Постановление от 23 марта 2023 г. по делу № А60-46914/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-692/23

Екатеринбург 23 марта 2023 г. Дело № А60-46914/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 г. Постановление изготовлено в полном объеме 23 марта 2023 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шавейниковой О.Э., судей Тихоновского Ф.И., Савицкой К.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2022 по делу № А60-46914/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 13.03.2023 судом округа в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 16.03.2023.

До перерыва в судебном заседании 13.03.2023 в помещении суда округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.02.2022).

После перерыва в судебном заседании 16.03.2023 в помещении суда округа принял участие представитель ФИО3 (далее – должник) и ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 17.03.2022).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2021 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6 (далее – финансовый управляющий ФИО6, управляющий).

В Арбитражный суд Свердловской области 18.02.2022 поступило заявление ФИО1 о включении требования в сумме 2 000 000 руб. в реестр требований кредиторов должника как обеспеченного залогом имущества должника, в частности –1/2 доли в праве собственности на жилой


дом с расположенным под ним земельным участком по адресу: <...> (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.05.2022 требования кредитора ФИО1 в сумме 2 000 000 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Этим же определением в отдельное производство на основании статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выделено требование ФИО1 о признании требования в сумме 2 000 000 руб. обеспеченным залогом вышеуказанного имущества должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022, в удовлетворении заявления ФИО1 об установлении статуса залогового кредитора отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, ФИО1 просит определение от 04.10.2022 и постановление от 27.12.2022 отменить и принять по обособленному спору новый судебный акт о признании требования в сумме 2 000 000 руб. обеспеченным залогом имущества должника, ссылаясь на неверное применение судами норм материального права и неполное выяснение фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для рассматриваемого спора.

Податель жалобы указывает на то, что поскольку в решении Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 20.11.2018 по делу № 2-3214/2018 и апелляционном определении Свердловского областного суда от 06.04.2021 указано, что запись в Едином государственном реестр прав на недвижимое имущество (далее – ЕГРН) о праве собственности за покупателем ФИО1 на вышеуказанное имущество должника сохраняется до исполнение обязательств по выплате денежных средств, то в силу положений статьей 329, 359 Гражданского кодекса Российской Федерации вышеприведенная запись в реестре имеет обеспечительный характер и является формой удержания. Наличие судебных актов, раскрывающих обстоятельства спора со ссылкой на обеспечительный характер обязательства и совершение в отношении имущества регистрационных действий, по мнению кассатора, свидетельствует об осведомленности третьих лиц и участников сделки об имеющихся обременениях в отношении имущества. С учетом изложенного заявитель жалобы полагает, что требования, приведенные в статье 391.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ею как конкурсным кредитором, исполнены, по своей правовой природе обязательство имеет форму залога, вытекающего на основании закона (залог в силу закона), поэтому заключение отдельного договора залога не требуется.

Податель кассационной жалобы также обращает внимание, что в нарушение положений статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса


Российской Федерации суды не вынесли на обсуждение вопрос о правовой квалификации спорных правоотношений, не привели мотивов неприменения положений статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и положений Гражданского кодекса Российской Федерации о залоге. Со ссылками на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, приведенную в определении от 27.06.2019 № 301-ЭС19-2351, кассатор указывает, что ФИО1 передала спорный объект недвижимости в конкурсную массу должника, в связи с этим в силу положений пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требования залогодержателя при банкротстве залогодателя» приобрела статус залогового кредитора. Заявитель кассационной жалобы обращает внимание на добросовестное поведение ФИО1 направленное на скорейшее удовлетворение требований всех конкурсных кредиторов.

ФИО4 и ФИО3 в отзывах на кассационную жалобу просят суд округа оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как уже ранее указывалось, решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2021 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6

Обращаясь в арбитражный суд, рассматривающий дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника как обеспеченной залогом имущества должника, ФИО1 ссылалась на следующие обстоятельства.

Между ФИО4, ФИО3 (продавцы) и ФИО1 (покупатель) 11.06.2014 заключен договор купли-продажи спорного жилого дома и земельного участка. Переход права собственности зарегистрирован 27.06.2014.

По условиям названного договора стоимость приобретенного объекта недвижимости составила 7 000 000 руб.

