Постановление от 6 февраля 2018 г. по делу № А70-213/2017

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-213/2017
06 февраля 2018 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2018 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шаровой Н.А.

судей Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14723/2017) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «Роботофермы» ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 сентября 2017 года по делу № А70-213/2017 (судья Целых М.П.), вынесенное по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Агромотив» о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере 100 000 000 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «Роботофермы» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «Роботофермы» ФИО2 – представитель не явился, извещен;

от общества с ограниченной ответственностью «Агромотив» - до перерыва представитель ФИО3 по доверенности от 09.01.2018, срок действия доверенности один год; после перерыва не явился, извещено;

от ФИО4 - представитель не явился, извещен;

от Федеральной налоговой службы - представитель не явился, извещена,

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.01.2017 заявление Федеральной налоговой службы о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «Роботофермы» (далее – ООО «СХП «Роботофермы») принято, возбуждено производство по делу № А70- 213/2017.

Определением арбитражного суда от 06.03.2017 (резолютивная часть определения объявлена 27.02.2017) в отношении ООО «СХП «Роботофермы» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Информация о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликована в официальном издании «Коммерсантъ» №41 от 11.03.2017.

В Арбитражный суд Тюменской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Агромотив» (далее – кредитор, ООО «Агромотив») с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере 100 000 000 руб.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 04.07.2017 ООО «СХП «Роботофермы» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18 сентября 2017 года по делу № А70-213/2017 заявление ООО «Агромотив» удовлетворено. В третью очередь реестра требований кредиторов ООО «СХП «Роботофермы» включено требование кредитора - ООО «Агромотив» в размере 100 000 000 руб. основного долга.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «СХП «Роботофермы» просит указанное определение отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ООО «Агромотив» в полном объеме. Жалоба мотивирована следующим образом:

- на момент выдачи векселя ООО «СХП «Роботофермы» являлось неплатежеспособным. Признаки неплатежеспособности имели место уже в 2012-2013 гг., что следует из текста определения от 29.06.2017 по настоящему делу, которым в реестр требований кредиторов должника включено требование Департамента агропромышленного комплекса Тюменской области в размере 4 060 843 руб. основного долга;

- решением Арбитражного суда Тюменской области от 16.06.2013 по делу А70-5967/2013 с должника в пользу ОАО «Тюменская агропромышленная лизинговая компания» взыскано 3 610 909 руб. основного долга, 459 013,86 руб. неустойки, 43 349,61 руб. – расходы по уплате государственной пошлины. Из указанного решения следует, что по состоянию на 30.05.2013 сумма долга составляла 3 610 909 руб. за период с 11.04.2013 по 30.05.2013;

- судебными актами по делу А41-12701/2014 установлено, что у ООО «СХП «Роботофермы» имелись признаки неплатежеспособности с декабря 2012 г., когда на стороне общества сформировалась задолженность по оплате поставленного оборудования в пользу ЗАО «ДеЛаваль»;

- применительно к позиции, содержащейся в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.02.2011 № 13603/10 вопрос о наличии или отсутствии вексельного требования, в условиях неплатежеспособности векселедателя на момент выдачи векселя, разрешается в деле о банкротстве при установлении требования вексельного кредитора. Для разрешения указанной категории споров заинтересованному лицу необходимо представить доказательства, подтверждающие реальность совершенных с векселями сделок, в том числе, подтвердить факт существования обязательств, в связи с которыми были выданы векселя; предоставить доказательства, подтверждающие реальность сделки между первоначальным векселедержателем и последующим векселедержателем, в результате которой последний приобрел право требования по ценным бумагам.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Агромотив» полагает её не подлежащей удовлетворению. В частности, в отзыве отмечается, что судебные акты, на которые опирается управляющий при описании обстоятельств неплатежеспособности ООО «СХП «Роботофермы», приняты после того, как был выдан вексель, то есть после 15.10.2013.

В судебном заседании, открытом 25.01.2018, в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 30.01.2018.

30.01.2018 через систему подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от ООО «Агромотив» поступили объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ, из которых следует, что ФИО4 являлся учредителем ООО «СХП «Роботофермы» при его создании, однако в 2013 г. вышел из состава участников общества, но по договоренности с другими участниками общества и руководством ООО «СХП «Роботофермы» было принято решение, с которым согласился ФИО4, отсрочить выплату стоимости доли до реализации имущества и поступления вырученных от этого денежных средств. Через некоторое время ФИО4 утратил интерес к ООО «СХП «Роботофермы» и в счет задолженностью перед ООО «Агромотив» было принято решение уступить ему право требования к ООО «СХП «Роботофермы». При этом ФИО4 и ООО «Агромотив» не являются между собой аффилированными лицами.

В судебном заседании до и после перерыва (25.01-30.01.2018) представитель ООО «Агромотив» поддержал доводы отзыв и письменных объяснений к нему. Просит оставить обжалуемое определение без изменения.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской области от 18 сентября 2017 года по делу № А70-213/2017 проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции полагает его подлежащим отмене с принятием по результатам рассмотрения обособленного спора нового судебного акта.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 3 статьи 71 Закона о банкротстве).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

Как следует из материалов дела, требование ООО «Агромотив» основано на простом векселе № РФ003 от 15.10.2013 (л.д. 16 т. 6) (подлинник был представлен на обозрение суду первой инстанции), который по форме и наличию обязательных реквизитов отвечает требованиям, предъявляемым законодательством к ценным бумагам данного вида, а именно: положениям статьей 142 – 144 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) и статье 75 Положения о простом и переводном векселе.

