Постановление от 11 марта 2024 г. по делу № А67-4838/2023

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А67-4838/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 марта 2024 года


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Зиновьевой Т.А.,

судей Демидовой Е.Ю.,

ФИО1,

при ведении судебного заседания с использованием средств веб-конференции помощником судьи Балабановой Е.Г. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу департамента по управлению государственной собственностью Томской области на решение от 30.08.2023 Арбитражного суда Томской области (судья Кузьмин А.В.) и постановление от 20.11.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Киреева О.Ю., Апциаури Л.Н., Смеречинская Я.А.) по делу № А67-4838/2023 по иску департамента по управлению государственной собственностью Томской области (634034, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Грейс» (634024, <...> здание 2, строение 30, ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 813 079 руб.

Путем использования систем веб-конференции «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) в судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Грейс» - ФИО2 по доверенности от 29.09.2023.

Суд установил:

департамент по управлению государственной собственностью Томской области (далее – департамент, истец) обратился в Арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Грейс» (далее – ООО «Грейс», ответчик) о взыскании 813 079 руб. убытков, а также 7 000 руб. расходов на проведение оценки утраченного имущества.

Решением от 30.08.2023 Арбитражного суда Томской области, оставленным без изменения постановлением от 20.11.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, департамент обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов кассационной жалобы истец указывает на то, что спорное имущество передано истцом ответчику по акту приема-передачи от 20.04.2011 протяженностью 630 м; по акту приема-передачи от 08.09.2022 имущество возвращено департаменту с меньшей протяженностью – 418 м; выводы судов о доказанности ответчиком того, что имущество на момент прекращения договора аренды находилось в состоянии, в котором оно передано ему арендатором в 2011 году с учетом нормального износа, не подкреплен прямыми доказательствами; ссылку на технический паспорт спорного сооружения от 12.12.2007 нельзя признать состоятельной, поскольку истец заявлял о содержащейся в нем характеристике объекта - протяженности 130 м ошибочными данными, в дополнительных пояснениях к иску содержится информация об устранении такой ошибки; ответчик ничем не опроверг тот факт, что при подписании договоров аренды в 2011, 2012 и в 2017 годах соглашался с характеристикой имущества протяженностью 630 м и не отмечал иное значение этого показателя; представленное ответчиком заключение кадастрового инженера от 25.07.2023 не подтверждает отсутствие вины ответчика; судом неверно применен закон, регулирующий применение к правоотношениям исковой давности.

ООО «Грейс» в своем отзыве выразило возражения относительно доводов, изложенных в кассационной жалобе, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

Учитывая надлежащее извещение истца о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие его представителя в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Выслушав представителя ООО «Грейс», изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии основания для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в государственной собственности Томской области находится линейное сооружение, расположенное по адресу: <...>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 26.08.2011.

Согласно данному свидетельству, выданному взамен свидетельства от 20.02.2002, протяженность линейного сооружения составляет 630 м.

Между департаментом (арендодателем) и ООО «Грейс» (арендатором) заключен договор аренды недвижимого имущества от 20.04.2011 № 11/03 (далее – договор № 11/03), в соответствии с которым арендодатель обязался предоставить арендатору во временное возмездное владение и пользование находящееся в собственности Томской области недвижимое имущество, – сооружения согласно приложению 1 к договору № 11/03, для оказания услуг транспорта.

В соответствии с пунктами 2.3.1, 2.3.4, 2.3.8, 2.3.14 договора № 11/03 арендатор обязан: использовать имущество исключительно по прямому назначению; следить за нормальным функционированием и техническим состоянием инженерно-технических коммуникаций, охранной, противопожарной сигнализации, обеспечивать их сохранность; не производить переоборудование, реконструкции и т.п. имущества, вызываемых потребностями арендатора, без письменного разрешения арендодателя; при прекращении договора освободить арендованное имущество и возвратить его по акту приема-передачи арендодателю в состоянии, в котором оно было предоставлено арендатору, с учетом нормального износа и всеми улучшениями, неотделимыми без вреда для имущества.

Согласно акту приема-передачи имущества от 20.04.2011, являющемуся приложением № 1 к договору № 11/03, арендатору передано, среди прочего, линейное сооружение (тупик реквизитный 1-ого района), расположенный по адресу: <...>, протяженность имущества 630 м.

