Постановление от 26 января 2022 г. по делу № А19-2628/2019

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО СУЩЕСТВУ СПОРА

Дело № А19-2628/2019
26 января 2022 года
г. Чита


Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2022 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, Н. И. Кайдаш, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа в составе судьи И. А. Бронниковой, при ведении протокола отдельного процессуального действия помощником судьи В. В. Бомштейн,

обособленный спор по делу № А19-2628/2019 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гренни» ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, дата присвоения ОГРНИП: 11.02.2016) о признании договора незаключенным, об истребовании имущества в конкурсную массу,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 (ИНН <***>),

по делу по заявлению акционерного общества «Ангарская нефтехимическая компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 665800, Иркутская область, город Ангарск, населенный пункт Первый Промышленный, квартал 63, дом 2) о признании общества с ограниченной ответственностью «Гренни» (далее – ООО «Гренни») (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 665800 Иркутская область, город Ангарск, населенный пункт Первый Промышленный, квартал 17-й, строение 12) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 26.01.2022 в зал судебных заседаний Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа явились:

ФИО5 - представитель АО «Ангарская нефтехимическая компания» по доверенности от 15.03.2021 №150/21;

ФИО6 – представитель индивидуального предпринимателя ФИО3 по доверенности от 11.08.2021;

ФИО2 - конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Гренни».

В Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 03.03.2021 в отношении ООО «Гренни» открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО «Гренни» 17.05.2021 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства № 11 от 27.04.2016, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу экскаватора «LONKING CDM6360», зав. № машины SDB0068, 2012 года выпуска, цвет серо-желтый, свидетельство о регистрации машины СА № 703589.

К участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «Сбербанк России».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 17 сентября 2021 года по делу № А19-2628/2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гренни» ФИО2 отказано.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Гренни» (далее – ООО «Гренни») в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с определением суда, конкурсный кредитор - АО «Ангарская нефтехимическая компания» и лицо, не участвующее в деле, ФИО4 обратились с апелляционными жалобами в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе АО «Ангарская нефтехимическая компания» указывает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, при рассмотрении спора судом допущены нарушения норм материального права, так как при оценке доводов ответчика о причинах оплаты экскаватора наличными денежными средствами и об отсутствии приходных документов со стороны ООО «Гренни» суд признал совершенными все сделки по внесению платежей только лишь на основании свидетельских показаний и не применил положения ст. 162 ГК РФ о последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает, что судом не дана оценка доводам участников процесса о том, что оспариваемая сделка также являлась мнимой (притворной) и не применена ст. 170 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, АО «Ангарская нефтехимическая компания» просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 17.09.2021 по делу № А19-2628/2019 и разрешить вопрос по существу: признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 11 от 27.04.2016, применить последствия недействительности сделки в виде возврата экскаватора «LONKING CDM6360» в конкурсную массу ООО «Гренни».

В апелляционной жалобе ФИО4 указывает, что судебный акт содержит выводы о фактическом согласовании ФИО4 договора, который он не подписывал, о даче им распоряжения на подписание вместо него оспариваемого договора, о нахождении его вне больницы (вопреки выписному эпикризу), а в месте подписания договора.

ФИО4 указывает, что оспариваемый судебный акт затрагивает его права как бывшего руководителя должника, поскольку, с одной стороны, дает недостоверную оценку его действиям, а, с другой стороны, - содержит выводы о фактическом одобрении спорной сделки, что может явиться основанием для дальнейшего привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

Таким образом, по мнению заявителя апелляционной жалобы, выводы суда непосредственно затрагивают права бывшего руководителя ФИО4, не привлеченного в дело в качестве третьего лица, что в соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) является безусловным основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

На основании вышеизложенного, ФИО4 просит определение Арбитражного суда Иркутской области от 17.09.2021 по делу № А19-2628/2019 отменить, привлечь его в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4 (ИНН <***>).

Определением от 28 декабря 2021 года апелляционный суд перешёл к рассмотрению дела № А19-2628/2019 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 (ИНН <***>).

Дело рассмотрено апелляционным судом по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В определении от 28 декабря 2021 года Четвертый арбитражный апелляционный суд указал, что предметом рассматриваемого заявления является договор купли-продажи транспортного средства № 11 от 27.04.2016, заключенный между ООО «Гренни» (продавец) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (покупатель), по условиям которого продавец передает, а покупатель принимает и оплачивает экскаватор «LONKING CDM6360», зав. № машины SDB0068, 2012 года выпуска, цвет серо-желтый, свидетельство о регистрации машины СА № 703589.

ФИО4 пояснил, что являлся руководителем ООО «Гренни» на момент подписания спорного договора, полномочия ФИО4 в качестве руководителя прекращены 03.03.2021 с введением конкурсного производства в отношении ООО «Гренни».

