Постановление от 6 марта 2025 г. по делу № А48-11243/2024

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А48-11243/2024
город Воронеж
7 марта 2025 года
Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи                                                                           Воскобойникова М.С., без вызова лиц, участвующих в деле, в порядке, предусмотренном статьей 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда Орловской области от 19.11.2024 по делу № А48-11243/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства, по иску общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 62 500 руб. 00 коп., судебных издержек, состоящих из стоимости товара в размере 150 руб. 00 коп., почтовых расходов в размере 126 руб. 00 коп., расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб. 00 коп. (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ),

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (далее – ООО «ЗИНГЕР СПБ», истец) обратилось в Арбитражный суд Орловской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 50 000 руб. судебных издержек.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 11.09.2024 исковое заявление принято судом к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

От истца поступило ходатайство об уточнении размера исковых требований, в котором ООО «ЗИНГЕР СПБ» просило взыскать с ИП ФИО1 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. и судебные издержки, состоящие из стоимости товара в размере 150 руб., почтовых расходов 126 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8 000 руб. Государственную пошлину, подлежащую уплате в связи с увеличением размера исковых требований, истец просил возложить на ответчика.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнение исковых требований принято судом как не нарушающее права и законные интересы лиц, участвующих в деле.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 11.11.2024, принятым в виде изготовления резолютивной части, исковые требования удовлетворены. С ИП ФИО1 в пользу ООО «ЗИНГЕР СПБ» взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 62 500 руб., судебные издержки, состоящие из стоимости товара в размере 150 руб., почтовые расходы в размере 126 руб., а также 2 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. С ИП ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 500 руб. государственной пошлины. В удовлетворении остальной части требований о взыскании судебных расходов на фиксацию правонарушения отказано.

На основании части 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

В связи с поступлением от ответчика заявления о составлении мотивированного решения, Арбитражным судом Орловской области изготовлено мотивированное решение по настоящему делу от 19.11.2024.

Не согласившись с названным судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ответчик обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое решение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылался на тяжелые жизненные обстоятельства, а также на то, что размер предъявленной к взысканию компенсации, исчисленной по избранному истцом правилу, многократно превышает стоимость товара, полагал обоснованным компенсацию в размере 5 681 руб. 82 коп.

Определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 апелляционная жалоба принята к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Девятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) с учетом особенностей, предусмотренных статьей 272.1 АПК РФ, о порядке рассмотрения апелляционных жалоб на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, а также с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве».

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова лиц, участвующих в деле, по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно абзацу 2 пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционная жалоба на судебные акты по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматривается судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, ООО «ЗИНГЕР СПБ» (далее – правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак №266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.

28.06.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...> был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара - маникюрные инструменты, имеющего технические признаки контрафактности.

Факт реализации указанного товара подтверждается чеком от 28.06.2022, спорным товаром и видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Истцом в материалы дела представлен диск формата DVD-R с видеозаписью реализации спорного товара. В качестве вещественного доказательства представлен непосредственно сам товар.

По мнению истца, на спорном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060.

Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Спорный товар классифицируется как «маникюрный инструмент» и относится к 8 классу МКТУ.

Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

По мнению истца, использование ответчиком обозначений, сходных до степени смешения с вышеуказанным товарным знаком №266060, расположенных на спорном товаре, следует квалифицировать как нарушение ответчиком исключительных прав истца на данный товарный знак.

В связи с чем, истец полагал возможным оценить размер компенсации в размере двукратной стоимости права правомерного использования – 62 500 руб., что подтверждается лицензионным договором с ИП ФИО2 от 11.08.2021, платежными поручениями к нему (с учетом уточнений требований, принятых судом).

В целях досудебного урегулирования спора истец направил ответчику претензию, что подтверждается чеками ФГУП «Почта России», в которых предложил выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Данная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Неисполнение ответчиком требований о компенсации нарушенных прав послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

В данном случае истец является правообладателем товарного знака в виде словесного обозначения «ZINGER» зарегистрированного по свидетельству № 266060 в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, со сроком действия исключительного права до 03.07.2030 в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов Международной Классификации Товаров и Услуг (далее - МКТУ) и услуг 35, 44 классов МКТУ.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что 28.06.2022 ответчиком по договору розничной купли-продажи реализован товар - маникюрный инструмент на упаковке которого присутствует словесное обозначение «ZINGER».

