Постановление от 18 октября 2024 г. по делу № А33-36771/2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-36771/2023
г. Красноярск
18 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «07» октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «18» октября 2024 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Барыкина М.Ю.,

судей: Бабенко А.Н., Иванцовой О.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маланчик Д.Г.,

при участии в судебном заседании:

от истца - общества с ограниченной ответственностью «Тагульское»: ФИО1, представитель по доверенности от 07.08.2023 № 174, выданной в порядке передоверия по доверенности от 29.06.2023 № 122, диплом, свидетельство о заключении брака;

от ответчика - общества с ограниченной ответственностью «СТроительство-ЭлектроМонтаж»: ФИО2, представитель по доверенность от 18.12.2023, диплом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «СТроительство-ЭлектроМонтаж» и общества с ограниченной ответственностью «Тагульское» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2024 по делу № А33-36771/2023,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Тагульское» (далее также – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СТроительство-ЭлектроМонтаж» (далее также – ответчик) о взыскании неустойки в размере 1 681 966,91 руб., в том числе: 1 498 828,23 руб. – за просрочку поставки товара; 183 138,68 руб. – за просрочку предоставления конструкторской документации.

Определением суда от 01.02.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечено акционерное общество «Томский научно-исследовательский и проектный институт Нефти и Газа» (далее также – третье лицо).

Решением суда от 25.04.2024 с ответчика в пользу истца взыскано 625 974,30 руб., в том числе: 509 190,96 руб. – неустойка за просрочку поставки товара; 91 569,34 руб. - неустойка за просрочку предоставления конструкторской документации; 25 214 руб. - расходы по оплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец и ответчик обратились в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят решение суда первой инстанции изменить согласно апелляционным жалобам.

По мнению ответчика, судом первой инстанции неправильно произведен расчет неустойки за нарушение сроков поставки товара и предоставления документации, так как суд первой инстанции не учел и не оценил всех доводов ответчика.

По мнению истца, судом первой инстанции неправильно произведен расчет неустойки за нарушение сроков поставки товара и предоставления документации, так как суд первой инстанции ошибочно применил мораторий и снизил неустойку.

Стороны представили в материалы дела отзывы на апелляционные жалобы друг друга, истец просит отказать в апелляционной жалобе ответчика, ответчик же просит суд апелляционной инстанции отказать в апелляционной жалобе истца.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в соответствии с требованиями статей 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (посредством размещения текста определений о принятии апелляционных жалоб к производству и публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в Картотеке арбитражных дел на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» http://kad.arbitr.ru), явку представителей в судебное заседание не обеспечило. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие третьего лица.

Представитель истца изложил возражения по доводам апелляционной жалобы ответчика, поддержал свою апелляционную жалобу. Представитель ответчика поддержал доводы своей апелляционной жалобы, возразил по апелляционной жалобе истца.

Апелляционная коллегия, руководствуясь статьей 159 и абзацем вторым части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщила к материалам дела дополнительные доказательства истца, представленные c дополнением к отзыву от 02.10.2024 через систему «Мой Арбитр». Ответчик возражений относительно приобщения документов не заявил, против рассмотрения апелляционных жалоб сторон не возражал, пояснив, что дополнительные документы им были получены.

Третий арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ), оценив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, изучив материалы дела, проверив правильность применения норм материального права и процессуального права, установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) был заключен договор поставки материально-технических ресурсов (прейскурантный) от 19.11.2021 № 7520321/0685Д (далее также – договор), согласно пункту 1.1 которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя товар по номенклатуре, качеству, в количестве, по цене и срокам поставки согласно условиям договора, приложений, отгрузочных разнарядок, а покупатель принять и оплатить товар.

В соответствии с пунктом 4.1 договора график и сроки поставки, отгрузочные реквизиты, а также иные условия поставки определяются покупателем в отгрузочных разнарядках, составляемых по форме приложения № 2 к настоящему договору и направляемых в адрес поставщика в соответствии с пунктом 3.4 договора.

Согласно пункту 8.1.1 договора в случае нарушения сроков поставки товара, предусмотренных в договоре и отгрузочных разнарядках к нему, в том числе в случае несоответствия количества поставленного товара сопроводительным документам, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 0,1 % от стоимости непоставленного в срок товара за каждый день просрочки, но не более чем 30 % от стоимости непоставленного в срок товара. При этом пеня рассчитывается за период с даты истечения срока поставки до даты исполнения поставщиком обязательств по поставке.