В оспариваемом определении суд пришел к выводу, что подписание договора бухгалтером имело место исходя из обстановки, при наличии на то согласия и указания ФИО4, в том числе при его участии, иное противоречит подписанию им в этот же день доверенности от 27.04.2016 № 006.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами спора в полной мере подтверждено как подписание договора купли-продажи со стороны бухгалтера общества исходя из действующей обстановки, так и наличие последующего одобрения обществом спорной сделки в виде получения оплаты за него на свои кредитные счета.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Суд первой инстанции не привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, и не известил о времени и месте судебного заседания руководителя должника на момент заключения спорного договора - ФИО4, в отношении которого были сделаны вывода суда первой инстанции.

Апелляционная коллегия пришла к выводу, что вынесенный судебный акт оказывает безусловное влияние на права и обязанности ФИО4, поскольку полное выяснение имеющих значение для рассмотрения дела обстоятельств возможно только с условием участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО4

Кроме того, выводы, сделанные в результате рассмотрения настоящего спора, могут быть основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве).

Апелляционный суд исходит из того, что судом первой инстанции сделаны выводы о правах и обязанностях ФИО4, поскольку суд подробно изложил показания свидетеля ФИО7 о том, что с представителем покупателя - ФИО6 бухгалтер ФИО7 ранее не была знакома, впервые увидела на предпродажном осмотре им экскаватора; о том, что ФИО4 при осмотре экскаватора присутствовал, однако в процессе осмотра удалился в одно из помещений базы ООО «Гренни». Обстоятельство проставления подписи на договоре купли-продажи от имени директора ООО «Гренни» ФИО4 происходило в условиях соответствующего указания ФИО4 об этом, который, вопреки представленной конкурсным управляющим выписке лечебного учреждения, фактически на лечении в кардиологическом отделении в момент изготовления бухгалтером договоров (27.04.2016) не находился, а был непосредственно в месте его заключения; при подписании договора присутствовал и ФИО8, который также указал на возможность подписания договора бухгалтером.

Суд учел показания свидетеля ФИО7 о том, что подписание различного вида документов ФИО7 от имени ФИО4 с контрагентами ООО «Гренни» являлось обычной практикой в деятельности общества.

Суд первой инстанции оценил свидетельские показания по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ в совокупности с имеющейся в материалах дела доверенностью ООО «Гренни» от 27.04.2016 № 006, принадлежность подписи директора в которой ФИО4 конкурсным управляющим подтверждена, пояснениями покупателя о фактическом нахождении ФИО4 в месте заключения договора на момент его подписания, и приходит к выводу, что подписание договора бухгалтером имело место исходя из обстановки, при наличии на то согласия и указания ФИО4, в том числе при его участии, иное противоречит подписанию им в этот же день доверенности от 27.04.2016 № 006.

Между тем ФИО4, не будучи привлечённым к участию в споре, фактически лишён был возможности представить какие-либо пояснения относительно данных утверждений.

Таким образом, суд апелляционной инстанции исходил из того, что привлечение ФИО4 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, необходимо в целях полного и всестороннего рассмотрения дела, а также в целях предоставления возможности ФИО4 подготовить правовую позицию в указанном обособленном споре, с учетом особенности обстоятельств настоящего спора.

Согласно части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

В силу правовой позиции, приведённой в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если при рассмотрении соответствующей жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции установит, что заявитель является лицом, не привлеченным к участию в деле, о правах и об обязанностях которого приняты судебные акты по делу, то ранее принятые постановление арбитражного суда апелляционной инстанции и решение суда первой инстанции подлежат отмене и арбитражный суд апелляционной инстанции переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции третьим лицом ФИО4 заявлено о фальсификации доказательств, а именно:

- доверенности от 27.04.2016 № 006, выданной на имя ФИО3;

- квитанции к приходному кассовому ордеру № 3 от 25.05.2016;

- квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 30.05.2016;

- квитанции к приходному кассовому ордеру № 2 от 24.06.2016;

- квитанции к приходному кассовому ордеру № 3 от 24.08.2016.

В заявлении ФИО4 пояснил, что указанная доверенность на ФИО3 им не подписывалась и не выдавалась, равно как и оспариваемый договор, указанные квитанции к приходным кассовым ордерам.

ФИО4 отмечает, что данные обстоятельства установлены заключением эксперта № 1210 от 22.11.2019, подготовленным в рамках возбужденного уголовного дела, в котором эксперт пришел к выводу, что подписи от имени ФИО4 в четырех квитанциях к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 выполнены не ФИО4, а ФИО7

Кроме того, ФИО4 пояснил, что в доверенности от 27.04.2016 № 006 на ФИО3 подпись от имени ФИО4, выполнена не ФИО4

На основании вышеизложенного, ФИО4 просил предложить ФИО3 исключить из числа доказательств вышеперечисленные документы.

Проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательств, истребовать из ПАО «Сбербанк России» выписку о движении денежных средств с расчетного счета ООО «Гренни» с 01.04.2016 по текущую дату.

