Постановление от 28 декабря 2020 г. по делу № А56-111647/2018



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-111647/2018
28 декабря 2020 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1


Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Морозовой Н.А., Фуркало О.В.


при ведении протокола судебного заседания: секретарем Галиевой Д.С.,

при участии:

от ООО «Промышленная компания «Стеклокомпозит»: Сухомлинов П.В. по доверенности от 15.01.2018,

от иных лиц: не явились, извещены,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-33184/2020) ООО «Промышленная компания «Стеклокомпозит» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2020 по делу № А56-111647/2018/суб.1 (судья Семенова И.С.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Северстрой» к Колпакову Дмитрию Борисовичу о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Северстрой»,

установил:

06.09.2018 закрытое акционерное общество «ЭНЕРГИЯ» (далее – ЗАО «ЭНЕРГИЯ») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Северстрой» (далее – ООО «Северстрой», должник).

Определением арбитражного суда от 11.09.2018 указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу от 26.11.2018 (резолютивная часть объявлена 21.11.2018) заявление ЗАО «ЭНЕРГИЯ» о признании ООО «Северстрой» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении ООО «Северстрой» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утверждена Пугачева Татьяна Михайловна.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 01.12.2018 № 222.

Решением от 10.07.2019 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал ООО «Северстрой» банкротом, ввел в отношении него процедуру конкурсного производства и назначил исполняющей обязанности конкурсного управляющего Пугачеву Татьяну Михайловну.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 13.07.2019 № 122.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.02.2020 (резолютивная часть объявлена 19.02.2020) конкурсным управляющим должником утвержден Юнович Сергей Владимирович.

13.05.2020 в арбитражный суд от конкурсного управляющего ООО «Северстрой» Юновича С.В. (далее – заявитель, конкурсный управляющий) поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Колпакова Дмитрия Борисовича (далее – Колпаков Д.Б., ответчик).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего «Северстрой» о привлечении к субсидиарной ответственности Колпакова Дмитрия Борисовича отказано.

В апелляционной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Промышленная компания «Стеклокомпозит» (далее – ООО «ПК «Стеклокомпозит», кредитор) просит определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2020 отменить, принять новый судебный акт, привлечь Колпакова Д.Б. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Северстрой». Полагает, что отсутствие у конкурсного управляющего первичной документации должника, подтверждающей дебиторскую задолженность, права должника на иные активы, является объективным препятствием для формирования конкурсной массы, проведения последующих расчетов должника с кредиторами. По мнению кредитора, судом сделан необоснованный вывод о том, что сделки должника, оспоренные конкурсным управляющим на общую сумму 24 987 530 рублей, не являлись причиной банкротства и конкурсным управляющим не доказано, что у должника имелись признаки объективного банкротства на дату совершения сделок, в связи с чем, не может быть признано, что указанные сделки является причиной банкротства, т.к. указанное судом противоречит содержанию определений суда о признании сделок недействительными. Как указал податель жалобы, все указанные сделки были оспорены в рамках дела о банкротстве должника № А56-111547/2018 по специальным основаниям, указанным в пунктах 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В судебных актах установлено совершение должником в период подозрительности 6-ти однотипных сделок с разными контрагентами на общую сумму 24 987 530 рублей, для целей уменьшения стоимости или размера имущества ООО «Северстрой», а также то, что в результате совершения указанных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов. Следовательно, арбитражным судом установлено, что указанные сделки сознательно совершались Колпаковым Д.Б. для уменьшения имущества должника с целью причинения вреда кредиторам и, что в результате их совершения имущественным правам кредиторов был причинен вред.

В отзыве на апелляционную жалобу Колпаков Д.Б.полагая, что основания для привлечения ответчика к ответственности по основаниям, связанным с не передачей документации должника, отсутствуют. Пояснил, что основными контрагентами являлись лица, включенные в реестр требований кредиторов документация по которым была предоставлена для включения их в реестр требований самими кредиторами. Отсутствие иной документации обосновывается тем, что в балансе общества отражалась дебиторская задолженность. По мнению ответчика, вся указанная задолженность была конкурсным управляющим взыскана при оспаривании сделок, в связи с чем, конкурсная масса должника сформирована в полном объеме, что подтверждается инвентаризацией имущества должника, которая была опубликована самим конкурсным управляющим на ЕФРСБ сообщением № 4853702 от 24.03.2020, таким образом, кредиторам и должнику не причинён вред. Отметил, что передавал конкурсному управляющему документы, которые у него сохранились в частности по взаимоотношениям с кредиторами.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

