Постановление от 9 сентября 2024 г. по делу № А76-45738/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-10952/2024
г. Челябинск
09 сентября 2024 года
Дело № А76-45738/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 сентября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Макушевой А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.06.2024 по делу № А76-45738/2021 о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание явились представители:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Турфирма Рутур» ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.01.2024 действует по 31.12.2024);

ФИО1 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 28.06.2024 выдана сроком на три года).


Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.01.2022 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Турфирма Рутур» (далее - ООО «Турфирма Рутур», должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 14.02.2022 (резолютивная часть от 08.02.2022) ООО «Турфирма Рутур» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия» (адрес для корреспонденции арбитражному управляющему: 454092, <...>).

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсное производство и утверждении конкурсного управляющего опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 31 от 19.02.2022.

05.04.2023 в Арбитражный суд Челябинской области поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Турфирма Рутур» ФИО2 (далее – заявитель), в котором просит привлечь солидарно контролирующих должника лиц - ФИО5 (далее – ответчик1) и ФИО1 (далее – ответчик2, податель жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Турфирма Рутур» на сумму 2 857 954 руб. 55 коп. (с учетом принятого судом уточнения, л.д. 56-57).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.06.2024 заявление конкурсного управляющего ООО «Турфирма Рутур» ФИО2 удовлетворено. Суд взыскал в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Турфирма Рутур» (ИНН <***>, ОГРН <***>) солидарно с ФИО5 и ФИО1 2 857 954 руб. 55 коп.

Не согласившись с вынесенным определением ФИО1 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что стал участником Общества после возникновения задолженности. Не согласен с моментом возникновения задолженности, указанного заявителем – 31.10.2018. Именно действия ФИО5 стали причиной банкротства должника, что также установлено приговором Центрального районного суда города Челябинска от 30.09.2022.

В дополнении к жалобе ее податель указал, что сделки совершенные в период руководства ФИО1 не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности. ФИО1 являлся номинальным руководителем, поскольку именно ФИО5 осуществляла руководство Обществом.

На основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции отказано в приобщении отзыва конкурсного управляющего к материалам дела ввиду неисполнения обязанности по заблаговременному направлению указанного документа в адрес лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

В отсутствие возражений сторон в соответствии с ч. 5 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой части.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Турфирма Рутур» ФИО5 являлась единственным (100% в период с октября 13.10.2014 по 03.09.2019) участником должника, а в последующем, с 03.09.2019 имела долю в уставном капитале должника в размере 25%.

Кроме того, ФИО5 являлась руководителем должника (период с 09.04.2013 по 16.12.2019), а впоследствии, с 17.12.2019, ликвидатором ООО «Турфирма Рутур».

По данным выписки из ЕГРЮЛ ФИО1 являлся мажоритарным (75%) участником ООО «Турфирма Рутур» с 03.09.2019.

Ссылаясь на то, в силу прямого указания закона ФИО5 была обязана контролировать хозяйственную деятельность должника, вести себя разумно и добросовестно, проявлять необходимую осмотрительность, в том числе и при исчислении и уплате налогов, расчетов с контрагентами ООО «Турфирма Рутур», заключении договоров, контролем за поступлением денежных средств, поведение ФИО5, как руководителя общества, не отвечает перечисленным критериям, наличие у ФИО1 статуса мажоритарного участника должника, позволяло получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с бухгалтерскими и иными документами в установленном порядке, сменить исполнительный орган ООО «Турфирма РУТУР», таким образом, ФИО1 с 03.09.2019 имел возможность ознакомиться с документами должника, в том числе получить сведения о принятии должником новых обязательств, исполнение которых, являлось невозможным, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Разрешая требования в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, суд первой инстанции исходил из того, что 31.10.2018 у должника возникли обстоятельства, которые привели к невозможности погашения требований иных кредиторов, в связи с чем, действующий в соответствующий период руководитель был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве не позднее 30.11.2018. Вместе с тем, указанная обязанность ФИО5 исполнена не была.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

В обоснование заявленных требований заявитель также указал, что наличие у ФИО1 статуса мажоритарного участника должника, позволяло получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с бухгалтерскими и иными документами в установленном порядке, сменить исполнительный орган ООО «Турфирма РУТУР». Таким образом, ФИО1 с 03.09.2019 имел возможность ознакомиться с документами должника, в том числе получить сведения о принятии должником новых обязательств, исполнение которых, являлось невозможным.

