Постановление от 10 июня 2024 г. по делу № А51-17176/2022

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-17176/2022
г. Владивосток
11 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 11 июня 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи К.П. Засорина, судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом должника И ФИО1 ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-2215/2024 на определение от 25.03.2024 судьи Д.В. Борисова

по делу № А51-17176/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению финансового управляющего имуществом должника И ФИО1 ФИО2 о признании сделки должника недействительной,

в рамках дела по заявлению ПАО «Сбербанк» о признании несостоятельным (банкротом) И ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: гор. Макаров Сахалинской обл., ИНН <***>, 690003, г. Владивосток, Приморский край, ул. Станюковича, д. 48, кв. 57, СНИЛС 137- 945-024 83),

ответчик: ООО «Инкриз», третьи лица: ФИО3, ФИО4, при участии:

финансового управляющего И ФИО1 ФИО2 (лично), паспорт,

от общества с ограниченной ответственностью «Инкриз»: представитель ФИО5, по доверенности от 14.03.2024 сроком действия 3 года, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») 06.10.2022 обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к И ФИО1 (далее – должник, И Л.С.) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 10.10.2022 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 22.11.2022 И Л.С. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.11.2022 № 220(7421).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 11.05.2023 срок реализации имущества должника продлен на шесть месяцев.

В рамках обособленного спора финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании недействительной сделки по исполнению обязательств по договору займа от 17.12.2020 № 1, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инкриз» (далее – ООО «Инкриз») задолженности по договору займа в размере 3 500 000 руб. в конкурсную массу должника, признании недействительной сделки о прощении части долга по начислению и выплате процентов по договору займа от 17.12.2020 № 1, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания суммы задолженности по процентам в конкурсную массу должника.

Определениями Арбитражного суда Приморского края от 23.05.2023, 30.08.2023 к участию в деле в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО3 (далее – ФИО3) и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 25.03.2024 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить его требования. В обоснование своей позиции, апеллянт указывает, что на момент совершения оспариваемых сделок учредителем ООО «Инкриз» являлась ФИО4 (99,922 % уставного капитала), которая является матерью должника. Отмечает, что исходя из ответа ООО «Инкриз» на претензию финансового управляющего следует, что возврат денежных средств по договору займа произведен за счет заемных средств, при этом, согласно представленным доказательствам и ответу на претензию иных денежных средств в распоряжении данного юридического лица в оспариваемый период не имелось. По мнению апеллянта, наличие имущества и иных активов у ООО «Инкриз» в данной ситуации не имеет правового значения, так как денежные средства возвращались в наличной (т.е. в наиболее ликвидной) форме, при этом обращение иного имущества в ликвидность потребовало бы значительных временных затрат.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 считает, что материалами дела не подтверждено, что денежные средства в размере 3 500 000 руб. фактически были переданы должнику, поскольку у ФИО4 отсутствовала финансовая возможность. Отмечает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что у сторон отсутствовали намерения по возврату денежных средств И Л.С., полученных по договору займа, что говорит об отсутствии направленности их воли исполнить оспариваемые сделки (возврат займа).

Также апеллянт полагает, что сделки по составлению приходного кассового ордера от 11.08.2021 № 57 и расходного кассового ордера от 11.08.2021 № 108, создавшие видимость возврата займа, являются мнимыми, направлены не на фактическое исполнение заемных обязательств, а на создание видимости соответствующих отношений в целях освобождения от долга юридического лица, фактически мажоритарным участником (99,922%) которого является мать должника.

Также апеллянт отмечает, что на момент совершения сделок должник обладал признаками неплатежеспособности. Так, на момент совершения сделки И Л.С. имел неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по договору поручительства от 30.06.2020 № 600200038ACPM-10 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Компания Деметра» и договору поручительства от 30.06.2020 № 600200037ACPM-6 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Меркурий». Отмечает, что ООО «Инкриз» знало о признаках неплатежеспособности должника, ссылается на дело № A59-5723/2021, в рамках которого ООО «Инкриз» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица по спору о взыскании задолженности по кредитным обязательствам в пользу ПАО «Сбербанк России».

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2024 апелляционная жалоба принята к производству, дело назначено к судебному разбирательству на 04.06.2024.

