Постановление от 21 марта 2018 г. по делу № А76-23547/2013

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15187/2017
г. Челябинск
21 марта 2018 года
Дело № А76-23547/2013


Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2018 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В.,

судей Бабкиной С.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 по делу № А76-23547/2013 (судья Строганов С.И.).

В заседании приняли участие представители:

публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» - ФИО2 (доверенность от 19.02.2018 № 158);

Федеральной налоговой службы – ФИО3 (доверенность от 17.11.2017).



Решением арбитражного суда от 29.05.2014 (резолютивная часть от 19.05.2014) общество с ограниченной ответственностью «СтальПром» (далее - должник, ООО «СтальПром», г.Магнитогорск, ОГРН <***>, признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «СтальПром» утвержден ФИО4, член некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Конкурсный управляющий должника ФИО4 03.09.2013 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о привлечении ФИО5, г. Магнитогорск, к субсидиарной ответственности в размере 293 075 202 руб. 49 коп. (вх.№ 38185 от 14.12.2015).

Определением суда от 07.04.2016 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, с ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтальПром» взыскано 43 033 850 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит отменить определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.04.2016 по делу №А76-23547/2013 по новым или вновь открывшимся обстоятельствам и рассмотреть заявление конкурсного управляющего повторно по существу.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.12.2016 (резолютивная часть объявлена 29.11.2016) в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2017 (резолютивная часть от 09.02.2017) определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.04.2016 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

При повторном рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, определением суда от 07.06.2017 по ходатайству конкурсного управляющего к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО6

Определением арбитражного суда от 30.10.2017 заявление конкурсного управляющего ООО «СтальПром» ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтальПром» удовлетворено частично.

ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтальПром» в размере 43 033 850 руб., с ФИО6 в пользу ООО «СтальПром» взыскано 43 033 850 руб.

В остальной части отказано.

В части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам

ООО «СтальПром» ФИО5 отказано.

Кредитор публичное акционерное общество «Банк Уралсиб» не согласился с указанным определением, обжаловав его в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе просил определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 отменить, заявленные требования удовлетворить.

Податель указывает, что вывод суда о непричастности ФИО5 к наступлению банкротства должника не основан на фактических обстоятельствах дела. Судом не принято во внимание, что именно действия ФИО5 по передаче учредительных документов, печати и ключей электронной подписи ФИО6 привели к тому, что юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности. При несовершении указанных действий ФИО5, ФИО6 не имел бы возможности совершить действия, направленные на неисполнение обязательства должника. Именно ФИО5 подписывал кредитные договоры, в связи с чем, должен был понимать о необходимости исполнения обязательств.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2018 в составе суда, рассматривающего дело, на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 37 Регламента арбитражных судов РФ произведена замена судьи Сотниковой О.В., в связи с нахождением в очередном отпуске, судьей Бабкиной С.А.

До начала судебного заседания ПАО «Банк Уралсиб» и конкурсный управляющий ФИО4 представили в арбитражный апелляционный суд письменные пояснения относительно наличия права на подачу апелляционной жалобы. Протокольным определением, в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приобщил пояснения к материалам дела.

От ФИО5 в арбитражный апелляционный суд поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых отклонены доводы апелляционной жалобы, со ссылкой на законность и обоснованность определения суда. Протокольным определением, в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приобщил возражения к материалам дела.

Представители банка и Федеральной налоговой службы в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, с определением суда не согласны, считают его незаконным и необоснованным, просили определение в обжалуемой части изменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание не явились, представителей не направили.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой банком части (в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5).

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «СтальПром» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.01.2007 налоговым органом, должнику присвоен ОГРН юридического лица <***>. Местом нахождения ООО «СтальПром» в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц является: г.Магнитогорск Челябинской области, ул. Труда, 14. Учредителем (участником) общества является ФИО5

В ЕГРЮЛ в качестве лица, осуществлявшего полномочия единоличного исполнительного органа, до введения процедуры конкурсного производства, указан ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО4 утвержден решением арбитражного суда от 11.12.2013.

Определением суда от 03.12.2014 (резолютивная часть от 26.11.2014) суд обязал ФИО5 передать конкурсному управляющему имущество должника.

Доказательства передачи ФИО5 конкурсному управляющему ФИО4 бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, в материалах дела отсутствуют.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов третьей очереди в размере 293 075 2002 руб. 49 коп.

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, Правобережным районным судом г. Магнитогорска Челябинской области 24.02.2016 вынесен приговор в отношении ФИО6, которым установлено, что фактическим учредителем и руководителем ООО «СтальПром» являлся ФИО6, который давал указания ФИО5 заключать кредитные договоры от имени ООО «СтальПром» без намерения по ним расплачиваться.