На основании пункта 8.1.4 договора в случае нарушения сроков предоставления проектно-конструкторской документации, установленных договором / отгрузочной разнарядкой, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 1 000 руб. в день за каждый день просрочки, но не более чем 5 % от стоимости товара, на который не была предоставлена проектно-конструкторская документация.

В соответствии с отгрузочной разнарядкой (приложение № 13 к договору) ответчик в течение 150 календарных дней с момента подписания договора обязан поставить истцу системы промышленного электрического обогрева в количестве 3 (трех) комплектов (СЭО 7522914/0284Д20-857000-СЭО-ТТ-001; СЭО 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001; СЭО 7522914/0284Д20-856000-СЭО-ТТ-001) на общую сумму 4 996 094,11 руб.

Кроме того, согласно отгрузочной разнарядке поставщик обязан в срок не позднее 30 (тридцати) календарных дней с даты подписания отгрузочной разнарядки предоставить покупателю для согласования оригиналы конструкторской документации на товар, разработанной на основании технических требований покупателя.

Договор и отгрузочная разнарядка подписаны сторонами 13.12.2021.

Представленная ответчиком конструкторская документация согласована истцом в соответствии с письмами № ТМ-1523 от 01.04.2022 (СЭО 7522914/0284Д20-857000-СЭО-ТТ-001), № ТМ-3304 от 12.07.2022 (СЭО 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001), № ТМ-1791 от 15.04.2022 (СЭО 7522914/0284Д20-856000-СЭО-ТТ-001).

Ответчик поставил в адрес истца товар 06.06.2023, что подтверждается товарной накладной от 02.03.2023 № 30203, актами о приеме (поступлении) оборудования № 67-0419-2320257040, № 67-0419-2320256729 и № 67-0419-2320256728 от 06.06.2023.

В исковом заявлении за нарушение сроков поставки товара истец начислил ответчику неустойку в размере 1 498 828,23 руб., за нарушение сроков предоставления конструкторской документации истец начислил неустойку в размере 183 138,68 руб.

Со ссылкой на нарушение ответчиком сроков поставки товара и нарушение сроков предоставления истцу конструкторской документации, после соблюдения претензионного порядка урегулирования спора, истец обратился в арбитражный суд с иском.

Проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом решении, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Заключенный сторонами договор по своей правовой природе является смешанным, содержит элементы договоров поставки и подряда, отношения по которым урегулированы главам 30 и 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

На основании пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В силу статей 65 и 9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требовании и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении № 305-ЭС15-12239 (5) от 26.11.2018 указал, что в силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно было быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает противоположная сторона.

Товар поставлен ответчиком в адрес истца 06.06.2023, что следует из товарной накладной от 02.03.2023 № 30203 и актов о приеме (поступлении) оборудования № 67-0419-2320257040, № 67-0419-2320256729 и № 67-0419-2320256728 от 06.06.2023.

Следовательно, срок поставки товара ответчиком нарушен.

За нарушение сроков поставки истец начислил пени с 13.05.2022 по 06.06.2023.

В суде первой инстанции ответчиком было заявлено о том, что поставка товара не могла быть осуществлена до разработки и согласования конструкторской документации с истцом. Процедура согласования конструкторской документации затянулась не по вине ответчика, а из-за поведения истца и привлеченного им третьего лица.

Суд первой инстанции не дал оценки указанным доводам.

Вместе с тем, в соответствии с положениями пункта 3 статьи 405 и пункта 1 статьи 406 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства. Кредитор считается просрочившим также в случаях, указанных в пункте 2 статьи 408 настоящего Кодекса.

Таким образом, должник не может быть привлечен к ответственности кредитором за просрочку исполнения, обусловленную просрочкой самого кредитора.

Положения пункта 3 статьи 405 и пункта 1 статьи 406 ГК РФ сформулированы императивно, не могут быть изменены соглашением сторон и независимо от их заявлений подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих споров.

Указанные выводы соответствуют правовой позиции, указанной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2013 № 12945/13 по делу № А68-7334/2012 и в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2017 по делу № 305-ЭС16-17914, А40-96003/2015.

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

На основании пункта 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Из материалов дела следует, что спорный товар не является товаром массового производства, товар изготавливался индивидуально для истца, согласно предоставленным ответчику исходным данным и техническим требованиям. Без разработки и согласования конструкторской документации товар не мог быть размещен в производство. Изложенное следует из предмета договора, пункта 7.9 договора, а также из отгрузочной разнарядки и технических требований (приложения № 3 и № 13 к договору).

