Постановление от 22 апреля 2024 г. по делу № А11-304/2020

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017 http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) 44-76-65, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А11-304/2020
город Владимир
22 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А., судей Евсеевой Н.В., Сарри Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 28.12.2023 по делу

№ А11-304/2020, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 Кузина Александра Викторовича о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 31.07.2019, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации, ФИО4 на основании устного ходатайства ФИО1 о представлении ее интересов,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО1 в Арбитражный суд Владимирской области обратился финансовый управляющий должника ФИО5 (далее – финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 31.07.2019, заключенного между должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 28.12.2023

заявление финансового управляющего удовлетворил частично; признал договор купли-продажи транспортного средства от 31.07.2019, заключенный между должником и гражданкой ФИО3, недействительной сделкой; применил последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО3 в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 50 000 руб.; в остальной части

заявленных требований отказал; взыскал с должника в доход федерального бюджета государственную пошлину 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания оспариваемого договора недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку сделка совершена при равноценном встречном предоставлении, в связи с чем вред кредиторам должника причинен не был.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и письменных пояснениях к ней.

ФИО1 в судебном заседании 20.03.2024 поддержала доводы апелляционной жалобы, настаивала на ее удовлетворении.

Финансовый управляющий в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО6 в отзыве поддержала доводы апелляционной жалобы должника, просила ее удовлетворить.

Рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена с участием ФИО1 и ее представителя. Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации явку в судебное заседание 17.04.2024 не обеспечили, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО1 (продавцом) и ФИО3 (покупателем) заключен договор от 31.07.2019 купли-продажи транспортного средства, в соответствии с которым продавец передает в собственность покупателя (продает), а покупатель принимает (покупает) и оплачивает транспортное средство марки ВАЗ 21093, 1997 года выпуска, VIN: <***>, номер двигателя: 210832329073,

номер кузова: <***>, цвет: лазурь голубая. Стоимость транспортного средства составляет 50 000 руб. (пункты 1 и 4 договора).

Решением от 24.09.2020 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

Предметом заявления финансового управляющего является требование о признании договора купли-продажи от 31.07.2019 недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности.

Арбитражный суд Владимирской области, оценив представленные в материалы дела доказательства, установив аффилированность должника и ответчика, наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, пришел к выводу о доказанности совершения оспариваемой сделки по купле-продаже транспортного средства от 31.07.2019 с целью причинения вреда кредиторам должника, в связи с чем удовлетворил требования финансового управляющего.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Оспоренная сделка совершена 31.07.2019, тогда как производство по делу о банкротстве должника возбуждено 06.03.2020, то есть данная сделка подпадает под период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Должником заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на обращение с данным заявлением.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (часть 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. (пункт 32 Постановления № 63).

Решением от 24.09.2020 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

Согласно представленного в материалы дела ответа РЭО ГИБДД УМВД России по городу Владимиру от 21.10.2020 № 42/76051 (получено финансовым управляющим 19.11.2020) по состоянию на 16.10.2020 за ФИО1 транспортные средства не зарегистрированы. При этом в указанном запросе предоставлены сведения согласно данных Федеральной информационной системы ГИБДД-М о

совершенных регистрационных действиях транспортными средствами ФИО1 за период с 06.03.2017 по настоящее время (на дату ответа). Также было указано, что предоставляется копия договора купли-продажи на транспортное средство ВАЗ 21093.

Соответственно финансовый управляющий узнал (должен был узнать) о наличии оснований для оспаривания данной сделки не позднее 19.11.2020.

С настоящим заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий обратился 12.11.2021, то есть в пределах срока исковой давности.

При изложенных обстоятельствах основания для применения срока исковой давности у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Наличие специальных оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по смыслу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63).

При этом для применения данных статей необходимо наличие обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; иной подход приводит к тому, что содержание названной специальной нормы потеряет смысл ввиду его полного поглощения содержанием норм Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом.

Для квалификации сделки в качестве ничтожной по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны.

