Постановление от 24 июня 2021 г. по делу № А45-35984/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело №А45-35984/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2021 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

Усаниной Н.А.,

судей

Кудряшевой Е.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 без использования средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№07АП-5218/2021(1)) на определение от 27.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-35984/2019 (судья Сорокина Е.А.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «КПК» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 630064, <...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КПК» ФИО4 о привлечении бывших руководителей должника ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие: без участия.

УСТАНОВИЛ:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «КПК» (далее - ООО «КПК», должник) его конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя и учредителя должника ФИО5 и исполнительного директора должника ФИО3 к субсидиарной

ответственности по обязательствам ООО «КПК» и взыскании с названных лиц в порядке субсидиарной ответственности в пользу должника суммы, составляющей размер непогашенных реестровых и текущих требований.

Определением от 27.04.2021 Арбитражный суд Новосибирской области привлек ФИО5 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «КПК». С ФИО5 и ФИО3 взыскано солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «КПК» 3 381 004, 46 рублей.

ФИО3 в поданной апелляционной жалобе просит отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.04.2021 по делу № А45-35984/2019 о привлечении ФИО5 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «КПК», отказать конкурсному управляющему в привлечении ФИО5 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «КПК».

В обоснование апелляционной жалобы, ее податель приводит следующие доводы: для возложения на ответчика ответственности необходимо установить причинную связь между действиями ФИО3 и ФИО5 и наступившим вредом, при этом важно установить, что ФИО3 и ФИО5 действовали недобросовестно и неразумно в интересах должника, однако, данные обстоятельства в деле не установлены; судом не приняты во внимание выписки с лицевых счетов ООО «КПК» из которых следует, что ФИО3 неоднократно зачислял на счет общества личные денежные средства, с целью выплаты заработной платы, и погашения задолженности перед кредиторами; обязанность по доказыванию того обстоятельства, что сделкой причинен существенный вред кредиторам возлагается на заявителя, при этом данные сделки не были совершены с заведомым умыслом на негативные последствия, а лишь могли быть основаны на возможных рисках ведения бизнеса, и дальше последующих неудачах, которые не могут наказываться привлечением к субсидиарной ответственности.

Отзывы на апелляционную жалобу к моменту ее рассмотрения не поступили.

Лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В отсутствие возражения лиц, участвующих в деле законность и обоснованность

судебного акта проверена судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ, применительно к доводам ФИО3, лицо, подписавшего апелляционную жалобу ФИО6 по доверенности от 13.03.2021 уполномочен представлять интересы ФИО3, полномочий на представление интересов ФИО5 у ФИО6 не имеется, однако в апелляционной жалобе просит отменить судебный акт и в отношении ФИО5, правом на самостоятельное обжалование судебного акта ФИО5 не воспользовалась.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене в части привлечения ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КПК»

Из материалов дела следует, что должником 30.06.2019 осуществлена реализация товара ООО «НСК-Арсенал», участником которого с долей 60% выступал ФИО3. Сумма реализации составила 2 455 700, 59 рублей. Выписка по счету и книга продаж должника не отражают операции по погашению данной задолженности со стороны контрагента.

30.06.2019 и 27.09.2019 товар на сумму 5 007 761 рублей реализован должником ООО «Анри Сибирь», руководителем которой является ФИО3. Отчетные документы должника не содержат информации о встречном представлении по совершенным сделкам, что расценивается конкурсным управляющим как вывод имущества в условиях наличия значительной кредиторской задолженности.

В процедуре банкротства документы бухгалтерского учета конкурсному управляющему не переданы, определением арбитражного суда от 28.12.2020 указанная документация истребована у ФИО5, однако определение суда не исполнено.

Полагая, что задолженность, включенная в реестр, не погашена в результате действий (бездействий) контролирующих должника лиц, которые не обеспечили передачу документов конкурсному управляющему (ФИО5) и совершили убыточные для должника сделки, расчет за которые аффилированными контрагентами произведен не был (ФИО3), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО5 и ФИО3, являлись контролирующими должника лицами, ФИО5 не исполнила обязанности по передаче бухгалтерской документации конкурсному управляющему, ФИО3, имея право на совершение распорядительных действий в отношении должника и его имущества в силу полномочий, предоставленных

ему соответствующей доверенностью, распорядился принадлежащим ему имуществом товаром в пользу подконтрольных лиц, не предоставивших встречное исполнение в условиях наличия у должника явно выраженных признаков неплатежеспособности.

