Решение от 18 сентября 2020 г. по делу № А40-12555/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-12555/20-79-88
г. Москва
18 сентября 2020 г.
Резолютивная часть решения объявлена 03 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 18 сентября 2020 года

Арбитражный суд в составе судьи Дранко Л. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО "ТРИНИТИ"

к Управлению ФАС по г.Москве

третье лицо: компания МС ВЕСТФАЛИЯ ГМБХ

о признании незаконным решения от 31.10.2019г.№ПО/57504/19 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства

при участии представителей :от заявителя – ФИО2 АО-по дов. Оот 22.01.2020г., от заинтересованного лица – Павловский ДО-по дов. От 14.07.2020г.№03-32, от 3-го лица ФИО3- по дов. От 06.08.2018г.

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТРИНИТИ" (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Московскому УФАС России (далее также антимонопольный орган, Управление) о признании незаконным решения от 31.10.2019г.№ПО/57504/19 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

В обоснование заявленных требований заявитель указывает на неправомерный отказ в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в отношении обществ МС Вестфалия ГМБХ и Филиала ООО «МС Вестфалия ГМБХ», так как упомянутые лица и заявитель, находясь на одном товарном рынке, распространили дискредитирующую информацию об обществе, что, по мнению заявителя, подорвало его деловую репутацию и повлекло негативные последствия для его предпринимательской деятельности.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования по мотивам, изложенным в заявлении.

Московское УФАС России по заявлению возражает по мотивам, изложенным в письменных пояснениях.

3-е лицо поддерживает позицию заинтересованного лица.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, рассмотрев материалы дела, арбитражный суд оставляет заявленные требования без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии со ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) указанных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, в Московское УФАС России поступила жалоба заявителя на действия МС Вестфалия ГМБХ и Филиала ООО «МС Вестфалия ГМБХ».

Неправомерные действия вышеуказанных лиц, по мнению заявителя, выразились в нарушении Федерального закона от 26.07.2016 №135-Ф3 «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), поскольку последними были распространены порочащие и недостоверные сведения в отношении общества, что по мнению заявителя негативно повлияло на его предпринимательскую деятельность и является фактом недобросовестной конкуренции.

Письмом от 31.10.2019 № ПО/57504/19 Московское УФАС России отказало заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, поскольку отсутствует надлежащее установление факта наличия законодательно закрепленных признаков недобросовестной конкуренции, при этом отмечая, что заявителем не доказан факт отправки указанного письма МС Вестфалия ГМБХ и Филиалом ООО «МС Вестфалия ГМБХ».

Не согласившись с оспариваемым решением, заявитель обратился в Арбитражный суд г.Москвы с настоящим заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи 201 АПК РФ, ненормативный правовой акт может быть признан недействительным, а решения и действия незаконными при одновременном их несоответствии закону и нарушением их изданием прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Срок на обращение в суд признается соблюденным.

Частью 1 ст. 23 и ч. 1 ст. 39 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и предписания, привлекает к ответственности за нарушение антимонопольного законодательства коммерческие и некоммерческие организации. В п. 10 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, отмечено, что совокупность условий, необходимых для квалификации действий хозяйствующего субъекта в качестве акта недобросовестной конкуренции, определяется положениями п. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции (применяемого с учетом п. 161 и абз. 3,4 п. 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Согласно 11 статье Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже. 20.03.1883; далее - Парижская конвенция) всякий акт, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах, считается актом недобросовестной конкуренции. Такое понимание недобросовестной конкуренции было воспринято федеральным законодателем и нашло отражение сначала в Законе РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (ст. ст. 4,10), а затем в Законе о защите конкуренции (п. 9 ст. 4), трактующих недобросовестную конкуренцию как деятельность, направленную на получение преимуществ, которая может противоречить не только законодательству и обычаям делового оборота (п. 1 ст. 5 ГК РФ), но и требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, и причиняет или может причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесла или может нанести вред их деловой репутации.

Порядок рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства, в том числе, о недобросовестной конкуренции регламентирован гл. 9 Закона о защите конкуренции. В силу ч. 1 ст. 39 названного Закона антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания. Одним из оснований для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (п. 2 ч. 2 ст. 39 Закона о защите конкуренции).

