Постановление от 1 марта 2026 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тюмень Дело № А70-4536/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2026 года. Постановление изготовлено в полном объёме 02 марта 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Шаровой Н.А.,

судей Доронина С.А.,

ФИО1 -


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нурписовым А.Т. рассмотрел кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ТИТ» (ОГРН <***>; далее – страховая компания), ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 27.01.2025 (судья Сажина А.В.), постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2025 и дополнительное постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2025 (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Губина М.А.) по делу № А70-4536/2018 Арбитражного суда Тюменской области о несостоятельности (банкротстве) кредитного потребительского кооператива «Тюменский фонд сбережений» (ОГРН <***>; далее – кооператив, должник), принятые по заявлению комитета кредиторов в лице ФИО3 о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2

Лица, участвующие в деле: саморегулируемая организация «Крымский Союз профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт», страховая компания, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области, Главное управление Центрального банка Российской Федерации по Тюменской области, общество с ограниченной ответственностью «Юридическое агентство Аргумент» (далее – агентство), ФИО4, ФИО5.

В судебном заседании приняли участие: ФИО2; ФИО6 – директор агентства; ФИО3 – председатель комитета кредиторов; ФИО7 – представитель ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 по доверенности от 07.09.2023; посредством веб-конференции: ФИО18 – представитель страховой компания по доверенности от 08.12.2025


№ 249; ФИО19 – представитель конкурсного управляющего ФИО20 по доверенности от 06.11.2025.

Суд установил:


в деле о банкротстве должника председатель комитета кредиторов ФИО3 обратился в суд с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу кооператива убытков, причинённых по следующим эпизодам противоправных, недобросовестных действий (бездействия):

1) незаконное отчуждение дебиторской задолженности кооператива, взысканной в судебном порядке с обществ с ограниченной ответственностью «Виталюкс» ( № А73-15046/2018, А73-513/2019), «Стройдом» ( № А40-183570/18-137-1393, А40-1471/19-81-5), «Перспектива» ( № А73-10511/2018), «СтройЭксперт» ( № А73-12670/2018, А73-22372/2018), «Форсаж» ( № А73-13436/2018, А73-22376/2018) на общую сумму 248 394 803,45 руб., за что была привлечена к административной ответственности ( № А70-6427/2021);

2) заключение с агентством договоров об уступке права требования взыскания дебиторской задолженности к ФИО21, ФИО22, иным дебиторам (второй эпизод);

3) бездействие, выраженное в непринятии мер по взысканию задолженности с дебиторов должника-банкротов: обществ с ограниченной ответственностью «Генезис», «Искони», «Крона», «Миранда», «Перспектива», «Промтехснаб», «Профпроект».

Определением суда от 27.01.2025 заявленные требования удовлетворены частично (по второму эпизоду). С ФИО2 в пользу должника взыскано 5 597 692,23 руб. в возмещение убытков, причинённых в результате заключения с агентством договоров об уступке права требования взыскания дебиторской задолженности. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением апелляционного суда от 02.10.2025 определение суда от 27.01.2025 в обжалуемой части изменено: с ФИО2 в пользу должника взыскано 3 172 875,88 руб. в возмещение убытков в размере, не превышающем сумму, взысканную с агентства в порядке реституции по недействительным договорам об уступке права требования взыскания дебиторской задолженности.

Дополнительным постановлением апелляционного суда от 18.11.2025 с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника дополнительно взыскано в возмещение убытков 145 213,25 руб., причинённых в результате заключения с агентством договоров об уступке прав требования взыскания дебиторской задолженности с ФИО21, ФИО22

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 27.01.2025, постановление апелляционного суда от 02.10.2025 и дополнительное постановление апелляционного суда от 18.11.2025 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение, в обоснование ссылается на следующее: судом апелляционной инстанции не разрешено ходатайство Страховой компании о переходе к рассмотрению спора по


правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) для рассмотрения спора в суде первой инстанции; недоказанность юридического состава для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков, а именно вины, причинно-следственной связи и размера убытков с учётом сделанных в постановлении суда округа от 08.04.2025 выводов о неустановлении непогашенных (на момент заключения договоров цессии) текущих платежей 1-4 очередей и недостаточности в конкурсной массе должника денежных средств для их погашения, об отсутствии оснований для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к погашению стоимости фактически оказанных агентством услуг передачей по номиналу дебиторской задолженности заёмщиков кооператива; имеется правовая неопределённость в оценке действительности не оспоренных 12 из 85 договоров цессии, указанных в постановлении апелляционного суда от 28.07.2025; отсутствие вреда от уступки прав требования к ФИО21 в части 73 500 руб., к ФИО22 в части 12 500 руб. (поскольку должник уступил права на эти суммы в счёт оплаты оказанных ему агентством юридических услуг), что не учтено апелляционным судом при вынесении дополнительного постановления; необходимость применения к уступке прав требования к ФИО21 и ФИО22 по аналогии правового подхода, изложенного в постановлении апелляционного суда от 28.07.2025, а также оценки отказа конкурсного управляющего ФИО23 от оспаривания этих уступок по мотиву нецелесообразности.

В кассационной жалобе страховая компания просит отменить обжалуемые судебные акты и отказать в удовлетворении требований о взыскании с ФИО2 убытков. В обоснование ссылается на восстановление прав должника присуждением реституционного требования к агентству по оспоренным договорам цессии; при таких обстоятельствах удовлетворение иска об убытках и последующая страховая выплата влечёт двойную ответственность и фактическое освобождение агентства от реституционного обязательства и его неосновательное обогащение за счёт страховщика; ФИО2 не причинены убытки в размере разницы между стоимостью уступленных прав (в счёт оплаты услуг агентства) и доходом агентства (цессионария), поскольку этот доход является результатом деятельности агентства по эффективному взысканию с 71 физического лица проблемной дебиторской задолженности с несением значительных временных (более трёх лет), трудовых и финансовых затрат; при этом увеличение длительности процедур банкротства связано с начислением мораторных процентов, удешевлением дебиторской задолженности, поэтому уступки дебиторской задолженности заёмщиков соответствовали целям конкурсного производства; цессии признаны недействительными исключительно в связи с нарушением установленного порядка их совершения в процедуре банкротства.

В дополнении к кассационной жалобе страховая компания ссылается на отсутствие судебных актов о признании недействительными сделок цессии в отношении дебиторской задолженности ФИО21 и ФИО22, как необходимого условия


для взыскания убытков с ФИО2; недоказанности причинно-следственной связи между действиями ФИО2 по заключению договоров цессии в отношении ФИО21 и ФИО22 в целях погашения текущих обязательств должника перед агентством и предполагаемыми убытками.

В приобщённом к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ отзыве на кассационные жалобы агентство просит отменить обжалуемые судебные акты, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В отзыве на кассационные жалобы действующий конкурсный управляющий ФИО20 просит изменить обжалуемые судебные акты в части размера взысканных убытков, взыскать с ФИО2 в пользу должника 3 232 089,76 руб., из которых: 3 172 875,88 руб. убытки, причинённые в результате цессий в отношении 71 дебиторов (по оспоренным договорам об уступке прав требования); 59 213,88 руб. убытки, причинённые в результате цессии требований к ФИО21 и ФИО22 (поскольку на 86 000 руб. от агентства должник получил встречное предоставление).

В отзыве представитель кредиторов должника ФИО7 просит отказать в удовлетворении кассационных жалоб.

Поступившие от агентства в электронном виде через систему «Картотека арбитражных дел» дополнительные доказательства в силу статьи 286 АПК РФ не подлежат приобщению к материалам дела.

Представители ФИО2, страховой компании в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах.

Представители конкурсного управляющего, кредиторов, председатель комитета кредиторов возражали против удовлетворения кассационных жалоб по основаниям, изложенным в отзывах на них.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших участие в судебном заседании, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационных жалобах, законность определения в обжалуемой части, постановления, дополнительного постановления, суд округа пришёл к выводу о наличии оснований для изменения дополнительного постановления апелляционного суда, при этом оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части и постановления апелляционного суда не усматривает.

Как следует из материалов дела, решением суда от 14.12.2018 кооператив признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Определением суда от 07.02.2020 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2, которая определением суда от 18.01.2021 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением суда от 13.04.2021 конкурсным управляющим утверждён ФИО23, который определением суда от 02.11.2022 освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением суда от 13.12.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО20

В отношении второго эпизода действий (бездействия) бывшего конкурсного


управляющего ФИО2, являющихся предметом рассматриваемого заявления, судами установлено, что в период с 16.12.2015 по 08.06.2017 между кооперативом в лице руководителя ФИО24 и заёмщиками (71 физическое лицо) заключены договоры потребительских займов на общую сумму 4 424 004 руб.

