Решение от 10 января 2023 г. по делу № А70-13922/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-13922/2021
г. Тюмень
10 января 2023 года
Резолютивная часть решения оглашена 27 декабря 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 10 января 2023 года


Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Михалевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление

общества с ограниченной ответственностью «Велес» (ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 24.08.2016, ИНН: <***>, адрес: 625048, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Пальмира» (ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 10.11.2008, ИНН: <***>, адрес: 625046, <...> Победы, д. 140, кв. 48)

о взыскании 13 422 863,01 руб., третьи лица: ООО «Спутник» (ИНН <***>, адрес: 625026, <...>), ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 – на основании доверенности от 08.11.2022,

от ответчика: ФИО4 – на основании доверенности от 24.08.2021,

от третьих лиц: не явились, извещены

установил:

ООО «Велес» (далее – истец, ООО «Велес») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к ООО Торговый дом «Пальмира» (далее – ответчик, ООО ТД «Пальмира») о взыскании 11 500 000 руб., уплаченных по договору уступки права требования от 17.05.2017, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 307 376,72 руб., с последующим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами по дату уплаты задолженности (с учетом уточнения иска, принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации (далее – АПК РФ)).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Спутник» и ФИО1

Исковые требование со ссылкой на статьи 309, 310, 382, 388, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мотивированы причинением убытков в связи с передачей по договору цессии от 18.05.2017 недействительного требования

Ответчик иск не признал, представил отзыв на исковое заявление. В обоснование возражений ответчик указал, что ООО «Велес» не обладает материальным правом на взыскание 11 500 000 руб. с ООО ТД «Пальмира», поскольку 20.07.2020 между ООО «Велес» и ФИО5 заключен договор уступки требования (цессии), согласно которому ООО «Велес» в лице директора ФИО6 передало ФИО5 право требования к ООО ТД «Пальмира» 11 500 000 руб., перечисленных в адрес ООО ТД «Пальмира» платежными поручениями № 1, № 2. Кроме того, переданы все права требования, которые возникнут у ООО «Велес» к ООО ТД «Пальмира» в связи с признанием недействительным договора уступки прав требований от 18.05.2017 по делу № А70-3280/2018; истцом пропущен срок исковой давности на подачу заявления в суд; претензия и исковое заявление подписано неуполномоченным лицом. С учетом изложенного ответчик просил истребовать в МИФНС России по Тюменской области документы из регистрационного дела ООО «Велес», поданные и рассмотренные с 01.08.2020 по настоящее время.

От ООО «Спутник» и ФИО1 поступили письменные пояснения по делу.

Истец в порядке статьи 81 АПК РФ представил письменные пояснения по делу, возражения на отзыв ответчика.

В заседании суда 21.10.2021 заслушан свидетель ФИО6, пояснения свидетеля внесены в протокол судебного заседания. Свидетель ФИО6 указал, что договор уступки требований (цессии) от 20.07.2020 не подписывал, в 2020 году с ФИО5 не встречался.

Истцом заявлено о фальсификации доказательств по делу, а именно: договора уступки требования (цессии) от 20.07.2020, квитанции от 20.07.2020, представленных ответчиком.

Поскольку ответчик отказался исключить из числа доказательств документы, о фальсификации которых заявлено, ходатайство о фальсификации принято к рассмотрению судом.

В порядке пункта 1 части 1 статьи 161 АПК РФ, статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации суд разъяснил уголовно-правовые последствия заявления ходатайства о фальсификации доказательств.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 161 АПК РФ суд перешел к проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В целях проверки заявления определением суда от 24.12.2021 назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Эксперт и К».

07.04.2022 от экспертной организации в материалы дела поступило экспертное заключение № 17-2022 от 01.04.2022.

Определением суда от 29.07.2022 по делу назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, технико-криминалистическая экспертиза оттисков печати и техническая экспертиза (установление давности создания документа), проведение экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

15.11.2022 поступило заключение эксперта №2762/2-3 от 17.10.2022 (дополнительная экспертиза).

Истцом заявлено ходатайство об истребовании у оператора связи ПАО Мегафон информации о местоположении абонентского номера клиента ФИО6 в период с 19.07.2020 по 31.07.2020.

