Решение от 7 февраля 2020 г. по делу № А40-224971/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-224971/19-133-1849
07 февраля 2020 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 03февраля 2020 г.

Решение в полном объеме изготовлено 07 февраля 2020 г.


Арбитражный суд в составе:

судьи ФИО1

единолично

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2

с участием представителей:

от истца: ФИО3, дов. бн от 02.08.2018 г,пред.пасп.

от ответчика: ФИО4, дов. 18 от 10.01.2020 г. пред.паспорт, ФИО5, дов. 17 от 10.01.2020 г., пред.пасп.

рассмотрел в судебном заседании дело по иску, истца - индивидуальный предприниматель ФИО6 ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 12.10.2018

к ответчику - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МОСАВТОСТЕКЛО" 115114 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА ДЕРБЕНЕВСКАЯ ДОМ 7СТРОЕНИЕ 1 , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 30.12.2014, ИНН: 7725258708

о возмещении убытков

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО6 (обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ответчику - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МОСАВТОСТЕКЛО"о взыскании убытки в размере 4 569 600 (четыре миллиона пятьсот шестьдесят девять тысяч шестьсот рублей.

Право требования перешло к истцу на основании договора № 01 от 22.10.2018 г., соответствии с которым ООО «Стар-Лизинг» передал право требования о взыскании убытков ИП ФИО6,

В обосновании своих требований Истец утверждает, что, в связи незаконным прекращением подачи электрической энергии ответчиком в нежилое здание по адресу <...> в период с«24» ноября 2016 г. по «13» апреля 2017 г., собственник нежилого здания ООО «Старт-Лизинг» арендовал у ООО «Стройнефтегазсервис» дизельный генератор с обслуживающим его оператором для возобновления подачи электроэнергии. В связи с прекращением подачи электрической энергии ООО «Старт-Лизинг» понёс убытки в виде расходов на аренду энергетического оборудования и услуг по его эксплуатации.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, суд пришел к следующему выводу.

Ответчик иск оспорил по основаниям, указанным в отзыве.

Как установлено судом, «01» октября 2016 года между ПАО «Мосэнергосбыт» и ООО «Старт-Лизинг» заключен договор энергоснабжения №50520367 по продаже электрической энергии (мощности) и поставки её в нежилое помещение по адресу <...>.

Между ПАО «МОЭСК» (далее - Исполнитель) и ПАО «Мосэнергосбыт» заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 04.09.2007 года №17-3916 в интересах конечных потребителей.

Согласно Акту разграничения эксплуатационной ответственности сторон № МКС/109.4/688Э, нежилое помещение по адресу <...>., принадлежащее ООО «Старт-Лизинг» на праве собственности, присоединено к электрическим сетям ПАО «МОЭСК» опосредованно, то есть непосредственное подключение энергопринимающих устройств Истца осуществлено к электрическим сетям ООО «Мосавтостекло».

Исходя из содержания Акта разграничения эксплуатационной ответственности следует, что внешней границей сетей электроснабжения являются кабельные наконечники на сборке в/н 6,3 кВ в ТП 4187. В свою очередь ТП 4187 находится в пределах балансовой принадлежности ОАО «Мосавтостекло».

С 24 ноября 2016 г. по 13 апреля 2017 подача электрической энергии нежилому помещению по адресу <...>., принадлежащее ООО «Старт-Лизинг» была прекращена.

28 ноября 2016 г. представители ПАО «Мосэнергосбыт» и ООО «Старт-Лизинг» зафиксировали в акте факт отсутствия передачи электрической энергии по договору, а также использование истцом дизельного генератора для обеспечения электрической энергией собственной деятельности.

На период отсутствия поставок электрической энергии по договору энергоснабжения, ООО «Старт-Лизинг» заключил договор аренды дизельной электроустановки с ООО «Стройнефтегазсервис».

ООО «Старт-Лизинг» за период аренды с 28 ноября 2016 г. по 13 апреля 2017 г. понес убытки в виде вынужденной аренды оборудования у ООО «Стройнефтегазсервис» для обеспечения собственных хозяйственных нужд на общую сумму 4 569 600,00 руб. Указанная сумма убытков 4 569 600,00 руб. фактически оплачена в полном объеме.

Право требования перешло к истцу на основании договора № 01 от 22.10.2018 г., соответствии с которым ООО «Стар-Лизинг» передал право требования о взыскании убытков ИП ФИО6 , в котором отсутствует условие о стоимости уступленного права. Соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования), однако, доказательств в обоснование данного факта ответчиком не представлено.

Как указывает истец, ответчиком является виновником в прекращении подачи электроэнергии в помещение ООО «Стар-Лизинг»\

В силу основных начал частноправового регулирования, предпринимательской является самостоятельная деятельность ее субъектов, осуществляемая на свой риск и направленная на систематическое получение прибыли.