По истечении срока действия договора № 11/03 между сторонами заключены договоры аренды от 19.04.2012 № 12/18, от 19.04.2017 № 17/07, в соответствии с которыми арендатору также передавалось во владение и пользование линейное сооружение (тупик реквизитный 1-ого района), расположенное по адресу: <...>.

Согласно актам приема-передачи имущества, приложенным к указанным договорам, арендодатель передал, а арендатор принял, в том числе линейное сооружение, расположенное по адресу: <...>, протяженность имущества 630 м.

После прекращения договора аренды от 19.04.2017 № 17/07 арендованное имущество возвращено арендодателю по акту приема-передачи от 08.09.2022, согласно которому протяженность линейного сооружения, расположенного по адресу: <...>, составляет 418 м.

Данный акт подписан арендатором с уточнением о том, что линейное сооружение было принято 19.04.2017 в тех же параметрах и протяженностью, что и в данном передаточном акте.

Фактическая протяженность объекта на дату возврата имущества из аренды, указанная в акте приема-передачи от 08.09.2022, определена департаментом на основании технического заключения о состоянии несущих и ограждающих строительных конструкций объекта на 25.05.2022, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Вариант плюс».

Согласно отчету оценщика от 16.12.2022 № 300/22, выполненному обществом с ограниченной ответственностью «Оценка плюс», величина ущерба, причиненного утратой имущества – сооружения железнодорожного транспорта 212 м, составляет 813 079 руб.

Департаментом понесены расходы на проведение оценки величины ущерба в размере 7 000 руб., что подтверждается счетом на оплату от 16.12.2022 № 219.

Полагая, что убытки, причиненные утратой части линейного сооружения протяженностью 212 м, подлежат возмещению арендатором, департамент претензией, направленной 22.12.2022, потребовал от ответчика возместить данные убытки, однако данное требование оставлено последним без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что департаментом не представлены доказательства ненадлежащего исполнения обязательства ответчиком, возврата имущества из аренды в состоянии и с характеристиками, не соответствующими состоянию и характеристикам переданного во владение и пользование имущества, и причинения убытков собственнику данного имущества. Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа, отклоняя доводы кассационной жалобы, не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом следующего.

По договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение (статья 650 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

В статье 622 ГК РФ предусмотрено, что при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В состав реального ущерба входит не только фактически понесенные расходы, но и затраты, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права, что указано в пункте 2 статьи 15 ГК РФ. Кроме того, к реальному ущербу, согласно названной норме, относится и повреждение имущества лица, чье право нарушено.

Согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Как установлено судами и следует из материалов дела, поскольку договор аренды от 19.04.2017 № 17/07 исполнялся сторонами, имущество фактически передавалось во владение и пользование ответчику, находилось в его владении и пользовании с 2011 года, у общества имелась договорная обязанность по обеспечению сохранности данного имущества и по возврату арендодателю имущества в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Как установлено судами, истец связывает допущенное ответчиком нарушение договора аренды и причинение убытков с тем обстоятельством, что фактическая протяженность возвращенного в 2022 году линейного сооружения не соответствовала протяженности, указанной в актах приема-передачи от 20.04.2011, от 19.04.2012, от 18.04.2017.

Так, согласно актам приема-передачи имущества, приложенным к указанным договорам, арендодатель передал, а арендатор принял, в том числе линейное сооружение, расположенное по адресу: <...>, протяженность имущества 630 м. В названных актах указаны характеристики спорного линейного сооружения, соответствующие характеристикам, содержавшимся в свидетельстве о государственной регистрации права собственности от 26.08.2011 серии 70-АВ № 174901, а также в техническом паспорте сооружения, составленном по состоянию на 13.06.2001.

Согласно представленному техническому паспорту сооружения «Тупик реквизитный 1-ого района» по состоянию на 12.12.2007, достоверность которого истцом не оспорена, длина сооружения от стрелки № 4 до границы пути составляет 130 м.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) от 28.04.2022 № КУВИ-999/2022-464187, 02.11.2011 осуществлена постановка линейного сооружения на кадастровый учет с учетом сведений о протяженности объекта, содержащихся в техническом паспорте по состоянию на 13.06.2001, и в ЕГРН внесены сведения о протяженности объекта 130 м.

В данной выписке также содержится отметка о несоответствии характеристик объекта записи о зарегистрированном праве на ранее учтенный объект c площадью застройки 2 110,5 кв.м и протяженностью 630 м.