В отношении принадлежащих кооперативу прав (требований) к дебиторам по указанным договорам потребительских займов в размере 2 361 750,21 руб. общего остатка задолженности согласно графиков платежей между кооперативом в лице конкурсного управляющего ФИО2 (цедент) и агентством в лице директора ФИО6 (цессионарий) заключён 71 договор уступки прав требования (цессии) от 01.10.2020, 01.11.2020, 30.11.2020 (далее – оспариваемые договоры цессии), согласно пункту 1.2 которого общая стоимость передаваемых прав требований составляет 2 279 603,10 руб.

В силу пункта 2.1 оспариваемых договоров цессии расчёты между сторонами производятся путём принятия цессионарием права требования по договорам потребительского займа к дебиторам (71 физическое лицо) в качестве отступного в связи с имеющейся задолженностью цедента перед цессионарием по оплате договоров об оказании услуг, заключённых в период с 15.01.2018 по 17.11.2018 в редакции дополнительных соглашений.

Согласно выпискам акционерного общества «Альфа-Банк» по расчётным счетам агентства после заключения оспариваемых договоров цессии (за период с 01.11.2020 по 08.11.2023) от 71 физического лица (заёмщика) в адрес агентства поступило 5 452 478,98 руб.

Определением суда от 29.07.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.12.2024, по мотиву неравноценного встречного предоставления признаны недействительными сделками 71 договор цессии между должником и агентством; в порядке реституции с агентства взыскано в конкурсную массу должника 5 452 478,98 руб.

Кроме того, по договору от 30.11.2020 уступки прав требования (цессии) по заключённому между кооперативом и ФИО21 договору потребительского займа от 01.03.2017 № КЗ-0069-01.03.2017 агентству передано право требования к ФИО21 стоимостью 73 500 руб.

В рамках исполнительного производства на основании решений мирового судьи и суда общей юрисдикции от 26.05.2021, 05.08.2021, 22.12.2021 о взыскании основного долга, процентов, неустойки, расходов по уплате государственной пошлины с ФИО21 в пользу агентства взыскано 95 805,07 руб.

Также между кооперативом и ФИО22 заключён договор потребительского займа от 23.08.2016 № КЗ-292-23.08.2016, право требования по которому уступлено агентству по цене 12 500 руб. по договору цессии от 30.11.2020.

Агентству от ФИО22 поступило 49 408,18 руб.

Удовлетворяя поданное в защиту имущественных прав должника и его кредиторов


заявление ФИО3 о взыскании убытков с ФИО2 в результате заключения договоров цессии, по которым агентство получило возврат займов от 71 дебиторов в сумме 5 452 478,98 руб., от ФИО21 – 95 805,07 руб., от ФИО22 – 49 408,18 руб., всего 5 597 692,23 руб., суд первой инстанции констатировал нарушение статей 110, 111, 139, 140 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Изменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции учёл выводы, сделанные в постановлении суда округа от 08.04.2025 (о взыскании с агентства в порядке реституции по 71 цессии 3 172 875,88 руб. – уступленных ФИО2 агентству в отсутствие встречного предоставления должнику, что причиняет вред имущественным интересам кредиторов. В остальной части (5 452 478,98 руб. - 3 172 875,88 руб.) убытки должнику не причинены поскольку сумма этой разницы (2 279 603,10 руб.) получена от заёмщиков агентством в счёт оплаты его услуг должнику по договорам об оказании юридических услуг.

Дополнительным постановлением с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника взыскано 145 213,25 руб. убытков, причинённых совершением уступки прав требования по договорам потребительского займа к ФИО21, ФИО22, при этом апелляционный суд указал на применение того же подхода, что и в постановлении суда округа от 08.04.2025.

Выводы судов, изложенные в определении суда первой инстанции в обжалуемой части и постановлении суда апелляционной инстанции, соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несёт ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Под убытками, причинёнными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

Ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, её применение возможно при наличии условий, предусмотренных статьёй 15 ГК РФ.


В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, наличие убытков и их размер с разумной степенью достоверности, а также причинная связь между такими действиями и возникшими убытками.

Вина причинителя убытков презюмируется и в силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ может быть опровергнута им в суде (статьи 65, 66 АПК РФ).