Таким образом, финансовые и иные неблагоприятные имущественные последствия предпринимателя, сами по себе не характеризуют формально-правовой институт убытков закрепленный в ст. 15 ГК РФ.

На основании действующего законодательства Российской Федерации и сложившейся судебной практики, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность таких обстоятельств как наличие у него законных прав или интересов, факт их нарушения, подтвержденный размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Согласно данной норм возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, а следовательно обстоятельства являющиеся предпосылкой права требовать возмещения убытков, должны свидетельствовать о посягательстве лица на принадлежащее кредитору право.

Иными словами, существо рассматриваемого института, заключается в том, что возмещение причиненных убытков означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не было нарушено право лица.

Между тем в данном случае, действия ответчика, не являются свидетельством нарушения права истца, с восстановлением которого последний связывает требование о компенсации денежной суммы.

Действительно в силу пункта 6 Постановления Правительства РФ от 27.12.2004 N 861 (ред. от 27.12.2019) "Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям" собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Как установлено судом, ответчик не препятствовал перетоку электрической энергии через свое энергопринимающее устройство.

Истец утверждает, что обстоятельства вины ответчика установлены при рассмотрении дела № А40-234143/17-35-2025, однако указанный довод основан на заблуждении лица его утверждающего.

При рассмотрении указанного дела судом было установлено, что согласно Акту разграничения эксплуатационной ответственности сторон № МКС/109.4/688Э, Истец присоединен к электрическим сетям ПАО «МОЭСК» опосредованно, то есть непосредственное подключение энергопринимающих устройств Истца осуществлено к электрическим сетям ООО «Мосавтостекло». Исходя из содержания Акта разграничения эксплуатационной ответственности следует, что внешней границей сетей электроснабжения являются кабельные наконечники на сборке в/н 6,3 кВ в ТП 4187. В свою очередь ТП 4187 находится в пределах балансовой принадлежности ОАО «Мосавтостекло».

Вопрос о факте препятствования перетока электроэнергии и наличия в этом умысла или неосторожности ответчика не устанавливался.

Напротив, судом при рассмотрении настоящего спора установлено, что причиной выхода из строя электрооборудорвания стала произошедшая авария.

24 ноября 2016 года в 11 часов 32 минуты произошло аварийное отключение электричества, в 12 часов 20 минут, было выявлено, что причиной отключения стало короткое замыкание на линии принадлежащей ООО «Старт-Лизинг». Факт произошедшей аварии зафиксирован в оперативном журнале, что подтверждается выпиской из него.

У ООО «Старт-Лизинг» не возникло возражений в установленных причинах аварии, что подтверждается обращением ООО «Старт-Лизинг» к ООО «Мосавтостекло», письмо исх № 29/11 от 29.11.2016г., с просьбой заключить договор по техническому обслуживанию РП 2219, КЛ 6,3 кв, ААБ 3x70, РУ 6,3 кВ, ТП 4187, РУ 0,4 кВ..

Доказательств того, что ответчик препятствовал в восстановлении энергоснабжения и устранении причин произошедшей аварии материалы дела не содержат. Доказательств опровергающих факт короткого замыкания на линии принадлежащей ООО «Старт-Лизинг» не приставлено. При этом аварийное отключение электричества происходило автоматически несколько раз в течении 24.11.2016 г.

Суд считает необходимым отметить, что данные аварийного выключения электричества отраженные в оперативном журнале, также подтверждаются в акте установления причины аварийного отключения составленного комиссией в составе сотрудников ООО «Мосавтостекло» и ФГУП НИЦ ГЕДГЕО.

Согласно указанному акту 24 ноября 2016 года в 11.ч 32 м произошло аварийное срабатывание масляного выключателя силового трансформатора питающего завод ООО Мосавтостекло. Проверкой на месте, проведённой дежурным персоналом в 12ч 20м, установлено, что причиной срабатывания масляного выключателя, силового трансформатора, стало срабатывание двух защитных автоматических выключателей: на линии питающей тепловой пункт ООО Мосавтостекло и на. кабельной линии ААБ 3x150 L-200м, отходящей в сторону абонента ФГУП НИЦ ГИДГЕО (ООО Старт Лизинг), В 12ч 50м при повторном включении масляного выключателя, произошло отключение автомата защиты линии абонента ФГУП НИЦ ГИДГЕО (ООО Старт Лизинг). Инструментальная проверка линии ФГУП НИЦ ГИДГЕО (ООО Старт Лизинг), подтвердила наличие короткого замыкания в ней.

В акте схематично отражено линии разграничения ответственности сторон и место короткого замыкания.

