Постановление от 29 ноября 2023 г. по делу № А40-72537/2023

№ 09АП-68204/2023

Дело № А40-72537/23
г. Москва
29 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 года


Постановление изготовлено в полном объеме 29 ноября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Левченко Н.И., Алексеевой Е.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Общества с ограниченной ответственностью "СпецМонтажЭнерго", Общества с ограниченной ответственностью "Юристы по лизингу", Общества с ограниченной ответственностью "РЕСО-Лизинг" на решение Арбитражного суда г. Москвы от 28.08.2023 г. по делу № А40-72537/23 по иску Общества с ограниченной ответственностью "СпецМонтажЭнерго", Общества с ограниченной ответственностью "Юристы по лизингу" к Обществу с ограниченной ответственностью "РЕСО-Лизинг" о взыскании 3 654 278 руб. 39 коп.

при участии в судебном заседании: от истцов ФИО2 (по доверенностям от 01.07.2022 г., от 05.06.2023 г.), от ответчика ФИО3 (по доверенности от 21.12.2022 г.)

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «СпецМонтажЭнерго», общество с ограниченной ответственностью «Юристы по лизингу» обратились в Арбитражный суд г. Москвы с иском, с учетом принятых в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений, о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО «СпецМонтажЭнерго»: 1 867 076 руб. 14 коп. в качестве неосновательного обогащения, образовавшегося на стороне лизингодателя в связи с односторонним отказом лизингодателя от договора лизинга и изъятием предмета лизинга у лизингополучателя, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 387 469 руб. 45 коп., а также процентов за пользование чужим денежными средствами рассчитанные с 22.08.2023 г. на сумму неосновательного обогащения в размере 1 867 076 руб. 14 коп. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты; убытков в виде разницы между рыночной стоимостью на дату подачи иска и стоимостью на дату изъятия предмета лизинга в сумме 1 235 987 руб. 28 коп. с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента вступления решения суда в законную силу; расходов на оплату оценочных услуг в размере 14 500 руб., 250 000 руб. судебных расходов, понесенных на оплату услуг представителя; с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО «Юристы по лизингу»: 726 085 руб. 16 коп. в качестве неосновательного обогащения, образовавшегося на стороне лизингодателя в связи с односторонним отказом лизингодателя от договора лизинга и изъятием предмета лизинга у лизингополучателя, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 150 682 руб. 57 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами рассчитанные с 22.08.2023 г. на сумму неосновательного обогащения в размере 726 085 руб. 16 коп. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты; убытков в виде разницы между рыночной стоимостью на дату подачи иска и стоимостью на дату изъятия предмета лизинга в сумме 480 661 руб. 72 коп. с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента вступления решения суда в законную силу; почтовых расходов в размере 561 руб. 21 коп.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.08.2023 г. исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу ООО «СпецМонтажЭнерго» взысканы неосновательное обогащение в размере 1 867 076 руб. 14 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 387 469 руб. 45 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 22.08.2023 г. на сумму неосновательного обогащения в размере 1 867 076 руб. 14 коп. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до даты оплаты, убытки в размере 1 235 987 руб. 28 коп., судебные расходы по оплате оценочных услуг в размере 14 500 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг представителя в размере 120 000 руб.; с ответчика в пользу ООО «Юристы по лизингу» взысканы неосновательное обогащение в размере 726 085 руб. 16 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 150 682 руб. 57 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 22.08.2023 г. на сумму неосновательного обогащения в размере 726 085 руб. 16 коп. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до даты оплаты, убытки в размере 480 661 руб. 72 коп., судебные расходы на почтовые отправления в размере 561 руб. 21 коп., в остальной части иска отказано.

Ответчик, не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в иске, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, фактическим обстоятельствам дела.

Также не согласившись с принятым судом первой инстанции, истцы обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просили решение суда отменить в части отказа в удовлетворении требований о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента вступления решения суда в законную силу на сумму убытков отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Стороны против удовлетворения жалоб друг друга возражали, истцы представили отзыв.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив выводы суда первой инстанции, апелляционным судом не усматривается правовых оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 20.12.2018 г. между ООО «СпецМонтажЭнерго» (лизингополучатель) и ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) были заключены договоры лизинга № 2657КД-СМЭ/02/2018 (далее – договор № 57), № 2656КД-СМЭ/01/2018 (далее – договор № 56) на приобретение и дальнейшую передачу в собственность лизингополучателю легкового автомобилей TOYOTA LAND CRUISER 150, VIN № <***> и VIN № <***>, 2018 г.в. (далее – предметы лизинга).