Рассмотрев ходатайство ООО «Велес» об истребовании доказательств, суд в соответствии со статьями 66, 159 АПК РФ в его удовлетворении отказал, исходя из следующего.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 1 статьи 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ суд вправе истребовать доказательство от лица, у которого оно находится, по ходатайству лица, участвующего в деле и не имеющего возможности самостоятельно получить это доказательство. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие невозможность ООО «Велес» самостоятельно получить указанные доказательства.

Кроме того, в письме от 20.12.2022 оператора связи ПАО Мегафон указало на отсутствие технической возможности указать в детализации вызовов информацию о точном местонахождении абонента в тот или иной промежуток времени, кроме того, предоставление детализации является платной дополнительной услугой.

Выполнение сторонами процессуальной обязанности по доказыванию обстоятельств, на которых основаны исковые требования и возражения на иск, так же как и реализация права на представление доказательств по делу (пункт 1 статьи 41, пункт 1 статьи 64 АПК РФ) не обусловлены истребованием либо неистребованием доказательств судом (Определение ВАС РФ от 22.10.2010 № ВАС-17058/10).

Учитывая, что у суда отсутствует обязанность по сбору доказательств и их истребованию в отсутствие доказательств невозможности их самостоятельного получения лицом, участвующим в деле, без вмешательства судебной власти, заявленное обществом ходатайство об истребовании доказательств судом отклонено.

Статьей 71 АПК РФ предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. При этом информация о местонахождении аппарата сотовой связи ФИО6 в спорный период не может служить доказательством невозможности подписания указанным лицом договора цессии.

В настоящем случае суд исходит из достаточности представленных по делу доказательств и отсутствия необходимости истребования дополнительных доказательств.

Кроме того, истцом заявлено ходатайство о вызове экспертов, в связи с необходимостью получения дополнительных пояснений к экспертному заключению.

Ответчик возражал в удовлетворении заявленного ходатайства..

Рассмотрев ходатайство о вызове экспертов суд не усматривает оснований для его удовлетворения, поскольку в выводах экспертов содержатся ответы на поставленные судом вопросы, заключение мотивировано, выводы экспертов являются категорическими, обоснованы исследованными ими обстоятельствами.

На замечания истца по экспертному заключению экспертами даны письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела.

При этом, суд отмечает, что выбор способов и методов исследования входит в компетенцию экспертов. Экспертами описана методика проведенного исследования, указаны используемые справочно-нормативные и научно-технические документы, обосновано их применение. В заключении даны обоснование и пояснения с описанием методики проведения экспертизы.

Кроме того, основания несогласия с экспертным заключением, должны сложиться при анализе данного заключения и его сопоставления с остальной доказательственной информацией, что в данном случае отсутствует.

Представленные ответчиком возражения относительно экспертизы сводятся к личному мнению заявителя ходатайства, без соответствующих доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости, подтверждающих данные возражения.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ истец не представил доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения или позволяющих усомниться в их достоверности.

Оценка экспертного заключения осуществлена судом в совокупности с другими представленными в материалы дела доказательствами.

С учетом изложенного, ходатайство ответчика о вызове экспертов подлежит отклонению.

В судебном заседании представитель истца поддержал свои исковые требования с учетом уточнения.

Ответчик в заседании суда против удовлетворения исковых требований возражал по основаниям, указанным в отзыве.

Третьи лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом в соответствии с требованиями статей 121, 123 АПК РФ.

Суд, руководствуясь положениями части 4 статьи 123, части 3 статьи 156 АПК РФ, рассмотрел дело по существу в отсутствие представителей третьих лиц.

Исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения представителей сторон в судебном заседании, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 18.05.2017 между ООО «Торговый дом «Пальмира» (цедент) в лице генерального директора ФИО5 и ООО «Велес» (цессионарий) в лице директора ФИО6 заключен договор уступки права требования (далее по тексту – договор цессии).

