Постановление от 2 февраля 2022 г. по делу № А02-570/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


г. Томск

Дело № А02-570/2020



Резолютивная часть постановления суда объявлена 26 января 2022 г.

Постановление суда изготовлено в полном объеме 02 февраля 2022 г.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоФИО12 а А.Ю.,

судей:Кудряшевой Е.В.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО2 (07АП-1765/2021(5)) на определение от 12.10.2021 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-570/2020 (судья Черепанова И.В.) о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства гражданина ФИО3 (ОГРНИП 314040408400052, ИНН <***>, 649780 Республика Алтай, <...>),

принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 об оспаривании сделки должника и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Бебеля А.В. – ФИО4 по доверенности от 10.08.2021;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Алтай с заявлением о признании недействительной сделки должника - договора купли-продажи транспортного средства УАЗ-330365 (2012 г.в., VIN № XTT330365С0462876), заключенный 20.04.2016 между ФИО3 и ФИО5 Умут, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата вышеуказанного имущества в конкурсную массу.

Определением от 17.05.2021 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица ФИО6, в связи с тем, что судом было установлено в соответствии с поступившими от МВД по Республике Алтай сведениями, что спорное транспортное средство - УАЗ-330365 VIN № XTT330365С0462876, 03.10.2020 было отчуждено ФИО5 Умут в пользу указанного лица.

11.08.2021 через систему «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении заявления об оспаривании сделки в части реституционного требования и применения последствий недействительности сделки в виде – обязать ФИО6 вернуть (передать) в конкурсную массу должника спорное транспортное средство, в том числе просил признать договор купли-продажи от 20.04.2016 заключенный между ФИО3 и ФИО5, договор купли-продажи от 25.01.2020 заключенный между ФИО5 и ФИО6 о продаже транспортного средства УАЗ-330365 VIN № XTT330365С0462876, недействительными со ссылкой на ст.ст. 10,168. п.2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61.2 Закона о банкротстве, указывая, что сделка по реализации транспортного средства совершена в период неплатежеспособности должника, со злоупотреблением права, поскольку транспортное средство продано по заниженной стоимости, фактически сделка между ФИО3 и ФИО5, прикрывала сделку между ФИО3 и ФИО6, ФИО5 и ФИО6 являются родственниками, в силу чего имеются основания для признания ее недействительной.

Уточненные требования в порядке статьи 49 АПК РФ приняты к рассмотрению.

Определением от 12.10.2021 Арбитражного суда Республики Алтай в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Бебель А.В. обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что судом первой инстанции необоснованно отклонены доводы конкурсного управляющего о том, что сделка совершена по нерыночной стоимости, при этом на дату сделки у должника имелись кредитные обязательства, что свидетельствует о злоупотреблении. Судом не дана оценка доводам заявителя о порочности притворной сделки.

Отзывы на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ не представлены.

Принявший участие в судебном заседании представитель конкурсного управляющего настаивал на требовании об отмене судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу при существующей явке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя апеллянта, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Алтай, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в ходе проведения мероприятий процедуры банкротства должника, арбитражным управляющим было установлено, что 30.04.2016г. был заключен договор купли-продажи транспортного средства УАЗ 330365, 2012 г.в. (VIN № <***>), между ФИО3 и ФИО5 Умут по цене 100 000 рублей.

Ссылаясь на выбытие ликвидного имущества из конкурсной массы при наличии признаков неплатежеспособности должника, несоразмерную стоимость сделки, заинтересованность лиц, участвующих в цепочке сделок, арбитражный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, с учетом уточнений, указав, что имеются основания для признания сделки с ФИО5 недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ и ст. 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом реализации спорного транспортного средства ФИО6, полагает имеются основания для применения виндикации и истребования транспортного средства у ФИО6

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для применения судом положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а также пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса РФ такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как разъяснено в абзаце 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем тридцать вторым статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом первой инстанции установлено, что 27.04.2020 по инициативе ПАО «Сбербанк России» было возбуждено в отношении ФИО3 дело о банкротстве.