В соответствии с условиями договора лизинга лизингополучатель оплатил первый взнос (авансовый платеж) и в дальнейшем производил оплату ежемесячных лизинговых платежей согласно графику платежей.

В адрес лизингополучателя от лизингодателя 20.10.2020 г. поступили уведомления о расторжении вышеуказанных договоров лизинга. Основанием расторжения послужило возбуждение в суде дела о несостоятельности (банкротстве) лизингополучателя определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.05.2020 г. по делу № А32-18096/2020-35/65-Б (п. 9.2 приложения № 4 к договору лизинга).

Также 10.02.2021 г. лизингодатель изъял предмет лизинга у лизингополучателя по договору № 57.

В последующем, 03.03.2021 г. производство по делу о банкротстве лизингополучателя было прекращено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2021 г. по делу А32-18096/2020-35/65-Б

Лизингодатель 09.04.2021 г. продал изъятый предмет лизинга по ДЛ № 57 третьему лиц, стоимость реализации составила 3 272 500 руб.

Также 04.05.2021 г. лизингополучатель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с иском о признании недействительными односторонних отказов лизингодателя от расторжения договоров лизинга, выраженных в уведомлениях от 30.10.2021 г. Указанные требования рассмотрены в деле № А40-95703/21.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.02.2022 г. по делу № А40-95703/21 односторонний отказ ООО «РЕСО-Лизинг» от 20.11.2020 г. от договора лизинга № 2656КД-СМЭ/01/2018 и односторонний отказ ООО «РЕСО-Лизинг» от 20.11.2020 г. от договора лизинга № 2657КД-СМЭ/02/2018 признаны недействительными.

В последующем, 30.08.2022 г. между ООО «СпецМонтажЭнерго» и ООО «Юристы по лизингу» заключен договор возмездной уступки прав (цессии) № 64/004/22 (далее – договор цессии), в соответствии с которым ООО «СпецМонтажЭнерго» уступило ООО «Юристы по лизингу» 28 % права требования денежных средств по договору лизинга № 2657КД-СМЭ/02/2018 от 20.12.2018 г., заключенному между ООО «СпецМонтажЭнерго» и ООО «РЕСО-Лизинг», включая право требования неосновательного обогащения, рассчитанного по сальдовому методу в связи с расторжением договора и изъятием предмета лизинга, убытков, причиненных незаконным расторжением договора лизинга № 2657КД-СМЭ/02/2018 от 20.12.2018 г., изъятием предмета лизинга у лизингополучателя по договору лизинга № 2657КД-СМЭ/02/2018 от 20.12.2018 г. и его реализацией, а также процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1.1 договора цессии № 64/004/22).

Исковые требования по настоящему делу мотивированы тем, что в связи с незаконным изъятием лизингодателем предмета лизинга по договору № 57 договорные отношения сторон перешли в ликвидационную стадию, что порождает необходимость в осуществлении сальдо-расчета и определения завершающей обязанности одной из сторон. Также последующее отчуждение незаконно изъятого предмета лизинга повлекло причинение убытков лизингополучателю в виде разницы между рыночной стоимостью на дату подачи иска и стоимостью на дату изъятия предмета лизинга.

Согласно уточненному расчету истцов сальдо встречных обязательств по спорному договору лизинга № 57 составляет 2 593 161 руб. 30 коп. в пользу лизингополучателя.

Судом первой инстанции расчет сальдо истцов проверен и признан правильным.

На сумму неосновательного обогащения, установленный по результатам сальдо расчета, истцы начислили ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с положениями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, расчет которых судом проверен и признан правильным.

При этом, поскольку до настоящего времени денежное обязательство должником не исполнено, в силу п. 48 постановления Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016 г. судом также удовлетворено требование о взыскании процентов до момента фактического исполнения обязательства.

Кроме того, согласно п. 12 Обзора практики по лизингу лизингополучатель вправе требовать возмещения лизингодателем убытков, причиненных незаконным расторжением договора лизинга и (или) изъятием предмета лизинга.