Разрешая требования в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что наличие у ФИО1 статуса мажоритарного участника должника, включает момент возникновения признаков банкротства и наращивания кредиторской задолженности, в связи с чем, он, как контролирующий должника лицо, должен быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами в силу следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с приведенными в п. п. 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям закона N 127-ФЗ, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ N 4 (2016)).

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что у ООО «Турфирма Рутур» имелась дебиторская задолженность в размере 594 000 рублей.

В соответствии с пояснениями ФИО5 следует, что у должника имеется дебитор ООО «РоссТур», размер дебиторской задолженности составляет 593 781 рублей. ФИО5 до октября 2018 г. оплатила денежные средства в общей сумме около 850 000 рублей за туристические туры в кассу туроператора ООО «РоссТур». Однако, брони на туристические туры были аннулированы, в связи с их неоплатой. Решением Ростуризма от 16.10.2018 г. №406-Пр-18 сведения об ООО «Росстур» исключены из Единого федерального реестра туроператоров. Денежные средства в размере 593 781 рублей обратно ФИО5 не получила. Первичная бухгалтерская документация, относящаяся к дебиторской задолженности ООО «Турфирма Рутур» у ФИО5 не сохранилась, так как хранилась у учредителя ФИО1, и была выброшена в ходе ремонтных работ. Копий договоров с ООО «РоссТур» не имеется. В суд с исковыми требованиями о взыскании дебиторской задолженности не обращались.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ деятельность ООО «РоссТур» (ИНН <***>) прекращена 23.12.2021.

Таким образом, суд пришел к выводу, что впоследствии ликвидатор ООО «Турфирма Рутур» - ФИО5, действуя неразумно и недобросовестно, не приняла все возможные и необходимые меры по возврату дебиторской задолженности, в результате виновного противоправного бездействия руководителя должника, наступили неблагоприятные последствия в виде утраты имущества должника на сумму 593 781 рублей, чем причинен вред кредиторам ООО «Турфирма Рутур».

Также из материалов дела следует, что 10.02.2017 между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Турфирма Рутур» заключен договор на проведение расчетов по операциям, совершенным с использованием банковских карт (эквайринг) №168597/3101ДО, в рамках которого у ответчика перед истцом сформировалась задолженность по ряду операций «Возврат покупки» в общей сумме 1 389 357 руб. 60 коп. С 1 квартала 2019 г. ООО «Турфирма Рутур» перестало выполнять обязательства по погашению задолженности перед банком за совершенные должником операции "возврат покупки" - операций, оформляемых в торгово-сервисной точке при возврате товаров /отказе от услуг, оплаченных с использованием карты, следствием которой является возврат суммы операции на счет держателя карты.

17.06.2019 между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Турфирма Рутур» был заключен кредитный договор №016/8597/20699-11879, в соответствии с которым последнему были переданы денежные средства в размере 340 000 руб. В указанные в договоре сроки обязательство по возврату денежных средств ответчиком исполнено не было, в связи с чем, у него образовалась задолженность в размере 303 615 руб. 27 коп., задолженность по выплате процентов по кредиту в размере 13 917 руб. 42 коп. Несвоевременное исполнение договорных обязательств также послужило основанием для начисления и предъявления к взысканию договорной неустойки.

Решением Арбитражного суда Челябинской области по делу №А76-30110/2020 от 09.12.2020 взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Турфирма Рутур», ОГРН <***>, г. Челябинск, в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России», ОГРН <***>, г. Челябинск основной долг по кредитному договору №016/8597/20699-11879 от 17.06.2019г. в сумме 303 615 руб. 27 коп., проценты за кредит за период с 18.10.2019г. по 15.01.2020г. в сумме 13 917 руб. 42 коп., договорная неустойка за нарушение сроков возврата суммы кредита за период с 18.10.2019г. по 15.01.2020г. в сумме 2 938 руб. 01 коп., задолженность по договору эквайринга №168597/3101ДО в сумме 1 389 357 руб. 60 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 36 098 руб.

Приговором Центрального районного суда города Челябинска от 30.09.2022 установлено, что с 2019 г. ФИО6, выступая от лица ООО «Турфирма Рутур», не имея намерений осуществлять предпринимательскую деятельность в сфере оказания туристических услуг, использовала торговый бренд ООО «Турфирма Рутур» исключительно с целью привлечения большего числа клиентов, в том числе из числа граждан, ранее пользовавшихся услугами ООО «Турфирма Рутур» и лично имевших договорные отношения с ФИО6 как с руководителем ООО «Турфирма Рутур», их обмана и злоупотребляя доверием, хищения денежных средств, придавая видимость добросовестности своим намерениям.

