Постановление от 24 июня 2022 г. по делу № А56-79182/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Санкт-Петербург

24 июня 2022 года

Дело №А56-79182/2020/сд.1



Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2022 года.


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Титовой М.Г., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

- от ООО «СУ-1 «СТОУН»: представителя ФИО2 по доверенности от 18.12.2021;

- от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 12.04.2022;

- от ФИО8: представителя ФИО4 по доверенности от 18.06.2022;

- от ФИО5: представителя ФИО6 по доверенности от 24.10.2020;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-8337/2022, 13АП-8334/2022, 13АП-8339/2022) ФИО3, ФИО8 Тинатин и Дрбоян Русудан на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-79182/2020/сд.1 (судья Мазурик Е.Л.), принятое по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Дрбоян Русудан,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Строительное Управление – 1 «СТОУН» (далее – ООО «СУ-1 «СТОУН») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Дрбоян Русудан несостоятельной (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 23.09.2020 заявление ООО «СУ-1 «СТОУН» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 29.12.2020 заявление ООО «СУ-1 «СТОУН» признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации задолженности, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда первой инстанции от 13.10.2021 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Финансовый управляющий ФИО7 04.02.2021 (зарегистрировано 12.02.2021) обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным соглашения от 06.06.2016 № 38/219-2 о замене стороны по договору № 150 долевого участия в строительстве жилого дома от 01.02.2014, заключенного между должником и ФИО3. Просил возвратить в конкурсную массу право требования по договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014 (от 28.03.2014 № 78-78-71/003/2014-029) в отношении квартиры с условным номером 219, строительные оси 1-7, Б-М, 2-х комнатная на 4-м этаже, общей площадью 86,35 кв.м., лоджия (балкон) с понижающим коэффициентом 8,83 кв.м. и аннулировать в ЕГРН запись о регистрации от 22.06.2016 за номером № 78-78/041-78/088/201/2016-226/1 о регистрации Соглашения № 38/219-2 о замене стороны по договору долевого участия в строительстве, восстановив запись о регистрации прав за должником (от 16.11.2015 № 78-78/041-78/080/018/2015-254/1).

В ходе судебного разбирательства финансовый управляющий уточнил заявленные требования, посчитав, что в данном случае имела место цепочка сделок по отчуждению имущественного права в пользу ФИО8; просил привлечь последнюю соответчиком в обособленном споре; признать недействительной единую сделку, направленную на отчуждение прав требования по договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014, в отношении квартиры с условным номером 219, по адресу: Санкт-Петербург, Кировский район, Двинская ул., д. 8, корп. 3, лит. А, строительные оси 1-7, Б-М, 2-х комнатной, на 4-м этаже, общей площадью 86,35 кв.м., лоджия (балкон) с понижающим коэффициентом 8,83 кв.м., оформленной Соглашением от 06.06.2016 № 38/219-2 между должником и ФИО3 и Соглашением от 15.02.2019 № 38/219-3 между ФИО3 и ФИО8 качестве применения последствий недействительности сделки финансовый управляющий просил возвратить в конкурсную массу должника права требования по договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014 указанной квартиры.

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). К участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО8

Определением суда первой инстанции от 25.02.2022 заявление финансового управляющего ФИО7 удовлетворено частично. Признано недействительным соглашение от 06.06.2016 № 38/219-2 о замене стороны по договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014, заключенное между ФИО5 и ФИО3; ФИО8 обязана возвратить конкурсную массу ФИО5 право требования по договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014 (от 28.03.2014 № 78-78-71/003/2014-029) в отношении квартиры с условным № 219, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Кировский р-н, Двинская <...>, лит. А со следующими характеристиками: условный номер 219, строительные оси 1-7; БМ, двухкомнатная квартира, на 4 этаже, общей площадью 86,35 кв.м., лоджия (балкон) с понижающим коэффициентом 8,83 кв.м. В остальной части в удовлетворении заявление финансового управляющего ФИО7 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО3, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-79182/2020/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, заявителем пропущен срок исковой давности; финансовый управляющий не имел право на оспаривание соответствующего соглашения; сделка являлась реальной и возмездной; ответчик является добросовестным приобретателем; судом первой инстанции неправильно применены последствия недействительности сделки.

