Решение от 29 ноября 2019 г. по делу № А11-3886/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

600025, г. Владимир, Октябрьский проспект, д. 14

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А11-3886/2019
г. Владимир
29 ноября 2019 года
В соответствии со статьей 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации резолютивная часть объявлена 15.11.2019. Полный текст решения изготовлен 29.11.2019.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Поповой З.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 600025, <...>, дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ПрофСегмент», 129344, <...>, этаж 1 № 3101, ИНН <***>, ОГРН <***>, к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Некст Плюс», 600005, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, о взыскании 1 029 400 руб., при участии представителей: от истца – представитель не явился, извещен (заявление о рассмотрении дела в его отсутствие от 09.10.2019); от ответчика – ФИО2, генерального директора; от третьего лица – ФИО2, лично, представлен паспорт, в судебном заседании 11.11.2019 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 15.11.2019 до 12 час. 00 мин., установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «ПрофСегмент» (далее по тексту - ООО «ПрофСегмент», истец) обратилось в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Некст плюс» (далее по тексту – ООО «Некст плюс», ответчик) о взыскании 1 029 400 руб. компенсации за нарушение авторских прав.

В обоснование иска истец указал, что на его программные продукты в ходе проведения осмотра места происшествия сотрудниками Управления внутренних дел России по Владимирской области 20.07.2018 со стороны ответчика (по адресу: <...>) выявлен факт нарушения авторских прав, на жестком диске системного блока компютера установлен программный продукт - «Alumax 2D 2.55 (80)».

Истец указал, что факт принадлежности ему исключительных прав подтверждается договором об отчуждении исключительных прав на программы для ЭВМ от 24.10.2011, заключением эксперта, согласно которого на спорных экземплярах произведения указано лицо в качестве правообладателя ООО «ПрофСегмент». Факт неправомерного использования подтверждается: протоколом обследования от 20.07.2018, заключением эксперта от 02.08.2018 № 18/08-002.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлечен ФИО2.

ООО «Некст плюс» и ФИО2 с иском не согласились, указали, что системный блок, на котором было обнаружено контрафактное программное обеспечение «Alumax 2D 2.55 (80)», в производственной деятельности не использовался, стоял в отдельном кабинете и принадлежал арендодателю. Отметил, что вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, так как экспертиза, по которой дано заключение от 02.08.2018 № 18/08-002, проводилась лицом, инициировавшим проверку. Повторная экспертиза также не дала результатов, подтверждающих принадлежность компьютера ответчику.

Ответчик в отзыве от 22.05.2019 указал, что использует лицензированную программу «ПрофСтрой-4», более современную и удобную для работы, правообладателем которой является ООО «ПрофСегмент». Протокол обследования подтверждает, что в помещении находится 4 рабочих места, оборудованных компьютерами, при проверке которых контрафактного обеспечения не обнаружено.

Кабинет, в котором стоял компьютер, на которым установлена спорная программа, не использовался ответчиком, что подтверждается договором безвозмездного пользования, где в схеме исключается сдача помещения ООО «Некст-Плюс». В материалы дела представлен договор безвозмездного пользования от 30.12.2017 № 1, подписанный между ФИО2 (ссудодатель) и ООО «Некст Плюс» (ссудополучатель), в лице менеджера ФИО3, по которому передается помещение по адресу: <...>, под офис, площадью 45 кв.м. В пункте 1.2 указано, что помещение принадлежит ссудодателю на праве собственности по свидетельству от 11.07.2019, срок договора с 30.12.2017 по 30.11.2018.

Ответчик и третье лицо отметили, что в заключении эксперта от 02.08.2018 №18/08-002 не сделан вывод об использовании в коммерческой деятельности программного обеспечения «Alumax 2D 2.55(80)», отсутствует информация об открытии файлов с 01.01.2015 по 18.07.2018.

Также ответчик считает, что заявленный ко взысканию размер компенсации несоразмерен вероятно допущенным нарушениям, сослался на пункты 43.2 и 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Ответчик полагает, что при определении судом размера компенсации необходимо учитывать: однократность возможного нарушения, непродолжительность его периода, отсутствие вреда, отсутствие вины ответчика либо малозначительную степень вины, отсутствие негативных последствий и отсутствие обоснования истцом их наступления, недоказанность вероятных убытков. Назначаемая судом компенсация не должна вести к обогащению истца и по правоприменительной практике в сфере защиты исключительных прав не относится к карательным мерам. Ответчик, в случае установления арбитражным судом действий, повлекших нарушение исключительных прав в отношении программного обеспечения, просит суд уменьшить размер компенсации до минимальной предусмотренной законом суммы не более 10 000 руб.

Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы и пояснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд установил следующее.

24.10.2011 между ФИО4 (автор) и ООО «ПрофСегмент» (приобретатель) заключен договор об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ, в соответствии в с пунктом 1 которого автор передает приобретателю принадлежащее ему исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный в инициативном порядке, в том числе за пределами трудовых обязанностей, установленных для авторов, являющихся работником правообладателя - программы для ЭВМ: ПрофСтрой 3 (во всех версиях и подверсиях, включая 3.09.24 и 3.19.91), ПрофСтрой 2 (во всех версиях и подверсиях, включая 2,55(10), 2.55 (30), 2.55(77) ПрофОкна и 2.55 (80) «Алюмакс»), являющиеся объектами авторских прав (далее результат интеллектуальной деятельности), в полном объеме, а приобретатель обязуется уплатить автору обусловленное договором вознаграждение за получение авторского права.

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности переходит от автора к приобретателю в момент подписания сторонами договора (пункт 1.2 договора).

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что приобретатель вправе дорабатывать и перерабатывать результат интеллектуальной деятельности, осуществлять исключительные права на произведенный результат интеллектуальной деятельности в полном объеме, а также по желанию проводить государственную регистрацию результата интеллектуальной деятельности с обязательным указанием авторов в качестве таковых.

Согласно пунктам 3.1.1, 3.1.2 договора автор гарантирует, что указанный результат интеллектуальной деятельности создан им в процессе творческой деятельности, и при его создании не были нарушены авторские, патентные и любые иные права третьих лиц; на момент заключения договора результат интеллектуальной деятельности и/или его части, вне зависимости от их объемов, не были опубликованы, иным образом доведены до всеобщего сведения или предоставлены третьим лицам.

В соответствии со свидетельством о государственной регистрации права от 10.08.2009 ФИО2 на праве собственности принадлежит помещение площадью 44, 9 кв.м, расположенное по адресу: <...>. ООО «ТД «Некст плюс» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.10.2005, юридический адрес: <...>, генеральный директор и учредитель (100 % доли уставного капитала) ФИО2

Как следует из материалов дела и не оспорено ответчиком основным видом его деятельности является производство конструкций из металлопрофиля.

20.07.2018 Управлением внутренних дел России по Владимирской области проведена проверка в помещении, расположенном по адресу: <...>, на предмет использования программного обеспечения, не соответствующего признакам лицензионной продукции.

20.07.2018 составлен протокол обследования помещения ООО «Некст плюс», при проведении присутствовал ФИО2 В протоколе отражено: организация расположена в двух помещениях, обозначенных на стене «офис» и «кабинет директора». В офисе 4 рабочих места оборудованы компьютерами, в которых контрафактного обеспечения не обнаружено. В кабинете директора находится рабочий компьютер с монитором L6 серого цвета и системным блоком серого цвета без опознавательных знаков. При обследовании установлено, что установлено контрафактное обеспечение «Программа Алюмакс 2D», диск изъят. Составлен протокол изъятия (жесткий диск: WD Western Digital 250 GB s|n WMA YV0071261).

В объяснениях от 20.07.2018 ФИО2 указал, что программу «Алюмакс 2D» не устанавливал и не скачивал с Интернета. Программу установила ФИО5, которая работает в ООО «Некст плюс» в должности заместителя генерального директора, на данный момент находится в декретном отпуске. С какой целью ФИО5 установила оборудование ему не известно, указаний на установку он не давал.

В соответствии с объяснениями ФИО5 от 16.08.2018, она работает в должности исполнительного директора ООО «Некст Плюс», программа не скачивалась и не устанавливалась ею, каким образом установлена на компьютер генерального директора ФИО2 не известно. Рабочий компьютер директора не переносился из его кабинета на рабочие места сотрудников, без его присутствия его компьютером никто не мог воспользоваться. Предполагает, что программу установил ФИО2 В 2014 году она обратилась к директору об установке на ее компьютер программы для проектирования. После чего ФИО2 пригласил ее в кабинет и на своем рабочем компьютере показал программу «Алюмакс 2Д», пояснив, что на ней она может работать. Поскольку данная программа установлена на компьютере директора, ей было не удобно постоянно перемещаться с одного рабочего места на другое. После неоднократных просьб, ФИО2 пригласил ФИО6, который предоставил лицензионный диск с программой «ПрофСтрой», которую установили на компьютер ФИО5 с которой она работала до января 2017 года.