Приговором суда установлено, что ООО «СтальПром» было учреждено ФИО5 по поручению ФИО6, учредительные документы общества, печать организации, а также ключ электронной цифровой подписи к системе дистанционного управления расчетным счетом ООО «СтальПром», открытым в ООО «Уралсиб» ФИО5 передал ФИО6, что позволяло последнему распоряжаться денежными средствами, поступающими на расчетный счет организации.

Конкурсный управляющий, указывая на бездействие ФИО5 по исполнению обязанности по передаче документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему обратился в суд с заявлением о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 293 075 202,49 руб. В отношении ответчика ФИО6 конкурсный управляющий указывает, что именно данное лицо осуществляло фактический контроль за деятельностью ООО «СтальПром» в рамках осуществления своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств у третьих лиц.

Конкурсный управляющий полагает, что именно ФИО5 как учредитель ООО «СтальПром» был обязан совершить активные действия, направленные на передачу конкурсному управляющему документации, перечисленной в статье 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129 «О бухгалтерском учете». Также, по мнению конкурсного управляющего, ФИО5, выполняя функции руководителя должника, обязан был не только обеспечить сохранность первичных учетных документов должника, но и в последующем в кратчайшие сроки передать их новому руководителю должника.

Ответчик ФИО5 в своем объяснении на заявление конкурсного управляющего указал, что вступивший в законную силу 16.06.2016 приговор Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 16.02.2016 свидетельствует о совершении мошеннических действий ответчиком

ФИО6 Указывает на то, что он знал о номинальности своего статуса, однако не знал, что общество создано не для осуществления деятельности, а в мошеннических целях. Формальное подписание акта приема-передачи документов следователю как руководителем само по себе не свидетельствует о наличии у него документов общества. К составлению бухгалтерских балансов ФИО5 не имел отношения, об их подделке не было известно. Приговором установлено, что сведения, содержащиеся в балансе за 2010 год сфальсифицированы. Приговором суда опровергнуто наличие у кредиторов должника убытков, связанных с неполучением документов ООО «СтальПром», так как активы у должника отсутствуют и никогда не создавались; денежные средства получались только от банков.

Как отмечено судом первой инстанции, приговором Правобережного районного суда г. Магнитогорска, Челябинской области от 24.02.2016 (том 1 л.д. 105-150, том 2 л.д. 1-150, том 3 л.д. 1-75) установлены факты совершения преступления ФИО6, в том числе, преступные действия, совершенные в целях хищения денежных средств, принадлежащих ОАО «Уралсиб», связанные с учреждением по поручению ФИО6 подчиненным ему сотрудником ФИО5 ООО «СтальПром».

Приговором установлено, что учредительные документы, печать и ключ электронной подписи ФИО5 передал ФИО6, что позволяло последнему распоряжаться денежными средствами общества. По распоряжению ФИО6 бухгалтер ФИО7 готовила подложные бухгалтерские документы.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований к ФИО5, суд первой инстанции исходил из того, что обязанность по передаче бухгалтерских и иных документов о деятельности должника лежала на ФИО6, а также в результате его действий и решений должник был доведен до банкротства, фактический контроль деятельности общества - должника осуществлял ответчик ФИО6, он же имел в своем распоряжении учредительные и бухгалтерские документы общества. Следовательно, именно на данное лицо следует возложить неблагоприятные последствия неисполнения обязанности по обеспечению сохранности документов общества и непередаче их конкурсному управляющему.

Оценив в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Согласно положениям части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.

Закон N 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон N 134-ФЗ - 01.07.2013.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основано на положениях пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежащего применению в редакции, действовавшей в тот момент, когда имели место обстоятельства, заявленные в качестве оснований для привлечения к ответственности.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимо установление совокупности условий: наличие у привлекаемого лица к субсидиарной ответственности права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника; совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, что предполагает необходимость доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о

привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, определяя субъекта субсидиарной ответственности, верно принял во внимание обстоятельства, установленные приговором Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 24.02.2016, в частности, передачу ФИО5 учредительных документов, печати и ключа электронной подписи ФИО6, что позволяло последнему распоряжаться денежными средствами общества; распоряжения ФИО6 о подготовке бухгалтером ФИО7 подложных бухгалтерских документов.