Рыночная стоимость спорного предмета лизинга на момент его изъятия у лизингополучателя составляла 4 265 651 руб. (в соответствии с отчетом об оценке № 5662—0922/1 от 19.09.2022 г.). Текущая стоимость предмета лизинга на момент обращения в суд согласно представленному истцами отчету об оценке № 6109-0823 от 15.08.2023 г. составляет 5 982 300 руб.

Соответственно убытки, причиненные лизингополучателю незаконным изъятием, составляют разницу между стоимостью предмета лизинга на момент изъятия и текущей стоимостью 1 716 649 руб. (5 982 300 – 4 265 651).

Доказательств возмещения причиненных истцам убытков ответчиком не представлено, в связи с чем, требования истцов в данной части удовлетворены судом первой инстанции в заявленном размере.

В удовлетворении требований о начислении процентов в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на убытки, судом первой инстанции отказано, поскольку на убытки начисление указанных процентов не предусмотрено нормами действующего законодательств Российской Федерации.

Истцом также заявлено требование о взыскании судебных расходов на услуги представителя в размере 250 000 руб.

Однако суд, оценивая сложность дела, количество судебных заседаний, предпринятые сторонами процессуальные действия по доказыванию тех или иных обстоятельств, а также профессионализм и уровень подготовки представителей к судебным заседаниям, пришел к выводу об обоснованности заявленной суммы расходов на оплату слуг представителя в размере 120 000 руб.

Таким образом, судом первой инстанции, на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, исковые требования удовлетворены частично.

Суд апелляционной инстанции соглашается с принятым судом первой инстанции решением, отклоняя доводы жалоб, исходя из следующего.

Ответчик в жалобе указывает на то, что в судебном акте отсутствует оценки доводам ответчика о неправильном расчете встречных предоставлений.

Однако данный довод подлежит отклонению как необоснованный.

Истцы правомерно исходили из следующих показателей расчета сальдо.

Сумма платежей по договору лизинга с учетом авансового платежа 6 626 532 руб., авансовый платеж 838 000 руб., закупочная цена 4 190 000 руб., размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю 3 352 000 руб.

Срок по договору лизинга — 1 929 дня (с 20.12.2018 г. по 31.03.2024 г. (п. 2.1 договора лизинга)).

Плата за финансирование в виде процентной ставки годовых составляет 13,75 % из расчета

(6 626 532 руб. 04 коп. – 838 000 руб.) – 3 352 000 руб.

ПФ = ----------------------------------------------------------------------- х 365 х 100% = 13,75.

3 352 000 х 1 929

Фактический срок финансирования 784 дней или 2,15 года (с 20.12.2018 г. (дата подписания договора) по 10.02.2021 г. (дата изъятия предмета лизинга)).

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием 990 935 руб. (3 352 000 руб. х 13,75 % х 2,15 года /100 = 990 935 руб.).

Расходы лизингодателя на страхование 16 827 руб. (страховая премия – 32 923 руб. 75 коп. (срок пользования страхованием – 46 дней (27.12.2020 г. – 10.02.2021 г.), срок страхования – 90 дней (27.12.2020 г. – 26.03.2021 г.). Из указанно следует, что лизингополучатель пользовался сроком страхования только на сумму 16 827 руб. 70 коп. (32 923 руб. 75 коп. / 90 * 46 = 16 827 руб. 70 коп.))

Полученные лизингодателем от лизингополучателя лизинговые платежи 2 687 273 руб. (за исключением авансового платежа).

Рыночная стоимость предмета лизинга на момент его изъятия согласно отчету об оценке № 5662—0922/1 от 19.09.2022 г. (с. 3 отчета) 4 265 651 руб.

Финансовый результат сделки составляет 2 593 161 руб. 30 коп. ((2 687 273 руб. + 4 265 651 руб.) – (3 352 000 руб. + 990 935 руб. + 16 827 руб. 70 коп.) = 2 593 161 руб. 30 коп.).

Так, между сторонами возник спор по следующим элементам сальдо: фактический срок пользования финансированием; расходы на изъятие, доставку, хранение и реализацию; стоимость предмета лизинга.

По указанным разногласиям суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Поскольку предмет лизинга был изъят лизингодателем неправомерно, по действующему договору лизинга, то плата за финансирование подлежит начислению до момента изъятия.

Согласно положениям ст. 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, если предусмотренное договором исполнение обязательства произведено не в полном объеме, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения в части, соответствующей непредоставленному исполнению.

Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.

