Постановление от 16 сентября 2024 г. по делу № А32-23556/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23556/2023
город Ростов-на-Дону
17 сентября 2024 года
15АП-10193/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 сентября 2024 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Шимбаревой Н.В., судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 21.01.2023; по доверенности от 09.08.2024.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.05.2024 по делу № А32-23556/2023 о завершении процедуры реализации имущества гражданина и неприменении правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований по итогам рассмотрения отчета финансового управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН 062-558-583-82),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) судом первой инстанции рассмотрен отчет финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества гражданина с ходатайством о ее завершении.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.05.2024 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО2. Применены правила пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», должник не освобожден от исполнения обязательств. Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО4.

Определение мотивировано тем, что мероприятия процедуры реализации выполнены. Неприменение правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств обусловлено злоупотреблением правом со стороны должника, выразившимся в уклонении от исполнения обязательств перед кредиторами и выводе имущества.

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного банкротства не выявил. Вынесенный в отношении

ФИО2 приговор не свидетельствует об уклонении его от исполнения обязанности перед кредиторами. На момент рассмотрения дела о банкротстве судимость уже была погашена. Кроме того, отчужденное жилое помещение являлось единственным пригодным для проживания имуществом, в связи с чем, за счет его стоимости не моли быть удовлетворены требования кредиторов. В свою очередь, транспортное средство было подарено матери в 2020 году в связи с болезнью отца и необходимости ухода за ним и лечения.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 возражал в отношении заявленных доводов, указал на совершение должником действий по сокрытию имущества для целей уклонения от исполнения обязательства перед кредитором, выразившихся в продаже квартиры и отчуждении транспортного средства. Также кредитор пояснил, что возражения в части завершения процедуры реализации имущества у него отсутствуют.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом отсутствия возражений кредитора ФИО5, законность обоснованность судебного акта проверяется в обжалованной С-вым части – неприменении правил об освобождении.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.06.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

По итогам проведения процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий представил реестр требований кредиторов, отчет о своей деятельности, анализ финансового состояния должника, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, в связи с тем, что все мероприятия в рамках процедуры реализации имущества им выполнены.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции установил, что Финансовым управляющим предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, всего выявлено имущества на сумму 0 руб.

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 1 372 134,09 руб.

Имущество, составляющее конкурсную массу и не реализованное финансовым управляющим в ходе реализации имущества не выявлено.

Финансовым управляющим проанализированы сделки должника:

1) 18.03.2022 отчуждение квартиры, <...>, кад. номер 23:43:0130047:12112, площадь. 56 кв.м.;

2) 17.12.2020 отчуждение легкового автомобиля, Хонда Одиссей, 2001 г.в., ГРЗ Р352УР24.

Проанализировав вышеуказанные сделки, финансовый управляющий не выявил оснований для их оспаривания в соответствии со статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Финансовым управляющим не выявлено имущества должника, которое бы подлежало включению в конкурсную массу.

Однако при разрешении судом вопроса о применении к должнику правил об освобождении кредитор ФИО5 указал на то, что указанные выше сделки по отчуждению имущества были направлены на достижение противоправной цели должника – уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Ввиду того, что кредитором заявлено о совершении сделок со злоупотреблением правом, а также с учетом того, что в деле о банкротстве данные сделки не оспорены, финансовый управляющий соответствующих действий в ходе процедуры не совершил, суд апелляционной инстанции определением от 22.07.2024 предложил кредитору ФИО5 пояснить, обжалуется ли им само завершение процедуры. Указанные действия суда продиктованы необходимостью установления позиции кредитора относительно наличия перспектив пополнения конкурсной массы и продолжения процедуры.

Во исполнение определения суда ФИО5 представил в суд дополнения к отзыву, в которых указал на отсутствие у него возражений в части завершения процедуры реализации имущества в отношении должника.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции с учетом отсутствия возражений кредитора ФИО5, законность обоснованность судебного акта проверяет в обжалованной С-вым части – в части неприменения правил об освобождении.

