Постановление от 22 июня 2021 г. по делу № А14-12737/2018

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А14-12737/2018
г. Воронеж
22 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2021

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июня 2021


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Седуновой И.Г.,

судей Потаповой Т.Б.,

Владимировой Г.В.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности №36АВ3396845 от 03.06.2021;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 ФИО5 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 по делу №А14-12737/2018,

по заявлению ФИО2 об исключении требований из реестра требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Смоланд» (далее – ООО «Смоланд») обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом) в связи с неисполнением должником денежных обязательств в размере 528 109 руб. основного долга, 277 785 руб. 79 коп. пени за период более трех месяцев.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 29.01.2019 (резолютивная часть от 22.01.2019) вышеуказанное заявление ООО «Смоланд» признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 03.07.2019 (резолютивная часть от 26.06.2019) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 24.08.2020 (резолютивная часть от 22.07.2020) произведена замена заявителя - ПАО «Сбербанк России» по обособленному спору об установлении требования кредитора по кредитному договору № <***> БКИ от 22.04.2008 в размере 1 046 763 руб. 53 коп., как обеспеченного залогом недвижимого имущества - жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: <...>, на правопреемника – ФИО2; установлено требование ФИО2 к ФИО4 на дату введения процедуры реструктуризации долгов гражданина (22.01.2019) по кредитному договору <***> БКИ от 22.04.2008 в размере 1 046 763 руб. 53 коп. с учетом положений статьи 138 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», как обеспеченное залогом недвижимого имущества – жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: <...>; установлено требование ПАО «Сбербанк России» к ФИО4 по кредитному договору <***> от 25.12.2006 в размере 1 485 014 руб. 71 коп., в том числе 1 404 411 руб. 57 коп. основного долга, 73 020 руб. 37 коп. процентов, 7 582 руб. 77 коп. неустойки, требование признано подлежащим удовлетворению в третью очередь, а также включению в реестр требований кредиторов ФИО4

В ходе процедуры реализации имущества ФИО2 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением об исключении из реестра требований кредиторов должника требования в сумме 1 046 763 руб. 53 коп., как обеспеченного залогом недвижимого имущества – жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: <...>.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 из реестра требований кредиторов ФИО4 исключено требование ФИО2 на сумму 1 046 763 руб. 53 коп., как обеспеченное залогом недвижимого имущества – жилого дома с земельным участком, расположенных по адресу: <...>.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления об исключении требования ФИО2 из реестра требований кредиторов.

В обоснование доводов жалобы финансовый управляющий указал на то, что договор уступки прав (требований), заключенный между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2, заключен после возбуждения дела о банкротстве должника и направлен на изменение очередности удовлетворения требований кредиторов; данная сделка является притворной и направлена на вывод залогового имущества из конкурсной массы для целей оставления данного имущества за должником, в связи с чем влечет в силу статьи 170 ГК РФ последствия в виде ничтожности.

15.06.2021 в электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он возражал на доводы апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, указанным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, в судебное заседание не явились.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (www.19aas.arbitr.ru) и на сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации (www.kad.arbitr.ru/) в соответствии с порядком, установленным в статье 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителя ФИО2, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Статьей 16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что реестр требований кредиторов ведет арбитражный управляющий или реестродержатель.

Требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом (пункт 6 статьи 16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная пунктом 6 статьи 16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», реализуется в исключительных случаях, в частности, в результате отмены в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр, признания в установленном порядке недействительным решения налогового органа о взыскании недоимки, в случае замены кредитора, по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра кредиторов.

В рассматриваемом случае с заявлением об исключении требования из реестра требований кредиторов должника обратился непосредственно сам кредитор.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при рассмотрении арбитражными судами заявлений конкурсных кредиторов об исключении их собственных требований из реестра требований кредиторов следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Поскольку реализация требования к должнику представляет собой одну из форм осуществления гражданского права, кредитор вправе отказаться от его реализации. В этом случае арбитражный суд выносит определение об исключении требований такого кредитора из реестра. Законодательство не допускает повторного обращения кредитора с требованием к должнику, так как его требование уже было рассмотрено в рамках дела о банкротстве и по этому требованию принят соответствующий судебный акт.

Как верно отметил суд первой инстанции, по смыслу указанных разъяснений, никто не вправе ограничить кредитора в возможности отказа от его требований к должнику в деле о банкротстве, поскольку такой отказ является проявлением права на свободную реализацию гражданских прав по усмотрению субъекта права. При отказе от требований одного или нескольких кредиторов погашение осуществляется в отношении оставшихся требований. Отказ от требований осуществляется кредитором своей волей и на свой риск, поэтому погашение требований других кредиторов его прав не затрагивает.