Согласно заключению эксперта автономной некоммерческой организации «ЮЦСЭ» от 02.08.2018 № 18/08-002 на представленных носителях информации воспроизведено программное обеспечение: Алюмаск 2D 2.55 (80) собрка 20.03.2007, оно работоспособно, процедура активации проведена, имеет признаки контрафактности, результаты поиска, по ключевым словам, «некст плюс», свидетельствуют о том, что в постоянной памяти ЭВМ, представленного на экспертизу, обнаружены документы с упоминанием организации ООО «Некст плюс», что говорит об использовании ЭВМ в финансово-хозяйственной деятельности.

Согласно заключению повторной экспертизы Экспертно-криминалистического центра Управления министерства внутренних дел Российской Федерации по Владимирской области от 28.08.2018 № 1435 в представленном на экспертизу накопителе на жестких магнитных дисках в директории «Раздел №2:\Alumax2D» имеется программный продукт, атрибутирующий себя как «Алюмакс2Б». Версия программного продукта -«2.55.(80)». Установить дату и время установки продукта на накопитель информации не представилось возможным. Сведений об идентификационных и серийных номерах продукта на накопителе информации средствами, имеющимися в распоряжении эксперта, не обнаружено. В представленном на экспертизу накопителе на жестких магнитных дисках в директории «Раздел №2:\Users\BaflHM\Desktop\HoBafl папка (2)\Alumax2D_Setup.rar\ Alumax2D_Setup» имеется установочный пакет программного продукта, атрибутирующего себя как «Алюмакс2Б». Дата и время создания каталога с установочным пакетом программного продукта на накопителе информации -07.05.2014 12:11:52. В представленном на экспертизу накопителе на жестких магнитных дисках имеется 74 текстовых файла, содержащих ключевое слово «договор».

27.11.2018 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, утвержденное заместителем начальника УМВД России по Владимирской области, в котором указано, что проведенной проверкой из совокупности собранных материалов не установлено данных свидетельствующих об использовании данной программы в финансово-хозяйственной деятельности ООО «Некст плюс», то есть отсутствует субъективная сторона совершенного правонарушения. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 и ФИО5 отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (в связи с отсутствием состава преступления).

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, в том числе доводы и пояснения участвующих в деле лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, программы для ЭВМ, которые охраняются как произведения литературы.

Программой для ЭВМ законом признается представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения (статья 1261 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 4 статьи 1259 ГК РФ для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрации произведения или соблюдения каких-либо иных формальностей, а в отношении программ для ЭВМ возможно регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя, согласно порядку, предусмотренному в статьи 1262 ГК РФ.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ никто не вправе использовать произведение без разрешения правообладателя, в том числе путем записи объекта в память ЭВМ.

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную указанным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1299 ГК РФ техническими средствами защиты авторских прав признаются любые технологии, технические устройства или их компоненты, контролирующие доступ к произведению, предотвращающие либо ограничивающие осуществление действий, которые не разрешены автором или иным правообладателем в отношении произведения.

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 1299 ГК РФ не допускаются осуществление без разрешения автора или иного правообладателя действий, направленных на то, чтобы устранить ограничения использования произведения, установленные путем применения технических средств защиты авторских прав, а также изготовление, распространение, сдача в прокат, предоставление во временное пользование безвозмездное пользование, импорт, реклама любой технологии, любого технического устройства или их компонентов, использование таких технических средств в целях получения прибыли либо оказание соответствующих услуг, если в результате таких действий становится невозможным использование технических средств защиты авторских прав либо эти технические средства не смогут обеспечить надлежащую защиту указанных прав.

Таким образом, по искам о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на программы для ЭВМ в предмет доказывания входит наличие у истца исключительных прав на соответствующий объект интеллектуальной собственности и законность использования такого объекта ответчиком.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, первое подлежит доказыванию истцом, второе (в случае наличия соответствующих возражений) - ответчиком.