К судебному заседанию через канцелярию суда от ООО «Инкриз» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен к материалам дела. По тексту отзыва ООО «Инкриз» выразило несогласие с доводами апелляционной жалобы, обжалуемое определение считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании коллегией заслушаны пояснения апеллянта и представителя ООО «Инкриз».

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель ООО «Инкриз» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Обжалуемое определение считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Как следует из заявления финансового управляющего имуществом должника ФИО2, между И Л.С. и ИП ФИО3 заключено соглашение от 17.06.2021 об уступке прав требований к ООО «Инкриз», по условиям которого к должнику перешло право требования к ООО «Инкриз» по договору займа от 17.12.2020 № 1 в размере 3 500 000 руб. основного долга и процентов в размере 10% годовых, подлежащих выплате за период с 17.06.2021 до даты фактической оплаты основного долга.

Также, 18.06.2021 между И Л.С. и ООО «Инкриз» заключено соглашение о прощении части долга, по условиям которого обязательства должника в части выплаты процентов по договору прекращены.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО2, полагая, что сделка по исполнению обязательств по договору займа от 17.12.2020 № 1 и сделка о прощении части долга по начислению и выплате процентов по договору займа от 17.12.2020 № 1 являются недействительными, обратился в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением.

Апелляционный суд, повторно исследовав материалы обособленного спора, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав участников процесса, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, не находит оснований для изменения или отмены оспариваемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пунктом 7 вышеназванного Постановления установлено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 указанного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Устанавливая обстоятельства того, что сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки такой вред причинен

и другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической.

Названные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления № 63).

Относительно заинтересованности должника и ответчика друг к другу суд принимает во внимание многократно сформулированную правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации о возможной аффилированности участников гражданских отношений не только на основании юридических предпосылок (напр., взаимного участия), но и на основании сведений об их неформальной заинтересованности в деятельности друг друга.

Согласно выводам, положенным в основу определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2), аффилированные лица не заинтересованы в раскрытии своего статуса, наоборот, обычно скрывают его, составляя внешне безупречные документы, их отношения не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Учитывая объективную сложность получения оппонентами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 14.11.2022 № 307-ЭС17-10793(26-28), учитывая тот факт, что намерение причинить вред, как правило, не афишируется, требование от потерпевшего представления им прямых доказательств согласованной воли сопричинителей о совместном причинении вреда чрезмерно и неоправданно. Вывод об этих обстоятельствах может быть сделан на совокупности согласующихся между собой косвенных доказательств по принципу: «установленные обстоятельства указывают на то, что, скорее всего, событие произошло только в результате согласованных действий».

Как следует из материалов дела, 17.12.2020 между ИП ФИО3 (займодавец) и ООО «Инкриз» (заемщик) был заключен договор займа № 1, в соответствии с которым ФИО3 предоставил ООО «Инкриз» заем в размере 10 000 000 руб., в срок до 01.09.2021 под 10% годовых.

17.06.2021 между ИП ФИО3 (Цедент) и И Л.С. (Цессионарий) было заключено соглашение об уступке права требования по договору займа от 17.12.2020 № 1 и соответствующих процентов.

Согласно пункту 1 соглашения об уступке от 17.06.2021, ИП ФИО3 уступил И Л.С. право требования к ООО «Инкриз» в размере 3 500 000 руб., за уступленное право требования, Цессионарий уплачивает Цеденту денежную сумму в размере 3 500 000 руб.

18.06.2021 между И Л.С. и ООО «Инкриз» в порядке статьи 415 ГК РФ было заключено соглашение о прощении части долга, по условиям которого обязательства ООО «Инкриз» в части выплаты процентов по договору прекращены.

Финансовым управляющим имуществом должника ФИО2 в адрес ООО «Инкриз» направлено требование о возврате задолженности по договору.

На требование финансового управляющего о возврате денежных средств ООО «Инкриз» сообщило, что обязательства по договору займа исполнены 11.08.2021, в подтверждение представило приходный кассовый ордер от 11.08.2021 № 57, согласно которому ООО «Инкриз» приняло от ФИО4 денежные средства в размере 3 500 000 руб. по договору займа от 17.12.2020 № 1. Также 11.08.2021 был оформлен расходный

кассовый ордер на сумму 3 500 000 руб. в качестве основания указано возврат основано долга по договору займа от 17.12.2020 № 1 И Л.С.