Договор аренды носит взаимный характер, риск невозможности использования арендованного имущества в соответствии с условиями договора и назначением этого имущества лежит на арендодателе. Если невозможность использования имущества возникла по причине, за которую арендатор не отвечает, то он не обязан вносить арендную плату (п. 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.05.2015 г., п. 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017 г.).

Как усматривается из материалов дела, 10.02.2021 г. лизингодатель изъял предмет договора лизинга с нарушением требований добросовестности и соразмерности к порядку изъятия предмета лизинга.

В условиях неисполнения лизингодателем обязанности по передаче лизингополучателю предмета лизинга, у последнего также отсутствует необходимость исполнения встречных обязательств по оплате лизинговых платежей

Расходы на изъятие, доставку, хранение и реализацию предмета лизинга не могут быть включены в расчет сальдо, поскольку вызваны недобросовестными действиями лизингодателя по изъятию предмета лизинга по действующему договору.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.02.2022 г. по делу № А40-95703/21 односторонний отказ лизингодателя признан недействительным, что влечет за собой недопустимость изъятия лизингодателем предмета лизинга по действующему договору лизинга.

Убытки, вызванные незаконным расторжением и изъятием предмета лизинга, не могут быть взысканы с лизингополучателя, поскольку отсутствует как причинно-следственная связь, поскольку вина между действиями последнего и наступившими убытками.

Апелляционный суд полагает, что при реализации предмета лизинга лизингодателем не предприняты разумные меры по получению наибольшей выручки.

Как правомерно указано судом первой инстанции, лизингодатель не раскрыл доказательства, объясняющие цену, по которой предмет лизинга был выставлен им на продажу (например, отчет о независимой оценке или информация об уровне цен на сопоставимые товары).

Покупатель был найден лизингодателем самостоятельно. Если продажа имущества осуществлялась без организации торгов, лизингодатель отвечает за то, чтобы отчуждение предмета лизинга происходило по цене, соответствующей рыночному уровню.

На лизингодателя возлагается обязанность представить доказательства, подтверждающие, что им приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предметов лизинга.

Лизингодатель не раскрыл доказательства, объясняющие цену, по которой предмет лизинга был выставлен им на продажу (например, отчет о независимой оценке или информация об уровне цен на сопоставимые товары).

Покупатель был определен лизингодателем самостоятельно. Если продажа имущества осуществлялась без организации торгов, лизингодатель отвечает за то, чтобы отчуждение предмета лизинга происходило по цене, соответствующей рыночному уровню.

На лизингодателя возлагается обязанность представить доказательства, подтверждающие, что им приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предметов лизинга.

Лизингодателем не представлены доказательства принятия мер для получения наибольшей выручки от реализации предмета лизинга.

При этом разница между стоимостью реализации и рыночной стоимостью (30 %) является существенной.

Критерий оценки расхождения между рыночной стоимостью и ценой реализации является оценочной категорией и подлежит судебной оценке в каждом конкретном случае с учетом конкретных обстоятельств дела. При этом учитывается не только процентное соотношение разницы, но и принятые лизингодателем меры по реализации.

С учетом отсутствия со стороны лизингодателя каких-либо мер по реализации предмета лизинга по наиболее выгодной цене, а также учитывая, что рыночная стоимость является показателем не наибольшей стоимости на рынке, а зачастую его средней величиной и, соответственно, предмет лизинга при надлежащем реализации мог быть продан по цене большей, чем указанной в отчете об оценке, суд приходит к выводу о наличии признаков существенного расхождения между ценой реализации и рыночной стоимостью.

С учетом изложенного действительная стоимости предмета лизинга по спорному договору лизинга подлежит определению исходя из отчета об оценке.

В отношении довода ответчика об отказе лизингополучателя от спорного ТС судебная коллегия отмечает следующее.

Отказ от требований по возврату изъятого предмета лизинга в деле № А40-95703/2021 был заявлен истцом ввиду утраты ответчиком (лизингодателем) владения предметом лизинга.

Лизингодатель указывает на то, что истец утратил интерес в предмете лизинга, поскольку отказался от его возврата.

Однако лизингополучатель не отказывался от возврата предмета лизинга. Данный возврат не был предложен лизингодателем. Отказ от исковых требований не является отказом от получения исполнения в натуре.

Кроме того, согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

В ходе производства по делу № А40-95703/2021 лизингодателем был представлен договор купли-продажи, согласно которому истребуемое ТС было передано третьему лицу, в связи с чем, удовлетворение требований об исполнении в натуре оказалось объективно невозможным.