Рассмотрев данный обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций на основании установленных определением суда от 29.07.2024, постановлением апелляционного суда от 11.12.2024 в неотменённой части судом кассационной инстанции, постановлением суда округа от 08.04.2025 обстоятельств недействительности на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве 71 договора цессии, подписанных между должником в лице конкурсного управляющего ФИО2 и агентством, по договорам потребительских займов в части 3 172 875,88 руб. – суммы, превышающей номинальную стоимость дебиторской задолженности – 2 279 603,10 руб., погашение которой произведено в счёт уплаты текущего долга кооператива перед агентством по договорам оказания юридических услуг, пришли к правильным выводам о том, что в результате заключения указанных 71 договора цессии должнику и его кредиторам причинён вред путём вывода актива – задолженности по договорам потребительских займов без учёта потенциала её увеличения (возврата долга, начисленных процентов на сумму займов и штрафных санкций за просрочку), без конкуренции за цену отчуждения, при этом ФИО2 как антикризисному менеджеру, которому доверена защита имущественных интересов кредиторов, известно об отсутствии оснований передавать агентству требования к заёмщикам сверх стоимости оказанных им должнику услуг.

Довод ФИО2 о недоказанности юридического состава для взыскания убытков (вины, причинно-следственной связи, размера убытков) отклоняется как несостоятельный.

Неправомерность уступок, произведённых ФИО2, причинение ими должнику вреда и размер вреда установлены вступившими в законную силу определением суда от 29.07.2024, постановлением апелляционного суда от 11.12.2024 в неотменённой части, постановлением суда округа от 08.04.2025.

Наличие либо отсутствие на момент заключения договоров цессии непогашенных требований кредиторов по текущим платежам 1-4 очередей погашения и средств в конкурсной массе должника для их погашения в предмет доказывания по требованию


о взыскании убытков не входит (имело значение только для оценки действительности цессий по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Доводы страховой компании о восстановлении прав должника присуждением агентству реституционного обязательства, фактическом освобождении от него агентства и его неосновательном обогащении за счёт страховщика ответственности ФИО2 отклоняются исходя из следующего.

В силу статьи 1080 ГК РФ, если несколько лиц действовали совместно, они несут ответственность солидарно.

Пунктами 8, 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путём применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлёкшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путём взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Данные разъяснения подлежат применению также при рассмотрении арбитражными судами дел о взыскании убытков с ликвидатора (членов ликвидационной комиссии), внешнего или конкурсного управляющих, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

Применение последствий недействительности сделок не исключает возможность привлечения руководителя должника (его конкурсного управляющего) к ответственности в виде возмещения убытков.

Постановлением суда округа от 08.04.2025 установлено, что уступка прав требований несостоятельного должника к заёмщикам по договорам потребительского займа сверх причитающегося агентству осуществлялась заведомо для сторон безвозмездно.

Агентство не исполнило реституционное обязательство, перспектива его исполнения неочевидна, поскольку в отношении него возбуждено дело о банкротстве (А70-9395/2025), 17.10.2025 введено наблюдение.

В заседании суда округа лица, участвующие в обособленном споре, пояснили, что должник реституционное требование к агентству не отчуждал, соответственно, продолжает оставаться кредитором всех лиц, солидарно причинивших вред неправомерными цессиями требований должника к заёмщикам.

ФИО2 совместно с агентством сформировала условия цессий и допустила


выбытие актива должника в ущерб имущественным интересам кредиторов.

При таких обстоятельствах ответственность агентства по реституционному требованию должника и бывшего конкурсного управляющего из причинения убытков должнику является солидарной, поэтому взыскание убытков с ФИО2 не является двойной ответственностью.

При осуществлении страховой выплаты в счёт исполнения обязанности ФИО2 по возмещению убытков, страховая компания приобретает права, вытекающие из правил статей 322-325 ГК РФ, общих и индивидуальных условий страхования ответственности ФИО2

Вопреки приведённому ФИО2 доводу, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ оснований для перехода к рассмотрению спора по правилам арбитражного суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имелось.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции ошибочно определил в дополнительном постановлении размер убытков вследствие уступки ФИО2 агентству прав требования по договорам потребительского займа к ФИО21, ФИО22, поскольку присуждённые 145 213,25 руб. являются суммой всех (рассмотренных в рамках настоящего обособленного спора) поступлений агентству от этих двух заёмщиков, тогда как 86 000 руб. из них агентство получило обоснованно (за свои юридические услуги должнику, факт оказания и стоимость которых не оспорены).

