Постановление от 23 мая 2022 г. по делу № А65-3397/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А65-3397/2019
г. Самара
23 мая 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 мая 2022 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Александрова А.И., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Рассказовой А.В.,


с использованием системы вебконференц-связи (онлайн-заседание) рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ООО «Мезон» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 по заявлению конкурсного управляющего ООО «Строительные технологии» к ООО «Мезон» о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности

по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Строительные технологии», ИНН <***>, ОГРН <***>,


при участии в судебном заседании: представитель конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО2, доверенность от 16.06.2021.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.02.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.02.2020 заявление ООО «Прогресс» и ООО «МосСпецСтрой» признано обоснованным, в отношении ООО «Строительные технологии» введена наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.08.2020 ООО «Строительные технологии» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО3.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 02.04.2021 поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ООО «Строительные технологии» ФИО3 к ООО «Мезон» о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.04.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 заявление удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств в пользу ООО «Мезон» в размере 25 736 120 руб. 05 коп. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Мезон» в пользу ООО «Строительные технологии» 25 736 120 руб. 05 коп. Взыскано с ООО «Мезон» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

ООО «Мезон» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 производство по апелляционной жалобе ООО «Мезон» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 по делу № А65-3397/2019 прекращено.

ООО «Мезон» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с заявлением о пересмотре по новым обстоятельствам определения Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 декабря 2021 года по делу № А65-3397/2019.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 заявление ООО «Мезон» о пересмотре по новым обстоятельствам определения Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 принято к производству, назначено судебное заседание на 09.03.2022.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022 заявление ООО «Мезон» о пересмотре по новым обстоятельствам определения Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу А65-3397/2019 удовлетворено, определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 отменено, рассмотрение апелляционной жалобы ООО «Мезон» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 назначено на 12.04.2022. Определением Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд судебное заседание отложено на 16.05.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Участие в судебном заседании представителя конкурсного управляющего обеспечено в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем использования системы веб-конференции, в котором он поддержал свою правовую позицию по делу.

Представитель заявителя апелляционной жалобы, ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции не заявил, к нему не присоединился.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установил суд первой инстанции, согласно выписке движения денежных средств по счету должника ПАО «Сбербанк», в период с 21 декабря 2016 года по 10 октября 2018 года в адрес ответчика и иных лиц в интересах ответчика перечислены денежные средства в общей сумме 25 736 120 руб. 50 коп., в соответствии с перечнем платежей, приведенных в обжалуемом судебном акте.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данных сделок недействительными, ссылаясь на положения пп.1,2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (п.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление №63).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).

Согласно абзацам 2 -5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Дело о банкротстве должника возбуждено 14.02.2019, тогда как оспариваемые платежи произведены в период с 21.12.2016 по 10.10.2018, в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Как установил суд первой инстанции в назначении платежа оспариваемых сделок указано, что платежи производятся за ответчика в пользу его контрагентов по различным договорам, либо непосредственно в пользу ответчика по договорам займа и иным обязательствам.

В пункте 7 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вместе с тем, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции установил, что на период совершения спорных перечислений у должника имелись обязательства перед кредиторами (в июле 2016 года перед ОАО «ХМДС» (определением от 15.12.2020 требования кредитора включены в реестр требований ), в июле 2017 года перед ООО «Автотрасса», в декабре 2017 года перед ООО «Строительное управление № 967»), а также с января 2017 года перед Федеральной налоговой службой.

Как установил суд первой инстанции, оспариваемые безналичные платежи осуществлялись, начиная с декабря 2016 года, в котором впервые проявились вышеуказанные признаки неплатежеспособности должника.

При этом суммы безналичных платежей являлись значительными, что, как указал суд первой инстанции, свидетельствует о том, что именно в результате длительного, регулярного и массового изъятия у должника денежных средств, опосредованного перераспределения их в пользу третьих лиц, должник стал отвечать признаку неплатежеспособности (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции указал, что согласно сложившейся практики Верховного суда Российской Федерации, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013).

Факт осуществления оспариваемых платежей в условиях неисполнения нараставших обязательств перед иными кредиторами, их фактическая безвозмездность в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения вышеуказанных сделок, в связи с чем правомерным представляется вывод о наличии у оспариваемых сделок состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом именно ответчик является фактическим выгодоприобретателем оспариваемых сделок, поскольку платежи производились либо в его польщу либо обязательства ответчика перед третьими лицами были исполнены должником посредством осуществления оспариваемых платежей.

Таким образом, суд первой инстанции констатировал, что вышеуказанные сделки привели к тому, что должник, не имея какой либо экономической заинтересованности, в интересах ответчика произвел его контрагентам безвозмездно оплату, не получив взамен каких-либо встречных обязательств, и ответчик не мог не знать, что тем самым причиняет вред должнику и его кредиторам, поэтому оспариваемые сделки необходимо признать недействительными.

Безвозмездное получение ответчиком денежных средств должника, повлекшее нарушение имущественных интересов кредиторов, следует квалифицировать как осуществленное при осведомленности выгодоприобретателя (ответчика) о противоправной цели, следовательно, суд считает доказанной в настоящем споре совокупность признаков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом перечисленных обстоятельств, суд первой инстанции признал заявленные требования обоснованными, удовлетворил их применил последствия недействительности путем взыскания с ответчика безвозмездно перечисленных сумм в пользу должника.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве безвозмезность сделки является самостоятельным признаком цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, безвозмезность сделки не является обычной в хозяйственном обороте в ходе осуществления предпринимательской деятельности, что само по себе свидетельствует о наличии у добросовестного контрагента достаточных оснований усомниться в разумном характере такой сделки, а следовательно предположить неправомерность ее осуществления и осуществить дополнительную проверку обстоятельств ее заключения, отказаться от ее заключения. Неосуществление таких действий контрагентом будет свидетельствовать о его недобросовестности, и вероятном наличии у него достаточной информации о неплатежеспособности должника, недостаточности его имущества, целях такой сделки.

