, судами неполно исследованы фактические обстоятельства дела, выводы судов относительно отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности общества «АПК» являются преждевременными и немотивированными.

Основанием для отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций является несоответствие выводов суда, содержащихся в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права, при этом нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления (части 1, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности общества «АПК» сделаны при неправильном применении судами норм материального (статья 61.11 Закона о банкротстве) и процессуального (статьи 65, 69, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) права, а также правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149), сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела и всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.09.2024 по делу № А76-20037/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по тому же делу подлежат отмене в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности общества «АПК», обособленный спор в указанной части - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, рассмотреть все обстоятельства спора в совокупности, исследовать и оценить все доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и представленные ими доказательства, разъяснить лицам, участвующим в деле, предмет и пределы доказывания по спору и предложить им, исходя из правильного распределения бремени доказывания, представить доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которые они ссылаются, оценить доводы лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, исследовать и оценить в совокупности все доказательства и обстоятельства по делу, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.09.2024 по делу № А76-20037/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по тому же делу отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности общества с ограниченной ответственностью «Аргаяшский порфиритовый карьер», обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

В остальной части определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.09.2024 по делу № А76-20037/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 по тому же делу оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова


Судьи                                                                                            К.А. Смагина


                                                                                                       А.А. Осипов