Федеральным Законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку с заявлением в суд конкурсный управляющий ФИО4 обратился 26.01.2021, суд правомерно руководствовались нормами Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в т.ч., путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Установив, что единственным учредителем и руководителем должника в период с момента создания (23.08.2016) являлась ФИО5. ФИО7 - родной брат руководителя должника, являлся исполнительным директором должника и действовал от имени общества на основании выданной доверенности, суд правомерно определил статус указанных лиц, как контролирующих должника исходя из пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, (подпункт 2) если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; (подпункт 4) если документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестици-

онных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Производство по делу №А45-35984/2019 о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 14.10.2019. Должник признан несостоятельным (банкротом) 10.06.2020.

Доводы ФИО3 об отсутствии доказательств, что ФИО3 и ФИО5 действовали недобросовестно и неразумно в интересах должника, причинная связь между действиями ФИО3 и ФИО5 и наступившим вредом не установлена, подлежат отклонению.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

В абзаце пятом пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее- Постановление №53) указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие

вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Определениями от 28.12.2020 Арбитражный суд Новосибирской области истребовал от ФИО5 и обязал передать конкурсному управляющему должника ФИО4 оригиналы бухгалтерских и иных документов и информацию в отношении должника, в связи с неисполнением запроса конкурсного управляющего о предоставлении истребуемых документов.

Установив факт реализации права конкурсным управляющим на истребование от бывшего руководителя должника ФИО5 бухгалтерской и иной документацию должника, ее уклонение от исполнения обязанности, предусмотренной Законом о банкротстве, невыполнение определения суда от 28.12.2020, в материалы дела представлен последний бухгалтерский баланс должника, сдаваемый в налоговый орган и позволяющий установить факт отражения в бухгалтерской отчетности должника сведений о наличии активов, отсутствие у конкурсного управляющего первичных бухгалтерских документов привели к невозможности формирования конкурсной массы, в том числе установления места нахождения запасов, отраженных в балансе должника, суд сделал вывод о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Из совокупного толкования положений пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления №53, следует, что необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В рассматриваемом случае судом установлено, что ФИО3, являясь родным братом руководителя должника - ФИО5 и исполнительным директором должника, имея право на совершение распорядительных действий в отношении должника и его

имущества в силу полномочий, предоставленных ему соответствующей доверенностью, распорядился принадлежащим ему имуществом товаром в пользу подконтрольных юридических лиц, не предоставивших встречное исполнение в условиях наличия у должника явно выраженных признаков неплатежеспособности.

Доводы ФИО3 об обязанности заявителя доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, при этом данные сделки не были совершены с заведомым умыслом на негативные последствия, а лишь могли быть основаны на возможных рисках ведения бизнеса, и дальше последующих неудачах, которые не могут наказываться привлечением к субсидиарной ответственности, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

В пункте 23 Постановления №53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

В настоящем деле судом установлено, в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов ООО «РЭМ» период возникновения задолженности с 11.10.2016 по 31.12.2017, заявитель по делу ООО «ТЕХНО-ЦЕНТР» - период возникновения задолженности с 20.02.2018 по 31.05.2018, уполномоченного органа - период образования задолженности с 4 квартала 2018 по 3 квартал 2019 года, общий размер реестровых требований составляет 2 937 594, 80 рублей - основной долг, размер текущих обязательств составляет 443 409, 66 рублей.

Наличие непогашенных требований кредиторов, родственных связей между должником и ФИО3, корпоративных связей между ФИО3 и контрагентами должника по совершенным сделкам, оплата по которым не поступила, принеся имущественный ущерб должнику, и опосредовано кредиторам, свидетельствуют о совершении действий по выводу имущества в преддверии банкротства.

При этом, средств, вырученных от совершения данных сделок, было бы достаточно для удовлетворения всего реестра требований кредиторов, что исключило бы банк-

ротство должника.

Поскольку презумпции, установленные Законом о банкротстве, не опровергнуты, доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника не представлено, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выражают несогласие ее подателя с выводами суда об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом норм законодательства о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 27.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-35984/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.


Председательствующий Н.А. Усанина

Судьи Е.В. Кудряшева

Н.Н. ФИО1