По замыслу ФИО6 при обращении граждан в офис ООО «Турфирма Рутур», расположенный по адресу: ул. Энгельса, д. 46, помещение 1 в Центральном районе г.Челябинска, она, заведомо не намереваясь выполнять принимаемые на себя обязательства по оказанию туристических услуг, из корыстных побуждений, вводя граждан в заблуждение, должна была убеждать граждан в необходимости заключения договоров на оказание туристических услуг ООО «Турфирма Рутур» и добиваться внесения гражданами единовременно максимальной суммы под видом оплаты туристических услуг по заключенным договорам и бронирования туристического продукта. Граждане, не подозревая о преступных намерениях ФИО6, будучи обманутыми ею относительно исполнения обязательств по заключенным договорам на оказание туристических услуг от лица ООО «Турфирма Рутур», заключали договоры о реализации туристического продукта с ООО «Турфирма Рутур», при этом, находясь под воздействием обмана, выполняли полностью принятые на себя обязательства по оплате стоимости туристических услуг.

ФИО6, из корыстных побуждений, принимала от граждан денежные средства, которые противоправно, безвозмездно изымала и обращала в свою собственность, то есть похищала, принятые на себя обязательства не выполняла, деньги в полном объеме не возвращала. При этом ФИО6 достоверно знала, что имеет фактическую возможность выполнить взятые на себя обязательства по договорам о реализации туристического продукта перед клиентами, умышленно скрывая наличие задолженности ООО «Турфирма Рутур» по иным обязательствам, заведомо не намеревалась произвести бронирование туристического продукта для клиента, оплату туроператору цены туристического продукта, в виду погашения задолженности ООО «Турфирма Рутур» по иным обязательствам и отсутствия денежных средств, что указывает на фиктивность исполнения обязательств по договорам о реализации туристического продукта с клиентами. Фактически ни перед одним из граждан – клиентов ФИО6 своих обязательств не выполнила, бронирование и оплату туристического продукта не произвела, деньги в полном объеме не вернула.

Таким образом, с начала 2019 года ООО «Турфирма Рутур» прекращает исполнение требований кредиторов, о чем свидетельствует возросшее количество задолженности:

- задолженность перед ИП ФИО7 по договору поставки № 13012016/1, возникшая за период с 24.01.2019 по 11.01.2022 в размере 17 743 руб. основной задолженности и 19 233 руб. 41 коп. неустойки;

- задолженность перед ПАО Сбербанк России в размере 1 745 926 руб. 30 коп., из них: - по договору на проведение расчетов по операциям, совершенным с использованием банковских карт (эквайринг) № 168597/3101ДО от 10.02.2017, возникшая за период с 15.01.2019 по 30.12.2019 в общей сумме 1 389 357 руб. 60 коп., - по кредитному договору <***> от 17.06.2019 г., возникшая за период с 18.10.2019 по 15.01.2020 в размере 320 470 руб. 70 коп., в том числе: ссудная задолженность – 303 615 руб. 27 коп., проценты за кредит – 13 917 руб.42 коп., задолженность по неустойке – 2 938 руб. 01 коп. (решение Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-30110/2020 от 09.12.2020);

- задолженность перед ООО «ГлавбухПлюс», г. Челябинск (ИНН <***>), возникшая за период с 01.01.2019 по 30.09.2019 в размере 73 300 руб. из них: - по договору на бухгалтерское обслуживание №34/2015 от 12.01.2015 на сумму 28 300 рублей, - по договору займа б/н от 15.08.2019 в сумме 45 000 рублей;

- задолженность перед ФИО8, г. Челябинск, возникшая за период с 01.11.2019 по 23.03.2020, в размере 121 000 руб., из них: основной долг в размере 60 000 руб., неустойка в размере 60 000 руб., компенсация морального вреда в размере 1 000 руб. (решение Центрального районного суда г. Челябинска от 07.09.2020 по делу №2-3836/2020);

- задолженность перед ФИО9, возникшая в 2019 г., в размере 107 000 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., штраф в размере 56 000 руб., (решение Центрального районного суда г. Челябинска от 11.12.2019 по делу №2-8682/2019).

Указанные требования в настоящее время включены в реестр требований кредиторов ООО «Турфирма Рутур».

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в период с 1 квартала 2019 г. Общество прекратило исполнять требования кредиторов.

Между тем, как следует из материалов дела, ФИО1 стал участником ООО «Турфирма Рутур» только с 03.09.2019, тогда как основные обязательства перед кредиторами возникли ранее, до его вступления в Общество, только одна задолженность (перед ФИО8) возникла за период с 01.11.2019.

