Постановление от 28 марта 2024 г. по делу № А11-11774/2021

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А11-11774/2021
28 марта 2024 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 марта 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Устиновой Н.В., судей Мальковой Д.Г., Ковбасюка А.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сливки Плюс» на решение Арбитражного суда Владимирской области от 08.11.2023 по делу № А11-11774/2021, принятое по иску компании Rovio Entertainment Oyj (Ровио Энтертеймент Оюй) к обществу с ограниченной ответственностью «Сливки Плюс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании компенсации, третье лицо: закрытое акционерное общество «Фирма «Флора» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.

Компания Rovio Entertainment Oyj (Ровио Энтертеймент Оюй) (далее – Компания) обратилась в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сливки Плюс» (далее – Общество, ООО «Сливки Плюс») о взыскании 40 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 551476, № 1266657, № 1268168, № 1268526 (за каждый товарный знак по 10 000 руб.), а также 173 руб. расходов по оплате почтовых услуг.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено закрытое акционерное общество «Фирма «Флора» (далее – Фирма).

Решением от 08.11.2023 Арбитражный суд Владимирской области удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции.

Данная апелляционная жалоба принята и назначена к рассмотрению.

Обжалуя судебный акт, заявитель ссылается на недоказанность факта реализации товара именно ответчиком. Указал на то, что товар по накладной, представленной истцом, не мог быть куплен у Общества. Отметил, что приобретенный товар представлен в количестве 1 штуки, поименован не так, как в расходной накладной, чек на товар не представлен. Кроме того, считает, что принадлежность истцу прав на товарные знаки № 1266657, № 1268168, № 1268526 не доказана. Полагает, что ссылка истца на 4 нарушения исключительных прав безосновательна, компенсация в сумме 40 000 руб. не может быть взыскана за одно изделие. По мнению заявителя, видеозапись приобретения товара должна была быть исключена из числа доказательств по делу, поскольку она не была предоставлена ответчику заблаговременно, из нее невозможно установить кем, когда, где и на каком устройстве была сделана. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Истец и третье лицо отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание от 14.03.2024 не обеспечили. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по имеющимся в деле материалам.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив доводы заявителя апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Компания является действующим юридическим лицом, которое было учреждено 24.11.2003 в качестве публичного акционерного общества, код предприятия 1863026-2.

Согласно выписке из торгового реестра компаний допустимым является наименование компании как на финском языке – Rovio Entertainment Oyj, так и на английском языке – Rovio Entertainment Corporation.

Компания является правообладателем товарного знака по свидетельству № 551476 (логотип «ANGRY BIRDS»), зарегистрированного в числе прочего в отношении товаров 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего в том числе игрушки, и 30 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего в том числе сладости.

Также истец является правообладателем товарных знаков по международной регистрации № 1266657, № 1268168, № 1268526.

По пояснениям истца, 25.03.2019 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...>, предлагался к продаже и был реализован товар – 12 пластиковых яиц с конфетой и игрушкой внутри, упакованных в картонной упаковке, на которых присутствуют изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими Компании.

Истец, ссылаясь на нарушение своих исключительных прав, направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации.

Данная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

В пункте 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Международные товарные знаки, зарегистрированные в порядке, установленном Мадридским соглашением, в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 03.09.1975 № 775-243 «О присоединении к Мадридскому соглашению» и постановлением Правительства Российской Федерации от 19.12.1996 № 1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков», охраняются на территории Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3 названной статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Материалами дела подтверждается, что истец является правообладателем товарных знаков № 551476, № 1266657, № 1268168, № 1268526.

Вопреки позиции ответчика, представленные в материалы выписки из Международного реестра товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности в отношении товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением, с надлежаще заверенным переводом являются надлежащими доказательствами наличия у истца исключительных прав на товарные знаки. О фальсификации представленных доказательств ответчиком не заявлено.

Таким образом, довод заявителя жалобы о недоказанности истцом исключительных прав на спорные товарные знаки отклоняется.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции признал доказанным факт реализации спорного товара ответчиком, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

В подтверждение факта реализации ответчиком спорного товара истцом представлены в материалы расходная накладная от 25.03.2019 № 4724, видеозапись процесса покупки, а также сам товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Согласно статье 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 10)).

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Исходя из анализа положений статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Из материалов дела усматривается, что расходная накладная от 25.03.2019 № 4724 содержит сведения о поставщике – ООО «Сливки плюс», цену товара – 27 руб., количество товара – 12 шт., стоимость товара – 324 руб., наименование товара – яйцо пластик ЭНГРИ БЕРДС 6бл (12шт.).