Как следует из материалов дела, на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами ВТБ (ПАО), ПАО Росбанк, ФИО7, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

ФИО3 является сестрой ФИО1, а соответственно аффилированным лицом применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, учитывая разъяснения, изложенные в абзаце 5 пункта 6 Постановления № 63, само по себе наличие указанных признаков, не свидетельствует о том, что сделка по отчуждению имущества совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемого договора купли-продажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

По условиям оспариваемого договора стоимость спорного имущества определена сторонами в размере 50 000 руб. (пункт 4 договора).

Оспариваемая сделка совершена между физическими лицами, не ведущими соответствующей хозяйственной деятельности, подразумевающей открытие специальных счетов, позволяющих подтвердить факт поступления (непоступления) денежных средств во исполнение условий договора купли-продажи.

Поэтому в данном случае реальность передачи денежных средств, закрепленная сторонами сделки путем совершения расписки об их получении, может быть установлена по правилам статей 160, 161, 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при расчетах между физическими

лицами исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

Факт оплаты ФИО3 по спорной сделке подтвержден оспариваемым договором, являющимся также распиской о получении денежных средств (том 1, лист дела 12).

Ходатайства о фальсификации данных документов не заявлено.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (абзац 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35).

Согласно пояснениям должника полученные от продажи денежные средства частично в размере 25 000 руб. направлены бытовые нужды (покупку в магазинах, коммунальные платежи, текущие расходы), оставшиеся 25 000 руб. внесены

ФИО1 на депозит суда 20.05.2020 для оплаты вознаграждения арбитражного управляющего (том 1, листы дела 111, 112).

Доказательств обратного в материалах дела не представлено.

Более того, отсутствие сведений о том, каким образом должник оприходовал у себя полученные денежные средства (потратил), не может свидетельствовать о том, что им эти денежные средства не были получены от покупателя.

Доказательств отсутствия у ФИО3 дохода, позволяющего произвести оплату по оспариваемой сделке, стоимость которой не носила крупный характер (50 000 руб.), в материалы дела не представлено. Из пояснений ФИО3 денежные средства на спорную покупку затрачены из общего семейного бюджета с мужем (отзыв от 15.04.2024).

При этом факт оплаты сторонами по рассматриваемой сделке не оспаривается.

Принимая во внимание совокупность обстоятельств данного конкретного дела, в том числе совершение оспариваемой сделки между физическими лицами, не осуществляющими предпринимательскую деятельность, наличие у ответчика финансовой возможности произвести оплату по оспариваемому договору, предоставление должником сведений относительно расходования полученных по сделке денежных средств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности оплаты спорного транспортного средства, переданного ФИО3 по оспариваемому договору купли-продажи.

Доказательств того, что спорная сделка совершена при неравноценном встречном исполнении со стороны ФИО3 в материалы дела в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Напротив, ФИО3 в материалы дела представлен отчет об оценке рыночной стоимости объекта от 31.07.2019 № 2021/3636, согласно которому

рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 31.07.2019 (без осмотра транспортного средства) составляет 51 750 руб.

В свою очередь финансовым управляющим представлен в материалы дела отчет о рыночной стоимости транспортного средства от 19.08.2022 № 82, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 31.07.2019 составляет 96 650 руб.

В судебной практике, обобщенной в разъяснениях высшей судебной инстанции применительно к различным правоотношениям, сформулирован критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка, отступление от которого свидетельствует о наличии явного ущерба для другой стороны сделки (или ее кредиторов) (например, третий абзац пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; абзац седьмой пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707).

Квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества.

Само по себе отклонение стоимости сделки от цены, определенной в результате судебной экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное, без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств отчуждаемого имущества для общества было очевидно значительное занижение цены их реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного арендатора обоснованные подозрения.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применены заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется в каждом конкретном случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества.