В подтверждение факта приобретения спорного товара у ответчика истцом представлены: чек от 28.06.2022, содержащий сведения о дате продажи, продавце, адресе продавца, DVD-диск с видеозаписью процесса приобретения товара, спорный товар.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (маникюрные инструменты) в торговой точке ответчика. Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ, как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Данная видеозапись является непрерывной и соответствует положениям статей 64, 67, 68 АПК РФ.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает доказанным факт приобретения спорного товара у ответчика.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При визуальном осмотре и сравнении приобретенного в качестве вещественного доказательства товара с товарным знаком истца, арбитражный суд области пришел к выводу о том, что словесное обозначение «ZINGER» на упаковке спорного товара является сходным до степени смешения с товарным знаком истца № 266060.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарного знака № 266060 в виде надписи «ZINGER», ответчиком в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не оспорен (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению.

Поэтому размещение на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, позволяет правообладателю по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Истец определил компенсацию в размере 62 500 руб. на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Взыскание судом компенсации в размере ниже двукратной стоимости права использования товарного знака возможно, в том числе при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в силу этого за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 62 указанного постановления размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из представленного истцом в материалы дела лицензионного договора следует, что между ООО «ЗИНГЕР СПб» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат) заключен лицензионный договор от 11.08.2021, предоставляющий право использования товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ.

Согласно пункту 2.1 лицензионного договора за предоставление права пользования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб., включая НДС 20%.

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по лицензионному договору о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 согласно расчету истца составляет 62 500 руб. (750 000 руб. (ежегодный платеж за предоставление права использования товарного знака № 266060) / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ/ 1 способ применения/ 12 месяцев) x 2).

При этом истец заявил требование о взыскании с ответчика компенсации в двукратном размере стоимости правомерного использования товарного знака за один месяц.

Таким образом, размер компенсации определен истцом на основании цены, указанной в договоре, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. Договор о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021 недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем, суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе. При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака. Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства. Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

В лицензионном договоре от 11.08.2021 вознаграждение установлено в фиксированном размере и не дифференцируется по способам использования товарного знака и по классам МКТУ, данные о том, как определяется именно такой размер вознаграждения, в лицензионном договоре от 11.08.2021 отсутствуют, в связи с чем, в обычных условиях способы и классы товаров должны оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом лицензиару вознаграждения.

Ответчик выразил несогласие с методикой расчета размера компенсации, указал на необходимость ее снижения до 5 681 руб. 82 коп., принимая во внимание конкретное количество товаров 8-го класса МКТУ, в отношении которых заключен лицензионный договор (11 товаров 8-го класса МКТУ из числа, указанных в свидетельстве на товарный знак, и в отношении услуг в 35-м классе МКТУ), годовой период действия, а также двукратную стоимость права пользования.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными доводами ответчика по следующим основаниям.

Применительно к рассматриваемому делу, поделив размер платежа на количество товаров 8-го класса МКТУ, в отношении которых предоставлено право использования товарного знака по лицензионному договору, ответчик факт отнесения данных товаров к разным видам товара, указанного из лицензионного договора не подтвердил. Все товары, указанные в лицензионном договоре 8-го класса МКТУ относятся к одной группе маникюрно-педикюрные принадлежности.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019 также отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.

Таким образом, вознаграждение по лицензионному договору, представленному обществом, охватывает всю группу товаров 8-го класса МКТУ.

Поскольку по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса. В данном случае ответчик не доказал, что товары, перечисленные в лицензионном договоре, относятся к разным видам, что могло бы быть основанием для иного расчета размера компенсации.

При этом согласно ГОСТ Р 51303-2013 под видом товаров понимается совокупность товаров определенной группы, объединенных общим названием и назначением (например, плащи и куртки, принадлежащие к группе верхней одежды). В соответствии с ГОСТ Р 51303-2013 группа товаров: совокупность товаров определенного класса, обладающих сходными потребительскими свойствами и показателями, а также общим назначением (например, верхняя одежда, белье, обувь, молочные продукты).

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой.

Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ: кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей, то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

В такой ситуации, если ответчик будет использовать товарный знак при продаже лишь одного товара, например ножниц, то стоимостью, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах, будет вознаграждение по лицензионному договору за всю указанную группу товаров, и исходя из этой стоимости будет рассчитываться компенсация.