В апелляционной жалобе ФИО8, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-79182/2020/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, заявителем пропущен срок исковой давности; у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания оспариваемой сделки недействительной; финансовый управляющий не имел право на оспаривание соответствующего соглашения; сделка являлась реальной и возмездной; ответчик является добросовестным приобретателем; судом первой инстанции неправильно применены последствия недействительности сделки.

В апелляционной жалобе ФИО5, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-79182/2020/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, заявителем пропущен срок исковой давности; финансовый управляющий не имел право на оспаривание соответствующего соглашения; сделка являлась реальной и возмездной; ответчик является добросовестным приобретателем; судом первой инстанции неправильно применены последствия недействительности сделки.

В отзыве финансовый управляющий ФИО7 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

В судебном заседании представители ФИО3, ФИО8 и ФИО5 поддержали доводы апелляционных жалоб. При этом представитель ФИО3 и ФИО8 заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы. Представитель ООО «СУ-1 «СТОУН» против доводов апелляционных жалоб и ходатайства о назначении судебной экспертизы возражал.

Рассмотрев заявленное представителем ФИО3 и ФИО8 ходатайство о назначении судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции оснований для его удовлетворения не нашел.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции до объявления председательствующим в судебном заседании исследования доказательств законченным (часть 1 статьи 164 АПК РФ), а при возобновлении их исследования - до объявления законченным дополнительного исследования доказательств (статья 165 АПК РФ).

Поскольку назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда, и такое назначение связано с обстоятельством наличия неясностей в вопросах, которые требуют специальных знаний, чего в настоящем деле не требуется применительно к достаточности представленных сторонами доказательств для рассмотрения заявления по существу в данном судебном заседании, в целях соблюдения прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, процессуальной целесообразности в назначении судебной экспертизы не имеется.

Апелляционный суд полагает возможным рассмотреть апелляционные жалобы по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, закрытым акционерным обществом «Трест102» (застройщик; далее – ЗАО «Трест102») и обществом с ограниченной ответственностью «Стоун» (участник; далее – ООО «Стоун») заключен договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 01.02.2014 № 150, по условиям которого застройщик принял на себя обязательство по строительству многоквартирного жилого дома по адресу: Санкт-Петербург, Кировский район, Двинская ул., д. 8, корп. 3, лит. А и по передаче дольщику объекта долевого строительства согласно пункту 2.1 Договора – помещения согласно описанию в Приложении № 1.

Срок передачи объекта оговорен в пункте 2.3 договора – не позднее 240 дней с момента ввода объекта в эксплуатацию, срок сдачи объекта в эксплуатацию – не позднее 31.12.2015.

Общая стоимость договора согласована в пункте 3.1 в размере 3 626 700 руб., которая должна быть внесена до 01.03.2014.

Согласно приложению № 1 по результатам строительства участнику должна была быть передана двухкомнатная квартира площадью 86,35 кв. м., секция № 5, этаж 4, условный номер 219, в строительных осях 1-7, Б-М.

На основании соглашения от 26.03.2015 № 38/219 о замене стороны в договоре долевого участия в строительстве, права и обязанности участника от ООО «Стоун» переданы обществу с ограниченной ответственностью «Промстрой» (далее – ООО «Промстрой») по цене 6 044 500 руб.

По соглашению от 24.08.2015 № 219-1 право требования по договору долевого участия в строительстве уступлено ООО «Промстрой» в пользу ФИО5 за 5 621 750 руб.

Неисполнение должником обязательства по оплате уступленного права послужило основанием для обращения ООО «Промстрой» с требованием о взыскании указанной суммы в суд общей юрисдикции. Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 17.07.2018 с ФИО5 в пользу ООО «Промстрой» взыскано 5 621 750 руб. основного долга и 1 294 833 руб. 72 коп. процентов. Определением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 17.01.2019 по делу № 2-1168/2017 произведено процессуальное правопреемство на стороне взыскателя на ООО «СУ-1 «СТОУН».

Неисполнение указанного обязательства и послужило основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Между тем на основании Соглашения от 06.06.2016 № 38/2019-2 права из Договора долевого участия № 150 уступлены ФИО5 в пользу ФИО3 В соглашении отражено, что ФИО5 уплачена стоимость приобретения прав по соглашению от 24.08.2015 № 39/2019-1 у ООО «Промстрой» в размере 5 621 750 руб.

Пунктом 6 Соглашения за уступку права предусмотрена оплата 2 800 000 руб. в срок до 30.06.2016.