Оценив представленные в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости объекта от 31.07.2019 № 2021/3636, отчет о рыночной стоимости транспортного средства от 19.08.2022 № 82 наряду с иными доказательствами, учитывая, что оба отчета составлены без фактического осмотра транспортного средства и учета его технического состояния, по аналогам в хорошем техническом состоянии, принимая во внимание марку транспортного средства (ВАЗ 21093), год его выпуска (1997 год) – на дату совершения сделки транспортному средству было 22 года, а также учитывая, что впоследствии в феврале 2020 года ФИО3 продала данное транспортное средство третьему лицу по цене 20 000 руб., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности надлежащими доказательствами существенного несоответствия определенной сторонами в договоре стоимости транспортного средства его рыночной.

Материалы дела не содержат убедительных доказательств того, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных свойств спорного транспортного средства для ответчика было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных объектов движимого имущества, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения.

Суд апелляционной инстанции также обращает внимание на то, что суд первой инстанции в своих выводах о применении последствий недействительности сделки заключил, что доводов о неравноценности встречного исполнения по сделке не представлено. Указанное свидетельствует, что суд первой инстанции также установил недоказанность неравноценного встречного исполнения.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности совершения оспариваемого договора от 31.07.2019 на условиях неравноценного встречного исполнения, с исключительной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также самого факта причинения вреда (уменьшения конкурсной массы).

В этой связи, учитывая недоказанность в рассматриваемом случае необходимой совокупности условий для признания оспариваемого договора недействительным по правилам пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительной спорной сделки в соответствии с положениями Закона о банкротстве.

Довод заявителя о том, что договор купли-продажи направлен на вывод активов и причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника не нашел своего документального подтверждения, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

Наличие аффилированности сторон сделки само по себе при недоказанности цели причинения вреда кредиторам должника и самого факта причинения такого вреда, не являются безусловным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Злоупотребления сторонами своими правами при заключении спорной сделки судом апелляционной инстанции также не установлено. Доказательства по делу не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве обстоятельства совершения оспариваемого договора купли-продажи выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В рассматриваемом случае не доказал факт неравноценного встречного исполнения, предоставляемого ФИО3 должнику по договору купли-продажи

от 31.07.2019. Оплата произведена в полном объеме в размере 50 000 руб. В деле отсутствуют доказательства, что стоимость проданного объекта неравноценна его именно рыночной стоимости.

Доказательства того, что оспариваемая сделка заключена без намерения его фактического исполнения в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела, не представлены. Напротив, из материалов дела следует и не опровергнуто надлежащими доказательствами, что сделка являлась реальной после покупки ФИО3 транспортное средство зарегистрировано за собой, а впоследствии продала и сняла с регистрационного

учета 30.09.2020 (том 2, листы дела 35-36). Доказательства продолжения пользования транспортным средством ФИО1, в деле отсутствуют.

ФИО3 является добросовестным приобретателем; доказательств обратного не представлено.

При изложенных обстоятельствах, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания договора купли-продажи от 31.07.2019 недействительной сделкой, в связи с чем суд апелляционной инстанции счел обжалуемый судебный акт подлежащим отмене.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, апелляционная жалоба ФИО1 подлежит удовлетворению, а определение Арбитражного суда Владимирской области от 28.12.2023 по делу № А11-304/2020 подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в сумме 6000 руб., за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3000 руб., относятся на должника.

Уплаченная финансовым управляющим должника по платежному поручению от 29.01.2024 № 6730 государственная пошлина в размере 3000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит возврату, поскольку заявителем апелляционной жалобы является ФИО1, которая также произвела уплату государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 28.12.2023 по делу

№ А11-304/2020 отменить, апелляционную жалобу ФИО1 – удовлетворить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 Кузина Александра Викторовича о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 31.07.2019, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки отказать.

Возвратить финансовому управляющему ФИО1 ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину, уплаченную по платежному поручению от 29.01.2024 № 6730.

Основанием для возврата государственной пошлины является настоящее постановление.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи Н.В. Евсеева

Д.В. Сарри