Статьей 44 Закона о защите конкуренции определен порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Исходя из ч. 1 названной статьи, заявление подается в письменной форме в антимонопольный орган и должно содержать следующие сведения: 1) сведения о заявителе (фамилия, имя, отчество и адрес места жительства для физического лица; наименование и место нахождения для юридического лица); 2) имеющиеся у заявителя сведения о лице, в отношении которого подано заявление; 3) описание нарушения антимонопольного законодательства; 4) существо требований, с которыми заявитель обращается; 5) перечень прилагаемых документов.

Согласно ч. 2 ст. 44 Закона о защите конкуренции к заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства. В случае невозможности представления таких документов указывается причина невозможности их представления, а также предполагаемые лицо или орган, у которых эти документы могут быть получены.

Основания для отказа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства определены в ч. 9 названной статьи, одним из которых является установление того, что признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют. На стадии возбуждения дела на основании поданного заявления исследуется само заявление на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указывает сам заявитель, и то, приложены ли к заявлению доказательства, на которые заявитель ссылается как на подтверждающие эти доводы.

По делам о недобросовестной конкуренции к признакам нарушения антимонопольного законодательства, наличие или отсутствие которых проверяется на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, относятся не обстоятельства, указанные в конкретных статьях гл. 21 Закона о защите конкуренции, а обстоятельства, указанные в п. 9 ст. 4 названного Закона и статье lO.bis Парижской конвенции. Доводы о признаках нарушения антимонопольного законодательства в заявлении должны свидетельствовать о том, что, по мнению подателя заявления, действия нарушителя в том виде, в котором они охарактеризованы в заявлении, охватываются составом недобросовестной конкуренции.

В силу п. 9 ст.4 Закона о защите конкуренции недобросовестная конкуренция - это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации (пункт 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Следовательно, для признания действий хозяйствующего субъекта недобросовестной конкуренцией такие действия должны одновременно: совершаться хозяйствующим субъектом-конкурентом; быть направленными на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинять (иметь возможность причинять) убытки другому хозяйствующему субъекту конкуренту либо наносить (иметь возможность наносить) вред его деловой репутации (причинение вреда). При этом установлению подлежит вся совокупность вышеназванных обстоятельств, поскольку при недоказанности хотя бы одного из элементов состава действия лица не могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции.

Согласно статье 14.1 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция путем дискредитации, то есть распространения ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту и (или) нанести ущерб его деловой репутации, в том числе в отношении: качества и потребительских свойств товара, предлагаемого к продаже другим хозяйствующим субъектом-конкурентом, назначения такого товара, способов и условий его изготовления или применения, результатов, ожидаемых от использования такого товара, его пригодности для определенных целей; количества товара, предлагаемого к продаже другим хозяйствующим субъектом-конкурентом, наличия такого товара на рынке, возможности его приобретения на определенных условиях, фактического размера спроса на такой товар; условий, на которых предлагается к продаже товар другим хозяйствующим субъектом конкурентом, в частности цены товара.

В свою очередь, ложность означает полное несоответствие информации действительному положению дел, а искаженность это - интерпретация хозяйствующим субъектом информации о существующем или состоявшемся факте, действии, событии применительно к хозяйствующему субъекту - конкуренту в такой форме, которая приведет к ее неверному, негативному восприятию третьими лицами, включая потребителей.

Неточность - распространение хозяйствующим субъектом информации о хозяйствующем субъекте - конкуренте не в полном (намеренно ограниченном) объеме, что не позволяет всесторонне ее воспринять, получить исчерпывающе верное представление об излагаемых факте, действии или событии применительно к данному хозяйствующему субъекту. Дискредитация имеет своей целью подрыв доверия клиентуры (потребителей или иных контрагентов) к конкуренту или его продукции и привлечение потребителей к собственной продукции путем распространения негативной информации о конкуренте, в число которой входит и неполная информация о конкуренте, его товарах и услугах.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Вместе с тем, распространение информации, подрывающей доверие к хозяйствующему субъекту (умаляющей его деловую репутацию), но являющейся правдивой и полной, не относится к данной форме недобросовестной конкуренции, следовательно стоит учитывать, что в рассматриваемом публично-правовом институте для антимонопольного органа недопустимо применение презумпции ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в силу которой сведения, наносящие ущерб чести, достоинству и деловой репутации, считаются ложными, если лицо, их распространившее, не докажет обратное.

