Постановление от 21 апреля 2024 г. по делу № А40-134710/2023

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-134710/2023
22 апреля 2024 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего судьи Горшковой М.П.,

судей Нечаева С.В., Немтиновой Е.В.

при участии в заседании:

от истца – ФИО1 дов. от 28.06.2023

от ответчика – ФИО2 дов. от 26.02.2024

от третьего лица – не явился, извещен

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

Акционерного общества «Научно-производственный комплекс «Научно- исследовательский институт дальней радиосвязи»

на решение Арбитражного суда города Москвы

от 17 октября 2023 года,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 22 декабря 2023 года,

по делу по иску Акционерного общества «Научно-производственное предприятие «Пульсар»

к Акционерному обществу «Научно-производственный комплекс «Научно-исследовательский институт дальней радиосвязи»

третье лицо: Министерство обороны Российской Федерации

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Научно-производственное предприятие «Пульсар» (далее – истец, АО «НПП «Пульсар») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «Научно-производственный комплекс «Научно-исследовательский институт дальней радиосвязи» (далее – ответчик, АО «НПК «НИИДАР») о расторжении договора №1316187211152010128000863/600 от 24.03.2014 г., заключенного с АО «НПК «НИИДАР», и взыскании с ответчика в пользу истца задолженности в размере 58 727 610 руб. 70 коп.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство обороны Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 октября 2023 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 декабря 2023 года, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с указанными судебными актами, АО «НПК «НИИДАР» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, в связи с чем просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационной жалобы к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном интернет-сайте суда: http:kad.arbitr.ru.

Третье лицо по делу своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы по существу.

Истцом представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором он не соглашается с доводами жалобы и просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения. Отзыв приобщен судом к материалам дела.

Ответчиком заявлено ходатайство о замене стороны по делу АО «НПК «НИИДАР» на АО «НПО дальней радиолокации», в связи с реорганизацией в форме присоединения.

Согласно пункту 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из анализа приведенной нормы следует, что необходимым условием процессуального по есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

В силу пункта 2 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, 01.04.2023 внесена запись о прекращении деятельности АО «НПК «НИИДАР» путем реорганизации в форме присоединения к Акционерному обществу «Научно-производственное объединение дальней радиолокации» (далее – АО «НПО дальней радиолокации»).

Исходя из изложенного, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для процессуального правопреемства.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель истца просил судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей сторон, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между истцом и ответчиком заключен договор от 24.03.2014 № 1316187211152010128000863/600, в соответствии с условиями которого истцом была выполнена составная часть опытно-конструкторской работы для нужд заказчика в интересах Минобороны России.

В обоснование исковых требований истец указал, что за ответчиком образовалась задолженность за выполненные надлежащим образом работы по этапу № 1 СЧ ОКР в размере 4 000 000 рублей, по этапу № 3 СЧ ОКР в размере 3 330 000 рублей. Факт сдачи работ надлежащего качества по вышеуказанным этапам подтверждается актами сдачи-приемки выполненных работ.

Истец ранее обращался в суд за взысканием вышеуказанной суммы, однако решением суда от 27.10.2020 по делу № А40-56374/20 в удовлетворении требований было отказано в связи с тем, что ответчику не поступила оплата работ от государственного заказчика, а также необходимости проведения инвентаризации в отношении выполненных работ.

В дальнейшем ответчик также обращался в суд с иском к Минобороны России о взыскании задолженности за выполненные работы по государственному контракту, который был также основанием для заключения договора между истцом и ответчиком по настоящему делу.

Решением суда от 26.04.2022 по делу № А40-196159/2021сс требования к Министерству обороны РФ были отклонены.

Между тем, указанные обстоятельства, по мнению истца, не могут освобождать ответчика от обязательства по оплате выполненных работ, а также от возмещения фактических затрат исполнителя, понесенных в обеспечение выполнения работ по договору.

В порядке досудебного урегулирования спора истец направлял ответчику претензионное письмо от 30.03.2023 года № УПО-5943, в котором предложил ответчику расторгнуть договор, утвердить протокол согласования фактических затрат по этапу № 4 СЧ ОКР, а также произвести оплату выполненных работ и фактических затрат в сумме 51 398 592руб. 51 коп. по договору.

