Решение от 19 января 2025 г. по делу № А51-14235/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-14235/2024
г. Владивосток
20 января 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 20 января 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Тихомировой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федоровой А.С., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Константа Торг» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения

при участии:

от заявителя посредством веб – конференции: ФИО1, доверенность от 27.11.2023, паспорт, диплом;

от ответчика посредством веб – конференции: ФИО2, доверенность № 102 от 26.09.2024, паспорт, диплом;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Константа Торг» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – ответчик, таможенный орган) от 19.06.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/111223/3500219.

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления, а также в судебном заседании указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, а также в судебном заседании по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что в декабре 2023 ООО «Константа Торг» в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товаров, поступивших на таможенную территорию Евразийского экономического союза во исполнение внешнеторгового контракта от 20.04.2022 № YJT2022-220, заключенного с иностранной компанией «YIWU JIENA TRADING CO., LTD» (Китай), во Владивостокский таможенный пост (центр электронного декларирования) Владивостокской таможни подана декларация на товары, которой таможенным органом присвоен регистрационный номер №10702070/111223/3500219.

Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

11.12.2023 в связи с выявлением рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров таможенным постом у декларанта запрошены дополнительные документы и (или) сведения. Одновременно таможенный орган проинформировал декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС, в связи с чем направил декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов по ДТ №10702070/111223/3500219 на сумму 59 154,32 руб.

В ответ на запрос таможенного органа декларантом посредством электронного обмена сообщениями в автоматизированную информационную систему таможенных органов «АИСТ-М» 05.02.2024 представлены дополнительные документы и (или) сведения, а также пояснения.

10.02.2024 в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным органом направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений. Документы и пояснения на запрос поступили 12.02.2024.

23.02.2024 таможенным постом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/111223/3500219, в части таможенной стоимости, определенной методом по стоимости сделки с однородными товарами.

26.04.2024 во Владивостокскую таможню посредством использования информационного сервиса «Жалоба на решение, действие (бездействие) таможенных органов» автоматизированной подсистемы «Личный кабинет», размещенной в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» поступила жалоба ООО «Константа Торг» на решение таможенного органа от 23.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/111223/3500359.

24.05.2024 Владивостокской таможней решением №08-22/233 жалоба общества удовлетворена.

В ходе реализации решения по жалобе таможней проведен таможенный контроль, результат которого зафиксирован в акте ПДС от 06.06.2024 №10702000/211/060624/А000604, на основании которого принято решение от 19.06.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/111223/3500219.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Этот же принцип закреплен относительно информации о дополнительных начислениях к цене сделки.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Обосновывая принятие оспариваемого решения, таможенный орган сослался на выявление в рамках таможенного контроля отклонений в меньшую сторону от имеющихся в распоряжении таможенного органа среднестатистических показателей стоимости задекларированного обществом в спорной ДТ товара от стоимости однородных товаров, оформляемых иными участниками внешнеэкономической деятельности,

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994). Аналогичная норма установлена пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49).

Согласно пункту 10 Постановления № 49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Следовательно, выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является основанием для проведения дополнительной проверки, но не названо в нормативных правовых актах в качестве основания для корректировки заявленной таможенной стоимости.

При этом, как указано в пункте 11 Постановления Пленума №49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Аналогично статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Суд учитывает также, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что низкий уровень заявленной обществом таможенной стоимости по ДТ №10702070/111223/3500219 не мог рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки, а также служить основанием для корректировки таможенной стоимости и внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Оценивая обстоятельства проведения дополнительной проверки и выводы, положенные в основу оспариваемого решения от 19.06.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что общество представило полный пакет документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, необходимый для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом.

Порядок, форма, структура формирования цены сделки подтверждаются контрактом от 20.04.2022 № YJT2022-220, инвойсами от 23.11.2023 №KIP-13812M на сумму 306 373,96 юаней, от 24.11.2023 №KIP-13812M.1 на сумму 10 773 юаней, упаковочными листами от 23.11.2023, от 24.11.2023, спецификациями от 29.10.2023 №YJT2022-220-681 на сумму 306 373,96 юаней, от 23.11.2023 №YJT-KIP-13812 на сумму 10 773 юаней, заявлением на перевод от 18.12.2023 №1516 на сумму 1 315 019,16 юаней и иными документами, которые корреспондируются со сведениями, заявленными в спорной ДТ.

В частности, по условиям пункта 1.1 Контракта продавец обязуется поставлять покупателю товары народного потребления, наименование, ассортимент, количество и цена которых согласовываются сторонами дополнительно путем подписания спецификаций к контракту, а покупатель обязуется принимать и оплачивать поставленный продавцом товар согласно условиям контракта.

Согласно пункту 1.2 контракта товар, согласованный в спецификации, может поставляться несколькими партиями.

На каждую отдельную партию товара оформляется инвойс. Стороны особо оговорили, что включение в один инвойс товаров из двух и более спецификаций не допускается (пункт 1.3 контракта).

