Решение от 5 марта 2018 г. по делу № А40-167345/2017

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-167345/17-14-1363
г. Москва
06 марта 2018 года
Резолютивная часть объявлена 27 февраля 2018 г.

Дата изготовления решения в полном объеме 06 марта 2018 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего - судьи Лихачевой О.В.

Судьей единолично

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи

рассмотрев дело по иску ИП ФИО2 (ОГРНИП 311732127000029)

к ответчику АО СК "РСХБ-СТРАХОВАНИЕ" (ОГРН <***>)

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Минсельхоз Ульяновской области

о взыскании 17 125 124,95 руб.


в судебное заседание явились:

при участии представителей

от истца – ФИО3, по доверенности от 16.05.2017;

от ответчика – ФИО4, ФИО5, по доверенности от 22.08.2017;

в судебное заседание не явились:

от третьего лица – извещён;

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ЗАО СК «РСХБ-Страхование» о взыскании суммы страхового возмещения в размере 13 220 176,62 руб. (с учетом уточнения заявленных требований в соответствии со ст. 49 АПК РФ).

В судебном заседании 13 ноября 2017 г. ИП ФИО2 заявил ходатайство о назначении по делу судебной сельскохозяйственной экспертизы.

Представитель ЗАО СК «РСХБ-Страхование» возражал против удовлетворения данного ходатайства.

Рассмотрев ходатайство ИП ФИО2 о назначении судебной экспертизы, суд считает его не подлежащим удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ, заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а следовательно, требование одной из сторон договора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Кроме того, правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 82 АПК РФ, подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Принимая во внимание заявленные исковые требования, обстоятельства дела, а также учитывая, что в материалы дела представлены и исследованы судом достаточные доказательства, необходимые для разрешения спора, суд, рассмотрев ходатайство ИП ФИО2 о назначении судебной экспертизы, отказывает в удовлетворении данного ходатайства, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных с ч. 1 ст. 82 АПК РФ.

Аналогичная позиция, также отражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 г. № 13765/10 по делу № А63-17407/2009.

Кроме того, при рассмотрении данного ходатайства, суд также учитывал следующее.

Суд полагает, что вопросы, предлагаемые ИП ФИО2 для экспертной организации, не являются целесообразными, а по мнению суда, специальных познаний при разрешении настоящего спора не требуется.

Кроме того, назначение такой экспертизы неминуемо повлечет за собой увеличение сроков рассмотрения настоящего дела, и как следствие, затягивание судебного процесса.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для назначения судебной экспертизы.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на иск.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом в порядке ст. 123 АПК РФ, в заседание суда первой инстанции не явилось.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд признал исковое заявление не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование заявленных требований ИП ФИО2 указал, что 22 апреля 2016 г. между ЗАО СК «РСХБ-Страхование» (страховщик) и ИП ФИО2 (страхователь) был заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур «Господдержка - Классика») № УЛ-05-22-0009333.

Договор страхования был заключен на основании Заявления на страхование урожая сельскохозяйственных культур «Господдержка — Классика» от 22 апреля 2016 г., составленного по установленному ответчиком образцу.

При заключении договора страхования ответчик передал истцу Правила страхования (стандартные) урожая сельскохозяйственных культур, посадок многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой (утв. Приказом Генерального директора ЗАО СК «РСХБ-Страхование» от 18.02.2016 г. № 0039-д).

Согласно разделу «Общие положения», Правила страхования разработаны с учетом требований Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства».

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ оказание государственной поддержки в соответствии с настоящим Федеральным законом осуществляется при страховании рисков утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры, утраты (гибели) посадок многолетних насаждений в результате воздействия опасных для производства сельскохозяйственной продукции природных явлений (атмосферная, почвенная засуха, суховей, заморозки, вымерзание, выпревание, градобитие, пыльная буря, ледяная корка, половодье, наводнение, подтопление, паводок, оползень, переувлажнение почвы, сильный ветер, ураганный ветер, землетрясение, лавина, сель, природный пожар).

В соответствии с условиями названного договора страхования урожая сельскохозяйственной культуры производились на случай утраты (гибели) урожая в результате, в том числе, переувлажнения почвы (п. 2.4 договора страхования).