Указанную позицию изложила в суде апелляционной инстанции и в отзыве на кассационные жалобы действующий конкурсный управляющий ФИО20 (указав на то, что должник получил от агентства встречное предоставление по договорам оказания юридических услуг в сумме 86 000 руб. и оплатил его уступкой прав к ФИО21 (73 500 руб.) и ФИО22 (12 500 руб.)).

При этом договоры оказания услуг (по признакам неравноценности вознаграждения объёму и содержанию деятельности агентства, или отсутствия услуг, или фиктивности долга за юридические услуги) не оспорены, факт оказания агентством услуг должнику на сумму 86 000 руб. не опровергнут.

Доводы кассаторов о том, что цессии права к этим заёмщикам не оспорены, выводы судов не опровергают, поскольку гражданский оборот строится на принципах эквивалентности встречных экономических предоставлений, недопустимости неосновательного обогащения, более того, за счёт обанкротившегося потребительского кооператива и его кредиторов, являющихся непрофессиональными инвесторами и в большей своей массе лицами преклонного возраста.

Вместе с тем агентство без каких-либо оснований получило от ФИО21 22 305,70 руб., от ФИО22 36 908,18 руб.

В обязанности конкурсного управляющего входит формирование и экономия конкурсной массы от необоснованных расходов, которые ФИО2 не исполнила, чем допустила причинение должнику убытков в сумме неосновательного обогащения агентства.


Правила о недопустимости неосновательного обогащения применятся независимо от того, явилось ли оно результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Арбитражный управляющий обязан знать и применять указанные нормы права в своей деятельности в законных интересах должника и его кредиторов.

Поскольку, как следует из постановления суда округа от 08.04.2025, агентство имело право на погашение действительно существующего долга за его услуги, но не имело законных оснований принимать от должника иные его требования к заёмщикам, в том числе на дальнейшее (после цессий) начисление заёмных процентов, неустоек, сумма 59 213,88 руб. безосновательно утрачена должником, что является для него убытками вследствие недобросовестных действий арбитражного управляющего ФИО2

Ввиду того, что фактические обстоятельства, имеющие значение для спора, установлены судом апелляционной инстанции верно, суд кассационной инстанции полагает необходимым дополнительное постановление апелляционного суда изменить в соответствующей части.

Ссылки кассаторов на постановление суд апелляционной инстанции от 28.07.2025 отклоняются, поскольку оно вынесено по другому спору с иными фактическими обстоятельствами.

Доводы агентства о том, что оно понесло расходы в связи оказанием услуг должнику (почтовые, на оплату государственных пошлин по судебным делам с участием заёмщиков) не опровергают выводов судов, поскольку эти расходы не являются предметом соглашений должника и агентства, включённых в условия договоров уступок (цессий), заключённых с нарушением Закона о банкротстве, признанных недействительными, причинивших должнику убытки.

Убытки, являющиеся предметом настоящего спора, определены исходя исключительно из оснований недействительности цессий, либо неосновательного обогащения агентства сверх стоимости его услуг (по цессиям прав к ФИО21 и ФИО22), возникшего вследствие незаконных действий ФИО2

При наличии у агентства требований к должнику в связи с исполнением договоров об оказании юридических услуг, агентство вправе в общем процессуальном порядке заявить об их погашении, обосновав документально правомерность требований и их размер.

В силу положений статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, пропорционально размеру удовлетворённых исковых требований.

Расходы ФИО2 и страховой компании на оплату государственной пошлины по кассационным жалобам в части отказа во взыскании убытков в сумме 86 000 руб. относятся на должника, поскольку именно в его интересах председатель


комитета кредиторов ФИО3 обращался в суд с рассматриваемым заявлением.

Руководствуясь пунктами 1 и 2 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 27.01.2025 в обжалуемой части и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2025 по делу № А70-4536/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2, общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ТИТ» – без удовлетворения.

Дополнительное постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2025 по делу № А70-4536/2018 изменить, изложив его резолютивную часть следующим образом.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу кредитного потребительского кооператива «Тюменский фонд сбережений» 59 213,25 руб. убытков.

Взыскать с кредитного потребительского кооператива «Тюменский фонд сбережений» в пользу ФИО2 518 руб. судебных расходов на оплату государственной пошлины по кассационной жалобе.

Взыскать с кредитного потребительского кооператива «Тюменский фонд сбережений» в пользу общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ТИТ» 1 295 руб. судебных расходов на оплату государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Н.А. Шарова

Судьи С.А. Доронин

ФИО1