В целях самозащиты гражданских прав истцом произведена видеосъемка процесса приобретения товара. Правовых оснований для исключения видеозаписи из числа доказательств по делу судом апелляционной инстанции, вопреки доводу заявителя жалобы, не имеется, в связи с чем она правомерно исследовалась и оценивалась судом наряду с иными доказательствами.

Из видеозаписи судом установлены дата, время и место проведения съемки, а также факт реализации товара.

Видеозапись покупки содержит вид торговой точки, процесс выбора и проверки приобретенного товара, его оплаты и выдачи накладной. На видеозаписи зафиксировано содержание расходной накладной, соответствующей той, которая представлена в материалы дела; прослеживается внешний вид приобретенного товара, совпадающего с приобщенным к материалам дела вещественным доказательством. Также из видеозаписи усматривается, что при выходе в торговый центр истцом зафиксирован адрес торговой точки на плане эвакуации (<...>), а при входе в магазин - расположенная над входом в магазин вывеска с указанием номера секции 265 и наименованием лица, осуществляющего торговую деятельность, - ««ООО «Сливки+» основной регистрационный номер: <***>» (время записи 1 мин. 03 сек.).

Данные о продавце, содержащиеся на информационной табличке (вывеске), совпадают с аналогичными данными об ответчике, указанными в выписке из ЕГРЮЛ.

Судом первой инстанции установлено, что фактически по адресу: <...>, расположен торговый центр «Флора».

К участию в деле в качестве третьего лица было привлечена Фирма, сведения о которой содержатся на плане эвакуации.

В письме от 10.05.2023 третье лицо сообщило, что Общество действительно арендовало у Фирмы помещение по адресу: <...>, лит. А-А3, на основании договора аренды от 16.11.2017 № 265.

Ответчик факт осуществления им деятельности в торговой точке, в которой осуществлена видеозапись, не опроверг.

Видеозапись непрерывно и детально фиксирует дату, место, весь процесс приобретения товара с его оплатой.

Видеозаписью закупки подтверждается, что в материалы дела представлен именно тот товар и накладная, которые выданы в торговой точке Общества.

Имеющиеся в деле доказательства являются достаточными для того, чтобы идентифицировать лицо, реализовавшее товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Вопреки мнению Общества, отсутствие в расходной накладной от 25.03.2019 № 4724 подписи продавца, а также ссылки на ОГРН, ИНН продавца само по себе не означает, что реализация была осуществлена иным лицом. На видеозаписи зафиксировано, что представитель истца обратился к продавцу с просьбой поставить печать на расходную накладную, между тем продавец указал «печать мы не ставим» (время записи 01 мин. 52 сек.). Как верно отметил суд первой инстанции, покупатель лишен возможности повлиять на содержание расходной накладной, выданной продавцом.

Согласно пункту 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку из видеозаписи закупки судом установлено, что именно продавцом покупателю выдана расходная накладная, содержащая наименование Общества, у покупателя отсутствовали основания сомневаться в полномочиях лица, передавшего товар, действовать от имени ответчика исходя из обстановки, в которой осуществлялись соответствующие действия (с учетом норм статей 182 и 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Произведенная истцом видеосъемка подтверждает предложение к продаже, оплату товара уполномоченному лицу, передачу продавцом товара покупателю.

Последовательность действий покупателя и продавца, отраженная на видеозаписи, однозначно свидетельствует о заключении договора розничной купли-продажи между лицом, производившим видеосъемку, и ответчиком.

Ссылка ответчика на товарную накладную от 25.03.2019 № 4724 обоснованно отклонена судом, поскольку данная товарная накладная не опровергает факт выдачи Обществом расходной накладной с тем же номером и от той же даты.

Указание ответчика на то, что Общество продает оптом кондитерские изделия и безалкогольные напитки, а продажу пластиковых игрушек, которые являются товарами промышленного (непродовольственного) производства, не осуществляет, также не опровергает факт реализации ответчиком спорного товара. Реализованный ответчиком товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства, является, как указано на коробке, карамелью леденцовой с подарком в наборе. При вскрытии пластикового яйца судом установлено наличие внутри конфет с игрушками.

Представленные истцом доказательства документально ответчиком не опровергнуты. Ответчик в порядке, предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о фальсификации представленных истцом доказательств не заявлял.