При подтверждении факта фальсификации, исключить документы, о фальсификации которых заявлено, из числа доказательств.

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года по делу № А19-2628/2019 апелляционный суд разъяснил лицам, участвующим в деле, уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств и предложил ФИО3 к судебному заседанию представить подписку о разъяснении уголовно-правовых последствий лицу, представившему доказательство, о фальсификации которого заявлено; ФИО4 к судебному заседанию представить подписку о разъяснении уголовно-правовых последствий лицу, заявившему о фальсификации доказательств по делу.

В материалы дела от ФИО4 поступил оригинал заявления об ознакомлении с последствиями (статья 306 Уголовного кодекса РФ), которые могут наступить в случае необоснованности заявления о фальсификации, подписанное им лично, заверенное нотариально.

ФИО3 подобной расписки не представил.

ФИО4 заявлено ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы, так как подпись ФИО4 в доверенности от 27.04.2016 № 006, выданной ФИО3, в рамках уголовного дела не исследовалась.

В связи с чем, ФИО4 просит поставить перед экспертом следующий вопрос:

- кем выполнена подпись в доверенности от 27.04.2016 от имени директора ФИО4: самим ФИО4 или иным лицом?

Проведение почерковедческой экспертизы поручить эксперту ООО «Межрегиональный Центр Судебных Экспертиз» ФИО9, имеющей высшее юридическое образование по специальности «Юриспруденция» (Диплом с отличием ВСА 11 12656, рег № 354 от 30 июня 2010 года «Восточно-Сибирский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации»), прошедшей профессиональную переподготовку в Некоммерческом партнерстве по повышению эффективности экспертного обеспечения судопроизводства «Коллегии судебных экспертов и экспертных организаций» г. Томск по специальности «почерковедческая» экспертиза» (Диплом рег.№ 02-008/14 г. Томск 2014; сертификат соответствия № 00202 рег. №: РОСС RU.И702.043ВИО требованиям сертификации и компетенции в области проведения судебных экспертов и внесудебных исследований по специальности «почерковедческие экспертизы»).

Протокольным определением от 19.01.2022 апелляционный суд указал на необходимость конкурсному управляющему представить свою позицию относительно возможности или невозможности исключения доверенности от 27.04.2016 № 006 из состава доказательств, поскольку данная доверенность была представлена им одновременно с заявлением.

25.01.2022 в апелляционный суд поступило пояснение от конкурсного управляющего должника ООО «Гренни» ФИО2 о том, что копия доверенности от 27.04.2016 № 006 была получена конкурсным управляющим из материалов уголовного дела № 11901250040000913, возбужденного УМВД России по Ангарскому городскому округу по заявлению ООО «Гренни». В связи с вышесказанным конкурсный управляющий ООО «Гренни» не может подтвердить или опровергнуть подлинность доверенности от 27.04.2016 № 006. Учитывая вышеизложенное, ходатайствует об исключении доверенности от 27.04.2016 № 006, приложенной к исковому заявлению, из числа доказательств по делу, рассматриваемому по заявлению конкурсного управляющего ООО «Гренни» ФИО2 об оспаривании сделки купли-продажи транспортного средств № 11 от 27.04.2016.

В судебном заседании апелляционного суда конкурсный управляющий данные доводы поддержал.

В силу пункта 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу.

Протокольным определением апелляционного суда от 26.01.2022 доверенность от 27.04.2016 № 006, приложенная к заявлению по настоящему спору, исключена из числа доказательств по делу, рассматриваемому по заявлению конкурсного управляющего ООО «Гренни» ФИО2 об оспаривании сделки купли-продажи транспортного средств № 11 от 27.04.2016, в связи с чем снято с рассмотрения ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы.

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года суд вынес на обсуждение лиц, участвующих в споре, вопрос о правовой квалификации сделки в качестве подозрительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», имея ввиду, что на основании разъяснений, указанных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Конкурсному управляющему апелляционный суд предложил представить сведения относительно того, что в настоящем деле оспариваемая сделка совершена с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в отсутствие таковых раскрыть наличие (отсутствие) оснований, предусмотренных в пункте 2 стати 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Кроме того, апелляционный суд предложил лицам, участвующим в деле, представить письменные пояснения относительно необходимости проверки спорного договора купли-продажи транспортного средства № 11 от 27.04.2016 на наличие критериев для оспаривания сделок, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

От конкурсного кредитора АО «Ангарская нефтехимическая компания» поступили дополнительные пояснения по вопросу о правовой квалификации сделки, согласно которым кредитор просит признать оспариваемую подозрительную сделку недействительной, в том числе и по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Кроме того, кредитор просит суд считать недоказанными факт частичной оплаты наличными стоимости экскаватора по оспариваемой сделке.