Претензионный порядок урегулирования спора истцом соблюден, в добровольном порядке ответчиком требования истца не удовлетворены, указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

Руководствуясь положениями статей 203, 309, 310, 431, 702, 711, 720, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суды первой и апелляционной инстанции, установив факт выполнения истцом работ и сдачу их ответчику в полном соответствии с условиями технического задания в рамках заключенного между ними договора, невозможность выполнения следующих этапов работ ввиду расторжения государственного контракта с Минобороны России, пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для расторжения договора на СЧ ОКР, взыскании стоимости выполненных работ, а также возмещении фактических затрат исполнителя, отклонив заявление ответчика о пропуска истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

При этом, судами установлено, что обе стороны договора при заключении дополнительного соглашения №1 от 06.04.2015 и в дальнейшем при исполнении договора распространяли действие положения п.6.11 договора о порядке оплаты СЧ ОКР в том числе и на случаи досрочного прекращения работ по инициативе Государственного заказчика, о чем свидетельствует переписка сторон.

Суд первой инстанции исходил из согласования новой редакции пункта 6.11. договора в дополнительном соглашении №1 от 06.04.2015, в которой обе стороны договора с очевидностью имели ввиду установление зависимости начала течения срока любой оплаты по договору (аванс, окончательный расчет) от даты поступления денежных средств от Государственного заказчика.

Судом установлено, что письмо ответчика №НДИ-3703/01/19 от 26.12.2019 является определенным свидетельством принятия ответчиком на себя обязанности подписать соглашение о расторжении договора и осуществить с истцом расчеты за выполненные работы по 4 этапу после подписания дополнительного соглашения о расторжении государственного контракта и поступления средств от государственного заказчика.

С учетом положений стати 153, пункта 2 статьи 154 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что данное волеизъявление ответчика влечет юридические последствия в виде установления обязанности ответчика по расторжению договора и осуществлению расчетов с истцом в порядке, указанном в данном письме. Установив, что обязанность ответчика по расторжению договора была обусловлена подписанием с государственным заказчиком соглашения о расторжении государственного контракта; а обязанность ответчика по оплате истцу фактически выполненных работ по 4 этапу договора была обусловлена поступлением ответчику денежных средств от государственного заказчика, суд пришел к правомерному выводу об удовлетворении исковых требований.

Отклоняя заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требования, суды исходили из того, что оплата фактически затрат по государственному контракту, равно как и оплата выполненных работ поставлена в зависимость от поступления денежных средств от государственного заказчика.

Поскольку денежные средства от государственного заказчика в оплату по ОКР ответчику не поступили, срок для предъявления заявленных исковых требований не истек.

Отклоняя доводы ответчика о том, что в связи с принятием Арбитражным судом города Москвы решения от 26.04.2022 по делу № А40-196159/2021сс, которым уменьшение затрат АО «НПП «Пульсар» по 1 этапу договора на 6 922 388 руб. 33 коп. признано обоснованным, и соответственно у ответчика образовалась переплата, суды обоснованно исходили из следующего.

Как указано в решении Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2022 по делу №А40-196159/2021 -51 -1312сс, на которое ссылается ответчик, основанием для исключения фактических затрат АО «НПП «Пульсар» на изготовление опытных образцов в размере 6 922 388,33 рублей по этапу 2.1. ОКР послужило нарушение п.5.5.5 порядка работ по этапам ГОСТ РВ 15.203.

Аналогичные выводы содержит Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 г. по делу №А40-196159/21. Пункт 5.5.5. ГОСТ РВ 15.203 регламентирует порядок изготовления опытных образцов изделия военной техники (ВТ), опытного образца составной части изделия ВТ.

Тем самым ДАГК МО РФ посчитал необоснованным включение работ истца по этапу 1 СЧ ОКР (Разработка рабочих КД, ТД и ЭД, изготовление опытных образцов) в этап 2.1. работ Ответчика по государственному контракту (Разработка РКД). С точки зрения ДАГК МО РФ, изготовление истцом опытных образцов СЧ на изделие ВТ не могло происходить на этапе разработки ответчиком рабочей конструкторской документации по ОКР.

Несмотря на то, что ДАГК МО в полном объеме принял фактические затраты Ответчика по изготовлению этапа 2.3. (Изготовление опытного образца РИК), в рамках которого могли быть приняты работы истца по этапу 1 СЧ ОКР, ДАГК МО указал на невозможность принятия фактических затрат истца только потому, что с точки зрения ДАГК МО, они были учтены не в том этапе ОКР. Факт выполнения работ и их стоимость ДАГК МО не опровергнуты.