В соответствии с предусмотренными Федеральными законом от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ опасными для производства сельскохозяйственной продукции природными явлениями, между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о страховании по договору страхования следующей сельскохозяйственной культуры, посеянной на полях истца в Цильнинском районе Ульяновской области:

№ п/п

С/х культура

Площадь, га

Средняя цена реализации, руб./ц

Средняя 5-летняя урожайность (с площади посева/посадки), ц/га

Страховая стоимость, руб.

Страховая сумма, руб.

Безусловная франшиза, %

Страховой тариф, %

Страховая премия, руб.

Дата окончания уборки

1
2

3
4

5
6

7
8

9
10

1
Сахарная свекла

445

266,63

248,10

29 437 152

29 437 152

10

4,8

1 412 983,30

15.10.2016 г.

Итого

х
445

х
х

29 437 152

29 437 152

х
х

1 412 983,30

х
Общая страховая сумма по договору страхования составляет 29 437 152 руб.

В договоре страхования предусмотрена безусловная франшиза в размере 10% от страховой суммы 2 943 715,10 руб. Согласно условиям договора страхования, безусловная франшиза определяется как участие страхователя в риске.

Согласно п. 2.7 договора страхования, период действия страхования с 10 мая 2016 г. по 15 октября 2016 г.

Страховая премия по договору страхования в размере 1 412 983,30 руб. была уплачена на расчетный счет ответчика в равных долях денежными средствами истца и денежными средствами из бюджета Ульяновской области, что подтверждается платежным поручением № 888140, уведомлениями Министерства сельского, лесного хозяйства и природных ресурсов Ульяновской области от 30.06.2016 г, от 04.07.2016 г.

Истец указывает, что в период действия договора страхования на его полях произошло предусмотренное договором страхования опасное агрометеорологическое явление - «переувлажнение почвы».

Отмечает, что переувлажнение почвы привело к значительным потерям застрахованного урожая сахарной свеклы.

По мнению истца, данный факт подтверждается Справкой о неблагоприятных агрометеорологических условиях уборки сахарной свеклы на полях Цильнинского района Ульяновской области в сентябре - октябре 2016 г. от 13.12.2016 г. № 01-22/2876, а также Справкой о неблагоприятных агрометеорологических условиях уборки сахарной свеклы на полях Цильнинского района Ульяновской области в сентябре - ноябре 2016 г. от 05.06.2017 г. № 01-22/1191.

Полагает, что данное страховое событие соответствует критериям явления, предусмотренного приложением № 3 к договору страхования и произошло в период действия страхования. Данные погодные условия (наличия опасного природного явления «переувлажнение почвы») находятся в прямой причинно-следственной связи с частичной утратой урожая сахарной свеклы истца.

Истец ссылается, что о страховом событии страховщик был своевременно уведомлен. Факт переувлажнения почвы и невозможности уборки застрахованной сельскохозяйственной культуры был зафиксирован привлечёнными страховщиком экспертом ООО «ОцЭкс», что подтверждается Актом определения урожайности на корню (биологической урожайности) сельскохозяйственных культур от 20.10.2016 г. Указания на необходимость и возможность продолжения проведения уборочных работ при сложившемся опасном агрометеорологическом явлении со стороны страховщика не последовало.

Полагает доказанным факт того, что в результате переувлажнения почвы произошла частичная утрата застрахованного урожая истца. Из 445 га посевов сахарной свеклы хозяйство истца сумело убрать лишь 150 га. В связи с наступлением страхового случая истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставив ему все необходимые документы.

Письмом от 31 января 2017 г. № 03-06/803 ответчик факт утраты застрахованного урожая признал, однако по мнению истца, незаконно отказал в выплате страхового возмещения, сославшись на то, что данное событие страховым не является.

Претензию истца от 29.06.2017 г. ответчик оставил без удовлетворения.

Согласно расчету истца, с ответчика подлежит взысканию сумма страхового возмещения в размере 13 220 176,62 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. № 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, которое предусмотрено договором страхования или законом и с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

К числу обстоятельств, требующих обязательного доказывания страхователем при взыскании страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая, относятся факт наступления страхового случая, факт наличия и размера ущерба, причиненного страхователю возникновением страхового случая, а также наличие причинно-следственной связи между наступившим страховым случаем и убытками, заявленными к возмещению.