Согласно указанному векселю, ООО «СХП «Роботофермы» безусловно обязалось уплатить по этому векселю денежную сумму в размере 100 000 000 руб. непосредственно ФИО4 (далее – ФИО4) или его приказу любому другому лицу. Этот вексель подлежит оплате в следующий срок: по предъявлении, но не ранее 31.12.2015. Местом платежа является г. Казань. Платеж через: ф-л Газпромбанк ОАО в г. Казань.

Проверяя доводы апелляционной жалобы и повторно рассмотрев материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Из материалов обособленного спора, в том числе, приобщенных судом копий регистрационного дела, видно, что состав участников должника на протяжении его существования изменялся.

ООО «СХП «Роботофермы» было учреждено решением единственного учредителя от 22.08.2011 ФИО5. Уставный капитал был сформирован в размере 100 000 руб., при этом 100% доли указанной номинальной стоимостью на дату учреждения принадлежало ФИО5 Директором ООО «СХП «Роботофермы» был назначен ФИО4 (л.д. 56 т. 9).

01.09.2011 в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись о государственной регистрации вновь созданного общества - ООО «СХП «Роботофермы», ОГРН <***>.

По состоянию на 10.04.2012 единственным участником ООО «СХП «Роботофермы» числился ФИО4 Так, в соответствии с решением единственного участника общества ФИО4 от 10.04.2012 увеличен уставный капитал ООО «СХП «Роботофермы» за счет внесения дополнительного вклада участником общества ФИО4 Общая стоимость дополнительного вклада определена в размере 99 900 000 руб. Согласно п. 4 решения, дополнительный вклад вносится:

- денежными средствами в сумме 40 000 000 руб.

- ценными бумагами (векселями) на общую сумму 59 900 000 руб. (7 простых векселей, выданных ОАО СХП «Юбилейное», ООО УПХ «Тетюшское», ООО СХП «Рубин», ООО «СХП им. Рахимова», ООО УК «Золотой Колос», ООО СХП «Золотой Колос Пестрецы», ООО «Гидро») (л.д. 53 т. 8).

Далее, на основании решения участника ООО «СХП «Роботофермы» от 07.08.2012 ФИО4 и протокола внеочередного общего собрания участников ООО «СХП «Роботофермы» от 07.08.2012 увеличен уставной капитал общества до 156 900 000 руб. ФИО6 принят в состав участников Общества. В связи с увеличением уставного капитала за счет вклада третьего лица, принимаемого в Общество, определены размеры долей участников в уставном капитале Общества следующим образом: ФИО4 – размер вклада 100 000 000 руб., номинальная стоимость доли 100 000 000 руб., размер доли в уставном капитале – 63, 7349%; ФИО6 - 56 900 000 руб., номинальная стоимость доли – 56 900 000 руб., размер доли в уставном капитале Общества – 36, 2651% (л.д. 65 т. 8).

В качестве вклада ФИО6 внесены нежилое здание и земельный участок, стоимость которых с учетом отчета независимого оценщика составила соответственно 55 400 000 руб. и 1 500 000 руб.

Внесение указанных объектов недвижимости в качестве вклада подтверждается актом приема-передачи от 07.08.2012 (л.д. 20 т. 8).

14.09.2012 за ГРН 2127232448430 внесена запись об уставном капитале, который составил 156 900 000 руб. (пункты 33-35 выписки из ЕГРЮЛ на 12.07.2017, л.д. 87 оборот, т. 6).

Уставный капитал в указанном размере был сформирован в связи с увеличением, что подтверждается заявлением по форме Р13001 от 06.09.2012 за подписью руководителя ООО «СХП «Роботофермы» ФИО4, удостоверенной нотариусом (л.д. 160-165 т. 7).

02.11.2012 ФИО6 подал заявление, полученное должником нарочно (в лице генерального директора ФИО4), о выходе из состава участников с выплатой действительной стоимости доли в размере 36,2651% уставного капитала ООО «СХП «Роботофермы» номинальной стоимостью 56 900 000 руб. (л.д. 156 т. 7).

08.11.2012 в регистрирующий орган было сдано заявление от 02.11.2012 по ф. Р14001 (л.д. 144-154 т. 7), на основании которого 15.11.2012 за ГРН № 2127232561652 в ЕГРЮЛ внесена запись, подтверждающая выход ФИО7 из состава участников ООО «СХП «Роботофермы» и переход к обществу доли в размере 36,2651% уставного капитала номинальной стоимостью 56 900 000 руб.

Из фактически имеющихся в материалах дела документов следует, что единственным участником ООО «СХП «Роботофермы» после выхода из состава участников гр-на ФИО7 являлся ФИО4, который 06.02.2013 принимает решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора (себя) с последующим возложением полномочий на ФИО8 (л.д. 141 т. 7). На основании заявления за подписью ФИО8 от 07.02.2013 по ф. Р14001 (л.д. 131-139 т. 7), поступившего в регистрирующий орган 25.02.2013 (расписка, л.д. 130 т. 7), в ЕГРЮЛ за ГРН № 2137232101169 от 04.03.2013 в ЕГРЮЛ были внесены изменения о единоличном исполнительном органе ООО «СХП «Роботофермы» (пункты 249-256 выписки из ЕГРЮЛ, л.д. 93 т. 6).

На основании договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «СХП «Роботофермы» от 29.05.2013 и решения участника ООО «СХП «Роботофермы» ФИО4 от 28.05.2013 доля в уставном капитале общества в размере 36,2651% уставного капитала номинальной стоимостью 56 900 000 руб. была отчуждена по номинальной стоимости ФИО9 (л.д. 125-128 т. 7).