В соответствии с пунктом 2.1 цена товара включает в себя стоимость упаковки, маркировки согласно п. 6.2. Контракта, погрузки и транспортировки Товара в соответствии с условиями поставки, указанными в п. 3.1. Контракта, а также стоимость всех расходов Продавца, связанных с выполнением таможенных формальностей, оплатой всех пошлин, налогов и иных официальных сборов, взимаемых при экспорте Товара.

Пунктом 2.2 предусмотрено, что цена за единицу Товара и стоимость каждой партии Товара определяется в китайских юанях (CNY). Цена каждой партии Товара указывается в спецификациях, подписываемых Сторонами. Спецификации являются неотъемлемыми частями Контракта.

Спецификации подписываются Сторонами путем обмена скан-копиями посредством электронной почты. Подписанные таким образом экземпляры спецификаций и инвойсов имеют силу оригинала.

Общая стоимость Контракта определяется стоимостью всех Спецификаций и/или инвойсов, оформляемых на каждую партию Товара (пункт 2.3 контракта).

Согласно пункту 2.4 контракта валюта Контракта – китайский юань (CNY).

По условиям пункта 3.1 контракта Товар поставляется на условиях FOB (Инкотермс 2010), при этом Стороны вправе согласовать в Спецификации иной базис поставки Инкотермс 2010. Срок поставки согласовывается Сторонами в спецификации. Товар должен быть передан Продавцом перевозчику, указанному Покупателем, в согласованном порту отгрузки и в срок, согласованный в Спецификации на данный Товар.

В соответствии с пунктом 5.1 контракта стороны пришли к соглашению, что валютой платежа по Контракту является китайские юани, а также доллар США или иная валюта, согласованная сторонами по курсу, указанному в Спецификации.

Порядок оплаты согласовывается Сторонами в Спецификации (пункт 5.2 контракта).

Покупатель вправе осуществлять авансовые платежи по настоящему Контракту (пункт 5.2.1 контракта).

В качестве коммерческих документов обществом представлены спецификации к контракту от 29.10.2023 №YJT2022-220-681 на сумму 306 373,96 юаней, от 23.11.2023 №YJT-KIP-13812 на сумму 10 773 юаней, в соответствии с которыми согласован ассортимент товара по рассматриваемой партии.

23.11.2023, 24.11.2023 покупателю выставлены инвойсы №KIP-13812M на сумму 306 373,96 юаней, №KIP-13812M.1 на сумму 10 773 юаней.

В качестве доказательства оплаты товара декларант представил заявление на перевод от 18.12.2023 №1516 на сумму 1 315 019,16 юаней, который в графе  «назначение платежа» содержит ссылку на реквизиты Контракта, а также инвойсов №KIP-13812M, №KIP-13812M.1.

Кроме того в подтверждение оплаты рассматриваемой партии товара в общей сумме 317 146,96 юаней обществом представлены инвойсы, оплата за которые произведена декларантом представленным заявлением на перевод от 18.12.2023, проведя анализ которых суд приходит к выводу о том, что общая сумма представленных инвойсов по рассматриваемой партии и по иным поставкам товара совпадает с суммой, указанной в заявлении на перевод от 18.12.2023.

Таким образом, все представленные обществом документы свидетельствуют об исполнении покупателем и продавцом по упомянутому внешнеэкономическому контракту принятых обязательств, в том числе по оплате товара в полном объеме, и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению как со стороны декларанта, так и со стороны продавца.

Что касается довода таможенного органа относительно невозможности рассматривать представленные экспортные декларации в качестве документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, то суд учитывает следующее.

Из буквального прочтения имеющихся в материалах дела экспортных деклараций следует, что данные документы оформлены по факту вывоза из КНР товаров различных наименований, которые полностью соотносятся со сведениями о товаре, его весе и стоимости, указанными в коммерческих документах и заявленными в таможенной декларации.

Довод таможни о том, что значение граф "вес брутто/нетто" указано с разделением тысячных разрядов через ".", в то время как в соответствии с пунктами 25 и 26 Порядка заполнения импортно-экспортной декларации не предусмотрено разделение тысячных разрядов через знак ".", не может быть принято судом во внимание, поскольку не отменяет сопоставимость заявленных в экспортной декларации сведений о товарах со спорной поставкой.

Что касается довода таможенного органа о том, что представленные обществом в ходе проведения проверки заявленной таможенной стоимости экспортные декларации не могут считаться документами, подтверждающими сведения, отраженные в спорной ДТ, поскольку имеют явные признаки фальсификации, суд находит данный вывод таможни преждевременным, поскольку таможенным органом в материалы дела не представлены безусловные доказательства фальсификации представленных экспортных деклараций, экспертиза по данному вопросу не назначалась и не проводилась. При этом таможня не заявила о фальсификации указанных документов в порядке статьи 161 АПК РФ.