Согласно пункту 1 статьи 943 указанного Кодекса условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2).

В силу пункта 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления.

Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и названным Законом и содержат положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о случаях отказа в страховой выплате и иные положения.

Из содержания данных норм в их взаимосвязи следует, что стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества условия о случаях для отказа в страховой выплате, если они не противоречат действующим императивным нормам законодательства, регулирующего правоотношения в области страхования.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд самостоятельно оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в соответствии с заявлением на страхование, истец планировал проводить уборку в период с 10 сентября по 15 октября 2016 г.

27 сентября 2016 г. истец направил ответчику уведомление о том, что планирует приступить к уборке сахарной свеклы с 03 по 06 октября 2016 г.

10 октября 2016 г. истец уведомил ответчика о невозможности уборки сахарной свеклы комбайном в связи с переувлажнением почвы.

Как следует из справки Ульяновского ЦГМС - филиала ФГБУ «Приволжское УГМС» № 01-22/2876 от 13.12.2016 г. переувлажнение почвы наблюдалось в период с 17 сентября по 06 октября 2016 г. Иных опасных природных явлений в сентябре-октябре 2016 г. не зафиксировано.

Следовательно, у истца имелась возможность проводить уборочные работы с 10 сентября по 16 сентября (6 дней) и с 07 октября по 31 октября 2016 г. (25 дней).

Таким образом, в совокупности в распоряжении истца имелось более 30 дней с благоприятными условиями для проведения уборочных работ.

В соответствии с технологической картой, представленной истцом, для проведения уборочных работ ему требуется 23 рабочих дней, включая:

- уборка сахарной свеклы в бурты на поле - 3 рабочих дня;

- погрузка сахарной свеклы из буртов - 20 рабочих дня.

Однако уведомив ответчика о начале уборки сахарной свеклы с 03-06 октября 2016 г., истец не приступил к уборке, несмотря на отсутствие событий, предусмотренных п. 2.4 договора страхования после 06 октября 2016 г., а начал уборку только 21 октября 2016 г. и завершил 31 октября 2016 г., что подтверждается учетными листами тракториста-машиниста.

Истец представил ответчику Акт списания урожая сахарной свеклы от 01.11.2016 г. у ИП ФИО2 на площади 295 га.

В соответствии с п. 8.5.9 Правил страхования, страхователь обязан письменно согласовывать со страховщиком решение об отказе об уборки урожая сельскохозяйственных культур, утраченных (погибших) в результате событий, имеющих признаки страхового случая.

Однако истец не согласовывал с ответчиком свое решение о списании посевов сахарной свеклы на площади 295 га и отказ от уборки урожая.

Доказательств, свидетельствующих об обратном, суду не представлено.

Из экспертного заключения № Р/03-052-17 от 19.01.2017 г., подготовленного ООО «ОцЭкс» следует, что «эксперт обращает внимание на то, что опасное природное явление «переувлажнение почвы», препятствующее проведению уборки урожая сахарной свеклы на территории страхования в планируемые сроки, закончилось 07.10.2016 г. Согласно справке Ульяновского ЦГМС в период с 07 по 20.10.2016 г. состояние верхнего слоя почвы позволяло производить уборку, на момент определения биологической урожайности на корню 20.10.2016 г. посевы сахарной свеклы на полях страхователя достигли технической (полной) спелости и сформировали урожай на уровне 244,76 ц, фактически уборка урожая в хозяйстве началась 21 октября и закончилась 31 октября 2016 г. за указанный период убрано всего 150 га.

Таким образом, на основании результатов проведенного обследования и определения урожайности на корню, а также представленных документов, экспертом не выявлено объективных причин, по которым страхователь не произвел уборку урожая сахарной свеклы на площади 295 га.

То есть основное снижение урожая застрахованной культуры на полях ИП ФИО2 в 2016 г. обусловлено отказом от уборки на большей части площади».