В счет исполнения обязательств по оплате доли ФИО9 передал, а ООО «СХП «Роботофермы» в лице генерального директора ФИО8 приняло простой вексель ООО «СХП «Роботофермы» серии РОБ № 001 от 11.02.2013 сроком платежа по предъявлении номинальной стоимостью 56 900 000 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселя от 30.05.2013 (л.д. 129 т. 7).

07.11.2013 обществом в лице генерального директора ООО «СХП «Роботофермы» ФИО8 было получено заявление ФИО4 от 05.11.2013 о выходе из состава участников с выплатой в порядке, установленном уставом общества, действительной стоимости доли в уставном капитале, составляющей 63,7349% уставного капитала общества номинальной стоимостью 100 000 000 руб. (л.д. 111 т. 7).

19.11.2013 в МИФНС № 14 по Тюменской области поступило заявление от 07.11.2013 по форме Р14001 в связи с изменением сведений о составе участников должника (выход ФИО4) (л.д. 102-110 т. 7).

26.11.2013 за ГРН № 2137232529080 в ЕГРЮЛ внесена запись о государственной регистрации прекращения ФИО4 участия в ООО «СХП «Роботофермы» (пп. 269-271 выписки из ЕГРЮЛ, л.д. 93 оборот т. 6).

Как следует из материалов дела, 04.04.2012 между ООО «Агромотив» (сторона 1) в лице директора ФИО10, с одной стороны, и ФИО4 (сторона 2) был заключен договор № 1/12 купли-продажи векселей, по которому сторона 1 обязалась передать в собственность стороне 2 простые векселя ОАО СХП «Юбилейное», ООО УПХ «Тетюшское», ООО СХП «Рубин», ООО «СХП им. Рахимова», ООО УК «Золотой Колос», ООО СХП «Золотой Колос Пестрецы», ООО «Гидро», всего 7 векселей совокупной номинальной стоимостью 59 900 000 руб.

При этом сторона 2 (ФИО4) обязалась оплатить векселя путем перечисления денежных средств в размере, указанном в п. 2 настоящего договора, на расчетный счет стороне 1 в срок до 04 апреля 2022 года. Сторона 1 обязалась, в свою очередь, передать векселя стороне 2 в срок до 05.04.2012 (л.д. 73-74 т. 6).

В соответствии с актом приема-передачи векселей от 04.04.2012 к договору купли-продажи от 04.04.2012 № 1/12 поименованные в договоре векселя были переданы от ООО «Агромотив» ФИО4 (л.д. 75 т. 6).

10.04.2012 между ООО «ИнвестАгро» в лице генерального директора ФИО5 (заимодавец) и ФИО4 (заемщик) был подписан договор займа № 5/12, по условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в сумме 40 000 000 руб. путем их перечисления на банковский счет заемщика 42301810700470002690 в филиале Газпромбанк (ОАО) г. Казань, а заемщик обязуется уплатить годовые проценты на сумму займа в размере 2/3 ставки рефинансирования, установленной Центральным Банком РФ. Срок возврата суммы займа установлен сторонами не позднее 10 апреля 2022 г. (л.д. 76 т. 6).

Передача ФИО4 заемных денежных средств подтверждается платежными поручениями № 442 от 10.04.2012, № 481 от 17.04.2012, № 441 от 10.04.2012 (л.д. 91-93 т. 6).

А уже на основании платежных поручений № 11091 от 11.04.2012, № 11725 от 17.04.2012 и № 11723 от 17.04.2012 ФИО4 перечислили 40 000 000 руб. на банковский счет ООО «СХП «Роботофермы» с назначением «взнос в уставный капитал» (л.д. 77-79 т. 6).

Далее, как следует из материалов дела, 16.12.2013 между ООО «Агромотив» (цессионарий) в лице генерального директора ФИО11, с одной стороны, и ООО «ИнвестАгро» в лице генерального директора ФИО5 (цедент) был подписан договор об уступке права требования № 00000017, в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента (ООО «ИнвестАгро») к ФИО4 (должнику). По настоящему договору передается право требования к ФИО4 в сумме 40 000 000 руб. по договору займа № 5/12 от 10.04.2012 (л.д. 90 т. 6).

ООО «Агромотив» в письменных пояснениях отмечало, что требования кредитора основаны на обязательствах, вытекающих из задолженности по оплате векселя № РФ003 от 15.10.2013 на сумму 100 000 000 руб., которые были получены кредитором по договору об уступке прав требования № 6 от 16.12.2014.

Как указано в отзыве ФИО4, между ним и ООО «Агромотив» был заключен договор уступки права требования № 6 от 16.12.2014, по которому он передал ООО «Агромотив» простой вексель на сумму 100 000 000 руб. (№ РФ 003 от 15.10.2013, получен от ООО «СХП «Роботофермы»). Оплата по указанному векселю была произведена ООО «Агромотив» зачетом ранее существовавших обязательств, вытекающих из:

- договора купли-продажи векселей № 1/12 от 04.04.2012, в соответствии с которым он приобрел у ООО «Агромотив» 7 векселей на сумму 59 900 000 руб.;

- договора займа № 5/12 от 10.04.2012, заключенного между ним и ООО «ИнвестАгро». В последующем данные требования были получены ООО «Агромотив» по договору цессии;

- из договора уступки долга от 16.12.2013, по которому ООО «Агромотив» приобрело у ФИО5 права требования по договору займа № 12 от 10.03.2012.

Далее, ФИО4 в отзыве пишет, что с момента передачи векселя к ООО «Агромотив» никаких выплат от должника в счет погашения данного векселя не поступало, равно не поступали денежные средства в связи с его выходом из состава участников ООО «СХП «Роботофермы», принадлежавшая ранее ФИО4 доля никому не распределена на сегодняшний день (л.д. 56 т. 7).