Ссылка в оспариваемом решении таможни на то обстоятельство, что к представленным экспортным декларациям применялся фотомонтаж, критически оценивается судом в отсутствие каких-либо документальных доказательств фальсификации указанных документов.

Суд же исходит из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Соответственно выявленные таможенным органом несоответствия в представленных экспортных декларациях не могли послужить доказательством недостоверности заявленной таможенной стоимости, которая определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

Судом установлено, что экспортные ДТ имеют QR-код и штрих-код. При этом суд принимает во внимание, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным контрагентом, который заполняется в соответствии с законодательством страны отправления. Негативные последствия от различия в требованиях, предъявляемых к экспортной декларации законодательством страны отправления и законодательством Российской Федерации, не могут быть переложены на российского декларанта. Таким образом, декларант не должен нести ответственность за оформление и содержание сведений в экспортной таможенной декларации.

Кроме того, суд отмечает, что таможенный орган, имея сомнения в подлинности предоставленных ему декларантом документов и изложенных в них сведений, не был лишен возможности в силу своих полномочий и на основании Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 самостоятельно направить соответствующий запрос в компетентные органы иностранного государства, где оформлялись экспортные декларации в отношении партии товар по спорной ДТ с целью подтверждения или опровержения изложенных в ней сведениях.

Также суд считает необходимым отметить то обстоятельство, что доказательств того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, отсутствуют.

Соответственно в том случае, если документы, представленные обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, составленные и подписанные продавцом и покупателем товара, являются достоверными и достаточными для подтверждения этой таможенной стоимости, экспортная декларация, как документ, поданный непосредственно продавцом товара таможенному органу иностранного государства, не может иметь первостепенное значение перед указанными документами.

Что касается вывода таможенного органа о том, что обществом не подтвержден факт предстоящей реализации спорного товара, то он подлежит отклонению, поскольку не представление сведений о предстоящей реализации на внутреннем рынке РФ не влияет на подтверждение таможенной стоимости товара по стоимости сделки с ввозимыми товарами. Документы по внутренней цене реализации товара не названы ТК ЕАЭС в качестве документов, которые могут подтвердить или опровергнуть таможенную стоимость товара.

Таможенный орган в оспариваемом решении не указал, как отсутствие данных документов помешало ему принять заявленную таможенную стоимость товара.

Суд отклоняет довод таможенного органа о том, что представленный обществом прайс – лист продавца товара по своему содержанию содержит лишь информацию о декларируемом товаре и адресован непосредственно обществу, а также ссылку таможни на то, что обществом не представлен прайс – лист производителя товара, что исключает возможность определения таможенной стоимости товаров с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, в силу следующего.

Информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости. При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара; представление обществом прайс-листа, полученного непосредственно от инопартнера, не может свидетельствовать о недостоверности заявленной таможенной стоимости по товарам.

Суд считает необходимым отметить, что законодательством не установлены требования к содержанию прайс-листа.

Предоставленный декларантом прайс-лист продавца товаров позволяет установить факт формирования цены товара на свободных условиях. При этом указанная в данных документах информация по выбору лица, реализующего товар, может быть с учетом фактически сложившихся правоотношений продавца и покупателя товара и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту.

Суд отмечает, что продавец товара не является его производителем, следовательно, прайс-лист производителя не подтвердит формирование цены товара, заявленного обществом в спорной ДТ.

Адресность прайс-листа не препятствует применению метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, какие-либо законодательно установленные требования к оформлению прайс-листов отсутствуют и, учитывая смысл названия данного документа, суд полагает, что обязательным требованием к его содержанию является наличие цены товара, а его оформление и период действия могут быть произвольными.

Из условий внешнеэкономического контракта не следует, что существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ подлежали согласованию в прайс-листе продавца/изготовителя товара.

У общества отсутствовали основания требовать от инопартнера представления иного прайс-листа, с учетом требований российской таможни к его оформлению, поскольку это не предусмотрено условиями внешнеторгового контракта.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что отсутствуют основания для исключения данного документа из числа доказательств, подтверждающих обоснованность определения заявленной таможенной стоимости по первому методу определения таможенной стоимости, учитывая, что таможня, ставя под сомнение заявленную декларантом таможенную стоимость товара, не предприняла каких-либо мер для получения от производителя (продавца) товара соответствующей информации.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/111223/3500219.

В свою очередь принятое таможенным органом решение от 19.06.2024 повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, оспариваемое решение Владивостокской таможни от 19.06.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/111223/3500219, является незаконным и нарушающим права общества.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе  государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары № 10702070/111223/3500219, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Понесенные заявителем судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ взыскиваются в его пользу с таможенного органа.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 19.06.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/111223/3500219 как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза. 

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню произвести возврат обществу с ограниченной ответственностью «Константа Торг» излишне уплаченные таможенные платежи по ДТ №10702070/111223/3500219, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Константа Торг» судебные расходы на оплату госпошлины в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.


Судья                                                                                      Тихомирова Н.А.