В соответствии с пунктами 1.1, 1.2 договора цессии цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования по неисполненным денежным обязательствам, возникшим на основании договора купли-продажи нежилого помещения от 07.04.2014, заключенного между ООО «Торговый дом «Пальмира» (цедентом, продавец) и ООО «Спутник» (должник, покупатель). Сумма задолженности должника перед цедентом по указанному договору составляет 31 200 000 руб. и установлена решением Арбитражного суда Тюменской области от 28.11.2016 по делу №А70-16143/2015, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2017 по делу №А70-16143/2015.

Согласно пункту 2.2 договора цессии в качестве оплаты за уступаемое право цедента к должнику цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 11 500 000 руб.

Во исполнение условий договора цессии истец перечислил ответчику в качестве оплаты за уступаемое право денежные средства в размере 11 500 000 руб., что подтверждается платёжными поручениями № 1 от 19.05.2017 на сумму 9 250 000 руб. и № 2 от 19.05.2017 на сумму 2 250 000 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.07.2017 по делу №А70-16143/2015, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2017, произведена процессуальная замена стороны взыскателя – ООО ТД «Пальмира» на правопреемника – ООО «Велес».

Общество «Спутник» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о пересмотре решения от 28.11.2016 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Решением от 09.06.2018 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 17.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 18.12.2018 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, заявление общества «Спутник» удовлетворено, решение от 28.11.2016 Арбитражного суда Тюменской области отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018 отменено решение Арбитражного суда Тюменской области от 31.07.2017 об отмене определения Арбитражного суда Тюменской области от 20.07.2017 о процессуальном правопреемстве по новым обстоятельствам.

Решением Арбитражного суда Тюменской области 28.01.2019 по делу А70-16143/2015 при повторном рассмотрении дела в удовлетворении исковых требований ООО «Велес» (правопреемник ООО «ТД Пальмира») к ООО «Спутник» отказано в полном объеме. Решение оставлено без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2019.

Суд при пересмотре решения по делу №А70-16143/2015 по вновь открывшимся обстоятельствам пришел к выводу, что договор купли-продажи от 07.04.2014 заключен в нарушение статьи 209 ГК РФ и является недействительным (ничтожным) с момента его заключения и не влечет для его сторон юридических последствий, поскольку при заключении указанного договора купли-продажи от 07.04.2014 ООО «ТД «Пальмира» распорядилось имуществом, право собственности на которое не приобрело в порядке статьи 218 ГК РФ,

Ссылаясь на данные выводы суда, истец указывает, что ООО «ТД «Пальмира» (цедент) не было правомочно совершать сделку, и знало об этом. Уступленное цедентом цессионарию по договору уступки от 18.05.2017 право требования к должнику на момент заключения сделки являлось недействительным.

В связи с этим, истец полагает, что убытки ООО «Велес», образовавшиеся в связи с перечислением денежных средств в сумме 11 500 000 руб. в качестве оплаты по договору уступки права требования от 18.05.2017, за переданное несуществующее право, подлежат возмещению за счет ООО ТД «Пальмира».

Поскольку в досудебном порядке требование истца о возмещении убытков ответчиком не удовлетворено, истец обратился в суд с иском.

Согласно статье 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Отношения сторон регулируются главой 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

На основании пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Как следует из пункта 1 статьи 388 ГК РФ, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедент должен передать существующее в момент уступки требование, если только это требование не является будущим требованием.

В силу статьи 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием (пункт 1).

При уступке цедентом должно быть соблюдено, в том числе условие, согласно которому уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием (пункт 2).

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 390 ГК РФ, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3).

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняется.

Исчисление общего срока исковой давности предъявленного требования о гражданско-правовой ответственности за передачу несуществующего права по договору уступки прав требования от 18.05.2017 производится с даты вступления в законную силу решения Арбитражного суда Тюменской области от 09.06.2018 об отмене решения Арбитражного суда Тюменской области от 28.11.2016 по делу А70-16143/2015, то есть с 17.09.2018.

С учетом положений статьи 196 ГК РФ, пункта 1 статьи 200 ГК РФ, судом установлено, что исковое заявление предъявлено истцом в пределах трехлетнего срока исковой давности.