Принадлежность истцу исключительных прав в отношении программного продукта «Алюмакс 2D 2.55 (80)» подтверждается вышеописанным договором об отчуждении исключительных прав на программы для ЭВМ от 24.10.2011.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В пункте 36 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 5/29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что судам следует учитывать, что право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных статьи 1280 Гражданского кодекса Российской Федерации, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных (пользователю). При этом лицо, записавшее программу для ЭВМ или базу данных в память ЭВМ, когда оно правомерно владело экземпляром такой программы или базы данных, должно удалить соответствующую программу или базу из памяти принадлежащей ему ЭВМ в случае продажи или иного отчуждения экземпляра программы или базы. Копия программы для ЭВМ или копия базы данных, предназначенная для архивных целей или для замены правомерно приобретенного экземпляра в случаях, когда такой экземпляр утерян, уничтожен или стал непригоден для использования, должна быть уничтожена, если владение экземпляром этой программы или базы данных перестало быть правомерным (подпункт 2 пункта 1 статьи 1280 Кодекса).

Материалами дела подтверждается факт использования ответчиком контрафактного программного обеспечения программного продукта «Алюмакс 2D 2.55 (80)» (материалы проверки КУСП УМВД России по Владимирской области от 22.07.2018 № 2681, в том числе заключениями вышеописанных экспертиз, постановлениями об отказе в возбуждении уголовных дел, показаниями ФИО5 от 16.08.2018 и ФИО2, протоколом обследования помещений от 20.06.2018).

Ссылка ответчика на тот факт, что компьютер не принадлежит ООО «ТД Некст плюс» и на договор безвозмездного пользования от 30.12.2017 № 1 не принимается судом, так как при наличии иных доказательств, безусловно не подтверждает, что кабинет директора площадью 45 кв.м в деятельности ООО «Некст плюс» не использовался, данный договор заключен между ФИО7 и Обществом, в котором он является генеральным директором и единственным учредителем, что не исключает использования данного помещения в деятельности ООО «Некст плюс». При проведении проверки данный договор не предоставлялся, на эти обстоятельства ФИО2, присутствовавший при проведении осмотра, не ссылался и не указывал, что помещение, которое обозначено на стене «кабинет директора», и в котором расположен спорный компьютер, используется третьим лицом, а не ООО «Некст плюс».

В протоколе обследования помещений от 20.06.2018 указано, что производился осмотр кабинета директора, на рабочем месте находится рабочий компьютер с монитором L6 серого цвета и системным блоком серого цвета без опознавательных знаков, который был изъят и направлен на экспертизу, в рамках экспертиз сделаны выводы, что имеется программный продукт, атрибутирующий себя как «Алюмакс2Б», дата и время создания каталога с установочным пакетом программного продукта на накопителе информации 07.05.2014 12:11:52.

Суд считает необходимым указать, что в соответствии со статьей 402 Гражданского кодекса Российской Федерации действия работников по исполнению его обязательства считаются действиями должников. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств.

Подтвержден тот факт, что на жестком диске, принадлежащего ответчику и находившегося в помещении ответчика компьютере, установлено программное обеспечение, исключительные права на использование которого принадлежат истцу. Ответчиком не представлены договоры на использование спорного программного продукта с его правообладателем.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств, опровергающих вышеизложенные обстоятельства.

Факт хранения на жестких дисках ответчика программных продуктов подтверждает использование их ООО «ТД «Некст плюс». Данный вывод согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400.

Таким образом, запись в память компьютера программного продукта, исключительные права на который принадлежат истцу, является нарушением исключительных прав ООО «ПрофСегмент».

Учитывая повышенный стандарт поведения ответчика в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении предпринимательской деятельности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), которым является юридическое лицо-ответчик, при подтверждении факта наличия контрафактных компьютерных программ на материальных носителях, принадлежащих такому лицу, действия со стороны владельца материальных носителей по сохранению программ в их память презюмируются до тех пор, пока владельцем материального носителя не доказано иное.

Ввиду того, что приобретение владения программой для ЭВМ возможно только посредством активных действий по сохранению программы в памяти ЭВМ, лицо, владеющее программой, должно доказать, что приобрело право владения правомерно, или, как в настоящем случае, опровергнуть факты, свидетельствующие о его неправомерном владении.

Хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения.

Следовательно, наличие факта нахождения (хранения) программных продуктов в памяти ЭВМ ответчика является использованием этих программ.

Таким образом, подтвержденный факт хранения спорных программных продуктов на жестком диске даже одного компьютера, изъятого у ответчика в рамках, является достаточным основанием для вывода о нарушении ответчиком прав правообладателя программного продукта в форме воспроизведения.

Доказательства того, что ООО «ПрофСегмент» предоставило ООО «Некст плюс» право на использование в коммерческой деятельности вышеуказанного программного продукта, в материалы дела не представлены.

В соответствии со статьей 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение).