В последующем на основании Соглашения о замене стороны от 15.02.2019 № 38/219-3 права по договору долевого участия № 150 уступлены в пользу ФИО8

В соответствии с правовой позицией финансового управляющего ФИО7 вышеуказанные действия являются цепочкой взаимосвязанных сделок, направленных на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы должника, с целью причинения имущественного вреда конкурсным кредиторам, что является недобросовестным поведением и свидетельствует о недействительности договоров в силу положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворив требования финансового управляющего ФИО7 в части и возвратив недвижимое имущество в конкурсную массу должника, исходил из того, что отчуждение прав требования передачи квартиры произошло в отсутствие оплаты за уступленное право со стороны ФИО3, при злоупотреблении правом и с целью нарушения имущественных прав кредиторов.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 того же Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Таким образом, правовая позиция подателей жалоб о том, что финансовым управляющим утрачено право на обращение в суд с настоящим заявлением, является ошибочной.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции должником и ФИО3 заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

В обоснование заявления должник и ФИО3 указали, что кредитор-заявитель по делу о банкротстве знал о подписании оспариваемого Соглашения еще в период обращения к должнику с требованием о взыскании задолженности и не был лишен возможности самостоятельно его оспорить. Финансовый управляющий действует в сговоре с кредитором, при наличии признаков злоупотребления правом и исключительно с целью обхода положений о пропуске срока исковой давности для оспаривания Соглашения о переходе права.

Вместе с тем, вопреки правовой позиции ФИО5 и ФИО3, суд первой инстанции обоснованно указал, что финансовый управляющий не действует исключительно в интересах кредитора-заявителя, а является представителем сообщества конкурсных кредиторов, а также конкурсной массы должника, следовательно, бездействие ООО «СУ-1 «СТОУН» по оспариванию Соглашения по общим основаниям, в рассматриваемом случае на течение срока исковой давности не влияет.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – постановление Пленума № 32) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» вышеприведенный пункт 10 постановления Пленума № 32 был дополнен новым предложением о том, что исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Определением суда первой инстанции от 29.12.2020 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации задолженности, финансовым управляющим утвержден ФИО7, следовательно, именно с 29.12.2020 начал течь срок исковой давности. Поскольку с соответствующим заявлением финансовый управляющий обратился 04.02.2021, срок исковой давности им пропущен не был.

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Как правильно установлено судом первой инстанции, в результате совершения оспариваемых сделок из владения должника выбыло имущественное право, отсутствие оплаты за приобретение которого послужило основанием для возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Должник произвел отчуждение имущества, за счет которого могли быть погашены требования перед кредитором, в том числе посредством его возврата кредитору в случае заявления им отказа от Соглашения о передаче должнику спорных прав требования по причине существенного нарушения должником его условий об оплате задолженности.

При этом при заключении оспариваемого Соглашения от 06.06.2016 № 38/319-2 стороны отразили в нем заведомо недостоверную информацию об осуществлении расчетов за уступленное право должником с ООО «Промстрой». Об указанном обстоятельстве определенно знал должник и, проявив должную степень заботливости и осмотрительности, должен был знать ФИО3, так как разумный покупатель проверил бы указанную информацию, в том числе с учетом того обстоятельства, что право требования передачи квартиры уступается по цене, практически в два раза меньше уплаченной правообладателем. Данное условие требовало от приобретателя права повышенного внимания при проверке правомочий ФИО5 на отчуждение имущества.

Следует отметить, что, несмотря на утверждение сторон о том, что ФИО3 произведены расчеты с должником за уступленное право, должник указанной суммой для расчетов с кредитором, в свою очередь, не воспользовался.

Из смысла разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что в деле о банкротстве расписка не может быть признана достаточным доказательством проведения расчетов. Вопреки утверждению ответчика, указанные разъяснения подлежат применению во всех случаях, когда необходимо устранить сомнения в осуществлении согласованных действий участников расчетов в целях причинения вреда иным, независимым кредиторам.

Как верно указано судом первой инстанции, обстоятельства совершения сделки между должником и ФИО3 предполагают наличие согласованных действий, с учетом условий передачи прав требований, в частности, значительного занижения их стоимости. Указанные обстоятельства влекут применение к ответчику более строго стандарта доказывания осуществления расчетов, в частности, как указано в приведенных выше разъяснениях, посредством представления доказательств наличия финансовой возможности произвести платеж.

