Постановление от 24 июля 2025 г. по делу № А29-14604/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

http://fasvvo.arbitr.ru/

______________________________________________________________________________


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А29-14604/2022

25 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16.07.2025.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Кислицына Е.Г.,

судей Бабаева С.В., Камановой М.Н.,

при участии представителей

от ответчика: ФИО1 (доверенность от 10.08.2023)

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО2 и

индивидуального предпринимателя ФИО3


на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025

по делу № А29-14604/2022 Арбитражного суда Республики Коми

по иску общества с ограниченной ответственностью «Диспетчер дальнобойщиков»

(ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО4

о взыскании денежных средств,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО5, ФИО6, ФИО2.

и у с т а н о в и л :


общество с ограниченной ответственностью «Диспетчер дальнобойщиков» (далее – Общество, ООО «ДНД») обратилось с иском в Всеволожский городской суд Ленинградской области к ФИО4 о взыскании 12 539 935 рублей 84 копейки неосновательного обогащения, а также 1 428 500 рублей задолженности по договору займа.

Заочным решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 14.11.2018 по делу № 2-6954/18 исковые требования удовлетворены.

Определением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 26.12.2019 заочное решение по вышеназванному делу отменено на основании заявления ФИО4, возобновлено рассмотрение дела по существу.

Определением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 05.02.2020 принято заявление об уточнении исковых требований. В названном заявлении истец просил взыскать 12 539 935 рублей 84 копеек убытков и 1 428 500 рублей задолженности по договору займа.

Впоследствии определением от 13.12.2021 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Коми.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 31.03.2023 исковые требования удовлетворены.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции удовлетворено ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО3 о замене стороны истца его правопреемником. Определением от 13.01.2025 произведена замена истца – общества с ограниченной ответственностью «Диспетчер дальнобойщиков» на правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – Предприниматель) на основании договора уступки прав требования (цессии) от 01.09.2024.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении требований Предпринимателя отказано.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков указав, что само по себе получение ФИО4 денежных средств, требование о взыскании которых заявлено в настоящем деле, не образует на стороне Общества убытков, подлежащих возмещению на основании статей 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению суда второй инстанции поведение истца направлено исключительно на причинение вреда ответчику путем взыскания задолженности, лишь формально отраженной в бухгалтерской документации и устранение сведений о которой могло быть произведено путем совершения иных действий.

Не согласившись с названным постановлением, Предприниматель и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят его отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Оспаривая законность принятого судебного акта, Предприниматель указал, что судом апелляционной инстанции не приведены основания для освобождения ответчика от обязательства возвратить денежные средства Обществу. Факт отсутствия хозяйственной деятельности Общества в период после 25.11.2016, а также обстоятельства приобретения ФИО2 доли в уставном капитале Общества, по мнению кассатора, не имеют правового значения в рамках настоящего спора и является вмешательством в условия сделки купли-продажи. Судом дана неправильная оценка действиям ответчика, недобросовестное поведение которого, выразившееся в ненадлежащем использовании конструкции юридического лица с нарушением принципа обособленности имущества, послужило отражением в бухгалтерском балансе Общества значительной суммы задолженности. Обязанность по внесению изменений в документы бухгалтерского учета неправомерно отнесена к истцу, тогда как соответствующие действия следовало выполнить ответчику.

ФИО2 в кассационной жалобе указала на неправомерность действий ответчика, который нанес ущерб Обществу путем перевода большей части контрагентов Общества на сотрудничество с ООО «Коммерческий автотранспорт», в котором ФИО4 и ФИО5 принадлежали 70 процентов доли в уставном капитале. Изложенное, по мнению заявителя жалобы, подтверждает также отсутствие хозяйственной деятельности Общества в период после отчуждения доли ФИО4 в пользу ФИО2 Денежные средства, составляющие предмет исковых требований в рамках настоящего дела, получены ФИО4 уже после увольнения из ООО «ДНД» и трудоустройства на должность генерального директора ООО «Коммерческий автотранспорт» 01.04.2016. Также кассатор отметила, что при приобретении 100 процентов доли в уставном капитале Общества ей не было известно о наличии у ФИО4 обязательств перед Обществом по возврату денежных средств, поскольку такие сведения могли стать известны только из бухгалтерской документации Общества, которая ФИО4 перед совершением сделки ей не передавалась. Кроме того, судом апелляционной инстанции неправомерно не дана оценка обстоятельствам, установленным решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 27.03.2023 по делу № 2-3492/2023, которым признаны ничтожными решения, принятые на указанном собрании, а действия его участников расценены как злоупотреблением правом.