В силу презумпции невиновности лица, в отношении которого ведется производство, могущее повлечь административную ответственность, обязанность доказать несоответствие действительности распространенных сведений как основание принятия решения возложена на заявителя и административный орган (путем истребования соответствующей информации).

Для установления факта распространения той или иной информации субъектом необходимым фактором является ее распространение каким-либо способом доступным для фиксации. Кроме того, в данном случае, при установлении признаков недобросовестной конкуренции обязательным для установления является и факт распространения дискредитирующей информации конкретным лицом, а также то, что такая информация распространяется в отношении определенного субъекта-конкурента.

По мнению заявителя, дискредитирующая информация, исходящая от упомянутого лица, содержится в двух письмах: № 00275/19 EN/A от 29.05.2019 от МС Вестфалия ГМБХ, адресованное Топкон Корпорейшн (Япония), № 00176/19 EN/A от 13.03.2019 от МС Вестфалия ГМБХ, адресованное Суовей Электроник Технолоджи Ко. Лтд.

Однако согласно ответу МС Вестфалия ГМБХ от 17.09.2019 от на запрос Московского УФАС России от 30.08.2019 №i ПО/44595/19 указанное лицо не подтвердило направление указанных писем названным] адресатам.

В свою очередь, ООО «Тринити Медикал системе» указывает, что о существовании упомянутых писем заявитель узнал от партнеров, однако Управление отмечает, что каких-либо прямых доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, заявителем в материалы дела не представлено, а антимонопольным органом не установлено.

По мнению заявителя, распространение дискредитирующей информации повлекло негативные последствия для общества, в том числе и расторжение партнерских отношений с такими компаниями, как Карл Шторц, Интермедикал, Бексен Кардио.

В то же время антимонопольный орган отмечает, что адресатами спорных писем были компании Топкон Корпорейшн, Суовей Электроник Технолоджи Ко. Лтд., при этом материалами дела не подтверждается, что упомянутые письма были направлены именно в адрес Карл Шторц, Интермедикал, Бексен Кардио, следовательно, у Управления отсутствовали основания полагать, что причинами расторжения договорных отношений является именно совершение МС Вестфалия ГМБХ указанных заявителем действий.

Вопреки доводам заявителя, о том, что Филиал ООО «МС Вестфалия ГМБХ» имел прямое отношение к распространению порочащих сведений в отношении заявителя, Московское УФАС России отмечает, что данное общество не является самостоятельным юридическим лицом, созданным в соответствии с законодательством Российской Федерации, а является официальным представительством иностранной организации - МС Вестфалия ГМБХ.

С учетом того, что заявитель также не представил в материалы дела доказательств о направлении спорных писем именно Филиалом ООО «МС Вестфалия ГМБХ», каких-либо правовых оснований считать Филиал ООО «МС Вестфалия ГМБХ» нарушившим положения Закона о защите конкуренции у антимонопольного органа не имелось.

Таким образом, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, а также принимая во внимание полученный ответ МС Вестфалия ГМБХ от 17.09.2019 за запрос Московского УФАС России от 30.08.2019 №ПО/44595/19, установлено, что в действиях МС Вестфалия ГМБХ, Филиала МС Вестфалия ГМБХ отсутствуют признаки нарушения ст. 14.1 Закона о защите конкуренции.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено, а приведенные заявителем в указанной части доводы направлены не на защиту своих нарушенных прав и законных интересов.

Учитывая изложенное, несоответствие оспариваемого решения законодательству не установлено, в связи с чем не может нарушать прав и законных интересов Заявителя, в связи с чем заявленные требований не могут быть удовлетворены.

В силу статьи 4 АПК РФ за судебной защитой в арбитражный суд может обратиться лицо, чьи законные права и интересы нарушены, а предъявление иска имеет цель восстановления нарушенного права. Согласно статье 65 АПК РФ заявитель должен доказать, в защиту и на восстановление каких прав предъявлены требования о признании недействительным оспариваемого решения.

Согласно ч.3 ст.201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 4, 8, 9, 41, 64, 65, 66, 68, 71, 110, 123, 156, 167-170, 176, 198, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления ООО «ТРИНИТИ» об оспаривании решения Управления ФАС по г.Москве от 31.10.2019г.№ПО/57504/19- отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Л.А. Дранко