Так, в отгрузочной разнарядке указано, что поставляемый товар по своему качеству и комплектности должен соответствовать техническим требованиям, указанным в столбце «Нормативный документ» табличной части приложения, требованиям предусмотренным законодательством Российской Федерации, требованиям национальных стандартов (ГОСТ), техническим условиям (ТУ) и/или иной нормативно-технической документации применительно к каждому из видов товара, а также техническим требованиям покупателя (опросным листам, техническому заданию, конструкторской документации, техническому проекту, чертежу и др.) на данный вид товара, которые указываются в приложениях (спецификациях) к настоящему договору и дополнениях к ним.

На основании пункта 7.9 договора в случае просрочки покупателем согласования проектно-конструкторской документации на товар, срок исполнения обязательств поставщика по поставке товара продлевается соразмерно периоду просрочки, и поставщик не несет ответственности за просрочку поставки в пределах такого продления.

Согласно материалам дела ответчиком истцу первые варианты конструкторской документации были направлены на согласование с письмами № 2022-688 от 31.05.2022, № 2022-282 от 09.03.2022, № 2022-283 от 09.03.2022. Однако конструкторская документация не были согласованы истцом, о чем свидетельствует переписка сторон.

Оценив представленную в материалы дела переписку между истцом и ответчиком, связанную с разработкой конструкторской документации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчик не мог исполнить обязательства по поставке товара в установленный договором срок по причине того, что истцом необоснованно затягивалось согласование необходимой для производства товара конструкторской документации.

Так, в отношении системы электрического обогрева № 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 установлено, что письмом № 2022-688 от 31.05.2022 ответчик направил в адрес истца для согласования разработанную конструкторскую документацию. Истцом в ответ на данную конструкторскую документацию были направлены письма № ТМ-2810 от 10.06.2022, № ТМ-1371 от 04.07.2022 с замечаниями. В ответ на указанные замечания были высланы письма ответчика № 2022-818 от 24.06.2022 и № 2022-902 от 07.07.2022. При этом из таблицы замечаний усматривается, что из семи первоначально выставленных замечаний пять замечаний было снято истцом без исправлений с учетом возражений ответчика. Одно из первоначальных замечаний истец заявил повторно, указав на то, что в комплект поставки должны входить крепежные и установочные элементы. Материалы и крепежные элементы, включенные в поставки заказчика, надо согласовать с заказчиком. Данное повторное замечание было снято истцом с учетом возражений ответчика (вводные питающие кабеля не входят в зону поставки. Поставщик поставляет товар строго в соответствии с тендерными техническими требованиями и с согласованной заказчиком тендерной спецификацией). Конструкторская документация была согласована письмом № ТМ-3304 от 12.07.2024. Кроме того, из материалов дела следует, что ответы на письма ответчика направлены после направления истцу повторных писем № 2022-729 от 06.06.2022, № 2022-858 от 30.06.2022 с просьбами рассмотреть документацию и сообщить о результатах ее рассмотрения. Кроме того, из протокола рассмотрения конструкторской документации по СЭО № 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 следует, что истцом было выставлено замечание (предусмотреть в комплекте схему электрообогрева устья скважины….), которое снято истцом после телефонных переговоров с ответчиком. Следовательно, задержка согласования конструкторской документации обусловлена тем, что истцом в адрес ответчика выставлялись некорректные замечания по содержанию конструкторской документации, которые снимались в нескольких рассмотрениях.

В отношении СЭО № 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 также было заявлено замечание «выделить отдельной строкой линию ВВ2/1». Данное замечание снято истцом с указанием на то, что замечание устранено. Однако это замечание было заявлено вместе с замечаниями, которые были сняты с учетом возражений ответчика об их ошибочности, и устранено до того, как истец снял необоснованно заявленное повторное замечание. Более того, как следует из пояснений ответчика и подготовленной им справки от 11.01.2024 № 2024-13, указанное замечание не было обусловлено ошибкой проектирования, принято ответчиком как исправление не обусловленное его виной, в подтверждение чего ответчик представил протоколы изменений и разрешения на внесения изменений. В опровержение этих доводов истец представил письменные пояснения от 03.10.2024 с дополнительными документами. Истец указал «замечания были даны ввиду несоответствия КД требованиям ТТ на СЭО в части протяженности трубопроводов и разделения по линиям, то есть решениям проекта, см. Приложение А ТТ на СЭО». Вместе с тем, указанное обоснование замечаний приведено в отношении пяти замечаний, четыре из которых сняты истцом без исправлений на основании возражений ответчика. Конкретные проектные решения истец не указал. Исходя из чего, а также учитывая, что судебный процесс носит состязательный характер, апелляционный суд принимает доводы ответчика как доказанные.