После ознакомления с актом от 24.11.2016 г., истец заявил ходатайство о проведении экспертизы (изложено в рукописном виде на обратной стороне письменных пояснений) с целью установления давности изготовления документа. На вопрос суда , истец пояснил, что в течении перерыва (27.01.2020 -03.02.2020 г.) связался с ФИО7 (один из подписантов акта), который указал, что данный акт был подписан в 2019 году. Далее, устно истец заявил о вызове ФИО7 в качестве свидетеля.

В соответствии со ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В соответствии со ст. 88 АПк РФ По ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

В соответствии со ст. 159 АПК ПФ заявления и ходатайства лиц, участвующих в деле, о достигнутых ими соглашениях по обстоятельствам дела, существу заявленных требований и возражений, об истребовании новых доказательств и по всем другим вопросам, связанным с разбирательством дела, обосновываются лицами, участвующими в деле.

Указанное требование закона истцом не выполнены , кроме того, не соблюдены формальные требования процессуального закона при заявлении ходатайства.

Суд считает, что заявленное ходатайство основано на сомнениях и предположениях истца, которые носят голословный характер, заявлены со слов на основании телефонного разговора.

Кроме того, истец, указывая о подписании акта в иную, тем самым оспаривает достоверность доказательства. Оценку достоверности представленных в материалы дела доказательств суд осуществляет самостоятельно и в отсутствие каких-либо процессуальных заявлений стороны.

В данном случае, истец оставил без внимания то, что обстоятельства, зафиксированные в акте подтверждаются в оперативном журнале, а факт наличия аварии и необходимости устранения ее последствий вытекают из переписки сторон, о которой указано судом выше. Кроме того, факт подписания акта в иную дату, не отменяет тех обстоятельств, которые зафиксированы в нем. Более того, истец не пояснил суда, каким образом несоответствие даты документа фактической дате его составления отразится на зафиксированных в акте обстоятельствах.

Установленные судом обстоятельства позволяют суду прийти к выводу об отсутствии элементов, образующих состав правонарушения необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков.

Кроме того,

Во –первых, согласно установившейся практике, основанной на позициях КС РФ, ВС РФ, ВАС РФ, применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно исключительно при доказанной совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинно-следственной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Постановление Конституционного Суда РФ от 12.10.2015 N 25-П указывает, что при рассмотрении дел о взыскании убытков арбитражному суду необходимо установить состав правонарушения, включающий факт наступления вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными для истца последствиями, а также размер ущерба.

Пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 указывает, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Определение Верховного Суда РФ от 28.04.2015 N 305-ЭС14-6992 по делу N А40-173457/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), указывает: при рассмотрении судом исковых требований о взыскании убытков, доказыванию подлежат факт ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей, наличие и размер причиненного гражданину или юридическому лицу вреда, причинная связь между этими действиями (бездействием) и причиненным вредом.

Определение Верховного Суда РФ от 29.01.2015 по делу N 302-ЭС14-735, А19-1917/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам) устанавливает, что в силу ст. 15 ГК РФ возмещение убытков, в том числе в виде упущенной выгоды, является мерой гражданско-правовой ответственности, которая может быть применена лишь в случае, если доказан правовой состав, т.е. наличие таких условий, как совершение противоправных действий или бездействие; возникновение убытков; причинно-следственная связь между противоправным поведением и возникшими убытками; подтверждение размера убытков.

Аналогичные позиции изложены в: Определение Верховного Суда РФ от 29.01.2015 по делу N 302-ЭС14-735, А19-1917/2013, Определение Верховного Суда РФ от 02.12.2014 по делу N 310-ЭС14-142, А14-4486/2013, Постановление Президиума ВАС РФ от 08.10.2013 N 6118/13 по делу N А40-51284/12-133-469, Определение Верховного Суда РФ от 04.06.2013 N 66-КГ13-5, Постановление Президиума ВАС РФ от 21.05.2013 N 16674/12 по делу N А60-53822/2011, Постановление Президиума ВАС РФ от 21.05.2013 N 16674/12 по делу N А60-53822/2011, Постановление Президиума ВАС РФ от 26.03.2013 N 15078/12 по делу N А40-36805/12-37-133, Постановление Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 N 11687/12 по делу N А04-8526/2011, Постановление Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 N 2683/12 по делу N А60-25348/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 N 13443/11 по делу N А21-8212/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2011 N 2929/11 по делу N А56-44387/2006, Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2011 N 2929/11 по делу N А56-44387/2006, Постановление Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 N 1809/11 по делу N А45-5420/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 N 1809/11 по делу N А45-5420/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 29.03.2011 N 14415/10 по делу N А12-2383/2009, Постановление Президиума ВАС РФ от 02.06.2009 N 7373/08 по делу N А55-13742/2006-13, Постановление Президиума ВАС РФ от 22.03.2005 N 14354/04 по делу N А40-15826/04-64-172, Постановление Президиума ВАС РФ от 16.03.2004 N 6065/03 по делу N А40-25943/02-61-289, Постановление Президиума ВАС РФ от 06.05.1997 N 3757/96, Постановление Президиума ВАС РФ от 24.09.1996 N 1611/96

Таким образом, на основании действующего законодательства Российской Федерации и сложившейся судебной практики, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность таких обстоятельств как наличие у него законных прав или интересов, факт их нарушения, подтвержденный размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Как указано в абз. 2 п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В данном случае суд не может согласиться с утверждением истца о наличии причинно-следственной связи между произошедшем отключением электричества и приобретением автономного генератора тока.