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что все обязательства перед ФИО3 исполнены в полном объеме.

Так, исходя из пояснений ФИО3, представленных при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в июне 2021 года ООО «Инкриз» оформляло в ПАО «Сбербанк России» кредит в размере 180 млн. руб. и поскольку ФИО3 был заимодавцем ООО «Инкриз», Банком были выдвинуты условия о том, чтобы ФИО3 также выступил поручителем по данному договору. В связи с отказом ФИО3 от поставленного условия Банка, и согласием И Л.С. принять на себя все условия Банка, между ФИО3 и должником состоялась сделка по уступке права требования к ООО «Инкриз».

Как верно установлено судом первой инстанции, указанные обстоятельства подтверждаются имеющимся в деле трехсторонним Соглашением № 1 кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику от 30.06.2021.

Факт предоставления со стороны ПАО «Сбербанк России» в пользу ООО «Инкриз» займа в размере 174 800 000 руб. по договору № 600210017 сроком до 15.04.2031 подтверждается представленным в материалы дела Приложением № 2 к Соглашению № 1 кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику от 30.06.2021. В ходе рассмотрения обособленного спора ПАО «Сбербанк» указанные выше обстоятельства не опровергнуты.

Также исходя из представленных в материалы дела пояснений ФИО3 следует, что 03.08.2021 И Л.С. перевел ему денежные средства в размере 600 000 руб., 05.08.2021 – 600 000 руб., 06.08.2021 – 300 000 руб., что подтверждается выпиской по счету И Л.С. в ККО «Южно-Сахалинск-Океанский» «Альфа-Банк» № 40817810008460036056 за период с 08.07.2021 по 31.12.2021.

01.11.2021 И Л.С. рассчитался с ФИО3 наличными, передав ему 2 000 000 руб., о чем была составлена расписка в получении денежных средств, представленная в материалы дела.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции финансовым управляющим имуществом должника ФИО2 не опровергнуты установленные судом первой инстанции обстоятельства, заявления о фальсификации доказательств, в том числе расписки, представленной ФИО3, не заявлено, равно как и ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Кроме этого, коллегия также отмечает, что сделка по предоставлению займа со стороны ИП ФИО3 в пользу ООО «Инкриз» по договору от 17.12.2020 на сумму 10 000 000 руб. в судебном порядке не оспаривалась, финансовым управляющим имуществом должника ФИО2 под сомнение не ставилась.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что материалами дела подтверждено, что сделка по предоставлению займа со стороны ИП ФИО3 в пользу ООО «Инкриз» по договору от 17.12.2020 на сумму 10 000 000 руб. являлась действительной, а обязательства перед ФИО3 по указанному договору погашены в полном объеме.

Относительно довода апеллянта об отсутствии финансовой возможности ООО «Инкриз» для погашения долга в размере 3 500 000 руб., коллегия отмечает следующее.

В ходе рассмотрения дела № А59-1222/2022, как указано в определении Арбитражного суда Сахалинской области от 08.02.2023, ФИО4 не подтвердила свои финансовые возможности для предоставления должнику займа в размере 10 млн. руб.

Между тем, в рамках настоящего обособленного спора сумма обязательства составляет 3,5 млн. руб., а также рассматриваются отличные обстоятельства от тех, которые были установлены в деле № А59-1222/2022.

Таким образом, выводы, изложенные в определении суда от 08.02.2023 по делу № А59-1222/2022 не имеют преюдициального значения для настоящего спора.

Кроме этого, в рамках апелляционного обжалования определения Арбитражного суда Приморского края от 23.03.2023 по настоящему делу по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО2 о принятии обеспечительных мер, по обособленному спору по заявлению финансового управляющего о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, апелляционным судом в постановлении от 29.05.2023 установлено, что согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости кадастровая стоимость принадлежащих на праве собственности ООО «Инкриз» здания и земельного участка, расположенных по адресу: <...>, кадастровый номер 65:01:0601006:1676, составляет 142 241 394,40 руб. и 15 532 269,22 руб. соответственно. Указанное недвижимое имущество используется ООО «Инкриз» с целью извлечения прибыли.