Суд обоснованно пришел к выводу, что фактически ФИО5 не осуществлял ни ведение, ни хранение бухгалтерской документации должника. Оснований полагать, что руководитель должника ФИО5 не являлся номинально назначенным, у суда отсутствовали.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), принимавший решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления своих обязанностей и контролю за действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Вместе с тем, тем же приговором суда установлено, что именно ФИО6, преследуя корыстную цель собственного обогащения, решил путем обмана и злоупотребления доверием сотрудников банка совершить хищение денежных средств, принадлежащих банку, в частности, путем получения займа на юридическое лицо и безвозмездно обратить полученные по займу денежные средства в свою пользу, то есть похитить их.

С целью избежать в дальнейшем ответственности за неисполнение обязательств по кредиту, ФИО6 решил оформить кредит на ООО "Сталь Пром", которое было учреждено по поручению ФИО6 подчиненным ему сотрудником ФИО5 Фактическим руководителем ООО "Сталь Пром" являлся ФИО6

По распоряжению ФИО6 ФИО5, не осведомленным о его преступных намерениях, были подписаны ряд документов и договоры займа, полученные от банка денежные средства обращены в пользу ФИО6

С целью сокрытия преступления, создания видимости исполнения обязательств перед банком, ФИО6 периодически осуществлял незначительные платежи по кредиту, впоследствии платежи прекратились.

Ответчик ФИО5 в своих пояснениях указал, что он знал о номинальности своего статуса, однако не знал, что общество создано не для осуществления деятельности, а в мошеннических целях. Формальное подписание акта приема-передачи документов следователю как руководителем само по себе не свидетельствует о наличии у него документов общества. К составлению бухгалтерских балансов ФИО5 не имел отношения, об их подделке не было известно. Приговором установлено, что сведения, содержащиеся в балансе за 2010 год сфальсифицированы. Приговором суда опровергнуто наличие у кредиторов должника убытков, связанных с неполучением документов ООО «СтальПром», так как активы у должника отсутствуют и никогда не создавались; денежные средства получались только от банков.

Из установленного выше следует, что функционирование общества определялось исключительно действиями ФИО6

Нужно подчеркнуть и то, что сам ФИО5 в настоящее время не отрицает противоправность описанной схемы и свою причастность к ее функционированию, но акцентирует внимание на то, что действовал исключительно как исполнитель воли ФИО6, который и принимал все стратегические и оперативные решения.

Изложенные ФИО5 факты и сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора, согласуются как со вступившим в законную силу приговором суда, так и с иными вышеуказанными доказательствами, в связи с чем, признаются апелляционным судом достоверными.

Таким образом, выгодоприобретателем от функционирования вышеописанной противоправной схемы, повлекшей банкротство Должника и вред его кредиторам, нужно полагать ответчика ФИО6, что установлено судом первой инстанции и не оспаривается участниками процесса.

Учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что степень ответственности ФИО6 является определяющей в банкротстве Должника.

Что касается ответственности ФИО5 в этом банкротстве, то суд верно не усмотрел оснований для возложения на него ответственности, поскольку действия ФИО5 по раскрытию информации, недоступной независимым участникам оборота, в максимальной степени способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов, в частности, путем установления виновного лица (п. 1 ст. 1064 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Таким образом, материалами дела не подтверждена совокупность условий для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности: противоправность поведения (передача документов фактическому руководителю, не обеспечение сохранности документации, не передача ее конкурсному управляющему), повлекшая наступившие последствия (невозможность формирования конкурсной массы для расчетов с кредиторами), вина ответчика (не принятие всех мер для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, ее восстановлению), (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, правильно применив нормы материального и процессуального права, суд первой инстанции пришел к обоснованному и не подлежащему переоценке выводу об отсутствии законных оснований для привлечения ответчика ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал в удовлетворении заявленного требования в связи с недоказанностью всей совокупности условий, необходимых для наступления субсидиарной ответственности. Правильности выводов суда первой инстанций заявитель жалобы документально не опроверг.

Выводы арбитражного суда первой инстанции являются верными, соответствуют фактическим обстоятельствам и оснований для переоценки выводов арбитражного суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит.

С учетом установленных обстоятельств дела суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции всесторонне и полно исследованы все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора с учетом представленных сторонами доказательств, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка.

Аргументированных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, на момент рассмотрения апелляционной жалобы не представлено.

Возражения ответчика ФИО5 относительно правового статуса подателя жалобы ПАО "Банк Уралсиб" отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку статус конкурсного кредитора в деле о банкротстве должника банком не утрачен, определение суда от 22.04.2014 по делу № А76-23547/2013 о включении требований в реестр кредиторов не отменено, не пересмотрено по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 по делу № А76-23547/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья И.В. Калина


Судьи: С.А. Бабкина


С.В. Матвеева