Постановление от 15 декабря 2024 г. по делу № А48-9735/2022

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


16.12.2024 года                                                          дело № А48-9735/2022(А)

г. Воронеж                                                                                                            


Резолютивная часть постановления объявлена 13.12.2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено  16.12.2024 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи                                        Безбородова Е.А.

судей                                                                                   Ореховой Т.И.

                                                                                             Мокроусовой Л.М.


при ведении протокола судебного заседания секретарем Омельченко О.В.,


при участии:


от ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 13.01.2022,

от ФИО3: ФИО2, представитель по доверенности от 30.11.2022,

конкурсный управляющий ФИО4, паспорт гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Орловской области от 14.08.2024 по делу № А48-9735/2022(А) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Фирма ЛИК» в лице конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО1 о признании сделки должника недействительной и применении последствий её недействительности, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Фирма ЛиК» ((ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Орловской области от 20.12.2022 заявление ООО «УК Жилищное эксплуатационное управление №8» (ООО «УК ЖЭУ №8») о признании общества с ограниченной ответственностью «Фирма ЛиК» (далее – ООО «Фирма ЛиК», должник) несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 06.04.2023 (резолютивная часть от 30.03.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

Решением Арбитражного суда Орловской области от 07.07.2023 (резолютивная часть от 30.06.2022) ООО «Фирма ЛИК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий (далее – заявитель) 24.08.2023 обратился в Арбитражный суд Орловской области к ФИО1 (далее – ответчик), в котором просил (с учетом уточнений от 20.06.2024) признать недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.04.2023 №07/04/23, заключенный между ООО «Фирма «ЛИК» и ФИО1; применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «Фирма «ЛИК» недвижимого имущества: помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:854, адрес <...> д 17, пом 76,78, площадь: 68,7 кв.м; помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:855, адрес <...> д 17, пом 77, площадь: 579,6 кв.м; восстановить задолженность ООО «Фирма ЛИК» перед ФИО1 в размере 5 242 824,06 руб.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 14.08.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.04.2023 №07/04/23, заключенный между ООО «Фирма «ЛИК» и ФИО1. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «Фирма «ЛИК» (ИНН <***>, ОГРН <***>) недвижимого имущества: помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:854, адрес <...> д 17, пом 76,78, площадь: 68,7 кв.м; помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:855, адрес <...> д 17, пом 77, площадь: 579,6 кв.м; восстановления задолженности ООО «Фирма ЛИК» (ИНН <***>, ОГРН <***>) перед ФИО1 (г.Орел) в размере 5 242 824,06 руб. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000,00 руб.

Не согласившись с данным определением, ФИО1 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Конкурсный управляющий ФИО4 с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции 07.04.2023 между ООО «Фирма ЛИК» (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества №07/04/23 (далее договор от 07.04.2023), согласно которому продавец продает, а покупатель приобретает следующие объекты недвижимого имущества:

- помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:854, адрес <...> д 17, пом 76,78, площадь: 68,7 кв.м;

- помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:855, адрес <...> д 17, пом 77, площадь: 579,6 кв.м.

Объекты недвижимого имущества являются собственностью продавца на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.04.2012 №391 и акта приема-передачи объекта от 27.04.2012.

Цена реализации объектов составила 11 500 000 руб. (п. 2.1. договора от 07.04.2023).

Расчёт между сторонами произведён полностью до подписания договора (п.3 договора от 07.04.2023).

Пунктом 4.1 договора от 07.04.2023 предусмотрено, что продавец передал, а покупатель принял объект с момента подписания договора купли-продажи.

Согласно выписке из ЕГРН государственная регистрация перехода прав собственности на объекты недвижимого имущества осуществлена 02.05.2023.

Конкурсный управляющий, полагая, что сделка по отчуждению имущества ответчику по договору купли-продажи от 07.04.2023 подпадает под признаки подозрительности, установленные п.п 1,2 ст.61.2 Закона о банкротстве, совершена с нарушением п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве, п.1 ст. 173.1. Гражданского кодекса РФ обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Из разъяснений, данных в пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания недействительной подозрительной сделки, исходя из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств:

сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления;

условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Только при наличии совокупности обоих признаков оспариваемая сделка может рассматриваться как подозрительная сделка.