Исследуя вопрос применения к должнику правил об освобождении, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору

заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление № 45), согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правил об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Из материалов дела следует, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина в реестр требований кредиторов должника ФИО2 включены требования следующих кредиторов: ПАО «Сбербанк», ПАО «Совкомбанк», ПАО «МТС- Банк», ФИО5

Заявляя о неприменении по отношении к должнику правил об освобождении, ФИО5 ссылается на то, что должник при обращении в суд с заявлением намеренно не указал ФИО5 в качестве кредитора, совершил преступные действия при исполнении обязательств перед ФИО5, послужившие основанием для вынесения в отношении него приговора от 18.05.2023 по делу № 1-20/2023, а также совершал действия по сокрытию имущества.

Из проведенного финансовым управляющим анализа сделок следует, что на момент отчуждения имущества у должника отсутствовали обязательства по кредитным договорам. Также кредитные организации были указаны должником в качестве кредиторов в заявлении о собственном банкротстве.

Исходя из изложенных обстоятельств, судебная коллегия полагает, что основания для неприменения правил об освобождении к должнику ФИО2 применительно ко всем требованиям кредиторов является необоснованным. Доказательств совершения должником неправомерных действий при исполнении обязательств перед иными кредиторами ни ФИО5, ни иные кредиторы не представили.

Оценивая поведение должника в ходе исполнения обязательств перед кредитором ФИО5, суд первой инстанции установил, что ФИО2 не указал в качестве кредитора ФИО5

Приговором мирового судьи судебного участка № 48 Прикубанского внутригородского округа г. Краснодара от 18.05.2023 по делу № 1-20/23-48 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 291 УК РФ и назначено наказание в виде штрафа в доход государства в размере 10 000 рублей,

на что самим должником указано в отзыве от 14.02.2024 г. Незаконность действий ФИО2 выразилась в попытке дачи взятки судебному приставу, совершенной с целью прекращения исполнительного производства, возбужденного по заявлению ФИО5, что подтверждается приговором суда.

Данные обстоятельства оценены судом первой инстанции как доказательства намеренного уклонения ФИО2 от исполнения обязанности перед кредиторами, в частности, перед ФИО5

Между тем, суд первой инстанции, ссылаясь на приговор суда как на доказательство незаконных действий должника при исполнении обязательств перед кредитором, не дал оценку объективной стороне совершенного преступления и тому, насколько данное деяние связано с исполнением обязательств перед кредитором.

Вынесение приговора от 18.05.2023 по делу № 1-20/23-48 обусловлено совершением преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291 УК РФ (дача взятки). Предусмотренное статьей 291 УК РФ преступление является должностным и не связано с исполнением обязательств перед кредиторами. При этом признаков преднамеренного банкротства в ходе финансового анализа финансовый управляющий не установил. За совершение неправомерных действий, повлекших банкротство, либо совершенных в ходе процедуры банкротства должник к уголовной ответственности привлечен не был.

Задолженность перед кредитором ФИО5 возникла в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору подряда, взыскана в судебном порядке. То есть задолженность сформировалась в ходе договорных правоотношений сторон и не имеет деликтной природы, что свидетельствует об отсутствии неправомерных действий при возникновении и исполнении обязательств перед кредитором.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что приговором мирового судьи судебного участка № 48 Прикубанского внутригородского округа г. Краснодара от 18.05.2023 по делу № 1-20/23-48 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 291 УК РФ и назначено наказание в виде штрафа в доход государства в размере 10 000 рублей. 28.05.2023 штраф оплачен в полном объеме.

Согласно п. «б» ч. 3 ст. 86 УК РФ в отношении лиц, осужденных к более мягким видам наказаний, чем лишение свободы, судимость погашается по истечении одного года после отбытия или исполнения наказания.

Таким образом, приговором суда должник был осужден за неправомерные действия, совершенные им до банкротства, само совершенное им преступное деяние не связано с исполнением обязательств перед кредиторами, судимость в настоящий момент погашена. В связи с этим, факт привлечения должника к уголовной ответственности не может служить основанием для неприменения к нему правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами (в том числе, перед ФИО5).

Оценивая доводы кредитора относительно сокрытия должником имущества, суд апелляционной инстанции установил, что 18.03.2022 зарегистрировано прекращение права собственности должника на квартиру с кадастровым номером 23:43:0130047:12112, расположенную по адресу: <...>. Также 17.12.2020 с регистрационного учета снят легковой автомобиль, Хонда Одиссей, 2001 г.в., ГРЗ Р352УР24, ранее принадлежавший должнику.