При этом условием презумпции относительно цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, сформулированной в абзаце 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является не только случай когда, должник на момент совершения сделки отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, но и когда должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества в результате совершения оспариваемой сделки.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что часть спорных платежей в сумме 4 413 000 руб. с назначением платежа в пользу ООО «Мезон» за поставленные товары. выполненные работы осуществлена во исполнение реальных обязательств должника перед ответчиком.

В обоснование указанных доводов им в суд первой инстанции представлены следующие документы: договор субаренды обсадных труд, шнека и дрейтеллера от 01.11.2016; акт от 31.01.2017 на сумму 1 200 000 рублей; акт от 08.02.2017 на сумму 400 000 рублей; накладная №87 от 27.07.2016 на сумму 1 560 000 рублей; акт №87 от 27.07.2016 на сумму 30 000 рублей; товарная накладная №107 от 10.08.2016 на «Кирпич красный М-125» на сумму 63 000 рублей; акт №107 от 10.08.2016 на сумму 30 000 рублей; акт №4 от 25.07.2016 на сумму 220 000 рублей за геодезические работы; накладная № 88 от 29.11.2016 на сумму 229 923 рублей; акт от 21.11.2017 на сумму 23 577,18 рублей; накладная № 119 от 01.12.2016 от на сумму 447 142, 12 рублей.

В то же время указанные документы сами по себе не являются достаточными для подтверждения реальности встречного предоставления со стороны ответчика и обоснованно не приняты судом первой инстанции в качестве такового в отсутствие дополнительных доказательств. При этом как суд первой инстанции так и апелляционный суд предлагали ответчику представить дополнительно соответствующие доказательства.

Конкурсный управляющий должника указывал на то, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами, аффилированными через ФИО4

Обстоятельства заинтересованности группы лиц, аффилированных ФИО4 ранее устанавливались в рамках настоящего дела, в том числе применительно к ООО «Мезон» и ООО «Строительные технологии» (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.03.2021, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2021). Указанные обстоятельства применительно к настоящему спору не опровергнуты.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), действующим законодательством не запрещается заключение сделок с аффилированными лицами, и сам факт совершения таких сделок, не влечет их ничтожность, вместе с тем, в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой в целях воспрепятствования злоупотреблению правами участниками правоотношений выработаны также следующие критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При таких обстоятельствах, учитывая наличие признаков заинтересованности между лицами, вступившими в спорные правоотношения, к последним применяется повышенный стандарт доказывания.

Аффилированный с должником кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, разъяснено, что на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу No А41-36402/2012, возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Представленные в качестве подтверждения исполнения обязательств сторон документы являются формальными, не могут служить достаточными доказательствами наличия задолженности, учитывая, что они составлялись между должником и аффилированным лицом и под непосредственным контролем иных аффилированных должнику лиц.

При этом, вопреки предложениям суда, какие-либо дополнительные документы, подтверждающие реальность указанных правоотношений (фактическое наличие и обстоятельства приобретения объектов аренды, товаров, обстоятельства их передачи, хранения, транспортировки, возврата и пр.) не представлены.

Возражая против удовлетворения требований в части платежей со ссылкой на договоры займа на общую сумму 8 570 786,50 руб., ответчик ссылался лишь на то, что предъявление соответствующих требований является способом обхода положений гражданского законодательства об исковой давности.

Однако выбор способа защиты гражданских прав, формулирование предмета требования является прерогативой истца (заявителя), в связи с чем в отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ответчика соответствующие его возражения не являются препятствием для рассмотрения спора по существу с применением положений главы III.1 Закона о банкротстве.

Доводы ответчика относительно платежей в пользу третьих лиц в интересах ООО «Мезон» (12 752 334 руб.) со ссылкой на недоказанность распоряжений со стороны ООО «Мезон» не принимаются.

Исходя из принципа осуществления хозяйственной деятельность в собственном интересе независимое юридическое лицо не имеет упомянутого интереса в утрате денежных средств путем совершения безналичных платежей без соответствующего встречного предоставления.

Как указано выше, заинтересованность ответчика и должника не опровергнута.

В целях осуществления безналичных платежей плательщик должен обладать информацией о реквизитах получателя платежа, основаниях их осуществления, подлежащих указанию в платежном документе.

Наличие такой информации о контрагентах ООО «Мезон» в распоряжении ООО «Строительные технологии» в совокупности с обстоятельствами длительности осуществления таких платежей, значительности общего их размера, отсутствия возвратных платежей, заинтересованности ответчика и должника, свидетельствуют о том, что соответствующие платежи происходили под контролем ответчика, в его интересах, а следовательно по его по его распоряжению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Заинтересованность в соответствии с актуальной судебной практикой может быть и фактической, определяемой из условий сделок и обстоятельств их исполнения.

Исследовав и оценив представленные доказательства, апелляционный суд считает, что заявителем доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания недействительными оспариваемых сделок, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. С учетом указанного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не установлено.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 по делу № А65-3397/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.



ПредседательствующийД.К. Гольдштейн



СудьиА.И. Александров



Н.А. Мальцев