Ответчик не пояснил причин использования наличных денежных средств как способа платежа и документально не подтвердил факт передачи им денежных средств в ООО «Гренни». Конкурсный управляющий и ФИО4 при этом заявили об отсутствии у должника кассы и кассовой книги (учета кассовых операций).

Таким образом, кредитор полагает, что суд первой инстанции неправомерно счел доказанным факт полностью произведенной оплаты за экскаватор по спорному договору.

В судебном заседании апелляционного суда лица, участвующие в деле, поддержали собственные правовые позиции по спору. Ответчик возражал относительно удовлетворения заявления, пояснил суду, что с его стороны все действия по исполнению договора купли-продажи совершены, о чем в суд апелляционной инстанции представлен ряд пояснений.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 27.04.2016 между ООО «Гренни» (продавец) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортных средств, по условиям которого продавец передает, а покупатель принимает и оплачивает Экскаватор «LONKING CDM6360», зав. номер машины SDB0068, 2012 года выпуска, цвет серо-желтый, свидетельство о регистрации машины СА № 703589.

Цена товара определена в пункте 2.1 договора и составляет 8 150 000 руб.

Обращаясь с требованием о признании договора купли-продажи недействительным, конкурсный управляющий в качестве правового основания указывает на совершение сделки со стороны продавца неуполномоченным лицом, при этом в уточненном заявлении содержатся ссылки на положения 168, 174, 183 Гражданского кодекса РФ, следовательно, фактически конкурсный управляющий считает сделку недействительной как совершенную представителем ООО «Гренни» за пределами соответствующих полномочий.

Директором ООО «Гренни» на дату совершения сделки являлся ФИО4

Договор купли-продажи от 27.04.2016 от имени директора подписан не ФИО4, а бухгалтером ООО «Гренни» ФИО7, что не оспаривается участниками настоящего обособленного спора, поскольку данные выводы подтверждены заключением почерковедческой экспертизы № 1210 от 22.11.2019, выполненной начальником отделения № 2 крим. экспертиз МЭКО № 2 ЭКЦ ГУ МВД России по Иркутской области в рамках уголовного дела № 11901250040000913.

К аналогичным выводам эксперт пришел и в отношении четырех квитанций к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016: подписи в них от имени директора выполнены не ФИО4, а бухгалтером ООО «Гренни» ФИО7 (том 1, л. д. 148-150).

Представленное конкурсным управляющим в материалы настоящего дела доказательство, являющееся заключением почерковедческой экспертизы в рамках уголовного дела, в силу положений главы 7 АПК РФ является допустимым доказательством в арбитражном процессе и подлежит оценке как иные письменные доказательства. При этом, судом апелляционной инстанции отмечает, что мотивированные возражения относительно порядка получения данного доказательства не заявлено, процессуальное поведение ответчика и остальных участников процесса свидетельствует о том, что с выводами эксперта они не спорят, факт отсутствия подписи ФИО4 в договоре купли-продажи от 27.04.2016 и четырех квитанциях к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 не отрицают.

Из представленной в материалы доверенности от 19.05.2016, адресованной ИФНС России по г. Ангарску, наделяющей ФИО7 правом на сдачу отчетности и документации, дачу пояснений, совершение всех действий в связи с данным поручением, а также из пояснений последней, опрошенной в качестве свидетеля по обособленному спору в суде первой инстанции, следует, что фактически обязанности бухгалтера должника ФИО7 исполняла до конца 2017 года.

Таким образом, материалами дела документально подтвержден факт подписания спорного договора бухгалтером ООО «Гренни» ФИО7, равно как и квитанций к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 от имени директора общества.

Доказательств наличия у бухгалтера ФИО7 полномочий на подписание договора и квитанций от имени директора общества ФИО4 суду не представлено, и должность бухгалтера не предполагает наличия соответствующих полномочий на заключение договоров по отчуждению имущества предприятия и проставление подписей от имени директора на финансовых документах.

Вместе с тем апелляционный суд исходит из того, что несмотря на то, что спорные квитанции к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 подписаны неуполномоченным лицом (в части подписи от имени директора), что, действительно, означает их фальсификацию, однако, данный факт не может быть поставлен в вину именно ответчику, поскольку он их не изготавливал. Следовательно, он не может быть признан лицом, сфальсифицировавшим данные доказательства.

Доказательств того, что бухгалтер ФИО7 действовала по указанию ответчика ФИО3, не представлено, поэтому апелляционный суд оценивает данные квитанции как неотносимые и недопустимые доказательства факта внесения денежных средств в кассу должника (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не делая вывод о необходимости их исключения из числа доказательств по делу.

На основании пункта 4.1 Указаний Банка России от 11.03.2014 N 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» кассовые операции оформляются приходными кассовыми ордерами 0310001, расходными кассовыми ордерами 0310002 (далее - кассовые документы).

Пунктом 4.3 Указаний Банка России от 11.03.2014 N 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» предусмотрено, что кассовые документы подписываются главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), а также кассиром.