Истцом не представлено доказательств того, что длительное согласование спорной конструкторской документации обусловлено ошибками ответчика, а не выставлением в его адрес необоснованных замечаний со стороны истца (статьи 9, 65 АПК РФ).

Конструкторская документация была согласована истцом в письме № ТМ-3304 от 12.07.2024. Соответственно, только после наступления указанной даты ответчик смог приступить к производству и поставке в адрес истца спорного товара.

В связи с чем, а также учитывая, что доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для применения абзаца третьего пункта 1 статьи 406 ГК РФ, в материалы дела не представлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что факт просрочки кредитора в отношении системы электрического обогрева № 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 материалами настоящего дела подтвержден.

Кроме того, учитывая, что спорные обязательства по поставке товара возникли до 01.04.2022, истцом при расчете пени за нарушение сроков поставки товара ошибочно не учтен введенный постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее также – Постановление № 497) мораторий.

Так, согласно пунктам 1 и 3 постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее также – Постановление № 497) с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Как следует из преамбулы Постановления № 497 и постановления Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Постановление № 497 принято в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В соответствии с положениями абзаца 30 статьи 2 Закона о банкротстве под мораторием понимается приостановление исполнения должником денежных обязательств и уплаты обязательных платежей.

На основании подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 и абзаца 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым – десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона, в частности не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Согласно пункту 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Из системного толкования статей 5, 63 Закона о банкротстве следует, что правовой инструмент в виде моратория разделяет все денежные обязательства и обязательные платежи на текущие и реестровые, определяя их правовую природу, в первую очередь, в зависимости от даты их возникновения.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Постановление № 44) в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 НК РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве. Вместе с тем, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В ответе на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, указано, что одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Таким образом, в период действия указанного моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, неустойка за нарушение договорных обязательств (как денежных, так и неденежных) не начисляется (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845).

При этом, поскольку введение моратория осуществляется согласно положениям Закона о банкротстве, законодателем предусмотрены аналогичные правовые последствия введения моратория и введения процедуры наблюдения, гражданским законодательством самостоятельного понятия мораторий не предусмотрено, порядок определения момента возникновения требования для целей применения моратория должен быть аналогичен порядку определения указанного момента при возбуждении дела о банкротстве.

В целях установления момента возникновения требования кредитора необходимо учитывать положения Закона о банкротстве, из совокупного толкования пункта 1 статьи 5 которого и разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее также - Постановление № 63), в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что требования кредиторов относятся к текущим платежам, если они возникли после начала действия моратория (то есть в рассматриваемом случае после 01.04.2022).

Согласно пункту 2 Постановления № 63 в силу абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. По смыслу этой нормы текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. В договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга (за исключением выкупного)), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве.

Как следует из положений пункта 11 Постановления № 63, при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание следующее. Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств. Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются текущими платежами.

При этом согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из положений абзаца пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3 статьи 63 Закона о банкротстве текущими являются только денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются текущими ни в какой процедуре. Если денежное обязательство или обязательный платеж возникли до возбуждения дела о банкротстве, но срок их исполнения должен был наступить после введения наблюдения, то такие требования по своему правовому режиму аналогичны требованиям, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, поэтому на них распространяются положения Закона о банкротстве о требованиях, подлежащих включению в реестр.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством для квалификации требования как попадающего под действие моратория является момент возникновения обязательства. При этом с учетом общих положений гражданского законодательства и норм Закона о банкротстве следует различать момент возникновения обязательства и срок его исполнения (статья 314 ГК РФ), которые могут не совпадать, поскольку требование существует независимо от того, наступил срок его исполнения или нет.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2023 № 305-ЭС23-4006 по делу № А40-78775/2021 в целях исключения неравного положения кредиторов, по существу с одинаковыми требованиями (о применении мер ответственности за нарушение обязательств), при разрешении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей таких требований указанные разъяснения в пункте 11 Постановления № 63 хотя и даны в отношении только мер ответственности за нарушение денежных обязательств, по аналогии подлежат применению и к требованиям кредиторов, вытекающим из ненадлежащего исполнения неденежного обязательства.

Указанный мораторий распространяется на ответчика, иного из материалов дела не усматривается (презумпция применимости моратория не опровергнута). Доказательств наличия оснований для неприменения моратория в материалы дела не представлено.

