Постановление от 3 декабря 2023 г. по делу № А53-1366/2022

50/2023-119294(1)


ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-1366/2022
город Ростов-на-Дону
03 декабря 2023 года
15АП-17518/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 декабря 2023 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Долговой М.Ю., судей Сурмаляна Г.А., Деминой Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 05.10.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «СДИ», посредством системы веб- конференции ИС «Картотека арбитражных дел»: представитель ФИО4 по доверенности от 12.12.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СДИ»

на решение Арбитражного суда Ростовской области от 11.10.2023 по делу № А531366/2022

об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СДИ»

к ФИО2,

при участии третьего лица общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания АВД»,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «СДИ» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Интеграл» и взыскании денежных средств в размере 133 801,13 руб.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.10.2023 по делу № А53-1366/2022 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общества с ограниченной ответственностью «СДИ» обжаловало решение суда первой инстанции от 11.10.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что неправильно распределено бремя доказывания, не дана оценка недобросовестности поведения ответчика. Контролирующее

общество лицо намерено пренебрегло своими обязанностями в целях исключения оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности. Юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ вследствие недостоверных сведений о юридическом адресе.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит оставить обжалуемое решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили свои правовые позиции.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «СДИ» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности в размере 133 801,13 руб.

В обоснование требований указано следующее.

ФИО2 с 13.07.2010 являлась единственным участником и директором общества с ограниченной ответственностью «Интеграл», что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (выписка – т. 1 л.д. 113).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, основной вид деятельности ООО «Интеграл» – 68.32.1 Управление эксплуатацией жилищного фонда за вознаграждение на договорной основе.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.10.2012 по делу № А53-25028/2012 с общества с ограниченной ответственностью «Интеграл» в пользу МУП «Тепловые сети» г. Новочеркасска взыскана задолженность в размере 76 514,96 руб., пени в размере 14 168,71 руб.

Определением от 21.09.2020 по делу № А53-25028/2012 произведена замена МУП «Тепловые сети» г. Новочеркасска на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «АВД».

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 27.01.2014 по делу № А53-25850/2013 с ООО «Интеграл» в пользу МУП «Тепловые сети» г. Новочеркасска взыскана задолженность в размере 22 929,77 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 11.01.2011 по 30.11.2013 в размере 6 230 рублей, с последующим их начислением на сумму долга исходя из действующей ставки рефинансирования Банка России, начиная с 01.12.2013 по день фактической оплаты долга.

Определением от 21.09.2020 по делу № А53-25850/2013 произведена замена МУП «Тепловые сети» г. Новочеркасска на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «АВД».

01.12.2020 деятельность ООО «Интеграл» прекращена на основании решения налогового органа о предстоящем исключении юридического лица из реестра в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице (запись ГРН 2206100932981).

По состоянию на 10.12.2021 на сайте УФССП России по Ростовской области отражена информация об окончании исполнительного производства в отношении ООО «Интеграл» по пункту 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

28.10.2021 между обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания АВД» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «СДИ»

(цессионарий) заключен договор переуступки права требования (цессии) (т. 1 л.д. 19-20), по условиям которого цедент передает цессионарию право требования к ООО «Интеграл», возникшее из решения от 27.01.2014 по делу № А53-25850/2013, решения от 08.10.2012 по делу № А53-25028/2012 (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.3 договора право требования переходит от цедента к цессионарию с момента подписания акта приема-передачи (акт приема-передачи от 28.10.2021 – т. 1 л.д. 21).

Права требования переходят к цессионарию в том объеме и не тех условиях, которые существовали на момент заключения договора, включая права требования возврата денежных средств в счет уплаты основного долга, процентов, пеней, штрафов, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате государственной пошлины и права по обеспечению названных обязательств, в том числе залога, поручительства, гарантий и прочее, права привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, взыскания с них задолженности (пункт 1.4 договора).