В дальнейшем, в 2016 году сформирован и поставлен на кадастровый учет земельный участок для эксплуатации и обслуживания спорного линейного сооружения площадью 2 138 кв.м. Граница сформированного земельного участка соответствует протяженности находящегося на нем линейного сооружения, равной 418 м, что следует из описаний местоположения линейного сооружения и земельного участка в ЕГРН и подтверждается представленным ответчиком заключением кадастрового инженера от 25.07.2023, топографическим планом, созданным на основе топографической съемки.

При этом из выписки из ЕГРН от 25.07.2023 № КУВИ-001/2023-169349143 следует, что в настоящее время протяженность объекта также составляет 418 м, 29.04.2022 в ЕГРН внесены изменения сведений о протяженности, площади застройки, назначении, конфигурации и местоположении сооружения в результате проведенной реконструкции.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, исходя из того, что документы, представленные истцом, в которых содержится информация о протяженности объекта 630 м, а именно: свидетельство о государственной регистрации права, выданное взамен свидетельства от 20.02.2002, выписка из технического паспорта по состоянию на 13.06.2001, не подтверждают действительные характеристики переданного в аренду объекта; учитывая, что данные документы основаны на сведениях, полученных задолго до заключения договора аренды с ответчиком, при составлении технического паспорта в 2001 году и при государственной регистрации права собственности в 2002 году, и не соответствуют более поздней технической документации на объект, суды пришли к обоснованному выводу, что истцом не доказана совокупность необходимых элементов для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, причиненных возвратом ответчиком имущества из аренды в состоянии и с характеристиками, не соответствующими состоянию и характеристикам переданного во владение и пользование имущества.

Доводы департамента о том, что ответчик ничем не опроверг тот факт, что при подписании договоров аренды в 2011, 2012 и в 2017 годах последний соглашался с характеристикой имущества протяженностью 630 м и не отмечал иное значение этого показателя, признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку в указанных актах не содержатся сведения, что при подписании актов сторонами проводилось фактическое обследование объектов и актуализация сведений об их технических характеристиках.

Руководствуясь статьями 195, 196, 199, 200 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», установив, что в соответствии с распоряжением департамента от 27.12.2017 № 104-о проведена плановая проверка эффективности использования и сохранности государственного имущества Томской области, составляющего казну Томской области и переданного во временное владение и пользование ООО «Грейс», по результатам которой составлен акт от 25.06.2018 № 03-01/2018-25, в соответствии с которым выявлено отсутствие 217 м пути линейного сооружения по адресу: <...> (реквизитный путь 1-ого района, от стрелки № 4 до упора); учитывая, что департаментом направлено требование об устранении нарушения от 02.07.2018 № 36/24-2208, в ответ на которое обществом указано на то, что реквизитный путь передан в аренду без земельного участка, под реквизитный путь отведен земельный участок 70:21:00000002284; обществом предложено установить длину тупика по фактической протяженности земельного участка, внести изменения в технический план тупика и передать тупик с земельным участком в аренду ООО «Грейс»; исходя из того, что истцу стало известно о предполагаемом нарушении обязательства арендатором не позднее 25.06.2018, течение срока исковой давности началось 26.06.2018 и данный срок истек 25.06.2021, в то время как настоящий иск предъявлен департаментом 05.06.2023, суд апелляционной инстанции поддержал вывод суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности.

Поддерживая указанные выводы судов, суд кассационной инстанции отмечает, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодатель в пределах своей дискреции вправе устанавливать, изменять и отменять сроки исковой давности в зависимости от цели правового регулирования и дифференцировать их при наличии к тому объективных и разумных оснований, а также закреплять порядок их течения во времени, с тем чтобы обеспечивались возможность исковой защиты права, стабильность и предсказуемость правового статуса субъектов правоотношений (определения от 08.04.2010 № 456-О-О, от 09.11.2010 № 1469-О-О, от 20.03.2014 № 534-О, от 29.03.2016 № 516-О, от 19.07.2016 № 1555-О, от 29.09.2016 № 2071-О, от 25.10.2016 № 2309-О, постановление от 05.03.2019 № 14-П).

День получения истцом (заявителем) информации о тех или иных действиях и день получения им сведений о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать. При таком несовпадении для исчисления исковой давности имеет значение именно осведомленность истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 14-П).