Судом установлено, что 16.12.2014 между ФИО4 (цедент) и ООО «Агромотив» (цессионарий) в лице генерального директора ФИО11 был подписан договор об уступке права требования № 6, в соответствии с которым (нумерация соответствует цитируемым положениям договора):

1) цедент передает, а цессионарий принимает на себя право требования цедента к ООО «СХП «Роботофермы» (должнику). По настоящему договору передается право требования к ООО «СХП «Роботофермы» в сумме 100 000 000 руб., вытекающих из задолженности по оплате векселя РФ 003 от 15.03.2013.

3) Цена передаваемого по настоящему договору права составляет 100 000 000 руб. Указанную сумму цессионарий оплачивает цеденту в порядке, установленном пунктом 6 настоящего договора.

6) Оплату цеденту цессионарий за уступаемое по настоящему договору право требования производит в счет имеющейся задолженности цедента перед цессионарием по следующим договорам:

- по договору купли-продажи векселей № 1/12 от 04.04.2012 на сумму 59 900 000 руб.;

- по договору уступки прав требования от 16.12.2013 (ООО «ИнвестАгро» по договору займа № 5/12 от 10.04.2012) на сумму 40 000 000 руб.;

- по договору об уступке долга от 16.12.2013 (ФИО5 по договору займа № 12 от 10.03.2012) на сумму 100 000 руб. (л.д. 14 т. 6).

Спорный вексель по акту приема-передачи от 16.12.2014 был передан цедентом (ФИО4) цессионарию (ООО «Агромотив») (л.д. 15 т. 6).

Против обоснованности заявленного ООО «Агромотив» требования высказались временный управляющий ООО «СХП «Роботофермы» ФИО2 и ФНС России.

При этом временный управляющий объявил об аффилированности ООО «Агромотив» к должнику, в связи с чем высказал сомнения в добросовестности цели и мотивов заключения договора уступки, по которому ООО «Агромотив» был получен спорный вексель, отметив также, что задолженность перед ФИО4 в сумме 100 000 000 руб. по векселю в документах бухгалтерского учета ООО «СХП «Роботофермы» отсутствует (л.д. 26-27 т. 6).

Уполномоченный орган также сослался на недобросовестность ООО «Агромотив», указав, что при приобретении векселя в преддверии банкротства кредитор как векселедержатель сознательно действовал в ущерб интересам должника и его кредиторов (л.д. 108-111 т. 6).

Проверив доводы и возражения участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Изложенная в отзыве ФИО4 позиция в совокупности с пояснениями представителя ООО «Агромотив» прямо не раскрывают существо отношений, лежащих в основе выдачи ФИО4 спорного векселя номиналом 100 000 000 руб.

Задолженность ООО «СХП «Роботофермы» по выплате действительной стоимости доли выбывшему участнику - ФИО4, равно как и выдача ему спорного векселя на сумму 100 000 000 руб. могут быть рассмотрены и интерпретированы в двух основных версиях: либо вексель является результатом новации обязательства ООО «СХП «Роботофермы» по выплате действительной стоимости доли, либо вексель был выдан обществом ФИО4 по иному основанию.

Ни то, ни другое основание выдачи должником ФИО4 векселя надлежащим образом документально не подтверждены.

Ни то, ни другое основание выдачи должником ФИО4 векселя в своем отзыве ФИО4 прямо не объявляет.

Поэтому суд апелляционной инстанции счел необходимым проверить оба варианта при рассмотрении обоснованности требования ООО «Агромотив» к должнику об оплате этого векселя.

В бухгалтерской отчетности ООО «СХП «Роботофермы» за 2012-2015 гг., предоставленной уполномоченным органом, видно, что денежные потоки от финансовых операций (строка: «От выпуска облигаций, векселей и других долговых ценных бумаг») за отчетный период (31.12.2014) – 0, за аналогичный период предыдущего года (2013) – 0 (л.д. 18 т. 7).

В соответствии с Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкцией по его применению, утвержденными Приказом Минфина России от 31.10.2000 № 94н в случае перехода доли выходящего участника к обществу, доля выходящего из ООО участника отражается на счете 81 «Собственные акции (доли)».

Согласно Приказу Минфина России от 02.07.2010 № 66н «О формах бухгалтерской отчетности организаций» строка 1320 содержит информацию о стоимости акций (долей), выкупленных акционерным (или иным хозяйственным) обществом у своих акционеров (участников), учитываемая на счете 81 «Собственные акции (доли)».

В отчетности за 2015 г. на отчетную дату по строке 1320_4 отражен переход к обществу доли номиналом 100 000 000 руб.

На 31 декабря предыдущего года (то есть на 31.12.2014) этот показатель также равен 100 000 000 руб. (л.д. 23 оборот, т. 7).

В отчете об изменениях капитала за 2015 г. по строке 3224_2 («собственные акции, выкупленные у акционеров») отражен финансовый результат -100 000 000 (л.д. 33 т. 7).

Таким образом, в бухгалтерской отчетности ООО «СХП «Роботофермы» числится задолженность перед выбывшим участником (ФИО4) по выплате действительной стоимости доли.

Новация этой задолженности в вексельное обязательство в бухгалтерском учете ООО «СХП «Роботофермы» не отражена.


Соответствующий договор между ООО «СХП «Роботофермы» и выбывшим участником ФИО4, в предмет которого входит фактическая замена обязательства по выплате стоимости доли на вексельное обязательство (новация, отступное, зачет) не представлен.

Таким образом, правовых оснований считать, что спорный вексель был выдан ФИО4 в счет выплаты действительной стоимости доли не установлено.