Ссылаясь на то, что обязательства ООО «Интеграл» не исполнены, у кредитора осталось право требования к лицам, контролирующим должника, о привлечении последних к субсидиарной ответственности, взыскания с них задолженности, ООО «СДИ» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 21.06.2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2022 № 15АП-12042/2022, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.10.2022 № Ф08-10279/2022, в удовлетворении иска отказано.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.04.2023 заявление общества с ограниченной ответственностью «СДИ» о пересмотре решения суда по делу А53-1366/2022 от 21.06.2022 по новым обстоятельствам удовлетворено, решение суда отменено.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.10.2023 по делу № А53-1366/2022 в удовлетворении иска отказано.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Указанный принцип предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность

удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22- 14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления N 53).

В обоснование заявленных требований истец сослался на пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ и статью 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и указал на то, что ответчик, действуя недобросовестно и неразумно, причинил ущерб ООО "СДИ", в связи с неисполнением обществом обязательств, установленных решениями Арбитражного суда Ростовской области.

Судом установлено, что вменяемое истцом в вину ответчику противоправное поведение, влекущее субсидиарную ответственность, имело место в 2010-2013 г.г., т.е. до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, что исключает возможность применения положений пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ к отношениям сторон.

Таким образом, указанная норма применению не подлежит, поскольку пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ введен в действие Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и вступил в силу со дня официального опубликования (опубликован на Официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru - 30.07.2017) в

соответствии со статьей 4 данного документа, то есть начало действия редакции настоящего пункта - 30.07.2017.

К спорным правоотношениям не могут быть применены положения пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, вступившие в законную силу с 30.07.2017, поскольку вменяемые ответчику недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность по обязательствам исключенного общества, возникли до указанной даты.

В Федеральном законе от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон N 14-ФЗ, предусматривающие привлечение к субсидиарной ответственности распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.11.2021 по делу N А53-7475/2021).

Кроме того, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика, повлекших неисполнение обязательств обществом, истцом в материалы дела не представлено.

В рамках процессуальной деятельности по распределению бремени доказывания по данной категории дел, суд в соответствии с положениями части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ должен осуществлять ее с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор, который испытывает объективную сложность в получении отсутствующих у него прямых доказательств недобросовестного поведения контролирующих должника лиц.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Как указал истец, недобросовестность ФИО2 как единственного участника и руководителя ООО "Интеграл" заключалась в том, что, зная о задолженности общества перед истцом, она не предпринимала действий по погашению суммы долга, в результате исключения общества из ЕГРЮЛ взыскание суммы задолженности оказалось невозможным; необеспечение общества по юридическому адресу повлекло неэффективность принятых судебным-приставом-исполнителем мер по принудительному исполнению судебного акта, вынесенного в пользу истца; отсутствие должника по адресам и наличие в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об адресе (месте нахождения) свидетельствует о неполучении обществом юридически значимых сообщений.

По сути, позиция истца сводится к вменению субсидиарной ответственности участнику хозяйственного общества за сам факт того, что расчеты с кредиторами не были осуществлены до прекращения деятельности общества.

Вместе с тем, из материалов дела не следует, что истцом были представлены суду доказательства, что ответчиком было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества.

При обращении в суд с рассматриваемым иском истец ссылается на совершение Крамаренко Д.М. действий, направленных на вывод имущества из ООО "Интеграл" в пользу третьих лиц на невыгодных условиях перед прекращением деятельности общества.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие действий (бездействия) ответчика, в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в данном случае в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие, что общество располагало имуществом, достаточным для исполнения обязательств перед первоначальным кредитором, но такое исполнение оказалось невозможным в результате действий ответчика, о совершении контролирующим должника лицом действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредитором.

Также имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют прийти к выводу о том, что именно действия (бездействия) ответчика, а не иные обстоятельства, явились причиной кризисного финансового положения общества.

В материалы дела не были представлены доказательства, которые позволяли бы установить вышеупомянутую причинно-следственную связь и выявить признаки поведения ответчика, расходящегося с предъявляемыми требованиями разумности и добросовестности.