Раскрывая обстоятельства совершения указанных сделок, должник пояснил, что при отчуждении имущества он не преследовал цель сокрытия имущества, поскольку отчужденная им квартира являлась единственным пригодным для проживания, денежные средств от его продажи не могли быть направлены на погашение требований кредиторов. Транспортное средство было должником передано в дар матери для целей продажи и получения денежных средств для ухода и лечения отца, который к тому времени продолжительно болел и умер в 2022 году.

С целью проверки изложенных в апелляционной жалобе доводов суд апелляционной инстанции определениями от 22.07.2024 и от 12.08.2024 предлагал должнику представить соответствующую первичную документацию.

Во исполнение определений суд должник представил в материалы дела сведения из ЕГРН № КУВИ-001/2024-190614871 от 25.07.2024, согласно которым 18.03.2022 прекращено право собственности на единственное пригодное для проживания имущество. В настоящий момент и ранее за должником не зарегистрировано право собственности на иные объекты недвижимого имущества.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Ввиду того, что должником отчуждено единственное пригодное для проживания имущество, кредиторы не вправе были получить удовлетворение своих требований за счет вырученных от его продажи средств, в связи с чем отчуждение объекта недвижимости не свидетельствует о сокрытии должником имущества или совершении им недобросовестных действий в ущерб интересам кредиторов.

В отношении обстоятельств отчуждения транспортного средства должником в материалы дела представлены договор дарения от 15.12.2020, свидетельство о смерти отца ФИО6, справка о смерти ФИО6, а также пояснения матери должника.

Из пояснений матери должника следует, что транспортное средство, полученное в дар от сына, было ею отчуждено, вырученные денежные средства были направлены на паллиативную помощь для ухода за ФИО6

Должник в своих дополнениях также пояснил, что им было оказано содействие матери при отчуждении транспортного средства, выразившееся в размещении объявления о его продаже. При этом транспортное средство находилось в г. Красноярске, где проживали его родители. Данное обстоятельство должник подтверждает копией ПТС автомобиля, согласно которой договор купли-продажи был составлен 28.01.2022г., но регистрация автомобиля была только спустя 6 дней, а именно 03.02.2022г. Доказательств того, что должник пользовался данным имуществом в материалах дела не имеется.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что отчуждение должником единственного пригодного для проживания имущества не могло причинить вред кредиторам, а отчуждение транспортного средств обусловлено стечением тяжелых семейных обстоятельств, связанных с болезнью отца. Соответственно, действия должника не могут быть признаны злоупотреблением правом.

Более того, как указано ранее, анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение ею недостоверных сведений финансовому управляющему также не установлено.

Должник в ходе процедуры собственного банкротства действовал добросовестно, доказательств обратного в материалы дела не представлено. ФИО5 не представлено доказательств совершения должником незаконных действий при возникновении обязательств, умышленное уклонение от исполнения принятых на себя обязательств не подтверждено.

При этом основная цель института банкротства физических лиц - социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново

выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам. Согласно общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения их требований, в том числе требований, не заявленных в рамках дела о банкротстве.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве)).

Судом не установлено, что ФИО2 не погашал задолженность перед кредиторами настолько, насколько позволяли его доходы или совершал действия, отрицательно повлиявшие на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредитора. Равным образом, судом не были установлены иные обстоятельства, предусмотренные статьей 213.28 Закона о банкротстве, не позволяющие применить к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств. В сложившейся ситуации эти правила к ФИО2 подлежат применению. Действия ФИО7 по отчуждению имущества были продиктованы не умыслом на уклонение от исполнение обязательств, а стечением тяжелых жизненных обстоятельств. Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685 по делу № А40-129309/2021.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для применения по отношению к ФИО2 правил об освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции полагает, что определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.05.2024 по делу № А32-23556/2023 в части неприменения к должнику правил об освобождении следует отменить.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.05.2024 по делу № А32-23556/2023 в обжалуемой части отменить.

Освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева

Судьи Я.А. Демина

Г.А. Сурмалян