Иные хозяйственные операции (экономическое предоставление ФИО4 должнику) как правовое основание выдачи должником ФИО4 векселя не объявлены, подтверждающие доказательства не представлены, в бухгалтерском учете должника соответствующие хозяйственные факты не отражены.

При таких обстоятельствах апелляционный суд делает вывод, что в основе выдачи векселя нет экономического предоставления ФИО4 должнику за рамками корпоративных отношений.

Если допустить, что в основе выдачи спорного векселя лежит обязательство ООО «СХП «Роботофермы» выплатить вышедшему участнику действительную стоимость доли, эквивалентной 100 млн. руб., основанное на нем требование не может быть включено в реестр требований кредиторов, с учетом нижеследующего.

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Исходя из смысла указанной нормы права, учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием, не могут являться кредиторами в деле о банкротстве, следовательно, требования учредителя (участника) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, не подлежат включению в реестр требований кредиторов должника, а удовлетворяются в ином, специально установленном порядке.

Данная норма права содержит прямые предписания об исключении из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. При этом закон не лишает этих лиц права претендовать на часть имущества общества - банкрота, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

В соответствии с абзацами 5 и 9 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении процедуры наблюдения не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая), также не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника.

Положение абзаца пятого пункта 1 статьи 63 названного Закона направлено на установление особого режима имущественных требований к должнику, не допускающего удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, что, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12.03.2001 № 4-П, позволяет обеспечивать определенность объема его имущества в течение всей процедуры банкротства, создавая необходимые условия как для принятия мер к преодолению неплатежеспособности должника, так и для возможно более полного удовлетворения требований всех кредиторов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.10.2014 № 2492-О).

Согласно позиции, изложенной Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в Постановлении Президиума от 30 ноября 2010 года № 10254/10, из смысла пункта 7 статьи 63, абзаца пятого пункта 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзаца восьмого статьи 2, абзаца пятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве следует, что требования по выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счет имущества данного общества денежных средств при прекращении отношений, связанных с владением этим участником (акционером) долями (акциями), не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники (акционеры) должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Данный порядок предопределен тем, что именно участники (акционеры) хозяйственного общества-должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом (общее собрание участников (акционеров)), ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.

Таким образом, законом предусмотрены ограничения в отношении требований участников, связанных с их участием в обществе на стадии процедуры банкротства.

Внесение ФИО4 дополнительного вклада в уставный капитал до выхода из состава участников не исключает действия указанных выше правовых подходов о несении участником последствий своего влияния на общество, в итоге попавшее в процедуры банкротства.

Как последующий после ФИО4 векселедержатель ООО «Агромотив», в данном случае, не освобождается от обоснования правовой природы и оснований первоначальной выдачи векселя.

Иными словами, апелляционный суд не рассматривает ООО «Агромотив» в качестве векселедержателя, который вправе ссылаться на вексель как на «ничем не обусловленное обязательство оплатить».

Выводы на этот счет апелляционный суд основывает на следующем.

В силу положения подпункта 2 статьи 1 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.09.1937 № 104/1341, вексель содержит простое и ничем не обусловленное предложение уплатить определенную сумму.

Согласно статьям 48, 77 Положения о переводном и простом векселе (приложение к Постановлению ЦИК и СНК СССР от 07.08.1937 № 104/1341), статье 3 Федерального закона от 11.03.1997 № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе», векселедержатель вправе требовать оплаты, а векселедатель оплатить вексельную сумму.

По правилам пункта 2 статьи 147 ГК РФ отказ от исполнения обязательства, удостоверенного ценной бумагой, со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо на его недействительность не допускается.

В отношениях, регулируемых вексельным правом, эти вопросы регламентированы, в частности пунктами 17, 77 Положения о переводном и простом векселе, по смыслу которых против требования добросовестного приобретателя простого векселя (по настоящему делу - второго векселедержателя) должник (в данном случае векселедатель) не может выдвигать возражения, основанные на его личных отношениях к предшествующему векселедержателю, если только векселедержатель, приобретая вексель, не действовал сознательно в ущерб должнику.

Таким образом, одним из признаков вексельного обязательства является его абстрактность, что означает самостоятельность вексельного обязательства, то есть его независимость от наличия или отсутствия основания выдачи (каузы) этой ценной бумаги. С абстрактностью векселя тесно связано и из нее следует процессуальное правило об ограничении возражений. Оно состоит в том, что должник по абстрактной ценной бумаге не может противопоставить кредитору возражения по ней, основанные на отсутствии или недействительности основания выдачи ценной бумаги. Должник вправе доказывать факт недобросовестного приобретения векселя, только если последний не содержит распоряжения лица, передающего права по векселю, как, например, в случае предъявления векселя лицом, непосредственно его выкравшим или нашедшим.

Иначе говоря, обязанное по ценной бумаге лицо должно произвести исполнение по ценной бумаге, доверившись лишь формальным признакам (необходимым реквизитам) ценной бумаги и не проверяя исходных положений, на основании которых эта бумага выдана.

Однако данное положение относится только к добросовестному держателю.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 № 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте», поскольку сущность отношений из сделки, лежащей в основании векселя, известна и векселедателю, и первому приобретателю векселя как участникам этих отношений, такие отношения следует признать разновидностью отношений личных. Если векселедатель простого векселя доказывает отсутствие основания выдачи векселя, в иске первому приобретателю следует отказать. Ссылка истца на недопустимость отказа от исполнения обязательства по ценной бумаге со ссылкой на отсутствие или недействительность его основания (пункт 2 статьи 147 ГК РФ) в данном случае не должна приниматься во внимание, так как относится только к добросовестному держателю.