Возражая против исковых требований, ответчик указывает, что ООО «Велес» не обладает материальным правом на взыскание 11 500 000 руб. с ООО «ТД «Пальмира», в связи с уступкой права требования указанной задолженности гражданину ФИО5 по договору уступки требований от 20.07.2020.

Как подтверждено материалами дела, 20.07.2020 между ООО «Велес» в лице директора ФИО6 и ФИО5 был заключен договор уступки требования (цессии). В соответствии заключенным договором ООО «Велес» передало ФИО5 право требования к ООО «Торговый дом «Пальмира» в размере 11 500 000 руб., перечисленных в адрес ООО «Торговый дом «Пальмира» платежными поручениями № 1,2 от 25.05.2017 и зачисленным на счет ООО «Торговый дом «Пальмира». Кроме того, переданы все права требования, которые возникнут у ООО «Велес» к ООО «Торговый дом «Пальмира», в связи с признанием недействительным договора уступки прав требований от 18.05.2017 между ООО «ТД «Пальмира» и ООО «Велес» по делу № А70-3280/2018.

Согласно пункту 1.2. договора уступки требования (цессии) от 20.07.2020 Цессионарию также передаются все требования, связанные с данным уступаемым требованием (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Уступаемое требование к должнику было оценено сторонами в 200 000 руб. ФИО5 оплатил требуемую сумму, о чем ООО «Велес» выдало квитанцию к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020

В силу пункта 3.1. договора уступки требования (цессии) от 20.07.2020 требование переходит к цессионарию в момент заключения договора.

Истец заявил об исключении из материалов дела указанного договора уступки требования (цессии) от 20.07.2020, как не относимого и не допустимого доказательства.

Кроме того, истец указал, что ООО «Велес» не располагает сведениями о заключении обществом сделки с ФИО5, в распоряжении общества соответствующих документов не имеется, бухгалтерский баланс не содержит факта совершения хозяйственных операции по уступке права требования от 20.07.2021 и принятие от ФИО5 денежных средств. В 2020 году кассовых операций не осуществлялось.

В заседании суда свидетель ФИО6 указал, что договор уступки требований (цессии) от 20.07.2020 не подписывал.

Истцом в ходе рассмотрения дела заявлено о фальсификации доказательств по делу, а именно: договора уступки требования (цессии) от 20.07.2020, квитанции от 20.07.2020, представленных ответчиком и назначении по делу почерковедческой экспертизы.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.12.2021 по делу № А70- 13922/2021 производство приостановлено, назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Эксперт и К».

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Кем – ФИО6 или иным лицом выполнены подписи в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020?

2) Являются ли идентичными или нет печати ООО «Велес», проставленные в договоре уступки прав требований (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договоре уступки права требований от 18.05.2017, решении № 3 единственного участника ООО «Велес» от 14.05.2019, решении № 4 единственного участника ООО «Велес» от 30.07.2020, изменениях в устав ООО «Велес» от 23.11.2020, заявлении от 30.07.2020 и иных документах, переданных для сравнения в рамках экспертизы?

3) Соответствует ли печать ООО «Велес» в договоре уступки прав требований (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 экспериментальным образцам печати общества?

4) В июле 2020 года или позднее выполнены документы, подписи от имени ФИО6 и оттиски печати ООО «Велес» на договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020? Не подвергались ли документы искусственному старению или иному агрессивному воздействию?

07.04.2022 от экспертной организации в материалы дела поступило экспертное заключение № 17-2022 от 01.04.2022.

При ответе на вопрос № 1 эксперты пришли к выводу, что подписи в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020 выполнены ФИО6.

Согласно ответу на вопрос № 2 оттиски печатной формы от имени ООО «Велес», расположенные в следующих представленных документах: оригинал Договора уступки требований (цессии) от 20.07.2020; оригинал квитанции к приходному кассовому ордеру №01 от 20.07.2020; оригинал Договора уступки права требования от 18.05.2017; оригинал решения № 3 Единственного участника Общества с ограниченной ответственностью «Велес» от 14.05.2019; оригинал Приказа от 07.08.2019; оригинал Приказа от 24.08.2019; оригинал Приказа от 17.08.2019; оригинал выписки из списка участников ООО «Велес»; оригинал платежного поручения № 766547 от 24.04.2019; копия Изменения в устав общества с ограниченной ответственностью от 23.11.2020; копия Решения № 7 единственного участника общества с ограниченной ответственностью от 23.11.2020 - выполнены с одной и той же печатной формы (клише).