Таким образом, что утрата предмета лизинга и невозможность его судебного истребования у лизингодателя возникли в связи с виновными действиями последнего, выразившиеся в незаконном изъятии и продаже спорного ТС третьему лицу.

В деле № А40-95703/2021 соответствующий отказ был заявлен ввиду отсутствия во владении ответчика спорного предмета лизинга.

Как установлено судом первой инстанции, в связи с незаконным расторжением договора лизинга и изъятием предмета лизинга лизингополучателю причинены убытки в виде разницы между стоимостью продажи и текущей ценой предмета лизинга (п. 2 ст. 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также в виде расходов, понесенных лизингополучателем в связи с изъятием у последнего предмета лизинга.

Согласно п. 12 Обзора практики по лизингу лизингополучатель вправе требовать возмещения лизингодателем убытков, причиненных незаконным расторжением договора лизинга и (или) изъятием предмета лизинга.

В названных случаях на основании п. 1 ст. 15, п. 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, неправомерно отказавшаяся от исполнения договора, обязана возместить другой стороне убытки (включая неполученные доходы), которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 2 ст. 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имеется текущая цена на сопоставимые товары, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.

Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.

Из материалов дела усматривается, что рыночная стоимость спорного предмета лизинга на момент его изъятия у лизингополучателя составляла 4 265 651 руб. (в соответствии с отчетом об оценке № 5662—0922/1 от 19.09.2022 г.). Текущая стоимость предмета лизинга на момент обращения в суд согласно представленному истцами отчету об оценке № 6109-0823 от 15.08.2023 г. составляет 5 982 300 руб.

Таким образом, у лизингополучателя изъят актив со стоимостью 4 265 651 руб., восстановить который становится возможным для последнего при несении расходов равных 5 982 300 руб.

При этом разница между остатком финансирования, при оплате которого лизингополучатель имел возможность приобрести актив (возможность приобретения которого его лишил лизингодатель) и текущей стоимостью (5 982 300 руб.) не подлежит учету, поскольку оплаченные лизинговые платежи и стоимость предмета лизинга на момент изъятия уже учтены в расчете сальдо, в связи с чем, лизингополучатель при взыскании убытков по ст. 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не может рассчитывать на возможность приобретения данного актива по стоимости, равной остатку финансирования, поскольку расходы лизингополучателя, понесенные им для создания такой возможности компенсированы расчетом сальдо (изъятие предмета лизинга не освобождает лизингополучателя от обязательств по возврату финансирования, соответственно актив, в той его стоимости, которая была учтена при погашении этих обязательств, не может быть повторно учтен при определении убытков).

В соответствии с п.п. 11, 12 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 по смыслу ст. 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.п. 1 и 2 ст. 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Соответственно, убытки, причиненные лизингополучателю незаконным изъятием, составляют разницу между стоимостью предмета лизинга на момент изъятия и текущей стоимостью 1 716 649 руб. (5 982 300 руб. – 4 265 651 руб.).

Доводы жалобы ответчика о недействительности договора цессии необоснованны, поскольку ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания оспоримых сделок, а не ничтожных, при этом ответчик не является лицом, которому законом предоставлено право на оспаривание договора цессии между лизингополучателем и ООО «Юристы по лизингу».

Ссылка ответчика на ничтожность цессии ввиду его безвозмездного характера не подтверждается фактическими обстоятельствами.

Статья 61.9 Закона о банкротстве содержит ограниченный перечень лиц, управомоченных на оспаривание сделок по ст. 61.2, к которым должник банкрота не относится.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Истец же в своей жалобе указывает на то, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении требований о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента вступления решения суда в законную силу на сумму убытков.

Оценив представленные в материалах дела доказательства, с учетом требований ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции также не может согласиться доводами жалобы в указанной части, поскольку убытки и проценты за пользование чужими денежными средствами являются мерами гражданско-правовой ответственности (ст.ст. 15, 393 и 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков не допускается, поскольку это привело бы к применению двух мер гражданско-правовой ответственности за одно нарушение.

Доводы жалобы истцов основаны на неверном толковании норм права.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания, предусмотренные ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2023 г. по делу № А40-72537/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.



Председательствующий судья: О.Г. Головкина



Судьи: Е.Б. Алексеева



Н.И. Левченко