До судебного заседания от конкурсного управляющего ООО «Северстрой» поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие в порядке статьи 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ООО «ПК «Стеклокомпозит» доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего в рамках настоящего обособленного спора применению подлежит глава III.2 Закона о банкротстве в актуальной редакции.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должника уполномочен подавать в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по основаниям, предусмотренным статьями 61.11-61.13 Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 данной статьи установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве определено, что возможность определять действия должника может достигаться, в том числе: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника). Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами спора установлено, что Колпаков Д.Б. являлся генеральным директором должника, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц и вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 11.11.2019 по обособленному спору №А56-111647/2018/истр.2. Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, Колпаков Д.Б. является контролирующим должника лицом, способным отдавать обязательные указания для общества в силу своих должностных полномочий.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующего обстоятельства: - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.11.2019 по обособленному спору №А56-111647/2018/истр.2 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у Колпакова Д.Б. документов и материальных ценностей должника.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении сослался на то, что конкурсным управляющим не обоснован факт и не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что вследствие непередачи документации было затруднено проведение мероприятий, направленных на выявление имущественных и неимущественных активов должника, в том числе движимого и недвижимого имущества, дебиторской задолженности и прочих действий, предусмотренных в рамках процедуры конкурсного производства.

Суд первой инстанции также указал, что сама по себе непередача документации руководителем должника не презюмирует факт причинения имущественного вреда конкурсным кредиторам вследствие препятствования проведению процедурам, предусмотренным Законом о банкротстве. Указанное обстоятельство подлежит доказыванию конкурсным управляющим на общих оснований в силу вышеизложенных разъяснений и положений действующего законодательства.

Суд первой инстанции в определении сослался на то, что основными контрагентами должника являлись лица, включенные в реестр требований кредиторов, документация по которым была предоставлена для включения их в реестр требований самими кредиторами, при этом фактически указал на доводы ответчика в отзыве на заявление относительно того, что отсутствие иной документации обосновывается тем, что в балансе общества отражалась дебиторская задолженность. Суд первой инстанции также указал, что вся задолженность была конкурсным управляющим взыскана при оспаривании сделок по обособленным спорам №А56-111647/2018/сд.1, №А56-111647/2018/сд.2., №А56-111647/2018/сд.6, №А56-111647/2018/сд.7, №А56-111647/2018/сд.10, №А56- 111647/2018/сд.11, в связи с чем, конкурсная масса должника сформирована в полном объеме, что подтверждается инвентаризацией имущества должника, которая была опубликована самим конкурсным управляющим в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве сообщением № 4853702 от 24.03.2020. Данные доводы привел в своем отзыве ответчик Колпаков Д.Б.

Суд апелляционной инстанции в полной мере не может согласиться с доводами ответчика и с вышеназванным выводами суда первой инстанции, отмечая следующее.

При рассмотрении арбитражным судом обособленного спора по истребовании у Колпакова Д.Б. документов и материальных ценностей ООО «Северстрой» судом в определении от 11.11.2019 было указано на истребование у ответчика, как бывшего руководителя должника и контролирующего лица материальных ценностей и активов должника, отраженных в бухгалтерских балансах и отчетности должника по состоянию на 01.01.2018. В числе соответствующих активов у должника, в частности значились запасы на сумму 48 158 000 руб., финансовые и другие оборотные активы (включая дебиторскую задолженность) на общую сумму 143 892 000 руб.

В материалы настоящего обособленного спора со стороны ответчика не было представлено достаточных объяснений и доказательств, документально подтверждающих факт передачи конкурсному управляющему вышеназванных активов и материальных ценностей, как и мотивированных сведений и прояснений относительно полноты переданной документации, ее перечня и содержания. Как полагает апелляционный суд, отсутствие у конкурсного управляющего всей вышеуказанной информации, с учетом объема сформированной реестровой задолженности, отсутствия сведений о проведенных расчетах и в условиях необходимости пополнения конкурсной массы в целях последующего расчета с кредиторами, при недоказанности со стороны контролирующего лица факт исполнения обязанности по представлению вышеназванной информации и материальных ценностей, свидетельствует о том, что отсутствие данной информации и имущества существенно затруднило проведение процедур банкротства в отношении ООО «Северстрой». При этом, как полагает апелляционный суд, представляется подтвержденной и доказанной презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) ответчика, как контролирующего должника лица и его бывшего руководителя, ответственного и обязанного лица по обеспечению не только сохранности имущества и документации должника, но и по обеспечению передачи всего объема первичной документации и имущества должника конкурсному управляющего, исходя из требований законодательства о банкротстве.

Относительно требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделок, впоследствии признанных недействительными, суд первой инстанции указал следующее. Верховный суд РФ в Постановлении Пленума от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указал, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Исходя из содержания пункта 3 статьи 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган обязанностей заключается не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от экономической деятельности (согласно статье 50 ГК РФ, должник является коммерческой организацией), но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством (в том числе по организации бухгалтерского учета и при совершении хозяйственных операций).