При ответе на вопрос № 3 эксперты заключили, что оттиски круглой печатной формы от имени ООО «Велес», расположенные в следующих представленных документах: оригинал Договора уступки требований (цессии) от 20.07.2020; оригинал Квитанции к приходному кассовому ордеру №01 от 20.07.2020 соответствуют экспериментальным образцам оттиска – выполнены с одной и той же печатной формы (клише).

Согласно ответу на вопрос № 4 эксперты указали, что установить давность нанесения печатных текстов в Договоре уступки требований (цессии) от 20.07.2020 г. и в Квитанции к приходному кассовому ордеру №01 от 20.07.2020 г. не представляется возможным по причине, изложенной в исследовательской части заключения.

Подписи от имени ФИО6 в договоре уступки требований (цессии) от 20.07.2020 и в Квитанции к приходному кассовому ордеру №01 от 20.07.2020 были исполнены не ранее марта 2021 (точность датировки с учетом суммарной ошибки измерений ±2 месяца) при условии хранения документов в режиме темнового сейфового хранения (в стопе других документов при комнатной температуре без доступа света) и без применения технологий искусственного умышленного старения документов.

Оттиски печати с реквизитами ООО «Велес» в Договоре уступки требований (цессии) от 20.07.2020 и в квитанции к приходному кассовому ордеру №01 от 20.07.2020 были нанесены не ранее марта 2021 года (точность датировки с учетом суммарной ошибки измерений ±2 месяца) при условии хранения документов в режиме темнового сейфового хранения (в стопе других документов при комнатной температуре без доступа света) и без применения технологий искусственного умышленного старения документов.

Каких-либо явных признаков применения способов и технологий агрессивного воздействия (термического, светового, химического и т.п.) на исследуемые документы, в т.ч. для целей искусственного умышленного старения исследуемых документов и их реквизитов путем высокотемпературного (выше 100°С) или интенсивного светового воздействия не обнаружено.

Со ссылкой на рецензию ООО «Экспертно-оценочный центр» от 25.04.2022 истец указал на наличие противоречий в экспертном заключении № 17-2022 от 01.04.2022, заявил о фальсификации экспертами экспертного заключения № 17-2022 от 01.04.2022 в части вопросов 1, 2, 3.

В обоснование заявления о фальсификации экспертами заключения истец указал, что по результатам проведения филологической экспертизы установлено, что формулировка выводов экспертов в заключении № 17-2022 от 01.04.2022 полностью совпадает с формулировками, указанными в экспертном заключении ООО «Союз экспертизы и Права» от 405-С-21 от 18.12.2021, заказчиком которого являлся ФИО5

Как указывает истец, согласно выводу, изложенному в заключении специалиста № 5/116- 2022 от 06.06.2022, по вопросу «Одним или разными лицами составлен текст заключения эксперта ООО «Союз экспертизы и права» ФИО7 № 329-с-21 от 29.11.2021 на 25 л. и текст 3 А70-13922/2021 заключения эксперта ФИО8 в заключении комиссии экспертов ООО «Эксперт и К» № 17- 2022 от 01.04.2022 по арбитражному делу № А70-13922/2021 на 75 л.?», Авторство текста заключения эксперта ООО «Союз экспертизы и права» ФИО7 № 329-с-21 от 29.11.2021 и текста заключения эксперта ФИО8 в заключении комиссии экспертов ООО «Эксперт и К» № 17-2022 от 01.04.2022 принадлежит одному и тому же лицу. Данное обстоятельство, а также недостатки заключения комиссии экспертов ООО «Эксперт и К» № 17-2022 от 01.04.2022, изложенные в отзыве третьего лица ФИО1 от 06.06.2022, выводы Заключения специалиста № 13/Р от 25.04.2022, выполненного экспертом ООО «Экспертно-оценочным центром» ФИО9 о неустранимых противоречиях в Заключении комиссии экспертов № 17- 2022 от 01.04.2022, допущенных экспертом ООО «Эксперт и К» имеющим стаж работы в области криминалистических экспертиз с 2005 года, указывают на фальсификацию заключения комиссии экспертов ООО «Эксперт и К» № 17-2022 от 01.04.2022. На основании вышеизложенного и руководствуясь статьей 161 АПК РФ, истец просил исключить оспариваемое доказательство «Заключение комиссии экспертов ООО «Эксперт и К» № 17-2022 от 01.04.2022» в части исследования по вопросам 1, 2, 3 из числа доказательств по делу.