Как следует из утверждения ответчика, на момент произошедшей аварии, было установлено, что объект электросетевого хозяйства принадлежащий ФГУП НИЦ ГЕДГЕО, перешёл в состав собственного имущества истца. Указанный факт истцом не опровергнут. При этом доказательств того, что принадлежащие ФГУП НИЦ ГЕДГЕО кабельные линии ранее (до перехода к истцу) выходили из строя по аналогичным причинам в материалы дела не представлено.

Во-вторых, необходимо учитывать, что, возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (Согласно п.2 ст. 393 ГК РФ), что указывает на компенсационною правовую природу рассматриваемого института.

Конституционным судом РФ (Постановление от 10 марта 2017 г. N 6-П) было указано , что положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагают возможность возмещения исходя из принципа полного его возмещения.

Согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ введенного Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ и действующему с 1 июня 2015 года, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

На необходимость установления размера убытков с разумной степью их достоверности, а также с учетом всех доказательств по делу, указывалось в практике судов до введения указанной нормы.

Так, возможная недоказанность размера убытков, причиненных собственнику имущества, не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании таких убытков, поскольку на само право на получение денежной компенсации не влияет. Суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении убытков только по той причине, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 N 17044/12).

Отказ в полном объеме в иске о взыскании убытков, возникших по причине неправомерных действий ответчика только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности, не может быть признан правильным и справедливым. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств. (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 2929/11 от 06.09.2011).

Таким образом, при определении размера убытков следует исходить из того, что полный отказ в иске нарушает конституционный принцип справедливости и лишает заявителя возможности восстановления его нарушенных прав. Объективная сложность доказывания убытков и их размера, равно как и причинно-следственной связи между причиненными убытками и действиями причинителя ущерба, не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданских отношений при необоснованном посягательстве на их права.

Следует отметить, защита нарушенного субъективного права допускается, поскольку постольку действие обратившегося за защитой не противоречат принципу добросовестности и не направлены исключительно во вред другому (ст. 10 ГК РФ), что в свою очередь означает, что указанные процессуальные презумпции подлежат применению, в том случае, когда представить доказательства размера убытков с разумной степенью достоверности является объективно невозможным или затруднительным.

С учетом этого принципа при определении размера убытков с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (п. 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 .п. 12 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25), следует исключить возможность неосновательного обогащения стороны, посредством включения в состав убытков заведомо необоснованных расходов.

В рассматриваемом же случае истец, утверждая о том, что взыскиваемые расходы восстановят его нарушенное право, полученное по договору цессии, не учитывает, что если потребление истцом электроэнергии происходило бы по электрическим сетям, то им были бы понесены расходы на оплату приобретенной электроэнергии, расходы на обслуживание силовой установки, кабеля. Вместе с этим истец полагает, что ответчиком должны быть возмещены не только убытки, то есть необходимая для восстановления нарушенного права компенсация, но и все расходы истца связанные с эксплуатацией дизельной электроустановки, что находится в прямом противоречии с институтом убытков и приведёнными выше разъяснениями о толковании правовых норм.

Для истца является оправданной ситуация, когда им при осуществлении своей хозяйственной деятельности не будут понесены какие-либо расходы вовсе, в том числе и те, которые неминуемо должен понести добросовестный потребитель электрической энергии в отсутствии аварии на кабельных сетях. Истец считает приемлемым возложить на ответчика, не только убытки, связанные с предполагаемым нарушением права обусловленные препятствованием перетоку электроэнергии, но и все расходы на ресурсы на тот случай если нарушения права не состоялось, что фактически трансформирует такие отношения в приобретение электрической энергии у их поставщика целиком и полностью за счет третьего лица - ответчика по делу.

Приведённая позиция истца противоречит порядку осуществления гражданских прав установленного ст.ст. 10, 1102-1109 ГК РФ, а подлежащая возмещению сумма убытков, не подтверждена с разумной степенью достоверности и не может быть установлена с применением иных средств юридической техники исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Руководствуясь ст.ст .8, 11, 12, 15, 309, 310, 393,395, 608, 614, 622, 623 ГК РФ и ст.ст. 27, 65, 110, 167-171 АПК РФ, суд


Р Е Ш И Л :

В иске отказать.

Судебный акт, выполненный в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СудьяМихайлова Е.В.