При изложенных обстоятельствах расходная накладная, видеозапись реализации товара, сам товар являются допустимыми доказательствами факта закупки товара у ответчика. При этом расходную накладную нельзя воспринимать отдельно от представленных в материалы дела видеозаписи и вещественного доказательства, поскольку эти доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, вопреки мнению заявителя жалобы, правомерно признал доказанным факт реализации спорного товара ответчиком.

Доводы Общества об обратном отклоняются как опровергающиеся материалами дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В пункте 75 Постановления Пленума № 10 разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно пункту 162 Постановления Пленума № 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Следует отметить, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу подпункта 2 пункта 42 Правил № 482 тождество и сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание. При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия. Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров.

При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака. При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Исследовав вещественное доказательство - спорный товар, реализованный ответчиком, и сравнив товарные знаки истца и использованные на спорном товаре (на всех 12 пластиковых яйцах, на вкладыше, находящемся в яйце, и на картонной упаковке) обозначения, суд первой инстанции обоснованно констатировал, что размещенные на товаре обозначения сходны до степени смешения с товарными знаками № 551476, № 1266657, № 1268168, № 1268526, правообладателем которых является истец.

Доказательства, подтверждающие наличие у Общества прав на использование названных товарных знаков, ответчиком в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ответчиком путем реализации спорного товара нарушены исключительные права истца на товарные знаки № 551476, № 1266657, № 1268168, № 1268526.

Согласно статье 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим законодательством (абзац 3 пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Учитывая, что факт нарушения ответчиком исключительных прав на товарные знаки истца подтвержден документально, требование о взыскании компенсации предъявлено последним правомерно.

Положениями статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака.

В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В рассматриваемом случае истцом предъявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 551476, № 1266657, № 1268168, № 1268526 на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в сумме 40 000 руб., из расчета по 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на каждый из товарных знаков.

Истец указал на то, что факт нарушения исключительных прав выявлен Компанией и в досудебном порядке ответчик урегулировать спор отказался; сослался на наличие вины ответчика и снижение доверия потребителей к лицензионной продукции истца.

В зависимости от выбора правообладателем конкретного варианта определения размера компенсации различаются и правовые возможности обращения с соответствующим требованием.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В пункте 61 Постановление Пленума № 10 разъяснено, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 Постановления Пленума № 10).

В силу части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В рассматриваемом случае истцом к взысканию предъявлена компенсация в общей сумме 40 000 руб., рассчитанная исходя из 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на каждый из товарных знаков, то есть минимального размера компенсации, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам заявителя жалобы, при принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции верно установил количество допущенных нарушений.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из материалов дела следует, что ходатайство о снижении размера компенсации ответчиком не заявлялось.

По результатам исследования и оценки собранных по делу доказательств суд первой инстанции, приняв во внимание характер допущенного ответчиком нарушения, степень вины ответчика, вероятные убытки правообладателя, признал требование Компании о взыскании компенсации в размере 40 000 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Размер компенсации определен судом с учетом обстоятельств конкретного дела, характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя, требований разумности и справедливости.

Оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного законом, судом не установлено, поскольку такое снижение является экстраординарной мерой и возможно лишь при предоставлении надлежащих доказательств.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком таких доказательств суду не представлено.

Ссылки ответчика на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно отклонены судом первой инстанции. Признаков злоупотребления истцом правом по результатам исследования материалов дела не установлено. Предъявление требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки в указанном истцом размере предусмотрено действующим законодательством и само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит правомерным удовлетворение исковых требований в полном объеме.

На основании положений статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом результата рассмотрения исковых требований, суд первой инстанции верно отнес документально подтвержденные судебные расходы истца в виде расходов по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. и почтовых расходов в сумме 171 руб. 34 коп. на ответчика.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения суд апелляционной инстанции не установил каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласился с оценкой представленных в дело доказательств.

Доводы заявителя жалобы проверены и отклонены по вышеприведенным мотивам.

Изложенные в апелляционной жалобе аргументы не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу. Каких-либо обстоятельств, основанных на доказательственной базе, которые могли бы повлиять на правовую оценку спорных правоотношений и результат разрешения исковых требований, заявителем не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта по доводам заявителя не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Владимирской области от 08.11.2023 по делу № А11-11774/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сливки Плюс» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья

Судьи

Н.В. Устинова

А.Н. Ковбасюк

Д.Г. Малькова