Ответчик представил возражения на пояснения истца, а также возражения на экспертное заключение № 17-2022 от 01.04.2022.

Заявление истца о фальсификации принято судом к рассмотрению, истцу разъяснены уголовно-правовые последствия данного заявления

Определением суда от 29.07.2022 по делу назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, технико-криминалистическая экспертиза оттисков печати и техническая экспертиза (установление давности создания документа), проведение экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

На разрешение экспертов в рамках повторной экспертизы поставлены следующие вопросы:

1) Кем – ФИО6 или иным лицом выполнены подписи в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020?

2) Являются ли идентичными или нет печати ООО «Велес», проставленные в договоре уступки прав требований (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договорах уступки права требований от 18.05.2017 (экз. № 1 и № 2), решении № 3 единственного участника ООО «Велес» от 14.05.2019, решении № 4 единственного участника ООО «Велес» от 30.07.2020, изменениях в устав ООО «Велес» от 23.11.2020, заявлении от 30.07.2020 и иных документах, переданных для сравнения в рамках экспертизы?

3) Соответствует ли печать ООО «Велес» в договоре уступки прав требований (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 экспериментальным и свободным образцам печати общества?

4) В июле 2020 года или позднее выполнены документы, подписи от имени ФИО6 и оттиски печати ООО «Велес» на договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020? Не подвергались ли документы искусственному старению или иному агрессивному воздействию?

15.11.2022 в материалы дело поступило заключение эксперта № 2762/2-3 от 17.10.2022, № 2764/3-3 от 02.11.2022 (повторная экспертиза).

Повторной судебной экспертизой также подтверждено, что подписи в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 и договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020 выполнены ФИО6 (ответ на вопрос № 1).

Оттиски печати ООО «Велес» в договоре уступки прав требований (цессии) от 20.07.2020, в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 нанесены печатью ООО «Велес».

При ответе на вопрос № 4 эксперты заключили, что договор уступки требования (цессии) от 20.07.2020, квитанция к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020 подвергались агрессивному световому воздействию. Установить время выполнения имеющихся печатных текстов, подписей и оттисков печатей в договоре уступки требования (цессии) от 20.07.2020 и в квитанции к приходному кассовому ордеру № 01 от 20.07.2020, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Как пояснили судебные эксперты Челябинской лаборатории, различие с выводами первичной экспертизы объясняется в неверной оценки выявленных признаков при исследовании на предмет наличия (отсутствия) агрессивного воздействия на документы №№ 1-2, либо такое воздействие было применено после предшествующего исследования, а также непригодностью штрихов подписей от имени ФИО6 для исследований.

По существующей запатентованной методике определения времени выполнения реквизитов, в частности, исполненных пастами для шариковой ручки и штемпельными красками, оценивается время выполнения записей, подписей и оттисков печатей по относительному содержанию в составе красящих веществ штрихов летучих растворителей. При этом оценивается наличие летучих растворителей в штрихах и динамика (если наблюдается) изменения относительного содержания летучих растворителей в штрихах с применением метода газожидкостной хроматографии (ГЖХ) с использованием термодесорбции летучих компонентов из вырезок штрихов. Для этого проводится, как минимум, исследование трех проб из штрихов каждого реквизита в каждом анализе (при этом параллельно исследуется вырезка бумаги документов, так как она также может содержать летучие компоненты термодесорбции, близкие или совпадающие по времени выхода при хроматографическом анализе летучих растворителей в штрихах реквизитов), если летучие компоненты присутствуют в штрихах в значимых количествах.