Аналогичное положение содержится и в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 04.12.2000 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», а именно: исходя из статьи 17 Положения лицо, к которому предъявлен иск по векселю, вправе ссылаться на возражения, проистекающие из его личных отношений с законным векселедержателем, предъявившим данное исковое требование.

Наличие указанных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности держателя векселя, доказывается лицом, к которому предъявлен иск.

Лицо, обязанное по векселю, освобождается от платежа, если докажет, что предъявивший требования кредитор знал или должен был знать в момент приобретения векселя о недействительности или об отсутствии обязательства, лежащего в основе выдачи (передачи) векселя, либо получил вексель в результате обмана или кражи, либо участвовал в обмане в отношении этого векселя или его краже, либо знал или должен был знать об этих обстоятельствах до или в момент приобретения векселя.

При применении статьи 17 Положения следует исходить из того, что «личными отношениями» лица, к которому предъявлено требование по векселю, с иными участниками отношений по векселю являются все отношения с ними, основанные на юридических фактах, ссылка на которые или опровержение которых заставили бы их обосновывать свое притязание иначе, чем путем ссылки на порядок, предусмотренный статьей 16 Положения.

К личным относятся отношения по сделке между конкретными сторонами либо наличие обманных действий со стороны держателя векселя, направленных на получение подписи данного обязанного лица, а также иные отношения, известные лицам, между которыми возник спор об исполнении вексельного обязательства.

Учитывая вышеизложенное, при наличии соответствующих возражений суд обязан проверить личные отношения векселедателя и векселедержателя и установить наличие либо отсутствие оснований для выдачи векселя.

Это также (и главным образом) следует из того, что Высший Арбитражный Суд РФ в процитированном выше пункте 26 Постановления № 35 прямо ориентирует суды проверять реальность и достоверность устанавливаемых в реестр требований кредиторов денежных требований, в том числе, как в рассматриваемой ситуации, основанных на выдаче векселя.

В силу пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве для определения наличия признаков банкротства должника учитываются: размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов.

То есть, конкурсным кредитором может быть только лицо, перед которым должник имеет денежное обязательство за реально предоставленную вещь (в том числе деньги), работу, услугу, либо за реально изъятое должником у кредитора имущество (в том числе имущественное право). Денежное обязательство может быть связано только с наличием действительного встречного предоставления.

Кредитор вправе заявлять о включении его требования в реестр требований кредиторов должника в случае, если должник получил встречное предоставление взамен предъявленного требования.

По смыслу как Постановления Президиума ВАС РФ № 5620/11 от 25.07.2011, так и Постановления Президиума ВАС РФ № 16735/12 от 21.05.2013 суду надлежит устанавливать и проверять существо и действительность сделки, лежащей в основе выдачи собственного векселя. Возражения со ссылкой на абстрактный характер вексельной сделки имеют правовой смысл лишь в нормальных условиях хозяйствования, не осложненных процедурой банкротства векселедателя.

К тому же эти возражения допустимы со стороны добросовестного векселедержателя, не осведомленного об обстоятельствах выдачи векселей предшествующим векселедержателям. Это правило в полной мере применимо к рассматриваемой ситуации и предопределяет процессуальный порядок распределения бремени доказывания соответствующих обстоятельств.

Этому порядку корреспондирует правовой подход, согласно которому применительно к ситуации возбуждения дела о банкротстве вексельного должника личные возражения от имени последнего могут быть заявлены не только им как обязанным по векселю лицом, но и его конкурсными кредиторами (постановление Президиума ВАС РФ от 04.03.2014 № 12200/13 по делу № А76-8250/2009-64-159).

ООО «Агромотив» независимым векселедержателем (получившим вексель в счет предоставления со своей стороны добросовестного ничем не обусловленного экономического предоставления) не является.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание общедоступные сведения из ЕГРЮЛ, подтверждающие связи между упоминаемыми здесь юридическими лицами.

В материалах дела имеются сведения из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Агромотив» по состоянию на 10.06.2017, из которых усматривается, что должник (ООО «СХП «Роботофермы») является участником кредитора с размером доли 0,8893% номинальной стоимостью 8 672 101,02 руб. Участниками ООО «Агромотив» являются также: ООО «Сельскохозяйственное предприятие имени Рахимова», ООО «Граунд», ООО «ИНАГРО», ООО Управляющая компания «Золотой колос» (л.д. 35-36 т. 6).

При этом директором ООО «Граунд» является ФИО5, единственным участником – ООО «ИНАГРО».

В свою очередь, директором ООО «ИНАГРО» является ФИО5, а единственным участником - ООО «Агромотив». Директором ООО «Граунд» является также ФИО5 Единственным участником – ООО «ИНАГРО». ФИО5 также является директором ООО УК «Золотой колос», в котором одним из участников является также ФИО4

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее по тексту - Закон № 135-ФЗ) группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

- хозяйственное общество (товарищество) и юридическое лицо, если такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе) более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества) (пункт 1);

- юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо (пункт 2),

- хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания (пункт 3);

- физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (пункт 7);

- лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку (пункт 8).

В силу незначительного участия ООО «СХП «Роботофермы» в уставном капитале ООО «Агромотив» суд не может опираться на наличие формальных признаков вхождения должника и кредитора в одну группу лиц в соответствии с критериями, предусмотренными Законом о защите конкуренции.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015.

Как установлено выше по тексту постановления, 04.04.2012 ООО «Агромотив» продало ФИО4 7 векселей номинальной стоимостью 59 900 000 руб. Срок оплаты переданных векселей установлен сторонами до 04.04.2022. А уже 10.04.2012 указанные векселя были внесены ФИО4 в качестве вклада в уставный капитал ООО «СХП «Роботофермы».