 На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества суды правомерно исходили из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, переход права собственности на объекты недвижимости к ответчику по договору от 07.04.2023 зарегистрирован 02.05.2023 за №57:25:0010610:854- 57/065/2023-51, №57:25:0010610:855-57/065/2023-51, что подтверждается представленной в материалы дела отчетами об объекте недвижимости от 02.08.2024. Основанием регистрации права за ответчиком являлся оспариваемый договор.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843, конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721(4).

В рассматриваемом случае государственная регистрация права собственности на спорное недвижимое имущество произведена за ответчиком 02.05.2023, после возбуждения производства по делу о банкротстве должника (20.12.2022) и введения в отношении должника процедуры наблюдения (06.04.2023), то есть оспариваемая сделка заключена в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании изложенного, судом первой инстанции правомерно признаны необоснованными доводы ответчика содержащиеся, в том числе и в апелляционной жалобе о том, что оспариваемый договор является формой реализации ранее заключенной сделки-соглашения от 16.04.2012, поскольку из представленных доказательств следует, что должник являлся собственником спорного имущества вплоть до 02.05.2023, право собственности должника прекращено на основании оспариваемого договора.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование довода о продаже спорного имущества по цене значительно ниже рыночной конкурсный управляющий ссылался на обстоятельства, установленные судом при рассмотрении дела №А48-10443/2020.

Так в рамках дела №А48-10443/2020 рассматривалось заявление ООО «Фирма ЛИК» к ООО «Центр оценки» с исковым заявлением об оспаривании стоимости объектов оценки, указанной оценщиком в отчетах.

В обоснование заявленных требований при рассмотрении дела №А48-10443/2020 ООО «Фирма ЛИК» приводило доводы о том, что действительная стоимость недвижимого имущества значительно выше, отчеты No 212/05/20 и 214/05/20 об оценке рыночной стоимости, подготовленные ООО «Центр оценки», являются недостоверными, не соответствуют стандартам и правилам оценочной деятельности, определение рыночной стоимости объектов произведено не верно, что нарушает права ООО «Фирма Лик» как должника в рамках исполнительного производства. Осмотр помещений оценщиком ООО «Центр оценки» ФИО5 фактически не производился, в связи с чем определение рыночной цены имущества является умозрительным и необоснованно заниженным. Также оценщиком были выбраны некорректные аналоги при применении сравнительного подхода.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 17.08.2021 по делу №А48-10443/2020, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022, постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 05.07.2022, судом принято решение об установлении надлежащей оценки спорного имущества в целях его последующей реализации в рамках исполнительного производства в соответствии с результатами экспертного заключения частнопрактикующего оценщика ФИО6 от 28.05.2021 в отношении нежилого помещения, кадастровый №57:25:0010610:854, площадью 68,7 м?, расположенного по адресу: <...>, помещения 76, 78 в размере 4 500 000 рублей; нежилого помещения, кадастровый №57:25:0010610:855, площадью 579,6 м?, расположенного по адресу: <...>, помещение 77, в размере 21 300 000 руб., в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

При рассмотрении дела №А48-10443/2020 судами установлено, что в отношении ООО «Фирма Лик» возбуждено исполнительное производство №6873/15/57024-СД, в рамках которого судебным приставом-исполнителем был наложен арест на принадлежащее ООО «Фирма Лик» недвижимое имущество: нежилое помещение, с кадастровым номером №57:25:0010610:854, пл. 68,7 м?, расположенное по адресу: <...>, помещения 76, 78; нежилое помещение с кадастровым номером №57:25:0010610:855, площадью 579,6 м?, расположенного по адресу: <...>, помещение 77.

В рамках государственного контракта от 23.12.2019 №0154100004319000073 45684 на оказание услуг по оценке арестованного имущества должников в рамках исполнительного производства, заключенного между ООО «Центр оценки» и УФССП России по Орловской области, 21.05.2020 оценщиком ФИО5 были составлены отчеты об оценке, в том числе №212/05/20.

 В указанных отчетах рыночная стоимость нежилого помещения 76,78, по адресу: <...>, (кадастровый №57:25:0010610:854, пл. 68,7 м?, определена в размере 3 331 000 рублей, без НДС.