В рамках рассмотрения настоящего дела, судом установлено, что при заключении договора с ответчиком истец не имел возможности определять порядок включения своих работ по договору в соответствующие этапы работ ответчика по государственному контракту.

Так, информация об отнесении этапов выполнения СЧ ОКР истца к определенным этапам выполнения государственного контракта носит уведомительный характер и определяется указанием головным исполнителем соответствующей информации (номера этапа ОКР, к которому отнесен этап СЧ ОКР) в ведомости исполнения к договору на выполнение СЧ ОКР.

Ведомость исполнения (приложение №2 к договору) сформирована в полном соответствии техническим заданием (приложением №1 к договору).

В соответствии с техническим заданием в 1 этап работ по договору (разработка рабочих КД, ТД и ЭД, изготовление опытных образцов) ответчиком были включены работы по изготовлению опытных образцов ППМ (3 шт.).

В соответствии с п.3.1.19 ГОСТ РВ 15.203-2001 «Система разработки и постановки продукции на производство. Военная техника. Порядок выполнения опытно-конструкторских работ по созданию изделий и их составных частей».

Техническое задание на выполнение СЧ ОКР - исходный технический документ, утверждаемый головным исполнителем ОКР и устанавливающий комплекс технических требований к создаваемой составной части изделия ВТ, а также требования к содержанию, объему и срокам выполнения СЧ ОКР.

В соответствии с п.3.1.2 ГОСТ РВ 15.203-2001 составная часть опытноконструкторской работы - часть ОКР, выполняемая по техническому заданию головного исполнителя ОКР с целью решения отдельных самостоятельных задач создания (модернизации) изделия ВТ (составной части изделия ВТ).

Соответственно, ТЗ к договору - это документ, полностью разработанный головным исполнителем ОКР (АО «НПК «НИИДАР»). К разработке данного документа АО «НПП «Пульсар» не привлекалось.

Выданное ответчиком техническое задание являлось основанием для заключения договора (п. 1.2. договора).

Пунктами 2.1., 3.2.1 договора установлена обязанность исполнителя по выполнению СЧ ОКР в соответствии с требованиями ТЗ.

Суды, с учетом специфики правоотношений сторон, пришли к обоснованному выводу, что истец был лишен возможности вносить какие-либо изменения в техническое задание, а также в ведомость исполнения в части, повторяющей требования ТЗ.

Установив, что при заключении и исполнении договора ответчик не знакомил истца ни с условиями государственного контракта, ни с содержанием этапов ОКР по государственному контракту, к которым были отнесены работы истца, суды обоснованно исходили из того, что истец был лишен возможности проверить правильность принятых ответчиком решений в этой части, тогда как разработка технических заданий на выполнение СЧ ОКР в соответствии с техническим заданием на выполнение ОКР происходит под контролем МО РФ (в соответствии с пунктами 4 и 8 Постановления Правительства №804 от 11.08.1995 «О военных представительствах Министерства обороны РФ», обязанности по участию в подготовке и согласовании контрактов на выполнение ОКР и контролю за их выполнением возложены на военные представительства Министерства обороны РФ; в соответствии с п. 10 Постановления №804 от 11.08.1995 на военные представительства возложены обязанности при осуществлении контроля выполнения ОКР принимать участие в согласовании технических заданий на выполнение ОКР и согласовывать технические задания на составные части этих работ).

С учетом установленных обстоятельств, суды пришли к обоснованному выводу, что ответственность за нарушение пункта 5.5.5. ГОСТ РВ 15.203-2001 при формировании ТЗ и ведомости исполнения к договору полностью лежит на ответчике, оснований для отказа в принятии и оплате выполненных работ не имеется.

Судами правильно определен характер спорных правоотношений и дана надлежащая оценка обстоятельствам дела.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1, 2 статьи 65, части 1-5 статьи 71,пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств. Иная оценка исследованных судом доказательств и установленных фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Судами первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, оценены доводы и возражения участвующих в деле лиц и имеющиеся в деле доказательства, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов не имеется, в связи с чем, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Заменить в порядке процессуального правопреемства Акционерное общество «Научно-производственный комплекс «Научно- исследовательский институт дальней радиосвязи» на Акционерное общество «Научно-производственное объединение дальней радиолокации».

Решение Арбитражного суда города Москвы от 17 октября 2023 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 декабря 2023 года по делу № А40-134710/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий судья

М.П. Горшкова

Судьи

Е.В. Немтинова

С.В. Нечаев