В то же самое время, 10.04.2012 ООО «ИнвестАгро» в лице директора ФИО5 предоставляет ФИО4 займ на сумму 40 000 000 руб. сроком возврата до 10.04.2022, а 11.04.2012 и 17.04.2012 тремя траншами эти денежные средства перечисляются с банковского счета ФИО4 на счет ООО «СХП «Роботофермы» с назначением «взнос в уставный капитал».

07.08.2014 в состав участников должника принимается ФИО5 В качестве вклада им вносятся объекты недвижимости – земельный участок и здание совокупностью оценочной стоимостью 65 900 000 руб. Участники осуществляют увеличение уставного капитала ООО «СХП «Роботофермы» до 156 900 000 руб.

Таким образом, уставный капитал ООО «СХП «Роботофермы» был сформирован из 7 векселей, полученных от нескольких организаций (об этом ниже) номиналом 59 900 000 руб., 40 000 000 руб. денежных средств и двух объектов недвижимости оценочной стоимостью 65 900 000 руб.

02.11.2012 ФИО5 подает заявление о выходе из состава участников, соответствующие изменения вносятся в ЕГРЮЛ. Доля в размере 36,2651% в уставном капитале, ранее принадлежавшая ФИО5, переходит к обществу, а в конце мая 2013 г. продается по номиналу (56 900 000 руб.) ФИО9 При этом вместо реальных денежных средств ФИО9 передает должнику вексель номиналом 56 900 000 руб., выпущенный самим обществом. При этом основания выдачи этого векселя ФИО9 не раскрыты. То есть должник взамен проданной ФИО9 доли реального экономического предоставления не получил.

После описанных событий 07.11.2013 ФИО4 также выходит из ООО «СХП «Роботофермы» и просит в своем заявлении выплатить действительную стоимость доли, которая на текущий момент ему не выплачена, что усматривается из представленной в материалы дела финансовой отчетности должника за 2012-2015 гг.

А 16.12.2013 ООО «ИнвестАгро», ранее предоставившее ФИО4 займ в размере 40 000 000 руб., который был использован последним при формировании уставного капитала ООО «СХП «Роботофермы», уступает права требования ООО «Агромотив».

В результате этой сделки, а также в связи с задолженностью ФИО4 перед ООО «Агромотив» по оплате 7 векселей (договор купли-продажи от 04.04.2012 № 1/12), срок оплаты которых – не позднее 04.04.2022, кредитор консолидирует право требования к ФИО4 на сумму 99 900 000 руб. Также ООО «Агромотив» указывает, что приобрело у ФИО5 право требования к ФИО4 в размере 100 000 руб. по договору об уступке долга от 16.12.2013 (где ФИО4 должен был ФИО5 100 000 руб. по договору займа № 12/РТ от 10.03.2012).

Со ссылкой на договор об уступке права требования № 6 от 16.12.2014 ООО «Агромотив» объясняет мотивы передачи ему ФИО4 спорного векселя на сумму встречного обязательства по вышеуказанным сделкам в размере 100 000 000 руб.

Как установил суд апелляционной инстанции, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ИнвестАгро» (заемщик в отношениях с ФИО4), с 31.05.2011 генеральным директором общества является ФИО5 Он же – участник с долей 19,3871 % в уставном капитале номинальной стоимостью 3 935 000 руб. Вторым участником ООО «ИнвестАгро» является ООО Управляющая компания «Золотой Колос» с долей 80,6129% (л.д. 28-29 т. 6). В свою очередь, ООО Управляющая компания «Золотой Колос» является участником ООО «Агромотив».

ФИО5 также имеет отношение к нескольким обществам-векселедателям, за счет векселей которых (приобретенных ФИО4 у ООО «Агромотив») был сформирован уставный капитал ООО «СХП «Роботофермы».

ОАО СХП «Юбилейное» (вексель на сумму 4 727 242,31 руб.):

28.03.2014 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с ликвидацией. На момент выдачи векселя директором общества являлся ФИО5, что подтверждается его подписью в тексте ценной бумаги (л.д. 108 т. 8).

ООО УПХ «Тетюшское» (вексель на сумму 9 961 930,32 руб.)

Находится в стадии ликвидации с 13.07.2015. Учредители (участники): ФИО12, ФИО13

ООО СХП «Рубин» (вексель на сумму 3 944 858,71 руб.)

С 16.11.2015 находится в стадии ликвидации. Учредителем (участником) является ФИО14

ООО «СХП им. Рахимова» (вексель на сумму 21 740 000 руб.)

С 26.11.2015 находится в стадии ликвидации. С 02.02.2017 утвержден конкурсный управляющий.

Участниками являются: ООО «Агромотив», ООО УК «Золотой колос», ООО Сельскохозяйственное предприятие «Золотой колос Пестрецы», ООО «СХП «Роботофермы», ООО «Сельскохозяйственное предприятие «Рубин», Рахимов Ф.Р., ФИО5

ООО УК «Золотой Колос» (вексель на сумму 3 973 154,20 руб.)

16.10.2017 внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Участниками являются: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО4, ФИО5

ООО СХП «Золотой Колос Пестрецы» (вексель на сумму 7 734 328,25 руб.)

С 11.09.2014 находится в стадии ликвидации. 04.05.2016 внесена запись об утверждении конкурсного управляющего. Единственным участником является ФИО5

ООО «Гидро» (вексель на сумму 7 818 486,21 руб.) (местонахождение согласно выписке из ЕГРЮЛ - <...>, совпадает с указанием юридического адреса в векселе – л.д. 97 т. 8).