В пункте 5 договора купли-продажи от 11.06.2014 сторонами сделки определен порядок оплаты, согласно которому 4 000 000 руб. передаются покупателем в день подписания договора, а 3 000 000 руб. покупатель уплачивает продавцам в срок до 01.01.2016.

ФИО4 и ФИО3 обратились в Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга с исковым требованием к ФИО1 о взыскании задолженности по договору купли-продажи объектов недвижимого


имущества от 11.06.2014 в сумме 3 000 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 825 124 руб. 97 коп. ФИО1 направила встречное исполнение заявления к ФИО4 и ФИО3 о расторжении договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 11.06.2014, взыскании уплаченных по договору денежных средств.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 20.11.2018 по делу № 2-3214/2018, вступившим в законную силу, в удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО4 и ФИО3 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору купли-продажи от 11.06.2014 и процентов за пользование чужими денежными средствами отказано.

Встречные исковые требования удовлетворены. Суд расторг договор купли-продажи объектов недвижимого имущества от 11.06.2014, заключенный ФИО4, ФИО3 и ФИО1, с ФИО4 и ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана сумма, уплаченная по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка от 11.06.2014, в размере 4 000 000 руб., в следующем порядке – с каждого по 2 000 000 руб.

Поскольку имущество не выбывало из владения продавцов, в решении указано, что право собственности на проданные объекты (жилой дом с расположенным под ним земельным участком по адресу: <...>) переходит к ФИО4 и ФИО3 после возврата ФИО1 взысканных решением суда денежных средств.

Взыскиваемая с должника сумма в размере 2 000 000 руб. обеспечена обязательством удерживающего характера, выражающимся в том, что право собственности на объекты недвижимого имущества переходит к ФИО4 и ФИО3 после выплаты взысканных решением суда в пользу ФИО1 денежных средств. В связи с тем, что имущество не выбывало из владения продавцов, в вышеуказанном решении также указано, что право собственности на проданные объекты переходит к ФИО4 и ФИО3 после возврата ФИО1 взысканных решением суда денежных средств. По сведениям ЕГРН собственником имущества продолжает числиться ФИО1

Ссылаясь на вышеприведенные обстоятельства, а также на содержание решения суда общей юрисдикции от 20.11.2018, полагая, что за имуществом, принадлежащим на праве собственности ФИО1, закреплен статус залогового, кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о включении 2 000 000 руб. в реестр требований кредиторов должника в качестве обязательства, обеспеченного вышеуказанным имуществом.

Определением арбитражного суда от 13.05.2022 требования ФИО1 в сумме 2 000 000 руб. включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.


Спор об установлении за ФИО1 статуса залогового кредитора выделен в отдельное производство и является предметом настоящего кассационного производства.

Отказывая в признании требований ФИО1 обеспеченными залогом имущества должника, суды первой и апелляционной инстанций инстанции, руководствуясь положениями пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», исходил из отсутствия заключенного между сторонами договора залога, не усмотрев оснований для применения положений пункта 1 статьи 329, статьи 360 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным отношениям и признания права залога возникшим в силу закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

Целью удержания является возможность кредитора влиять на должника в целях получения удовлетворения своих требований, понудить должника исполнить встречные обязательства, отстранив последнего от возможности реализовывать правомочия собственника в отношении удерживаемой вещи, а также получить удовлетворение своих требований за счет такой вещи, то есть при удержании происходит обособление вещи, кредитором устанавливаются препятствия для осуществления должником (собственником вещи) принадлежащих должнику правомочий (владения, пользования и распоряжения) в отношении такой вещи.

Так, статья 360 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает право кредитора, удерживающего вещь, удовлетворить свои требования из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом.

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств сохраняет свое действие и в банкротстве, поэтому с учетом положений статьи 360 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках дела о несостоятельности обеспечительные права кредитора реализуются по аналогии с правилами о залоге (статьи 18.1, 138 Закона о банкротстве).

При рассмотрении настоящего спора судами установлено, что задолженность перед ФИО1 в сумме 2 000 000 руб. взыскана вступившим в законную силу судебным актом и должником не погашена.


Согласно решению суда общей юрисдикции от 20.11.2018 по делу № 2-3214/2018 право собственности на спорные объекты недвижимого имущества переходит к ФИО4 и ФИО3 после выплаты взысканных решением суда в пользу ФИО1 денежных средств.