Наличие анализа одной пробы штриха подписи и оттисков в первичной экспертизе (11.03.2022) и повторного анализа так же одной пробы другого штриха подписи и оттисков через 20 дней (31.03.2022) представляется эксперту совершенно недостаточным для оценки времени выполнения исследованных в первичной экспертизе реквизитов, так нет оценки «ошибки» измерений в параллельных пробах, которые не проводились вовсе. Поэтому нет и оценки «разброса» измерений, который может превышать 10 % в одном анализе нескольких параллельных проб штрихов в определенный день анализа. Представленная экспертом ФИО10 «динамика» изменения относительного содержания растворителей, приведенная в таблице на стр. 63 заключения первичной экспертизы, может представлять всего лишь «ошибку» измерений или «разброс» измерений двух проб, которые можно принять как один анализ из двух параллельных проб за такой незначительный период экспериментального «старения», протяженностью в 20 дней (по методике необходимо проводить экспериментальное «старение» на протяжении нескольких месяцев, оптимально трёх).

В связи с этим, представленные выводы экспертом ФИО10 в отношении реквизитов: подписей от имени ФИО6 и оттисков печатей от имени ООО «ВЕЛЕС» представляются необоснованными.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио и видеозаписи, иные документы и материалы.

В силу пункта 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта по настоящему делу, как и любое другое доказательство, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно частям 1, 2, 3 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Исходя из буквального толкования указанной нормы права, в совокупности с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Из материалов дела усматривается, что документы, подтверждающие квалификацию экспертов, в материалах дела имеются. Из материалов дела следует, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения.

Проанализировав экспертное заключение, суд полагает, что оно соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертами полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на их разрешение.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательств наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлено. Противоречий выводов экспертов иным, имеющимся в деле доказательствам, судом не усмотрено.

В данном случае несогласие с результатами судебной экспертизы не дает оснований считать выводы экспертов недостоверными.

Таким образом, суд, проверив, относимость, допустимость, достоверность указанного экспертного заключения, в свете норм права, установленных статьями 67, 68, 71, 82, 86 АПК РФ, считает, что экспертное заключение по первоначальной экспертизе и повторная экспертиза подтверждают, что договор уступки от 20.07.2020 подписан ФИО6

Кроме того, в заседании суда свидетель ФИО6 показал, что в ООО «Велес» имелась только одна печать, и она не выбывала из владения ФИО6 до смены руководителя ООО «Велес» в августе 2021 года.

На основании выводов судебной экспертизы, суд отклоняет заявление истца о фальсификации доказательств по делу.

При этом к выводам первоначальной экспертизы о том, что договор подписан не ранее марта 2021 года, суд относится критически, с учетом заключения повторной экспертизы.

Кроме того, даже в случае подписания договора ФИО6 в марте 2021 года, основания для признания данного договора сфальсифицированным отсутствуют, поскольку в марте 2021 года согласно сведениям из ЕГРЮЛ директором ООО «Велес» являлся ФИО6, сведения о смене руководителя до августа 2021 года в ЕГРЮЛ не вносились. Соответственно, у ответчика имелись основания считать, что директор общества как законный представитель действует от имени и в интересах общества, получив все необходимые одобрения у участников общества.

В ходе судебного разбирательства суд неоднократно указывал истцу на наличие процессуальной возможности оспорить договор цессии от 20.07.2020 самостоятельно посредством подачи соответствующего требования в судебном порядке с приведением необходимых доводов в его обоснование.

Указанное право истцом не реализовано, договор уступки требования (цессии) от 20.07.2020 не оспорен, не признан недействительным.

Таким образом, судом установлено и материалами дела подтверждено, что с 20.07.2020 ООО «ВЕЛЕС» утратило право требовать с ООО «Торговый дом «Пальмира» денежных средств 11 500 000 руб., поскольку указанные права на возврат денежных средств, перечисленных в ООО «ТД «Пальмира» перешли к ФИО5 по договору уступки требования (цессии) от 20.07.2020.

Таким образом, оценив в порядке статей 67, 68, 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает, что в удовлетворении иска следует отказать.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по делу относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Велес» в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 90 114 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области.


Судья



Михалева Е.В.