В случае ведения кассовых операций и оформления кассовых документов руководителем кассовые документы подписываются руководителем.

Апелляционный суд полагает, что подписи в квитанциях к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 от имени директора общества бухгалтер ФИО7 могла и не указывать, а расписаться сама от собственного имени, как она делала в остальных квитанциях.

Сведений о том, что в ООО «Гренни» при наличии должности главного бухгалтера ведение кассовых операций и оформление кассовых документов осуществляется руководителем, не представлено.

В этой связи единственным основанием для выполнения подписи директором общества является факт отсутствия главного бухгалтера (пункт 4.3 Указаний Банка России от 11.03.2014 N 3210-У).

Однако, сам факт того, что именно бухгалтер ФИО7 расписалась в данных квитанциях с подражанием подписи ФИО4, свидетельствует о ее присутствии и о придании видимости составления данных документов лично ФИО4

Апелляционный суд не может признать такие документы относимыми и допустимыми доказательствами, иное означало бы фактическую их легализацию.

С учетом указанного, отсутствуют основания для истребования из ПАО «Сбербанк России» выписки о движении денежных средств с расчетного счета ООО «Гренни» с 01.04.2016 по текущую дату.

В силу положений статьи 183 Гражданского кодекса РФ, при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Как следует из пояснений бухгалтера ООО «Гренни» ФИО7, опрошенной в качестве свидетеля в заседании суда первой инстанции, обстоятельства подписания договора от имени ООО «Гренни» с ее стороны имели следующий характер.

Принятие участниками ООО «Гренни» - ФИО10 и ФИО4 решения об отчуждении экскаватора было вызвано финансовыми трудностями общества.

Экскаватор был размещен на продажу задолго до совершения сделки, однако заинтересованных в его приобретении лиц длительное время не имелось.

С представителем покупателя - ФИО6 бухгалтер ФИО7 ранее не была знакома, впервые увидела на предпродажном осмотре им экскаватора; ФИО4 при осмотре экскаватора присутствовал, однако в процессе осмотра удалился в одно из помещений базы ООО «Гренни».

Подпись в договоре купли-продажи от имени директора ООО «Гренни» ФИО4 выполнена ФИО7 в силу соответствующего указания ФИО4 об этом, который, вопреки представленной конкурсным управляющим выписке лечебного учреждения, фактически на лечении в кардиологическом отделении в момент изготовления бухгалтером договора (27.04.2016) не находился, а был непосредственно в месте его заключения; при подписании договора присутствовал и ФИО10, который также указал на возможность подписания договора бухгалтером.

Подписание различного вида документов ФИО7 от имени ФИО4 с контрагентами ООО «Гренни» являлось обычной практикой в деятельности общества.

К указанным пояснениям бухгалтера ФИО7 апелляционный суд относится критически.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Частью 8 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете предусмотрено, что в случае возникновения разногласий в отношении ведения бухгалтерского учета между руководителем экономического субъекта и главным бухгалтером или иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицом, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета:

1) данные, содержащиеся в первичном учетном документе, принимаются (не принимаются) главным бухгалтером или иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицом, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, к регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета по письменному распоряжению руководителя экономического субъекта, который единолично несет ответственность за созданную в результате этого информацию;

2) объект бухгалтерского учета отражается (не отражается) главным бухгалтером или иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицом, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, в бухгалтерской (финансовой) отчетности на основании письменного распоряжения руководителя экономического субъекта, который единолично несет ответственность за достоверность представления финансового положения экономического субъекта на отчетную дату, финансового результата его деятельности и движения денежных средств за отчетный период.

При этом требования в письменной форме главного бухгалтера, иного должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лица, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, в отношении соблюдения установленного порядка документального оформления фактов хозяйственной жизни, представления документов (сведений), необходимых для ведения бухгалтерского учета, должностному лицу, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицу, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, обязательны для всех работников экономического субъекта (часть 3 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете).

Сам факт подписания бухгалтером договора и квитанций к приходным кассовым ордерам от имени директора общества противоречит вышеприведенным положениям Закона о бухгалтерском учете.

Более того, эти пояснения противоречат самому существу выполненных подписей, так как бухгалтер ФИО7 в документах ставила не свою подпись от имени и по поручению директора общества, а именно совершала действия по подражанию подписи ФИО4 в целях придания видимости совершения подписей самим ФИО4

Между тем, являясь главным бухгалтером общества, ФИО7 в силу части 3 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете должна была потребовать соблюдения установленного порядка документального оформления фактов хозяйственной жизни, в том числе и надлежащего оформления документов, о фальсификации которых заявлено в настоящем споре.

