Постановление от 30 августа 2018 г. по делу № А35-6876/2016

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А35-6876/2016
г. Воронеж
30 августа 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2018

Постановление в полном объеме изготовлено 30 августа 2018


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Седуновой И.Г.,

судей Безбородова Е.А.,

Владимировой Г.В.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности б/н от 01.01.2018;

от ФИО5: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ФИО6: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ФИО7: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ФНС России в лице УФНС России по Курской области: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2018 по делу №А35-6876/2016 (судья Москвина Т.Н.),

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 к

ФИО7, ФИО6, ФИО5 о признании недействительными договоров дарения доли от 23.12.2014,

третье лицо: Отдел образования, опеки и попечительства над несовершеннолетними администрации Центрального округа г. Курска,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>),



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Курской области от 09.11.2016 ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением Арбитражного суда Курской области от 07.08.2017 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительными: договора дарения доли от 23.12.2014, заключенного между ФИО2, ФИО5 и ФИО7, договора дарения от 23.12.2014, заключенного между ФИО2, ФИО5 и ФИО6, и о применении последствий недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Курской области от 12.03.2018 в качестве соответчика привлечена ФИО5

Определением Арбитражного суда Курской области от 15.06.2018 в удовлетворении вышеуказанного заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО3 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, финансовый управляющий ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились.

Через канцелярию суда апелляционной инстанции от ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО7 поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых содержатся заявления о рассмотрении апелляционной жалобы в их отсутствие.

Кроме того, от УФНС России по Курской области поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителя финансового управляющего ФИО3, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2018 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 23.12.2014 между ФИО2, ФИО5 (Дарители) и ФИО6 (Одаряемый) был заключен договор дарения доли, согласно которому Дарители безвозмездно подарили Одаряемому принадлежащие им на праве собственности 1/2 долю незавершенного строительством дома и 1/2 долю земельного участка площадью 1043 кв.м, расположенных по адресу: <...>.

В этот же день, 23.12.2014 между ФИО2, ФИО5 (Дарители) и ФИО7 (Одаряемая) был заключен договор дарения доли, согласно которому Дарители безвозмездно подарили Одаряемой принадлежащие им на праве собственности 1/2 долю незавершенного строительством дома и 1/2 долю земельного участка площадью 1043 кв.м, расположенных по адресу: <...>.

Ссылаясь на то, что вышеназванные договоры дарения являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным п.2 ст.61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности заявителем совокупности необходимых условий для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции считает выводы арбитражного суда первой инстанции соответствующими законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В силу п.1 ст. 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона (п. 7 ст. 213.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Исходя из разъяснений, данных в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемые сделки совершены 23.12.2014, т.е. в пределах трехгодичного срока (период подозрительности) до принятия заявления о признании должника банкротом (30.08.2016).

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Между тем, финансовым управляющим ФИО3 не доказано наличие совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания указанных сделок недействительными по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Так, финансовый управляющий указывает на то, что на момент заключения договоров дарения от 23.12.2014 должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в частности, имелась задолженность в размере 171 717 руб. 49 коп. перед ФИО9, а также задолженность в размере 460 662 руб. 60 коп. перед ООО «Таюр».

В то же время, из представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что на момент заключения оспариваемых сделок должник осуществлял предпринимательскую деятельность, которая связана с риском и направлена на систематическое получение прибыли.

Согласно Выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним в период с 30.08.2013 по 27.12.2016 за должником было зарегистрировано, помимо спорного, следующее имущество: два земельных участка и две автозаправочные станции.

Кроме того, за должником было зарегистрировано транспортное средство Тойота Лэнд Крузер 120 (Прадо).

Учитывая размер имеющихся у должника обязательств на момент заключения оспариваемых сделок, стоимость принадлежащего ему имущества, а также осуществление на тот момент должником предпринимательской деятельности, суд первой инстанции правомерно признал недоказанным факт наличия у ФИО2 признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО3, суд первой инстанции также исходил из того, что оспариваемые сделки не повлекли уменьшения конкурсной массы должника, поскольку переданный по данным сделкам жилой дом являлся единственным пригодным для постоянного проживания должника.

В соответствии с п. 1 ст. 213.25 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно п. 3 ст. 213.25 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

По правилам ст. 24 Гражданского кодекса РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Положениями ч. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от 04.12.2003 № 456-О, положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Как установлено судом, ФИО6 и ФИО7 являются сыном и дочерью должника.

Из представленной в материалы дела домовой (поквартирной) книги следует, что в жилом доме, расположенном по адресу: <...>, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и несовершеннолетний ФИО10 зарегистрированы с 21.05.2011.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости для должника, ФИО6 и ФИО7 указанное жилое помещение является единственным пригодным для проживания.

В ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции должник пояснил, что до заключения сделок и после их заключения указанные лица проживали и продолжают проживать в спорном жилом доме, являющимся единственным пригодным для проживания. Договоры дарения не имели цели причинить вред имущественным правам кредиторов, а были вызваны жизненной необходимостью. Поскольку данное имущество являлось для должника единственным пригодным для проживания и на него в силу норм действующего законодательства не могло быть обращено взыскание, то указанные сделки не могли иметь цели причинения вреда кредиторам.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

Учитывая, что указанный жилой дом является единственным пригодным для постоянного проживания должника, то в силу наделения его имущественным иммунитетом он не подлежит включению в конкурсную массу и за счет этого имущества не могут быть удовлетворены требования кредиторов, в связи с чем спорные сделки по отчуждению указанного имущества не могут причинить вред имущественным правам кредиторов.

Данная правовая позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 19.11.2017 №306-ЭС17/2120(2), Определение Верховного Суда РФ от 10.08.2018 №302-ЭС18-10958).

Доказательства наличия принадлежащего должнику иного жилого помещения, пригодного для постоянного проживания, не представлены.

В материалах дела также отсутствуют доказательства мнимости, фиктивности договоров дарения (ст. 9, ст. 65 АПК РФ).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции, принимая во внимание, что спорные сделки не повлекли уменьшения конкурсной массы должника, правомерно пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе о недоказанности факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также наличия у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения сделок.

Само по себе наличие заинтересованности и безвозмездность оспариваемых сделок не свидетельствуют об их недействительности при изложенных выше обстоятельствах.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд неправильно истолковал нормы права, в связи с чем сделал неправильный вывод о том, что отсутствие в собственности должника и ответчиков иных жилых помещений является обстоятельством, влекущим отказ в удовлетворении требований финансового управляющего о признании сделок недействительными, и что вопрос о единственном жилье должника и членов его семьи и исключении его из конкурсной массы может быть разрешен в рамках дела о банкротстве ФИО2 в установленном Законом о банкротстве порядке, отклоняется судом апелляционной инстанции как несостоятельный с учетом вышеизложенного.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции в качестве основания для отмены определения арбитражного суда, поскольку выводов суда первой инстанции они не опровергают, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2018 по делу №А35-6876/2016 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя апелляционной жалобы (уплачена при подаче жалобы по чеку-ордеру от 02.07.2018).

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд,



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2018 по делу №А35-6876/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья И.Г. Седунова


Судьи Е.А. Безбородов


Г.В. Владимирова