Согласно оспариваемому договору, сделка с ФИО7 должником была заключена 30.04.2016, регистрация транспортного средства в органах ГИБДД за ФИО5 произведена 15.05.2016, то есть сделка совершена за пределами сроков, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, учитывая совершение сделки за пределами трехлетнего срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, оснований для установления иных обстоятельств, в том числе неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, причинение вреда кредиторам, наличие цели причинения вреда, недобросовестность ответчика, не требуется, поскольку отсутствует совокупность обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной по части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Более того, вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции обоснованно указано, что спорная сделка также не может быть признана недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В то же время необходимо учитывать, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).

При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными.

Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным предоставлением одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

К тому же таким образом осуществляется обход норм о сокращенном сроке давности оспаривания оспоримых сделок.

Судом верно отмечено, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки с ФИО5 Умут, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий должником ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неплатежеспособность должника на момент совершения сделки, наличие неисполненных обязательств, несоразмерность встречного исполнения, наличие цели причинения ущерба кредиторам, причинение ущерба кредиторам), не приводя при этом доводов о наличии у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделки с предпочтением или подозрительных сделок.

Следовательно, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения положений как пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и статьи 10 и 168 Гражданского кодекса РФ к сделке, заключенной ФИО3 с ФИО5 30.04.2016.

Таким образом, оснований для применения виндикации в виде истребования у ФИО6 спорного транспортного средства не имеется.

Более того, суд первой инстанции правомерно указал, что таких оснований не имеется для применения как указанных положений к последующей сделке, так и положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ к сделке, заключенной между должником и ФИО8 и к последующей сделке с ФИО6

Апелляционный суд соглашается с данным выводом мотивированным следующим.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Из смысла данной нормы права по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Притворные сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц об истинных намерениях участников сделки относительно ее существа. Данная сделка характерна несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, так как в момент ее совершения воля участников не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения гражданских прав и обязанностей. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее совершения.

В соответствии с пунктом 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при применении правил о притворных сделках следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ).

Как указывалось выше, сделка с ФИО5 была заключена 30.04.2016, регистрация транспортного средства в органах ГИБДД за ФИО5 произведена 15.05.2016.

Стоимость транспортного средства в договоре указана 100 000 рублей.

15.01.2020 между ФИО5 У и ФИО6 заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства. Стоимость транспортного средства в договоре указана 10 000 руб.

Перерегистрация транспортного средства на ФИО6 произведена 03.10.2020.

Согласно сведениям Отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кош-Агачскому району ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована: Республика Алтай, <...>.

Согласно сведений, предоставленных Комитетом по делам ЗАГС Кош-Агачского района, Республики Алтай, ФИО5 Умут, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла 06.02.2020. На момент смерти проживала по адресу: Республика Алтай, <...>.

При этом ФИО5 Умут является матерью ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно информации ГИБДД МВД по Кош-Агачскому району у ФИО5 Умут ДД.ММ.ГГГГ года рождения отсутствует водительское удостоверение, а ФИО6 водительское удостоверение было выдано 17.03.2014.

Из сведений Российского Союза автостраховщиков следует, что в договорах ОСАГО, заключенных в отношении транспортного средства УАЗ (г.р.з. <***>) следует, что с 10.05.2016 была застрахована ответственность ФИО9, с 10.08.2017 в качестве водителей, чья ответственность была застрахована, указан ФИО6, ФИО10, ФИО9. При этом страхователем указан собственник, не имеющий права вождения транспортным средством.

С 23.04.2020 договор ОСАГО был заключен уже собственником транспортного средства ФИО6. В качестве водителей указаны ФИО11, ФИО9.

Статьей 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлена обязанность по постановке транспортных средств государственный учет.

Допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Пунктом 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12.08.1994 № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» определено, что собственники транспортных средств обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, в том числе в течение 10 суток после приобретения транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В пункте 2 статьи 130 ГК РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

В подпунктах 1 и 2 статьи 209 ГК РФ установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 15 Закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована.

Договор обязательного страхования заключается в отношении владельца транспортного средства, лиц, указанных им в договоре обязательного страхования, или в отношении неограниченного числа лиц, допущенных владельцем к управлению транспортным средством в соответствии с условиями договора обязательного страхования, а также иных лиц, использующих транспортное средство на законном основании.