Вышеуказанные ссылки на нормы права и разъяснения правоприменительной практики представляются верными.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении также указал на то, что в своем заявлении конкурсный управляющий указал, что должником были совершены сделки, которые имели своей целью причинение вреда законным интересам должника и конкурсных кредиторов, что нашло подтверждение в ряде принятых арбитражным судом актах. В частности, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.2020 по обособленному спору А56-111647/2018/сд.1 сделка признана недействительной, с ООО «ПАРТНЕР ГРУПП» взысканы денежные средства в размере 2 965 800 рублей; определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.2020 по обособленному спору А56-111647/2018/сд.2 сделка признана недействительной, с ООО «ТД АЛЕН» взысканы денежные средства в размере 1 998 330 рублей; определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.2020 по обособленному спору А56-111647/2018/сд.6 сделка признана недействительной, с ООО «КапиталГрупп-СПб» взысканы денежные средства в размере 2 935 400 рублей; определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2020 по обособленному спору А56-111647/2018/сд.7 сделка признана недействительной, с ООО «Запас» взысканы денежные средства в размере 5 780 000 рублей; определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.2020 по обособленному спору А56-111547/2018/сд.10 сделка признана недействительной, с ООО «ГлавМеталл» взысканы денежные средства в размере 8 120 000 рублей; определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.020 по обособленному спору А56-111647/2018/сд.11 сделка признана недействительной, с ООО «ГНБ-Сервис» взысканы денежные средства в размере 3 098 000 рублей.

Судом первой инстанции указано на то, что дебиторская задолженность указанных контрагентов формировалась за счет неотработанных авансов. ООО «Северстрой» перечисляло деньги, а указанные лица не выполняли работы. При этом, сумма всех оспоренных сделок равна 24 987 530 рублей, а сумма всех требований, включенных в реестр требований кредиторов равна 62 410 8411, 11 рублей, что существенно ниже ущерба от сделок.

Таким образом, как посчитал суд первой инстанции, указанные сделки не являлись причиной банкротства и конкурсным управляющим не доказано, что у должника имелись признаки объективного банкротства на дату совершения сделок, в связи с чем, не может быть признано, что указанные сделки является причиной банкротства. Суд также сослался на то, что конкурсным управляющим не доказано и не представлено доказательств подтверждающих, что сделки были совершены руководителем должника с целью преднамеренного вывода активов должника, в том числе путём перечисления денежных средств по недействительным сделкам в пользу аффилированных лиц.

Оценивая доводы подателя апелляционной жалобы и вышеуказанные выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

В рамках вышеназванных обособленных споров судом было установлено, что соответствующие сделки подпадают под критерии подозрительных сделок, исходя из периода их совершения и наличия у должника на момент их совершения признаков финансовой несостоятельности, исходя из наличия задолженности перед иными контрагентами, при этом судами констатировано, что оспариваемые сделки имели своей целью факт причинения вреда иным кредиторам должника, поскольку были заключены для целей уменьшения стоимости имущества и активов должника. Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами установлено, что самим фактом совершения оспариваемых сделок кредиторам должника был причинен вред, притом, что пополнение конкурсной массы за счет применения последствий недействительности вышеуказанных сделок хотя и предполагалось, однако еще не свидетельствовало о фактическом исполнении соответствующих судебных актов со стороны ответчиков по вышеназванным сделкам. Между тем, все сделки со своими контрагентами от имени должника заключал Колпаков Д.Б., притом, что объем совершенных сделок, признанных недействительными, в их стоимостном выражении составил более 24 млн. руб., что составляло более 40 % от установленной в деле о банкротстве ООО «Северстрой» реестровой задолженности перед кредиторами.

Как полагает апелляционный суд, с учетом признания сделок недействительными по основанию причинения вреда по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, исходя из разъяснений, указанных в пункте 23 Постановления Пленума ВС РФ №53 от 21.12.2017, предполагается квалификация действий Колпакова Д.Б., как руководителя должника, заключившего признанные судом недействительные сделки, как лица, допустившего причинение существенного вреда должнику и его кредиторам на значительную сумму, и, как следствие, потенциальное доведение должника до своего банкротства, в условиях наличия в момент совершения сделок признаков несостоятельности у должника.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения суда первой инстанции, с принятием апелляционным судом иного судебного акта об установлении оснований для привлечения Колпакова Д.Б. к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «Северстрой».

Поскольку в настоящее время формирование конкурсной массы в деле о банкротстве ООО «Северстрой» окончательно не завершено, при отсутствии сведений об осуществлении конкурсным управляющим расчетов с кредиторами, учитывая разъяснения, указанные в пункте 41 Постановления Пленума ВС РФ №53, суд апелляционной инстанции полагает процессуально необходимым приостановить рассмотрение заявления по вопросу установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Вопрос о последующем возобновлении производства по настоящему обособленному спору и заявлению подлежит направлению в суд первой инстанции, который компетентен разрешить данный вопрос по мере получения всех необходимых сведений относительно завершения соответствующих расчетов с кредиторами в деле о банкротстве ООО «Северстрой».

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2020 по делу № А56-111647/2018/суб.1 отменить.

Принять новый судебный акт.

Привлечь Колпакова Дмитрия Борисовича к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Северстрой».

Приостановить рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Вопрос о возобновлении рассмотрения заявления направить в суд первой инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


И.Ю. Тойвонен


Судьи


Н.А. Морозова

О.В. Фуркало