По сведениям из ЕГРН собственником имущества продолжает числиться ФИО1

В пункте 1 статьи 359 и статье 360 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока обязательство не будет исполнено. Требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, которые предусмотрены для удовлетворения требований, обеспеченных залогом.

Вместе с тем удержание должно быть реальным, то есть удерживаемая вещь должна находиться во владении кредитора.

Важнейшим условием применения кредитором норм об удержании является нахождение вещи во владении кредитора, то есть наличие у него вещи в натуре. Экономический смысл удержания как способа обеспечения исполнения обязательства заключается в том, что отстранение собственника от владения вещью должно побудить его к наиболее оперативному погашению долга перед кредитором в целях возврата имущества. Это обусловлено тем, что в период, пока вещь удерживается, отсутствует возможность пользования ею, извлечения из нее доходов и выгоды.

При отсутствии фактического владения удержание, несущее в себе обеспечительную функцию, не возникает либо прекращается.

Как установлено судами, материалами настоящего дела подтверждается, что спорное имущество не выбывало из владения продавцов, находится в фактическом владении и пользовании ФИО3 (должника) и членов ее семьи, поскольку по условиям договора за ними было сохранено право на проживание и регистрацию по данному месту жительства. По факту кредитор является титульным собственником спорного имущества.

При таких обстоятельствах, суды правомерно заключили, что нормы об удержании в данном случае не применимы.

Доводы ФИО1 о наличии в мотивировочных частях судебных актов суда общей юрисдикции отсылок на положения статей 359, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, обоснованно не приняты судами во внимание, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса для суда, рассматривающего дело, преюдициальное значение имеют обстоятельства, которые установлены вступившим в законную силу решением суда. Вопросы применения норм материального права преюдициального значения не имеют.

Учитывая изложенное, исходя из того, что между участниками сделки договора залога (в виде самостоятельного документа либо в виде оговорки в


тексте соглашения) не заключалось, доказательств обратного не представлено, право залога в силу закона не возникло и в установленном порядке не зарегистрировано, отмечая, что положения Закона о банкротства не содержат положений, позволяющих учитывать требования кредиторов, обеспеченными иными способами кроме как требования, обеспеченные залогом имущества должника, при том, что право собственности до настоящего времени зарегистрировано за кредитором, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для признания требований ФИО1, включенных в реестр определением суда от 20.05.2023, как обеспеченных залогом 1/2 доли в праве собственности на жилой дом с расположенным под ним земельным участком по адресу: <...>.

Оснований для иных выводов суд кассационной инстанции с учетом фактических обстоятельств дела не усматривает.

Указания кассатора на передачу должнику спорных объектов материалами дела не подтверждены, в связи с чем оценке не подлежат.

Позиция о возникновении залога в силу закона, судом округа признается несостоятельной. При этом суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предписывает, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением случая, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Федеральный закон от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в статье 50 предусматривает, что залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества обеспеченных ипотекой требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Кроме того, в статье 77 указанного Федерального закона предусмотрено, что жилое помещение, приобретенное либо построенное полностью или частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство указанного жилого помещения, находится в залоге с момента государственной регистрации ипотеки в Едином государственном реестре недвижимости. К залогу жилого дома или квартиры, возникающему на основании данной


нормы, применяются правила о залоге недвижимого имущества, возникающем в силу договора.

Иных случаев обращения взыскания на жилое помещение, являющееся для гражданина-должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания, законодательство об ипотеке не предусматривает.

Как пояснили представители ФИО1, ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании суда округа, спорный дом, является для должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, сведений о принадлежности должнику на праве собственности иных жилых помещений в материалах дела о банкротстве не имеется.

При таких обстоятельствах, поскольку рассматриваемый случай не входит в число изъятий из исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья, правовые основания для признания залога возникшим в силу закона, отсутствуют.

Ссылка заявителя жалобы на то, что судами обеих инстанций не применены положения абзаца 6 пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве, судом кассационной инстанции отклонена, поскольку в рассматриваемом случае судами не установлено оснований для придания залоговых свойств спорному имуществу, позволяющих получить залоговый приоритет при удовлетворении требований кредитора в процедурах банкротства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2022 по делу № А60-46914/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Э. Шавейникова

Судьи Ф.И. Тихоновский

К.А. Савицкая