Финансовый управляющий, возражая против удовлетворения заявленных требований, указал на недобросовестное осуществление заявителем своими правами. По его мнению, действия ФИО2 направлены на причинение вреда конкурсным кредиторам, поскольку в случае исключения требований залогового кредитора из реестра требований кредиторов, имущество должника будет исключено из конкурсной массы и приобретет исполнительский иммунитет; действия заявителя не имеют никакого экономического обоснования и противоречат принципу добросовестного осуществления гражданских прав.

Между тем, суд первой инстанции правомерно признал данные возражения необоснованными, исходя из следующего.

Кредитор, требования которого обеспечены залогом, имеет в банкротстве особый (привилегированный) статус, что следует из порядка распределения конкурсной массы (пункт 2 статьи 131, пункт 4 статьи 134, статья 138 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). Вместе с тем, Закон о банкротстве, следуя основным началам гражданского законодательства, не запрещает залоговому кредитору отказаться полностью или частично от своих залоговых прав, по существу снизив тем самым по своей воле гарантии удовлетворения своих требований не в ущерб другим кредиторам.

Включение требований кредитора в реестр не лишает его впоследствии возможности подать заявление о частичном или полном исключении его требований из реестра. Как указано в пункте 8 Постановления № 29, реализация требования к должнику представляет собой одну из форм осуществления гражданского права и кредитор вправе отказаться от его реализации. В то же время определение арбитражного суда об исключении требований такого кредитора из реестра лишает его требовать включение в реестр вновь.

Исключение требований кредитора из реестра, как и всякое иное действие, направленное на реализацию его воли по уменьшению объема своих прав, не нарушает принцип однократности волеизъявления кредитора относительно требований, подлежащих включению в реестр.

Данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 01.08.2016 № 308-ЭС15-6280(3).

Пунктом 1 статьи 9 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Лицо, от которого требуются разумность и добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

В материалы дела финансовым управляющим не представлены достоверные и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии в действиях ФИО2 признаков недобросовестного поведения, осуществления им гражданских прав в обход закона с противоправной целью.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Из материалов дела не усматривается намерение ФИО2 причинить вред другим кредиторам.

Возможность исключения из реестра требований кредиторов по заявлению самого кредитора связана с реализацией его воли по уменьшению объема своих прав, что не нарушает права остальных кредиторов должника. При этом мотив, побудивший кредитора отказаться от требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, не имеет правового значения для реализации кредитором права, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 ГК РФ.

С учетом вышеизложенного, ввиду отсутствия в действиях ФИО2 признаков недобросовестного поведения, недоказанности осуществления гражданских прав в обход закона с противоправной целью, принимая во внимание, что отказ кредитора от требований к должнику является его волеизъявлением (статья 1 ГК РФ), его правом (статья 41, часть 2 статьи 49 АПК РФ), не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для квалификации действий кредитора как злоупотребление правом, в связи с чем удовлетворил требования ФИО2 об исключении его требований из реестра требований кредиторов должника и обязал финансового управляющего должника внести соответствующие изменения в реестр требований кредиторов.

Довод финансового управляющего, изложенный также в апелляционной жалобе, о том, что договор уступки прав (требований) <***>/Ц между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2 заключен после возбуждения дела о банкротстве должника и направлен на изменение очередности удовлетворения требований кредиторов, правомерно отклонен судом как несостоятельный, поскольку не основан на нормах закона.

С учетом положений статьи 138 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заключение вышеназванного договора уступки прав требований никоим образом не повлияло на изменение очередности удовлетворения требований кредиторов, так как в результате заключения данного договора произошло лишь изменение стороны, выступающей в качестве кредитора в отношениях с ФИО4

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что вышеназванный договор уступки является притворной сделкой (ст. 170 ГК РФ), которая направлена на вывод залогового имущества из конкурсной массы для целей оставления данного имущества за должником, отклоняется как необоснованный и не подтвержденный материалами дела.

Кроме того, определение Арбитражного суда Воронежской области от 24.08.2020 (резолютивная часть от 22.07.2020), которым была произведена замена кредитора - ПАО «Сбербанк России» на правопреемника - ФИО2 по обособленному спору на основании указанного договора уступки прав (требований) <***>/Ц, финансовым управляющим и иными лицами, участвующими в деле, не обжаловалось, вступило в законную силу.

Иные аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, однако они признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и не подтверждаются материалами дела.

По мнению суда апелляционной инстанции, обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, изложенные в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 по делу №А14-12737/2018 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 30.03.2021 по делу №А14-12737/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья И.Г. Седунова

Судьи Т.Б. Потапова

Г.В. Владимирова