Судебным приставом-исполнителем МОСП по особым исполнительным производствам УФССП России по Орловской области ФИО7 5 июня 2020 года принято постановление о принятии результатов оценки (отчет №212/05/20).

На основании постановлений судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела судебных приставов по особым исполнительным производствам УФССП России по Орловской области ФИО8 от 03.09.2020 арестованное и оцененное имущество было передано на торги Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Орловской области.

В последующем один из объектов снят с принудительной реализации имущества судебным приставом-исполнителем.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 18.03.2021 по делу №А48-10443/2020 назначалась судебная экспертиза, проведение которой поручалось частнопрактикующему оценщику ФИО6.

Согласно заключению эксперта от 28.05.2021, рыночная стоимость нежилых помещений 76,78, по адресу: <...>,(кадастровый № 57:25:0010610:854, пл. 68,7 кв. м,) по состоянию на май 2020 составляет 4 075 000 руб., без учета НДС, по состоянию на май 2021 г ? 4 500 000 руб., без учета НДС.

Рыночная стоимость нежилого помещения 77 по адресу: <...>- летия Октября, д. 17 (кадастровый № 57:25:0010610:855, пл. 579,6 кв. м.) по состоянию на май 2020 составляет 22 300 000 руб. без учета НДС, по состоянию на май 2021г ? 21 300 000 руб., без учета НДС.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно учел позицию  конкурсного управляющего о том, что стоимость имущества по оспариваемому договору в два раза ниже стоимости, указанного имущества, установленного вступившим в законную силу судебным актом от 17.08.2021.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что конкурсным управляющим должника доказано наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий так же ссылался на наличие оснований для признания сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнение денежных обязательств перед следующими кредиторами: ООО «УК ЖЭУ №8», УМИЗ, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника и на дату рассмотрения настоящего обособленного спора не погашены.

Таким образом, у должника на дату совершения оспариваемой сделки имелась кредиторская задолженность в сумме более 2 млн.руб., а отчуждение единственного ликвидного актива должника повлекло нарушение прав и законных интересов кредиторов должника на соразмерное удовлетворение их требований за счет конкурсной массы.

В соответствии с п.2 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Арбитражным судом первой инстанции верно установлено, что спорная сделка совершена в отношении заинтересованного лица, поскольку на дату заключения оспариваемого договора, а также на дату передачи имущества (исполнения сделки) руководителем и участником (50% участия) ООО «Фирма ЛИК» являлся покупатель имущества ФИО1.

Следовательно, при заключении оспариваемого договора ответчику было известно, что оспариваемая сделка совершается с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Таким образом, факт того, что ответчик знал или должен был, знать о причинении вреда имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделок, является доказанным.

При таких обстоятельствах, конкурсным управляющим доказана совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве в отношении аффилированного лица, в результате ее совершения из имущественной массы должника выбыл единственный ликвидный актив, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов, что причинило вред кредиторам.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Федеральным законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, увязанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения.

Согласие временного управляющего на совершение сделок преследует цель обеспечить сохранность имущества должника и представляет собой форму контроля за законностью таких сделок. Необходимость получения органом управления согласия временного управляющего на совершение сделок вызвано необходимостью защиты прав кредиторов должника, находящегося в процедуре наблюдения.

Таким образом, согласие временного управляющего на отчуждение имущества должника, находящегося в процессе банкротства, должно быть выражено конкретно, трактоваться однозначно и не допускать какого-либо толкования, что требует его оформления в письменной форме.

Согласно разъяснениям, данным в пункте "д" абзаца 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.04.2009 N 129 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона сделки, которые были совершены органами управления без согласия временного управляющего, являются оспоримыми.

Пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия.

Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Как следует из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности за 2022 год, балансовая стоимость активов ООО «Фирма ЛИК» составляла 10 763 тыс. руб., в том числе основные средства в размере 10 701 тыс. руб. В состав основных средств входило исключительно имущество, отчужденное по договору от 07.04.2023.

Таким образом, в результате заключения оспариваемой сделки с учредителем, владеющим 50% участия в уставном капитале, было отчуждено имущество, составляющее 99,4% балансовой стоимости активов должника.