Также судом установлено, что по договору займа от 17.12.2020, заключенного между ИП ФИО3 (займодавец) и ООО «Инкриз» (заемщик) было передано 10 000 000 руб.

При этом на момент заключения соглашения от 17.06.2021 об уступке права требования, размер долга составлял 3 500 000 руб., то есть остальная часть в размере 6 500 000 руб. была фактически ООО «Инкриз» погашена.

Указанные обстоятельства со стороны финансового управляющего опровергнуты не были.

Доводы апеллянта об отсутствии у ООО «Инкриз» финансовой возможности погасить свои обязательства по договору займа от 17.12.2020 в оставшейся части в размере 3 500 000 руб., коллегией отклоняются ввиду предоставления Банком в пользу ООО «Инкриз» займа в размере 174 800 000 руб.

Учитывая, что Банк, являясь профессиональным участником кредитного рынка, имея широкие возможности для оценки кредитоспособности общества, проявляя должную заботу и осмотрительность, в частности, кредитные учреждения перед предоставлением заемных денежных средств самостоятельно осуществляют проверку финансового состояния заемщика, оценивая свои возможности и предполагаемые риски, именно кредитное учреждение, выдавая кредит, заинтересовано в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика, коллегия пришла к выводу о том, что заем в вышеуказанном размере не мог быть предоставлен неплатежеспособному обществу.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что до 17.06.2021 ООО «Инкриз» успешно погашало свои обязательства перед ФИО3, но в связи с необходимостью соблюдения выдвинутых условий ПАО «Сбербанк России», оставшаяся часть долга была уступлена ФИО3 в пользу И Л.С.

Кроме этого, в подтверждение того, что ООО «Инкриз» располагало денежными средствами в размере 3 500 000 руб. и обществом осуществлен возврат займа И Л.С. в материалы дела представлены следующие документы: соглашение об уступке права от 17.06.2020, акт приема-передачи документов от 17.06.2021, уведомление от 17.06.2021, соглашение от 30.06.2021 № 1, приложения от 30.06.2021 № 1 и № 2, карточка счета 67.3 ООО «Инкриз», выкопировка из кассы за август 2021 года; приходный кассовый ордер 11.08.2021, расходный кассовый ордер от 11.08.2021; акт сверки.

В рамках рассмотрения обособленного спора заявлений в порядке статьи 161 АПК РФ о фальсификации указанных доказательств в материалы дела представлено не было.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом в силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что материалами дела подтверждена финансовая возможность ООО «Инкриз» для погашения

своих обязательств по договору займа от 17.12.2020 в оставшейся части в размере 3 500 000 руб., в связи с чем, сделка по исполнению обязательств по договору займа от 17.12.2020 № 1, является действительной.

Относительно довода апеллянта о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства, коллегия отмечает следующее.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 22.11.2022 по делу № А5117176/2022 в третью очередь реестра требований кредиторов И Л.С. включены требования ПАО «Сбербанк России» в размере 365 123 821,51 руб., в том числе: 355 745 335,39 руб. (основной долг), 6 388 215,92 руб. (проценты), 2 870 270,20 руб. (неустойка), 120 000 руб. (госпошлина). Указанные требования основаны на вступивших в законную силу решениях Южно-Сахалинского городского суда от 28.04.2022 по делу № 2-1167/2022, от 13.05.2022 № 2-838/2022.

Вместе с тем, исковое заявление по неисполнению обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по договору поручительства от 30.06.2020 № 600200037АСРМ-6 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Меркурий» было подано ПАО Сбербанк 19.10.2021.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 13.05.2022 по делу № 2838/2022 взыскана в солидарном порядке с Же Светланы Викторовны, И Л.С., Ли Ден Хо в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженность по кредитному договору от 30.06.2020 № 600200037АСРМ в сумме 83 342 315,93 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. Вступило в законную силу 30.08.2022, после апелляционного обжалования.