В ходе совместного осмотра 20.10.2016 г. экспертом производилась фотосъемка посевов сахарной свеклы истца. На фотографиях усматривается убранный урожай свеклы, собранный в бурты. Фотографии подписаны «убранный урожай». Это подтверждает, что по состоянию на 20.10.2016 г. была убрана часть урожая, несмотря на то, что, по утверждению истца, уборка урожая была, якобы, невозможна.

Следовательно, представленными доказательствами подтверждается, что истец нарушил сроки проведения уборочных работ и списал посевы сахарной свеклы без письменного согласования со страховщиком.

На основании п. 4.5 Правил страхования, не относится к страховым случаям, и выплата страхового возмещения не производится в соответствующей части убытков:

- в результате уборки урожая с/х культуры не в оговоренный договором страхования срок, за исключением случаев изменения срока уборки урожая с письменного согласия страховщика (п. 4.5.2 Правил страхования);

- в результате списания сельскохозяйственной культуры без письменного согласования со страховщиком (п. 4.5.3 Правил страхования).

Также суд отмечает, что Актами определения урожайности подтверждается, что переувлажнение почвы не привело к гибели посевов сахарной свеклы.

20 октября 2016 г. во исполнение пунктов 8.3.2, 8.5.5 Правил страхования, стороны договора страхования провели совместное обследование посевов сахарной свеклы на всей территории страхования с целью определения урожайности на корню.

В ходе обследования с каждого поля были отобраны пробы (образцы урожая) в соответствии с Методикой определения урожайности на корню, согласованной в Приложении № 5 к Правилам страхования.

На основании данных, отраженных в Акте определения урожайности от 20 октября 2016 г., была определена урожайность-нетто (п. 1.2.22 Правил страхования, Приложения № 5 к Правилам страхования).

Из Заключения от 19.01.2017 г. следует, что урожайность-нетто составила 244,76 ц/га. Учитывая, что средняя 5-летняя урожайность сахарной свеклы равны 266,63 ц/га, разница в урожайности составила всего 8,2% от запланированного урожая.

Данный факт свидетельствует об отсутствии утраты урожая сахарной свеклы.

В соответствии с п. 13 ст. 2 Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства», утрата (гибель) урожая сельскохозяйственной культуры - имевшее место в период действия договора сельскохозяйственного страхования снижение фактического урожая сельскохозяйственной культуры, в том числе урожая многолетних насаждений, по сравнению с запланированным урожаем на двадцать и более процентов в результате наступления событий, предусмотренных статьей 8 настоящего Федерального закона.

Следует отметить, что страховое событие «переувлажнение почвы», на которое ссылается истец в качестве причины недобора урожая, состоялось ранее обследования 20 октября 2016 г. Это подтверждает, что переувлажнение почвы не привело к гибели урожая сахарной свеклы.

Истец в обоснование утраты урожая сахарной свеклы представил форму 2-фермер, согласно которой валовой сбор урожая сахарной свеклы составил 35 500 ц. В столбце 5 данной формы «Фактически убрано» указано, что данный сбор был произведен с площади 150 га.

Истец ссылается на учетные листы тракториста-машиниста, в которых указана площадь за каждый день уборки урожая с 21.10.2016 г. по 31.10.2016 г. Общая площадь уборки сахарной свеклы в соответствии с данной формой составила 150 га (соответствует форме 2-фермер). Актом определения урожайности на корню от 20.10.2016 г. и приложенными к нему фотографиями подтверждается, что уборка сахарной свеклы производилась до 21.10.2016 г.

Соответственно, истцом не был учтен в форме 2-фермер урожай сахарной свеклы, убранный до 21.10.2016 г. Это свидетельствует о недостоверности сведений, отраженных в указанном документе и не принимается судом в качестве доказательства по делу.

Стороны согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что требования истца заявлены необоснованно и удовлетворению не подлежат.

Госпошлина относится на истца в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 4, 8, 9, 65, 75, 110, 167, 170, 171, 180, 181, 259 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ИП ФИО2 (ОГРНИП 311732127000029) о проведении по делу судебной экспертизы отказать.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ИП ФИО2 (ОГРНИП 311732127000029) в доход федерального бюджета РФ 89 100,88руб. – государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты его принятия.

Судья: О.В.Лихачева