В соответствии со статьей 1301 ГК РФ обладатели исключительных прав вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения. Право выбора способа защиты принадлежит лицу, обратившемуся в суд за защитой нарушенного права.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 26.03.2009 № 5/29), следует, что суд, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301, абзацем 2 статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом достаточным основанием для удовлетворения требования об уплате компенсации является доказанность факта нарушения авторских или смежных прав. Доказательства наличия убытков не требуется.

Стоимость компенсации рассчитана ООО «ПрофСегмент» исходя из двойной стоимости экземпляров произведения (553 700 руб. х 2 = 1 029 400 руб.), стоимость определена на основании прайс-листов и справок о стоимости официальных дистрибьюторов, расчет документально ответчиком не опровергнут.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43.4 Постановления № 5/29, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения.

Доказательств иной стоимости программ ответчиком не представлено.

Истец избрал тот способ защиты, который установлен пунктом третьим статьи 1252 и абзацем третьим статьи 1301 ГК РФ - требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости экземпляров произведения.

Кроме того, согласно пункту 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» вводя штрафную по своей природе ответственность за нарушение прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, федеральный законодатель не только учитывал объективные трудности в оценке причиненных правообладателю убытков, но и руководствовался необходимостью - в контексте правовой политики государства по охране интеллектуальной собственности - общей превенции соответствующих правонарушений.

Данная норма не предусматривает право суда по своему усмотрению устанавливать размер компенсации исходя из обстоятельств дела.

Обращение с требованиями о взыскании компенсации предусмотрено нормами гражданского законодательства и не может быть расценено как злоупотребление правом со стороны истца.

Согласно правовой позиции, изложенной в указанном Постановлении № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; - правонарушение совершено ответчиком впервые; - использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Обществом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании пункта 2 статьи 1301 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости контрафактных экземпляров произведений, или двукратного размера стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения, возможно только при наличии мотивированного заявления ООО «Некст плюс», подтвержденного соответствующими доказательствами.

В отзыве на иск ответчик указал, что ранее не привлекался к ответственности за незаконное использование чужих исключительных прав, данное истцом не опровергнуто, то есть правонарушение совершено ООО «Некст плюс» впервые, им приобретено лицензионное программное обеспечение ООО «Проф Сегмент», которое фактически использовалось в деятельности, данное не опровергнуто истцом и подтверждается материалам дела, в то время как спорное программное обеспечение всего лишь хранилось на компьютере. Пояснил, что с учетом фактического приобретения для осуществления своей деятельности лицензионного программного обеспечения не мог причинить значительных убытков истцу действием по хранению спорного программного обеспечения .

На основании вышеизложенного, суд, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в совокупности представленные в материалы дела доказательства, учитывая вышеизложенные обстоятельства, полагает возможным снизить размер заявленной ко взысканию компенсации до 750 000 руб.

При этом, с учетом стоимости неправомерно установленного контрафактного продукта (514 700 руб.), стоимости аналогичных программных продуктов, которые необходимы для осуществления производственной деятельности, того, что ОООО «Некст плюс» непосредственно осуществляет деятельность по производству конструкций из металлопрофиля, при установке на компьютер программы, осознавало как ее стоимость, так и то, что незаконно использует программный продукт и не имеет разрешения провообладателя, приходит к выводу, что снижение компенсации до 10 000 руб., а также ниже определенного судом размера - 750 000 руб. в данном случае необоснованно.

Порядок распределения государственной пошлины по результатам рассмотрения арбитражного дела определен статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Установленная пунктами 1 статей 1301 и 1311 ГК РФ мера ответственности применяется по выбору истца вместо возмещения убытков. Требование об уплате компенсации подлежит удовлетворению при наличии доказательств факта правонарушения. Размер же компенсации определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела, в том числе характера нарушения, срока незаконного использования, возможных убытков и т.д. В условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер компенсации исходя из перечисленных выше критериев нарушения, истец, заявляя исковые требования о взыскании компенсации в указанном им размере, в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий, который в рассматриваемом случае заключается в отнесении на истца государственной пошлины пропорционально размеру заявленной компенсации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 4, 11, 17, 65, 70, 71, 110, 150, 167-171, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

1. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Некст Плюс», 600005, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПрофСегмент», 129344, <...>, этаж 1 № 3101, ИНН <***>, ОГРН <***>, компенсацию в сумме 750 000 руб., а также 16 971 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

2. В остальной части иска отказать.

3. Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья З.В. Попова