Кроме того, доводы ФИО7 о фактическом нахождении ФИО4 в месте заключения договора в момент его подписания, в суде апелляционной инстанции не подтверждены представителем покупателя. Так, ФИО6 пояснил, что достоверно не может подтвердить, что при подписании договора купли-продажи ФИО4 фактически присутствовал в месте его заключения, поскольку в дату подписания договора переговоры велись с бухгалтером ФИО7, по достижении соглашения о заключении договора его текст оформлялся продавцом, позднее покупателя пригласили и вручили уже подписанный и скрепленный печатью ООО «Гренни» экземпляр договора.

В этой связи доводы о том, что подписание договора бухгалтером имело место исходя из обстановки, при наличии на то согласия и указания ФИО4, в том числе при его участии, не подтверждено никакими другими доказательствами, кроме как показаниями одной ФИО7

Доверенность от 27.04.2016 № 006, которая приведена судом первой инстанции как одобрение сделки ФИО4, исключена из состава доказательств, поэтому оснований для применения положений статьи 183 Гражданского кодекса РФ не имеется.

Кроме того, в материалы спора представлен выписной эпикриз ФИО4, согласно которому последний находился на лечении с 19.04.2016 по 29.04.2016 в кардиологическом отделении МСЧ-36 с постинфарктным кардиосклерозом. При этом согласно справке МСЧ-36 от 14.12.2021 (том 2, л. д. 163) лечение и режим в круглосуточном стационаре предполагает постоянное нахождение пациента под наблюдением врачей без права покидать пределы учреждения. При поступлении пациента в стационар его верхняя одежда помещается в специальную комнату хранения, к которой больной не имеет доступа до момента выписки.

Оснований не доверять данным документам в отсутствие иных убедительных доказательств обратного, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Следовательно, данными медицинского учреждения опровергаются утверждения свидетеля ФИО7 о присутствии ФИО4 в дату подписания спорного договора в месте его заключения.

Ответчик отмечает, что после заключения оспариваемого договора купли-продажи покупателем производилась оплата за приобретаемое имущество:

- по приходным кассовым ордерам денежные средства в размере 3 033 000 руб. внесены непосредственно в кассу ООО «Гренни» (л.д. 37-38), однако установлено, что в квитанциях к приходным кассовым ордерам № 3 от 25.05.2016, № 1 от 30.05.2016, № 2 от 24.06.2016, № 3 от 24.08.2016 проставлена подпись не ФИО4. а ФИО7;

- на кредитный счет ООО «Гренни» по приходным кассовым ордерам ПАО «Сбербанк России» ФИО6 (представитель покупателя) внесены денежные средства в сумме 534 253 руб. (л.д. 39 -46);

- посредством вручения денежных средств бухгалтеру ФИО7 в размере 2 323 064 руб. 07 коп., после чего указанные денежные средства внесены бухгалтером на кредитный счет ООО «Гренни» согласно приходным кассовым ордерам (л.д. 47-69);

- на кредитный счет ООО «Гренни» с расчетного счета предпринимателя ФИО3 перечислены денежные средства в сумме 2 275 545 руб. платежными поручениями (л.д. 70-90).

Как пояснил ответчик, вышеуказанный порядок расчетов за имущество был продиктован директором ООО «Гренни» ФИО4 и учредителем ООО «Гренни» ФИО10, предоставление рассрочки по оплате и вызвало у предпринимателя интерес в приобретении именно данного экскаватора.

Согласно пояснениям ответчика, внесение денежных средств, полученных от предпринимателя бухгалтером ФИО7, на кредитный счет ООО «Гренни» в ПАО «Сбербанк России» при каждом платеже осуществлялось непосредственно при участии ФИО6 (проезд в банк осуществлялся совместно).

Указанные обстоятельства также подтверждены бухгалтером ФИО7 в заседании суда первой инстанции.

Между тем в качестве оплаты по спорному договору купли-продажи указаны приходные кассовые ордера и платежные поручения, из которых буквально следует, что ФИО7, ФИО6 и ФИО3 производили платежи в погашение кредитов ООО «Гренни» в ПАО «Сбербанк России», но в платежных документах нет ссылок на оспариваемый договор купли-продажи или указания на то, что расчеты произведены за экскаватор.

Апелляционный суд оценивает действия ФИО3 при приобретении спорного имущества в части использования наличной формы расчетов вопреки пункту 2.2 договора купли-продажи, как минимум, неразумными.

Так, пунктом 2.2 договора купли-продажи предусмотрено, что оплата за экскаватор производится покупателем на расчетный счет, указанный продавцом. Первый платеж в сумме 2 100 000 рублей вносится покупателем 27 апреля 2016 года, далее ежемесячно 25 числа каждого месяца до октября 2016 года включительно по 505 000 рублей. Далее платежи начинаются с 25 мая 2017 года по 25 октября 2017 года ежемесячно по 505 000 рублей.

По акту приема-передачи экскаватора он был передан покупателю 27 апреля 2016 года.