В данном случае в материалах дела отсутствуют доказательства письменного согласия временного управляющего на заключение договора от 07.04.2023, следовательно, сделка совершена в процедуре наблюдения с нарушением запретов, установленных абз. 2 п. 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт отчуждения имущества должника, стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения и учитывая аффилированность сторон спорного договора купли-продажи, общедоступность сведений о введении в отношении должника процедуры наблюдения следует, что ответчик не мог не знать о необходимости получения согласия временного управляющего на отчуждение спорного имущества.

В силу пунктов 1, 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств и установлено судом первой инстанции, имущество принадлежит на праве собственности ответчику. Данный факт подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается ответчиком.

При определении размера восстановленного требования ответчика к должнику суд первой инстанции правомерно исходил из следующих обстоятельств, ответчиком в материалы дела были представлены документы по оплате задолженности ООО «Фирма ЛИК» перед третьими лицами в том числе: задолженность по налогам и сборам в размере 228 533,94 руб.; оплата за аренду земли ООО «Фирма ЛИК» по договору аренды земли №1208 в размере 156 391,26 руб.; оплата услуг ресурсоснабжающим организациям в размере 4 716 450,86 руб.; оплата судебных расходов в размере 141 448,00 руб.; оплата за выкуп помещения по договору №391 от 27.04.2012.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, 01.09.2012 между ООО «Фирма ЛИК» (цедент) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (цессионарий) заключено соглашение об уступке права требования (л.д.67 т.2), согласно условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), а также обязательства, принадлежащие цеденту в момент заключения настоящего соглашения, а также могущие возникнуть в будущем, по договорам аренды нежилых помещений, расположенных по адресу <...> Октября, д. 17А, помещения 76-78 и находящиеся в собственности цедента.

В соответствии с п. 1.2. соглашения права требования, принадлежащие цеденту, составляют право заключать договоры аренды и требовать с арендаторов ежемесячные платежи, возникающие в связи с арендой помещений, указанных в п. 1.1. настоящего соглашения.

Как указано в п. 1.4. соглашения за переданные по настоящему соглашению права требования цессионарий обязуется оплачивать ежемесячные платежи цедента по договору купли-продажи недвижимого имущества от 27.04.2012 №391, заключенного цедентом с УМИЗ.

Суд первой инстанции правомерно согласился с доводом конкурсного управляющего о том, что при оплате ИП ФИО1 денежных средств в УМИЗ по договору купли-продажи недвижимого имущества от 27.04.2012 №391 ИП ФИО1 с учетом положений п.1.4 соглашения от 01.09.2012 исполнял свои обязательства, возникшие из соглашения от 01.09.2012, в связи с чем денежные средства за выкуп помещения по договору №391 от 27.04.2012 не включаются в состав восстановленного требования ответчика к должнику.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законного и обоснованного вывода суда первой инстанции, сделанного на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

При этом в материалы дела также представлены доказательства, подтверждающие тот факт, что ИП ФИО1 сдавал принадлежащие ООО «Фирма ЛИК» помещения в субаренду.

Как было указано ранее, соглашение от 16.04.2012, которое как указывает ответчик исполнялось сторонами с 2012 года, не является правоустанавливающим документом, подтверждающим право собственности ответчика на спорное имущество, в связи с чем, доводы ответчика в указанной части правомерно признаны судом первой инстанции необоснованными.

При таких обстоятельствах, в качестве применения последствий недействительности сделки правомерно применены последствия в виде возврата в конкурсную массу ООО «Фирма «ЛИК» недвижимого имущества: помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:854, адрес <...> д 17, пом 76,78, площадь: 68,7 кв.м; помещение (нежилое), кадастровый номер 57:25:0010610:855, адрес <...> д 17, пом 77, площадь: 579,6 кв.м; восстановления задолженности ООО «Фирма ЛИК» перед ФИО1 в размере 5 242 824,06 руб.

С учетом результатов рассмотрения обособленного спора, положений ст.110 АПК РФ с ФИО1 в доход федерального бюджета правомерно взыскана государственная пошлина в размере 6 000,00 руб.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих изменить или отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 14.08.2024 по делу № А48-9735/2022(А) оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                       Е.А. Безбородов


Судьи                                                                                Т.И. Орехова


                                                                                           Л.М. Мокроусова