Основания для законного владения транспортным средством названы в статье 1 Закона Об ОСАГО право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное.

Из совокупности вышеуказанных обстоятельств, с учетом перечисленным норм права, следует, что спорное транспортное средство, было приобретено в собственность ФИО5 еще в апреле 2016 года на основании договора купли-продажи, фактически было передано ФИО5 прежним собственником и находилось в законном владении членов ее семьи с этого времени, в том числе ее сына ФИО6, что подтверждается предоставленными сведениями о страховании гражданской ответственности владельцев спорного транспортного средства, предоставленными РСА.

С апреля 2016 г. ФИО3 перестал быть собственником транспортного средства, как в силу заключенного договора по отчуждению транспортного средства, так и фактически, что подтверждается не только регистрацией транспортного средства на нового собственника, но и отсутствием внесенных его данных в договоры страхования гражданской ответственности владельцев транспортного средства.

Гражданский кодекс РФ и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по владению и распоряжению транспортным средством в случаях отсутствия у него права управления транспортным средством. Отсутствие водительского удостоверения ограничивает использование транспортного средства непосредственно таким собственником (управлять автотранспортом), но не препятствует его использованию опосредованно через членов семьи и иных владельцев, которым собственник вправе передать право управления в соответствии с условиями договора обязательного страхования или ином законном основании.

В связи с этим доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для признания сделки недействительной, заключенной между ФИО3 и ФИО5, поскольку она прикрывала сделку, фактически, заключенную между ФИО3 и ФИО6 в виду отсутствия у ФИО5 права на управление транспортным средством правомерно отклонены судом первой инстанции.

03.10.2020 спорное транспортное средство было перерегистрировано в органах ГИБДД на ФИО6 на основании договора купли-продажи от 15.01.2020г., заключенного между ФИО5 и ФИО6 (между матерью и сыном). Цена сделки указана 10 000 рублей.

ФИО6, на момент приобретения транспортного средства его матерью и на момент переоформления транспортного средства на него, являлся членом семьи ФИО5 У, что подтверждается свидетельством о рождении и адресной справкой с места жительства (ч. 2 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что заключение сделки купли-продажи транспортного средства между родственниками по заниженной стоимости не является само по себе основанием для признания такой сделки недействительной, поскольку сам факт родственных отношений между стороной сделки и последующим покупателем не подтверждает факт заинтересованности ФИО5 и ФИО6 по отношению к должнику ФИО3

Доказательств родственных связей и иной заинтересованности ФИО5 и ФИО6 по отношению к должнику ФИО3 суду не представлено.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 указано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Реализация транспортного средства по заниженной стоимости незаинтересованному лицу, в данном случае ФИО5 за пределами сроков подозрительности, свидетельствовало бы о совершении сделки в отсутствие для должника экономической целесообразности и вопреки здравому смыслу с учетом наличия финансовых обязательств и нежелания допустить обращения взыскания на транспортное средство.

Иных признаков злоупотребления правом со стороны ФИО5 и ее сына ФИО6, судом не усматривается.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд исходит из того, что сделка между между ФИО3 и ФИО5 заключена за пределами сроков, предусмотренных части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в силу чего отсутствуют оснований для ее оспаривания по банкротным основаниям, сделка, между ФИО3 и ФИО5 являлась реальной, транспортное средство фактически выбыло из владения ФИО3, не используется им, не находилось и не находится под его контролем; сама по себе заниженная стоимость в договоре от 30.04.2016, заключенном за пределами сроков подозрительности и последующем договоре от 15.01.2020 не является достаточным основанием для оспаривания цепочки сделок по части 2 статьи 170 ГК РФ.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции правомерно не усмотрено оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, полно, детально, подробно, достоверно описав представленные в материалы дела доказательства, верно оценил в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, правильно применив нормы материального, процессуального права сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела, принял по делу правомерный и обоснованный судебный акт, содержащий правильные выводы.

Иные доводы апелляционной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не могли повлиять на правильное по существу определение суда.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 12.10.2021 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-570/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.



ПредседательствующийА.Ю. ФИО12


СудьиЕ.В. ФИО13


ФИО1