Соответствующие доказательства истребованы у ответчика определением суда от 15.06.2021, но не были им представлены.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о заключении Соглашения от 06.06.2016 № 38/319-2 при наличии признаков злоупотребления правом и его ничтожности в силу положений статей 10 и 168 ГК РФ.

Представленные ответчиком дополнительное соглашение сторон от 20.09.2016 об увеличении суммы соглашения между должником и ФИО3 до 4 800 000 руб. и расписка на передачу 2 000 000 руб., судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку указанные документы противоречат содержанию ранее представленных сторонами оспариваемого соглашения пояснениям и доказательствам в отношении оспариваемой сделки, и в случае реального их составления, были бы представлены в начале судебного разбирательства, а не в последнем судебном заседании.

Как правильно отметил суд первой инстанции, подобное процессуальное поведение лишь дополнительно свидетельствует о наличии сговора между должником и ФИО3 в целях придания видимости законности оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах Соглашение от 06.06.2016 № 38/319-2 заключено сторонами при явном злоупотреблении правом.

Далее, Соглашением № 38/219-3 от 15.02.2019 о замене стороны по Договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014 ФИО3 уступает, а ФИО8 Тинатин принимает права и обязанности по Договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014, за которые ФИО8 обязуется оплатить денежные средства в размере 2 800 000 руб. в срок до 28.02.2019.

Последовательные сделки по отчуждению спорного имущества (Соглашение № 38/219-2 от 06.06.2016 и Соглашение № 38/219-3 от 15.02.2019) являются недействительными, в связи с чем подлежат применению последствия недействительности этих Соглашений как единой сделки путем возврата в конкурсную массу должника права требования по Договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома от 01.02.2014.

В рассматриваемом случае неоднократный переход права собственности на спорное имущество должника (регистрация владения спорным имуществом на ФИО3, затем на ФИО8), предоставление расписки в получении денежных средств, возврат займа, отсутствие надлежащих доказательств оплаты по сделкам, свидетельствует о намерении заинтересованных лиц (сторон) сделок создать видимость добросовестных приобретателей с целью невозможности возврата единственного ликвидного имущества должника в конкурсную массу путем заключения притворных сделок.

Заключение спорных сделок при отсутствии экономической целесообразности – отчуждение прав требования квартиры в пользу ФИО3 по заведомо заниженной цене в размере 2 800 000 руб., тогда как покупная стоимость прав требования на квартиру составила 5 621 750 руб., то есть продажа в убыток, момент совершения сделки – после направления кредитором претензии (27.05.2016), оплата цены Соглашения после регистрации его в Росреестре без регистрации права залога в пользу продавца), её фактическая безденежность, свидетельствует о согласованности действий участников гражданского оборота при заключении оспариваемых сделок.

При этом у названных лиц отсутствовала финансовая возможность приобретения спорных прав по Договору № 150 участия в долевом строительстве жилого дома при существенном занижении ее стоимости, что ответчики не опровергли.

Расписка от 25.06.2016 о получении должником денежных средств, договор беспроцентного денежного займа с физическим лицом от 28.04.2014, акт сверки от 27.05.2016 о возврате наличных денежных средств не могут являться надлежащими доказательствами без предоставления доказательств финансового положения кредитора на момент передачи денежных средств.

Такое поведение лиц, которые участвовали в оформлении притворных сделок, нельзя признать соответствующим обычаям делового оборота.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, приведенные факты свидетельствуют о том, что ФИО3, ФИО8 являются фактически заинтересованными по отношению к должнику лицами.

В отношении прикрывающих сделок документы, как правило, изготавливаются так, что у внешнего лица создается впечатление, будто бы стороны действительно следуют условиям притворных договоров. Бенефициар, не имеющий формальных полномочий собственника, не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику и участникам притворных сделок, относительно их деятельности.

Учитывая объективную сложность получения финансовым управляющим прямых доказательств притворности и аффилированности, должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. При этом ответчики должны опровергнуть заявленные финансовым управляющим разумные сомнения в действительности рассматриваемых сделок, чего ответчиками сделано не было.

О согласованности действий ответчиков также свидетельствует, что апелляционные жалобы сторон являются идентичными, что указывает на их общность в своих интересах, а следовательно, указывает на фактическую аффилированность.

При таких условиях апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта по доводам, приведенным в апелляционных жалобах.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-79182/2020/сд.1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.



Председательствующий


Е.А. Герасимова



Судьи



М.Г. Титова


И.Ю. Тойвонен