Ответчик настаивает на внесении всей стоимости по договору не на расчетный счет продавца, а по приходным кассовым ордерам в сумме 3 033 000 руб. - в кассу ООО «Гренни», 534 253 руб. - на кредитный счет ООО «Гренни» по приходным кассовым ордерам ПАО «Сбербанк России», посредством передачи денежных средств бухгалтеру ФИО7 в размере 2 323 064 руб. 07 коп., на кредитный счет ООО «Гренни» с расчетного счета предпринимателя ФИО3 в сумме 2 275 545 руб. платежными поручениями (том 1, л. д. 36).

Между тем такого способа оплаты пункт 2.2 договора купли-продажи не предусматривает, а в платежных поручениях не указано, что расчеты производятся в счет исполнения обязательств по спорному договору купли-продажи.

Апелляционный суд полагает, что ФИО3, имеющему статус индивидуального предпринимателя, должно быть известно о вероятных рисках отступления от положений договора, которые могут проявляться, в частности, в том, что впоследствии покупатель не сможет доказать факт внесения платы по договору купли-продажи.

Пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В рассматриваемом случае риск для ФИО3 означает недоказанность факта внесения платы по договору купли-продажи в полном объеме.

Кроме того, проявляя разумную степень осмотрительности и заботливости при заключении договора, предприниматель должен был убедиться в полномочиях лица (в том числе и бухгалтера), ведущего переговоры о заключении договора, устные изменения представителя продавца в порядок оплаты по договору должны были повлечь обоснованные сомнения в его заключении для покупателя.

Индивидуальным предпринимателем ФИО3 представлены доказательства наличия у него договора № 01-07-2016 с ООО «Трансюжстрой-Механизированная колонна-105» на выполнение работ с использованием специальной техники и механизмов», заключенного после совершения сделки – 01.07.2016, в п. Новая Чара Забайкальского края, в приложении № 1 которого значится экскаватор «LONKING CDM 6360», с документами по его исполнению.

По пояснениям представителя ответчика экскаватор и в настоящее время находится в п. Новая Чара Забайкальского края, но в технически неисправном состоянии. Доказательств отчуждения его ответчиком не представлено.

Более того, после совершения сделки по передаче имущества должник – ООО «Гренни» продолжает оставаться владельцем спорного экскаватора согласно данным государственной регистрации самоходных машин, а ответчик с 2016 года так и не предпринимал действий по регистрации прав на свое имя (сведения Гостехнадзора).

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

В ходе судебного разбирательств установлено, что спорный договор купли-продажи со стороны ООО «Гренни» ФИО4 не подписан, поэтому оснований для отчуждения экскаватора в пользу ФИО3 не имелось.

По факту совершения договора купли-продажи, который согласно экспертному заключению ФИО4 не подписан, ответчик пояснил, что ему были переданы уже подписанный экземпляр договора, а денежные средства, которые он обязался выплатить за экскаватор, выплачены в полном объеме.

Однако, относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о выплате ответчиком денежных средств в счет приобретенного экскаватора по спорному договору, ответчик не представил.

В статье 422 ГК РФ установлено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу пункта 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 данного Кодекса.

Статья 168 ГК РФ предусматривает, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из смысла приведенных положений следует, что оспариваемый договор (с учетом установленного судом факта подписания договора от имени ФИО4 установленным лицом, но с подражанием подписи в отсутствие доказательств одобрения подобных действий со стороны ФИО4) не соответствует требованиям закона и поэтому, исходя из сложившейся судебной практики, должен квалифицироваться в качестве недействительного.

Отсутствие воли собственника на отчуждение экскаватора обусловлено также следующим обстоятельствами.

По данным выписки из ЕГРЮЛ на ООО «Гренни» в составе его участников 4 человека: ФИО11, ФИО10, ФИО4, ФИО12, у каждого доля участи в уставном капитале 25 %.

Апелляционный суд полагает, что в ООО «Гренни» имеется неразрешенный до настоящего времени корпоративный конфликт между его участниками, что следует из дел № А19-32270/2018, № А19-22462/2018, сведения о рассмотрении которых размещены в картотеке арбитражных дел на сайте федеральных арбитражных судов.

В рамках дела № А19-22462/2018 ФИО11 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением об исключении из числа участников общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Гренни» ФИО4.

В качестве оснований для исключения ответчика из числа участников ООО «ГРЕННИ» ФИО11 указывала, что ответчик ФИО4, являясь одновременно участником и генеральным директором ООО «ГРЕННИ», причинил обществу значительные убытки, в отношении общества возбуждено 15 исполнительных производств на сумму свыше 11 000 000 руб., не погашается кредитная задолженность перед ПАО «Сбербанк России», ответчик с 2016 года фактически не осуществляет функции единоличного исполнительного органа, не созывает собрания, не заключает гражданско-правовые договоры, не принимает меры по взысканию дебиторской задолженности с ООО «ИРКУТСКСПЕЦТРАНС» в размере 685 800 руб. - основного долга, 74 113 руб. 83 коп. процентов.