Ответчиком представлен отзыв на кассационные жалобы, в котором он просил оставить их без удовлетворения. Доводы ответчика поддержаны его представителем в заседании суда округа.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Истцом 11.07.2025 заявлено ходатайство о замене индивидуального предпринимателя ФИО3 в порядке процессуального правопреемства на общество с ограниченной ответственностью «Диспетчер дальнобойщиков» (ИНН <***>) в связи с заключением соглашения от 11.07.2025 о расторжении договора уступки прав требования (цессии) от 01.09.2024.

Представитель ответчика, присутствовавший в судебном заседании, против удовлетворения указанного ходатайства не возражал.

В силу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом правоотношении (реорганизация юридического лица) суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

С учетом изложенного, суд округа счел возможным удовлетворить данное ходатайство и произвести замену истца.

Законность постановления Второго арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам жалоб.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ООО «ДНД» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.12.2013.

ФИО4, являвшийся участником и руководителем Общества с 18.12.2013, освобожден от занимаемой должности решением единственного участника от 28.04.2017, о чем 11.05.2017 внесена запись в ЕГРЮЛ.

Вторым участником Общества являлась супруга ответчика – ФИО5 (по 50 процентов долей Общества). На основании договора купли-продажи от 25.11.2016 100 процентов долей в уставном капитале общества проданы ФИО2 В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ ФИО2 являлась единственным участником Общества с 28.12.2016; впоследствии с 21.09.2023 по данным ЕГРЮЛ единственным участником общества является истец ФИО3

В период исполнения обязанностей руководителя Общества (2015-2016 годы) ФИО4 перечислены с расчетного счета ООО «ДНД» на собственный счет денежные средства в сумме 13 963 435 рублей 84 копейки с назначением платежа «под отчет» и «договор беспроцентного займа».

Претензионным письмом от 18.12.2017 Общество потребовало у ФИО4 предоставить финансовые отчеты либо возвратить денежные средства в кассу Общества.

Требования ООО «ДНД» оставлены бывшим руководителем без удовлетворения, что послужило Обществу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела, обоснованность кассационных жалоб, заслушав представителя ответчика, окружной суд не нашел оснований для отмены принятого судебного акта.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (абзац первый). Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (абзац второй).

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об ООО).

В силу положений пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенной нормы взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего противоправность поведения причинителя вреда, наличие и размер убытков, вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац первый).

По правилам пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац второй).

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), на что обращено внимание в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением», в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторам), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.).

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 56 постановления № 53).

Таким образом, исходя из приведенных разъяснений, убытки, причиненные обществу в результате недобросовестных действий контролирующего лица подлежат возмещению кредиторам.

В рамках настоящего дела истцом и третьим лицом не представлено доказательств, подтверждающих причинение ответчиком убытков Обществу в результате совершенных им действий, равно как не представлено доказательств наличия взаимосвязи между такими действиями и неисполнением Обществом принятых на себя обязательств в рамках хозяйственной деятельности в период исполнения ответчиком обязанностей руководителя Общества.

Как указано выше, исковые требования обусловлены перечислением ФИО4 денежных средств на собственный счет с расчетного счета Общества в период 2015-2016 годов.

ФИО2 в кассационной жалобе отмечено, что обращение с настоящим иском вызвано намерением действовать в интересах Общества, которые были нарушены ФИО4 путем вывода денежных средств и перевода деятельности в другое юридическое лицо.

Как установлено судом апелляционной инстанции, хозяйственная деятельность в период после продажи доли ФИО2 (25.11.2016) Обществом фактически не велась, что свидетельствует из имеющейся в деле отчетности Общества за 2018-2020 годы. Между тем, из бухгалтерской отчетности за 2015-2016 годы следует, что в период управления ФИО4 и ФИО5 Общество вело активную предпринимательскую деятельность в области перевозок.

Довод ФИО2 о том, что фактическое прекращение работы Общества вызвано переводом ФИО4 деятельности, а также контрагентов ООО «ДНД» в иное юридическое лицо надлежащими доказательствами не подтвержден и судом отклоняется. По тому же основанию подлежит отклонению довод ФИО2 о передаче ей денежных средств ФИО4 в целях обеспечения деятельности Общества в период до середины апреля 2017 года.

В качестве основания для освобождения ФИО4 от обязанности выплачивать Обществу спорные денежные средства ответчик сослался на имеющуюся в материалах дела копию протокола № 1 общего собрания учредителей ООО «ДНД» от 24.11.2016, на котором приняты решения об отказе от взыскания с ФИО4 суммы в размере 13 968 435 рублей и об освобождении генерального директора об обязанностей по возврату 1 428 500 рублей по договору займа.