Если ответчик использовал обозначение лишь в отношении одного товара и заявил обоснованный довод о том, что по лицензионному договору предоставлено право использования товарного знака в отношении товаров, которые не относятся к одному виду, суд может определить иной размер стоимости права использования для целей расчета компенсации с учетом того, что размер вознаграждения по такому договору не является стоимостью права использования, взимаемой при сравнимых обстоятельствах.

Например, когда право использования по лицензионному договору предоставлено в отношении разнородных товаров 8-го класса МКТУ: шпатели, ножницы, молотки для работы с камнем, а ответчик использует товарный знак для одного товара, например для ножниц, стоимость права использования, которая взимается при сравнимых обстоятельствах за использование товарного знака в отношении ножниц, вероятно, будет ниже вознаграждения по такому договору. Соответственно, для расчета компенсаций может быть взято за основу не все вознаграждение по такому лицензионному договору, а лишь его часть.

Как правило, готовые изделия классифицируются в соответствии с их функцией или назначением (общие замечания к МКТУ). В силу этого видится разумным исходить из того, что вознаграждение за использование товаров из одного класса МКТУ - это стоимость права использования, взимаемая при сравнимых обстоятельствах за использование любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары не относятся к одному виду.

Таким образом, если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам, поэтому для целей расчета компенсации вознаграждение должно быть снижено.

С учетом изложенного, установление стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, определено судом на основании лицензионного договора на использование товарного знака от 11.08.2021.

Вывод суда сделан с учетом имеющейся судебной практики по аналогичной категории дел (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.10.2024 по делу № А49-13059/2023).

В ходе рассмотрения дела арбитражным судом области, а также, обращаясь с апелляционной жалобой, ответчик ссылался на завышенный размер компенсации и на необходимость ее снижения, с указанием на ее явную несоразмерность.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при определенных условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Также Конституционный Суд Российской Федерации Постановлением от 24.07.2020 № 40-П признал подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой он в системной связи с общими положениями ГК РФ о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252 ГК РФ, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

В названном Постановлении отражено, что суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

Доказательств наличия совокупности критериев, указанных в постановлении № 40-П, позволяющих снизить размер взыскиваемой компенсации, ответчиком не представлено.

Установление стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, определен на основании лицензионного договора на использование товарного знака от 11.08.2021 и пришел к выводу о том, что такой размер компенсации определен в соответствии с действующим законодательством и позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение ООО «Зингер СПб», пострадавшего от нарушения - ответчика, его исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 266060.

Присуждение истцу компенсации за незаконное использование товарного знака № 266060 в размере 62 500 руб., является необходимой и достаточной санкцией, направленной, с одной стороны, на восстановление имущественного положения правообладателя, а с другой, на стимулирование ответчика к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности, способствует восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

С учетом изложенных обстоятельств, предъявленная к взысканию истцом денежная компенсация соотносима с условиями лицензионного договора, отвечает принципу разумности и соразмерности.

Апелляционный суд не находит оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в том числе расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей).

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 150 руб., расходов на оплату почтовых услуг в размере 126 руб., расходов на фиксацию правонарушения в сумме 8 000 руб., расходов на оплату государственной пошлины.

На основании статей 101, 110, 112 АПК РФ, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с учетом представленных в материалы дела доказательств, подтверждающих их несение, с ответчика в пользу истца обоснованно взысканы судебные издержки: 150 руб. - на приобретение спорного товара, 126 руб. - на оплату почтовых услуг.

На основании положений части 1 статьи 110 АПК РФ и результатов разрешения спора расходы по уплате государственной пошлины верно распределены судом первой инстанции.

В удовлетворении судебных расходов, связанных с фиксацией правонарушения в сумме 8 000 руб. судом отказано, поскольку истцом не представлено каких-либо доказательств фактического несения расходов в указанной части.

Рассмотрев апелляционную жалобу в пределах изложенных в ней доводов, суд апелляционной инстанции полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Таким образом, обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения, а равно для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по оплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ее заявителя и возврату либо возмещению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 229, 270, 271, 272, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Орловской области от 19.11.2024 по делу № А48-11243/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья                                                                        М.С. Воскобойников