В то же время, в соответствии с п. 13 постановления Пленума № 53, по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Участники корпорации, учредители унитарной организации, являющиеся контролирующими лицами по признаку аффилированности между собой, обладающие в совокупности количеством голосов, необходимым для созыва собрания коллегиального органа должника, не совершившие надлежащие действия для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве, несут субсидиарную ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве солидарно, если хотя бы один из них не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о неисполнении этой обязанности.

Учитывая, что на момент принятия последнего неисполненного обязательства 01.11.2019 сроки для принятия решения о банкротстве общества для ФИО1 не истекли, суд апелляционной инстанции приходит к выводы о том, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 3 постановления Пленума № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только натом основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства счленами органов должника, либо ему были переданы полномочия насовершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в томчисле в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещалодолжности главного бухгалтера, финансового директора должника(подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названныелица могут быть признаны контролирующими должника на общихоснованиях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Сделки должника, совершенные в период руководства ФИО1 не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделок не привело к прекращению деятельности общества или изменению их вида либо существенному изменению их масштабов (п. 4 ст. 78 Закона об акционерных обществах, п. 8 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которая является субсидиарной, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Согласно п. 56 постановление Пленума № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Вместе с тем, конкурсный управляющий в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц не указал в качестве основания, какие действия/бездействие ФИО1 повлекли за собой несостоятельность (банкротство) должника, а также не указал на наличие причинно-следственной связи между деятельностью ФИО1 и несостоятельностью (банкротством) должника.

Из материалов дела следует, что в рамках уголовного дела ФИО5 дала показания о том, что фактически распоряжалась всеми денежными средствами и активами и вела деятельность общества единолично.

Таким образом, директором организации в период возникновения признаков неплатежеспособности (с начала 2019г.) была ФИО5, а ФИО1 стал участником общества только с сентября 2019 г. ФИО5 являлась единственным (100% в период с октября 13.10.2014 по 03.09.2019) участником должника, а в последующем, с 03.09.2019 имела долю в уставном капитале должника в размере 25%. Кроме того, ФИО5 являлась руководителем должника (период с 09.04.2013 по 16.12.2019), а впоследствии, с 17.12.2019, ликвидатором ООО «Турфирма РУТУР».

В указанные периоды времени именно ФИО5 выполняла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ООО «Турфирма РУТУР» и единолично принимала решения о направлении расходования денежных средств общества, получаемых в качестве прибыли.

Ввиду изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО5 является в силу указанных выше положений Закона о банкротстве контролирующим должника лицом. Даже в период после сентября 2019 г., когда ФИО1 стал мажоритарным участником (75%) ООО «Турфирма Рутур», он являлся номинальным руководителем должника, ввиду чего не может быть признан лицом, контролирующим должника, лишь при доказанности наличия у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, что исключает возможность привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Выводы суда первой инстанции о том, что 31.10.2018 у должника возникли обстоятельства, которые привели к невозможности погашения требований иных кредиторов, в связи с прекращением ООО «РоссТур» туроператорскую деятельность по причине невозможности исполнения им всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта и перестало выполнять свои договорные обязательства, в связи с чем у ООО «Турфирма Рутур» возникли обязательства по возврату денежных средств туристам, является моментом возникновения признаков банкротства должника, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку судом установлено, что ООО «Турфирма Рутур» прекратило исполнение требований кредиторов с начала 2019 года.

Доказательств того, что в период участия ФИО1 в деятельности должника и с его непосредственным участием были совершены действия, приведшие должника к банкротству, суду не представлено.

Обстоятельства связанные с невзысканием дебиторской задолженности ООО «РоссТур» в размере 593 781 рублей, в данном случае не могут быть поставлены в вину ФИО1 поскольку из обстоятельств дела не следует об осведомленности последнего о наличии данной задолженности и умышленном не совершении им необходимых действий по ее взысканию, а также наличии реальной возможности возврата денежных средств с учетом того, что решением Ростуризма от 16.10.2018 № 406-Пр-18 сведения об ООО «Росстур» исключены из Единого федерального реестра туроператоров.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, учтены судом апелляционной инстанции при вынесении настоящего постановления.

При таких обстоятельствах решение арбитражного суда подлежит отмене в части на основании пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.


Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.06.2024 по делу № А76-45738/2021 - отменить в части, апелляционную жалобу ФИО1 - удовлетворить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Турфирма Рутур» ФИО2 в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - отказать.

В остальной части определение оставить без изменения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Турфирма Рутур» в пользу ФИО1 3 000 руб. в счет возмещения расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья А.А. Румянцев

Судьи: М.В. Ковалева

А.Г. Кожевникова