Исковое заявление по неисполнению обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по договору поручительства от 30.06.2020 № 600200038АСРМ-10 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Компания Деметра» было подано ПАО Сбербанк 18.10.2021.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 28.04.2022 по делу № 2-1167/2022 взыскана в солидарном порядке с Же Светланы Викторовны, И Л.С., Ли Ден Хо в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженность по кредитному договору от 30.06.2020 № 60020003 8АСРМ в сумме 281 661 506,58 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. Вступило в законную силу 04.08.2022, после апелляционного обжалования.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами, коллегия пришла к выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок (18.06.2021) И Л.С. не имел неисполненные обязательства. Апеллянтом не представлены иные сведения о наличии обязательств перед третьими лицами на дату совершения оспариваемых сделок.

Относительно доводов апеллянта о недействительности сделки о прощении части долга по начислению и выплате процентов по договору займа от 17.12.2020 № 1, коллегия отмечает следующее.

В соответствии со статьей 415 ГК РФ обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора.

Разъяснения по вопросу применения положений статьи 415 ГК РФ даны в пунктах 30 - 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», согласно которым, по смыслу пункта 1 статьи 415 ГК РФ, обязательство может быть прекращено прощением долга как полностью, так и в части, в отношении как основного, так и дополнительных требований.

По смыслу статьи 415 ГК РФ при прощении долга должны быть указаны условия, позволяющие идентифицировать обязанность, от исполнения которой освобождается должник.

Прощение долга представляет собой двустороннюю сделку с подразумеваемым, по общему правилу, согласием должника на ее совершение: обязательство считается прекращенным с момента получения должником уведомления кредитора о прощении долга, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Для прощения долга не имеют значения наступление срока или условия для исполнения обязательства. Прощение долга не свидетельствует о заключении договора дарения, если совершается кредитором в отсутствие намерения одарить должника.

Об отсутствии такого намерения могут свидетельствовать, в частности, взаимосвязь между прощением долга и получением кредитором имущественной выгоды по какому-либо обязательству (например, признанием долга, отсрочкой платежа по другому обязательству, досудебным погашением спорного долга в непрощенной части и т.п.), достижение кредитором иного экономического интереса, прямо не связанного с прощением долга, и т.п.

Как установлено материалами дела, соглашение о прощении долга в части начисления 10 % годовых за период с 17.06.2021 между И Л.С. и ООО «Инкриз» было заключено 18.06.2021, уведомление должника было выслано в этот же день.

Вопреки доводам финансового управляющего, учитывая, что указанное соглашение, как и сделка по исполнению обязательств по договору займа от 17.12.2020 № 1, обусловлены необходимостью получения займа ООО «Инкриз» в ПАО «Сбербанк России» и соблюдением соответствующих требований Банка для выдачи этого кредита, соглашение о прощении долга не было заключено в условиях неудовлетворительного финансового положения должника. Доказательства обратному в материалы дела не представлены.

Проверив наличие оснований для оспаривания сделок на основании статей 10, 168 ГК РФ, коллегия пришла к следующим выводам.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В статье 1 ГК РФ закреплено правило о том, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 17089/12, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.02.2014 № 15822/13

Следовательно, для квалификации действий сторон как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что при их совершении стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Заключение должником сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, имеющей своей явной целью уменьшение активов должника, путем отчуждения принадлежащего ему ликвидного имущества заинтересованному лицу, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ); стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

При изложенных обстоятельствах, коллегия пришла к выводу о том, что апеллянтом не представлены доказательства наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности сторон оспариваемых сделок либо об их намерении совершить эти сделки исключительно для вида, без их реального исполнения, таким образом, в их действиях не установлены факты злоупотребления правом.

Учитывая, что фактически, оспариваемые сделки совершены до возникновения у должника имущественных претензий к нему, в связи с чем, эти сделки не могли быть совершены с целью избежать обращения взыскания на имущество должника, приняв во внимание пояснения должника о том, что при заключении спорных сделок он действовал разумно и добросовестно, в отсутствие признаков неплатежеспособности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях участников сделки

намерение реализовать противоправный интерес, направленный на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителем жалобы не представлены и не приведены.

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянта и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, так как предоставлялась отсрочка.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 25.03.2024 по делу № А5117176/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с И ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (трех тысяч) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий К.П. Засорин

Судьи А.В. Ветошкевич

М.Н. Гарбуз