Из постановления Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2021 года по делу № А19-22462/2018 следует, что участниками общества являются две семьи - супруги О-вы и супруги С-вы, владеющие по 50% долей, что не дает возможность смены директора, назначенного бессрочно, путем проведения общего собрания участников общества.

Согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закона об обществах с ограниченной ответственностью) крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В постановлении Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2021 года по делу № А19-22462/2018 указано: «… установлено, что по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «ГРЕННИ» за 2015 год, балансовая стоимость активов общества составила 27 059 000 руб., вследствие чего суд первой инстанции правильно указал, что крупной для общества является сделка по отчуждению имущества стоимостью от 6 764 750 руб. …».

В рассматриваемом случае в рамках настоящего дела по спорному договору купли-продажи от 27.04.2016 стоимость переданного в результате совершения сделки имущества определена 8 150 000 рублей, что составляет более 25 % балансовой стоимости активов должника, поэтому сделка для общества является крупной.

Согласно пункту 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

В случае образования в обществе совета директоров (наблюдательного совета) общества принятие решений о согласии на совершение крупных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет от 25 до 50 процентов стоимости имущества общества, может быть отнесено уставом общества к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

В решении о согласии на совершение крупной сделки должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения.

В материалы дела не представлено ни одного из решений уполномоченного обществом органа на согласование в предусмотренном пунктом 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью порядке отчуждения имущества, поэтому имеет место быть отсутствие воли собственника на отчуждение экскаватора по спорному договору.

Учитывая положения статей 160, 168, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что оспариваемый договор купли-продажи подписан неуполномоченным лицом, отсутствует воля собственника имущества на совершение сделки, апелляционный суд приходит к выводу о ничтожности данного договора.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

На основании разъяснений, указанный в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

В настоящем деле оспариваемая сделка совершена с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, исходя из вышеперечисленных обстоятельств, свидетельствующих о ее ничтожности.

С другой стороны, даже если бы спорный договор оказался подписанным именно ФИО4, и сделка была бы одобрена общим собранием участников общества, то в любом случае состав, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве считался бы установленным, поскольку сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), поскольку сделка считалась бы совершенной на нерыночных условиях, недоступных иным участникам гражданского оборота, о чем указано выше.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

С учетом изложенного, заявление подлежит удовлетворению , и спорный договор должен быть признан недействительным, вследствие чего необходимо применить последствия недействительности сделки в виде возложения обязанности ответчика вернуть экскаватор должнику.

Учитывая установленные апелляционным судом обстоятельства, имеются все основания для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки.

Судом рассмотрено и подлежит отклонению заявление ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, поскольку в силу правовой позиции, приведенной в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Арбитражный управляющий ФИО2 в деле о банкротстве ООО «Гренни» в качестве конкурсного управляющего утвержден определением суда от 25.02.2021, с заявлением об оспаривании сделки по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, он обратился в суд 17.05.2021, то есть в пределах годичного срока исковой давности.

С учетом результатов рассмотрения спора и положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на ответчика.

Конкурсному управляющему в суде первой инстанции была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения спора по существу.

С индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 6 000 рублей.

Кроме того, с индивидуального предпринимателя ФИО3 за апелляционное рассмотрение спора надлежит взыскать:

в пользу акционерного общества «Ангарская нефтехимическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей;

в пользу ФИО4 судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Поскольку протокольным определением от 26.01.2022 снято с рассмотрения ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы, ФИО4 надлежит возвратить с депозитного счета Четвертого арбитражного апелляционного суда зачисленным им денежные средства в размере 10 000 рублей (по отдельному заявлению о перечислении денежных средств с указанием реквизитов).

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, на основании части 6.1 статьи 268 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции выносит определение.

Возражения в отношении данного определения в силу частей 1, 2 статьи 188 Кодекса могут быть заявлены только при обжаловании судебного акта, которым завершается рассмотрение дела в арбитражном суде апелляционной инстанции.

По результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт. Содержание постановления должно соответствовать требованиям, определенным статьями 170 и 271 Кодекса.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 сентября 2021 года по делу № А19-2628/2019 отменить.

Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гренни» ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительной сделкой в силу ничтожности договор купли-продажи транспортного средства № 11 от 27.04.2016, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Гренни» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>).

Применить последствия недействительности сделки:

обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Гренни» транспортное средство Экскаватор «LONKING CDM 6360», Зав. № машины SDB0068, марка CDM6360, год выпуска 2012, цвет серо-желтый, свидетельство о регистрации машины СА № 703589.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу акционерного общества «Ангарская нефтехимическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО4 судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Перечислить ФИО4 с депозитного счета Четвертого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 10 000 рублей по отдельному заявлению о перечислении денежных средств с указанием реквизитов.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судьяН.А. Корзова


СудьиО.П. Антонова


Н.И. Кайдаш