Поскольку оригинал указанного протокола в дело представлен не был, суд апелляционной инстанции не установил факт проведения такого собрании и принятия изложенных в протоколе решений.

Суд округа соглашается с выводом суда апелляционной инстанции относительно того обстоятельства, что невозможность исследования протокола от 24.11.2016 сама по себе не предопределяет результат рассмотрения дела и не является основанием для возложения на ответчика обязанности возместить причиненные убытки, наличие которых подлежит установлению путем исследования всех обстоятельств дела в их совокупности и взаимной связи.

По данному основанию со ссылкой на часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционным судом обоснованно не принята ссылка заявителя на обстоятельства, установленные решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 27.03.2023 по делу № 2-3492/2023.

В соответствии с правовой позицией, сформированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025 № 303-ЭС24-23691, руководитель хозяйственного общества вправе ссылаться на одобрение его действий участниками общества, включая фактическое одобрение, как на основание для освобождения от ответственности за убытки, причиненные обществу, в случае предъявления требования после изменения состава участников.

При этом одобрение действий директора может вытекать не только из формального соблюдения процедур, предусмотренных законодательством, но и из фактического поведения участника общества до и после совершения соответствующих сделок (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункты 2 и 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В период до 25.11.2016 ФИО4 и ФИО5 являлись участниками Общества. Как верно установлено судом апелляционной инстанции, сведений о наличии конфликта между участниками не имелось.

Указанные истцом операции с денежными средствами совершались в течение длительного периода времени в 2015 – 2016 годах; расходы общества учитывались при определении финансового результата общества, что отражалось в его бухгалтерской отчетности.

Представленные истцом авансовые отчеты и выписки об операциях по лицевому счету подтверждают лишь факты получения ответчиком денежных средств (полученных от контрагентов общества) в период, предшествовавший приобретению ФИО2 100-процентой доли в уставном капитале Общества.

Действия ответчика совершены при отсутствии конфликта интересов и согласии второго участника Общества, в силу чего обоснованно признаны судом не нарушающими прав и законных интересов Общества и его участников.

Отчеты о прибылях и убытках общества представлены в материалы дела; при этом доказательств формирования расходной части в отчетах общества за 2015 – 2016 годы за счет каких-либо иных операций в деле не имеется.

Таким образом, в указанный период 2015 – 2016 годов общество учитывало понесенные расходы при определении финансового результата, но не обеспечивало надлежащее отражение операций с денежными средствами, в том числе, выданными участнику общества и его руководителю под отчет или взаймы.

К приобретателю доли или части доли в уставном капитале общества переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение указанной доли или части доли в уставном капитале общества (абзац второй пункта 12 статьи 21 Закона № 14-ФЗ).

При этом стандарт осмотрительности при приобретении доли в уставном капитале общества предполагает, в том числе, проведение анализа финансового состояния общества. В силу указанного презюмируется, что новый участник общества обладает знанием обо всех обстоятельствах деятельности общества, которые известны другим участникам.

С учетом изложенного окружной суд соглашается с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии разумности в позиции истца настаивающего на том, что к моменту отчуждения доли ФИО4 в уставном капитале Общества ФИО2 по номинальной стоимости (10 000 рублей) у продавца имелось неисполненное обязательство перед Обществом на сумму более 13 000 000 рублей, которое подлежало исполнению после смены участника Общества.

Утверждение Предпринимателя о противоречии выводов суда апелляционной инстанции положениям статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации судом округа отклоняется, поскольку данная норма регулирует порядок прекращения обязательства, тогда как в рамках настоящего спора исследовался вопрос наличия либо отсутствия обязанности ответчика возместить Обществу убытки.

С учетом изложенного, апелляционным судом обоснованно не установлено наличия обстоятельств, необходимых и достаточных для взыскания убытков.

Судебная коллегия считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права. Оснований для иного вывода у суда округа, исходя из приведенных в кассационной жалобе доводов, не имеется.

Несогласие кассаторов с результатами оценки судом имеющихся в материалах дела доказательств и сделанными выводами достаточным основанием для отмены состоявшегося судебного акта не является, поскольку направлено на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных фактических обстоятельств, которая в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суде кассационной инстанции недопустима.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебного акта по приведенным в кассационным жалобам доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой и апелляционной инстанций не допущено.

В соответствии со статьями 110 и 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб относятся на заявителей.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 по делу № А29-14604/2022 Арбитражного суда Республики Коми оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения.

Ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО3 об осуществлении процессуального правопреемства удовлетворить: заменить истца – индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>) на общество с ограниченной ответственностью «Диспетчер дальнобойщиков» (ОГРН <***>).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий


Е.Г. Кислицын

Судьи

С.В. Бабаев

М.Н. Каманова