В материалах дела отсутствуют свидетельства какого-либо недобросовестного или неразумного поведения ответчика.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Таким образом, истцом не приведены и судом первой инстанции не установлены обстоятельства, которые позволяли бы сделать вывод о том, что истец утратил возможность получения денежных средств по обязательствам ООО "Интеграл" вследствие того, что контролирующее лицо общества действовало во вред кредитору.

Причинно-следственной связи между исключением ООО "Интеграл" из ЕГРЮЛ и неисполнением обязательств перед истцом из материалов дела не следует.

Доказательств того, что именно по вине ответчика в связи с осуществлением им противоправных действий направленных на причинение вреда обществу и его кредиторам, ООО "Интеграл" не смогло исполнить обязательства перед истцом, а также того, что ответчик действовал недобросовестно и неразумно, предпринимал меры к уклонению от исполнения обязательств, решения суда принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения, в деле отсутствуют.

При этом, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306- ЭС19-18285 по делу N А65-27181/2018).

В материалы дела не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что ответчик как руководитель и участник общества при наличии достаточных денежных средств (имущества), уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводил активы и т.д., как не имеется и доказательств наличия в действиях ответчика умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекших

невозможность исполнения в будущем обязательств перед истцом, доказательств явной недобросовестности или неразумности действий ответчика, в том числе, умышленной ликвидации общества с долгами.

Наличие у ООО "Интеграл", впоследствии исключенного регистрирующим органом из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, непогашенной задолженности, подтвержденной вступившими в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как руководителя и участника общества в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем причинение убытков истцу в виде оставшихся неудовлетворенными требований, установленных решением суда по делу № А53-25028/2012 от 08.10.2012, № А53-25850/2013 от 27.01.2014.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче этого заявления (соответствующий состав для привлечения к субсидиарной ответственности содержится в действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом доказательств наличия условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве в материалы дела не представлено.

Истец отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии у ООО "Интеграл" признаков неплатежеспособности и бездействии директора и учредителя ФИО2, выразившемся в необращении в суд с заявлением о банкротстве.

Принимая во внимание отсутствие причинно-следственной связи между вменяемым действиями (бездействиями) ответчика и последствиями - неисполнение обществом обязательств перед истцом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения искового заявления.

Как следует из материалов дела, решение о ликвидации ООО "Интеграл" не принималось, ликвидационный баланс не составлялся, данное общество исключено из ЕГРЮЛ по решению уполномоченного органа.

Вместе с тем пунктами 3 и 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ установлены гарантии, направленные на защиту прав кредиторов предстоящим исключением.

В материалы дела не представлено доказательств того, что истцом были предприняты меры к уведомлению налогового органа, вынесшего решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, о наличии долга у данного юридического лица в период после опубликования решения о

предстоящем исключении из единого государственного реестра юридических лиц до истечения срока возможного предъявления данных требований.

Право заинтересованных лиц направить в уполномоченный государственный орган возражения относительно предстоящего включения данных в ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц предусмотрено пунктом 4 статьи 51 ГК РФ и пунктом 3 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота (взыскатель по исполнительному производству, осуществляющий добросовестно свои права, предоставленные ему Федеральным законом "Об исполнительном производстве") не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Между тем доказательств направления истцом в регистрирующий орган заявления в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Законом N 129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 названной статьи, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению ООО "Интеграл" из реестра истцом в материалы дела не представлено.

Следует также отметить, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", исключение должника-организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона N 129-ФЗ не препятствует кредитору-взыскателю в порядке, предусмотренном пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения имущества должника, если у такого ликвидированного юридического лица осталось нереализованное имущество.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пошлина за подачу апелляционной жалобы взыскивается с заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 11.10.2023 по делу № А53-1366/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "СДИ" в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий М.Ю. Долгова

Судьи Я.А. Демина

Г.А. Сурмалян