17.11.2017 принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

По состоянию на 18.10.2016 директором числится ФИО5

Доказательства поступления на расчетный счет ООО «СХП «Роботофермы» денежных средств от погашения упомянутых 7 векселей материалы дела не содержат.

Таким образом, уставный капитал ООО «СХП «Роботофермы» формировался за счет перераспределения активов внутри фактически существовавшей группы лиц, основными участниками которой являются ФИО5, ФИО4, а также организации, связанные с ООО «СХП «Роботофермы» и ООО «Агромотив» через структуру корпоративного участия в уставных капиталах друг друга. При этом из описанных обстоятельств очевидно усматривается, что сам ФИО4 при первичном формировании уставного капитала использовал заемные средства и векселя вышеупомянутых организаций, часть из которых подконтрольна ФИО5 Доказательства погашения векселей, как указано выше, не представлены. Сведениями о поступлении денежных средств от погашения 7 векселей суд не располагает.

В предмет настоящего спора не входит установление того, были ли израсходованы на хозяйственные нужды должника 40 000 000 руб. (ФИО4 вносил в уставный капитал за счет займа от ООО «ИнвестАгро»), однако, из определения от 24.08.2015 по делу А23-1982/2015 (дело о банкротстве ООО «ИнвестАгро»), усматривается, что ООО «СХП «Роботофермы» предоставлял ООО «ИнвестАгро» по договору займа № 1/13 от 13.02.2013 денежную сумму в размере 22 564 500 руб. Соответствующая задолженность впоследствии была включена в реестр требований кредиторов ООО «ИнвестАгро» (л.д. 49-51 т. 6).

Актуальное состояние активов должника, созданных за счет источников формирования уставного капитала не известно. Суд может предположить, что внесенные ФИО5 до выхода из ООО «СХП «Роботофермы» объекты недвижимости (земельный участок и здание) должником не утрачены. Наличие таких активов может создавать интерес на стороне ООО «Агромотив» в приобретенном векселе.

Совокупность описанных обстоятельств со всей очевидностью указывает на то, что ООО «Агромотив», ФИО5, ФИО4 и ООО «СХП «Роботофермы» входят в одну группу фактически аффилированных лиц.

Это проявляется, во-первых, в факте их участия (в разной степени соотношения) в уставных капиталах упомянутых ранее организаций (в том числе, участие должника в уставном капитале ООО «Агромотив»).

Во-вторых, наличием не раскрытых здесь обязательственных отношений: ФИО5 является не только участником и директором, но и кредитором ООО «ИнвестАгро», что подтверждается определением от 17.09.2015 по делу А23-1982/2015, которым в реестр требований кредиторов должника включено требование ФИО5 в размере 66 033 114,30 руб. (л.д. 52-55 т. 6). Аналогичным образом ООО «Агромотив» имеет требование к ООО «ИнвестАгро» в размере 72 441 235,21 руб., которое определением от 26.08.2015 по делу А23-1982/2015 также включено в реестр требований кредиторов ООО «ИнвестАгро» (л.д. 45-48 т. 6).

При рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора, сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)) выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

ООО «Агромотив», являясь аффилированным лицом по отношению к ООО «СХП «Роботофермы» в силу вышеописанных обстоятельств, и, безусловно осведомленное о положении дел на предприятии должника, не представило разумного объяснения, а также доказательств, подтверждающих существование вексельного долга по спорному векселю в размере 100 000 000 руб.

Добросовестная и разумная хозяйственная цель выдачи ФИО4 векселя номиналом 100 000 000 руб., не связанная с задолженностью по выплате действительной стоимости доли, ООО «Агромотив» не объявлена и не раскрыта ни в коей мере.

В рассматриваемом случае ООО «Агромотив» несет риск наступления неблагоприятных последствий от несовершения процессуальных действий, связанных с представлением доказательств об обстоятельствах, на которых основано вексельное обязательство и требование по нему.

Доказательств, подтверждающих возмездный характер сделки по выдаче спорного векселя должником первому векселедержателю (ФИО4), не представлено.

Коль скоро ООО «Агромотив» входит в одну группу лиц с должником, личные отношения с ООО «СХП «Роботофермы» тем самым предполагаются.

Поэтому кредитор мог и должен был знать о существе личных отношений ФИО4 и должника, повлекших выдачу векселя. Более того, действуя добросовестно, учитывая особенности рассмотрения дела о банкротстве, объявленные в суду первой инстанции возражения управляющего, заявитель обязан доказать добросовестность и обоснованность его требования.

ООО «Агромотив» таких доказательств не представило, хотя этот счет заблаговременно объявлены возражения как со стороны временного управляющего, так и со стороны ФНС России.

Располагая соответствующей информацией и документами, действуя разумно и добросовестно, ООО «Агромотив» могло и должно было, действуя в собственных интересах, представить суду соответствующие документы.

При данных конкретных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не исключает, что отсутствие соответствующих существу спорного материального правоотношения доказательств добросовестного приобретения векселя, может быть обусловлено их отсутствием в принципе.

Отменяя определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 сентября 2017 года по делу № А70-213/2017 на основании пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции отказывает ООО «Агромотив» в удовлетворении заявления о включении требования в размере 100 000 000 руб. в реестр требований кредиторов ООО «СХП «Роботофермы».

Апелляционная жалоба удовлетворена.

Руководствуясь п. 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд





ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу удовлетворить, определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 сентября 2017 года по делу № А70-213/2017 отменить, принять новый судебный акт.

Отказать в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Агромотив» о включении требования в размере 100 000 000 руб. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «Роботофермы» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий


Н.А. Шарова


Судьи


С.А. Бодункова


М.В. Смольникова