Соответственно, из положений статьи 200 ГК РФ следует, что суд наделен необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

Судом апелляционной инстанции правомерно указано, что, вопреки доводам департамента, началом течения срока исковой давности по требованию о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательства, является дата, когда кредитору в обязательстве стало известно о ненадлежащем исполнении обязательства должником и о связанных с этим убытках. Обязанность арендатора по обеспечению сохранности арендованного имущества носит длящийся характер и сохраняется в течение всего срока аренды, соответственно, о нарушении своих прав арендодателю стало известно в момент выявления предполагаемой утраты арендатором части арендованного имущества, а не после окончания договора аренды и возврата имущества из аренды без утраченной ее части.

Отклоняя доводы подателя жалобы о доказанности им состава правонарушения ответчика, суд округа отмечает, что департамент не представил доказательств того, что обществом произведена реконструкция объекта, расположенного по адресу: <...> (сооружение железнодорожного транспорта - тупик реквизитный 1-го района, кадастровый номер 70:21:0100004:1022), а также осуществляло разбор тупика.

Неосмотрительное подписание арендатором актов с указанием неактуальных характеристик переданных в аренду объектов в условиях большого количества полученных в аренду объектов не лишает, как ошибочно считает податель жалобы, арендатора права представлять доказательства недостоверности сведений об этих объектах и соответствия возвращенного из аренды имущества тому имуществу, которое фактически передано ему арендодателем.

Из совокупности представленных доказательств суды пришли к верному выводу, что документы, представленные истцом, в которых содержится информация о протяженности объекта 630 метров, а именно: свидетельство о государственной регистрации права, выданное взамен свидетельства от 20.02.2002, выписка из технического паспорта по состоянию на 13.06.2001, не подтверждают действительные характеристики переданного в аренду объекта.

Ссылаясь в кассационной жалобе на ошибочное указание в техническом паспорте 2007 года протяженности объекта 130 м, подателем жалобы не доказано, что данное несоответствие подлежало устранению посредством указания длины железнодорожных путей 630 м, а не 418 м, как настаивает ответчик и установлено судами.

При этом, как обоснованно указано судами, данные документы основаны на сведениях, полученных задолго до заключения договора аренды с ответчиком, при составлении технического паспорта в 2001 году и при государственной регистрации права собственности в 2002 году, что не соответствует более поздней технической документации на объект.

Отклоняя соответствующие доводы подателя жалобы, суд кассационной инстанции отмечает, что из приложенных к заключению кадастрового инженера схем и фотоматериалов явно усматривается, что возраст находящаяся за пределами конечного железнодорожного тупика растений превосходит срок действия спорных договоров аренды, что опровергает доводы истца о протяженности линейного сооружения.

Возражая относительно представленного в материалы дела заключения кадастрового инженера, департамент достоверных доказательств, опровергающих указанное заключение, в материалы настоящего дела не предоставил, в связи с чем судами обоснованно принято во внимание указанное заключение как надлежащее доказательство по делу.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, обстоятельства дела, суды пришли к обоснованному выводу, что истцом не доказана совокупность необходимых элементов для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, причиненных возвратом имущества из аренды в состоянии и с характеристиками, не соответствующими состоянию и характеристикам переданного во владение и пользование имущества.

При таких обстоятельствах суды двух инстанций правомерно отказали в удовлетворении искового требования.

Доводы департамента по существу сводятся к несогласию с доказанностью факта отсутствия основания для взыскания убытков с ответчика, то есть сопряжены с обращенным суду округа требованием об оценке доказательств и установлении обстоятельств, отличных от установленных судами первой и апелляционной инстанций, между тем, как указано в Определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, положения статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

С учетом положений статьи 288 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» нарушения или неправильное применение норм процессуального права (включая правила оценки доказательств) могут послужить основанием для отмены судебного акта в кассационном порядке, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, повлекло за собой судебную ошибку существенного и непреодолимого характера (например, если обжалуемый судебный акт основан на недопустимых доказательствах (статья 68 АПК РФ), судами неправильно применены основания для освобождения от доказывания (статья 69 АПК РФ).

В данном случае такие нарушения процессуального закона судами допущены не были, судебные акты основаны на допустимых доказательствах. Выводы судов основаны на исследовании и оценке взаимосогласованных доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка, поэтому в условиях непредставления ответчиком доказательств обратного, признается судом округа соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Само по себе несогласие ответчика с выводами судов не свидетельствует о незаконности обжалуемых судебных актов.

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 30.08.2023 Арбитражного суда Томской области и постановление от 20.11.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А67-4838/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Т.А. Зиновьева


Судьи Е.Ю. Демидова


ФИО1