Доводы апелляционной жалобы истца, что мораторий в данном деле не подлежит применению, поскольку требования о взыскании неустойки возникли с 13.05.2022, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку, как указывалось ранее, юридически значимым обстоятельством для квалификации требования, как попадающего под действие Постановления № 497, является момент возникновения обязательства. После истечения срока исполнения обязательства лишь начинает течь просрочка исполнения, само же обязательство по предоставлению исполнения возникает раньше. Срок для исполнения обязательства не всегда совпадает с датой возникновения обязательства. Обязательство существует независимо от того, истек срок его исполнения либо нет.

Истец полагает, что мораторий не подлежит применению, поскольку срок поставки товара истек 12.05.2022. Вместе с тем, считая юридически значимой в целях применения моратория дату окончания срока передачи товара по договору, истец не учитывает, что указанная дата лишь определяет момент трансформации обеспеченного обязательства в нарушенное состояние (неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательства), однако не изменяет срока его возникновения. Согласно спецификации товар подлежал поставки в течение 150 календарных дней с даты подписания договора. Следовательно, обязанность по поставке стала активной с 13.12.2021, то есть до введения моратория.

Ссылки истца на судебную практику не принимаются, так как указанные судебные акты приняты при иных фактических обстоятельствах дела, судебные акты не являются преюдициальными. Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 07.03.2024 № 304-ЭС23-25939 указал, что для целей квалификации требований в качестве текущих или реестровых имеет значение дата возникновения обязанности должника по встречному представлению в своей части обменной сделки (в данном случае момент возникновения обязательства по поставке товара), а вывод судов о необходимости учета в целях применения моратория даты нарушения обязательства является ошибочным.

Таким образом, неустойка за нарушение сроков поставки товара не подлежит начислению до окончания срока действия моратория, поскольку обязательства ответчика по поставке товара возникли до момента введения указанного моратория.

Ответчиком в материалы дела представлен контррасчет неустойки с 10.11.2022 по 06.06.2023. Однако в соответствии с положениями пункта 1 статьи 479 ГК РФ, если договором купли-продажи предусмотрена обязанность продавца передать покупателю определенный набор товаров в комплекте (комплект товаров), обязательство считается исполненным с момента передачи всех товаров, включенных в комплект.

В силу пунктов 1.1, 4.1 договора поставщик обязуется передать в собственность покупателя товар по номенклатуре, качеству, в количестве, по цене и срокам поставки согласно условиям договора, приложений, отгрузочных разнарядок. График и сроки поставки, отгрузочные реквизиты, иные условия поставки определяются покупателем в отгрузочных разнарядках, составляемых по форме приложения № 2 к договору и направляемых в адрес поставщика в соответствии с пунктом 3.4 договора.

В случае если предусмотрено соответствующей отгрузочной разнарядкой, товар должен поставляться комплектом. В отгрузочной разнарядке должно быть определено, что считается комплектом для конкретного товара. Товар, не соответствующий описанию, данному в отгрузочной разнарядке, считается некомплектным (пункт 5.4 договора).

Из представленной в материалы дела отгрузочной разнарядки «Условие о комплектности» усматривается, что поставляемый товар по своему качеству и комплектности должен соответствовать техническим требованиям, указанным в столбце «Нормативный документ» табличной части приложения, требованиям предусмотренным законодательством Российской Федерации, требованиям национальных стандартов (ГОСТ), техническим условиям (ТУ) и/или иной нормативно-технической документации применительно к каждому из видов товара, а также техническим требованиям покупателя (опросным листам, техническому заданию, конструкторской документации, техническому проекту, чертежу и др.) на данный вид товара, которые указываются в приложениях (спецификациях) к настоящему договору и дополнениях к ним.

Таким образом, в отгрузочной разнарядке отражено условие о комплектности, которое не содержит указания на то, что все позиции предусмотренного отгрузочной разнарядкой товара являются единым комплектом товара. В отгрузочной разнарядке по каждой позиции определены самостоятельные № сводной позиции / заявки, объект, наименование товара, нормативный документ, график поставки (количество товара, подлежащее к поставке в конкретном периоде поставки), цена товара. Исходя из чего, расчет неустойки необходимости производить по каждой позиции товара.

Таким образом, неустойка за нарушение срока поставки СЭО 7522914/0284Д20-857000-СЭО-ТТ-001 и СЭО 7522914/0284Д20-856000-СЭО-ТТ-001 подлежит начислению с 02.10.2022 по 06.06.2023, неустойка за нарушение срока поставки СЭО 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 подлежит начислению с 10.11.2022 по 06.06.2023.

В отношении СЭО 7522917/0174Д-33-810000-СЭО-ТТ-001 период поставки товара определен исходя из того, что по причине просрочки кредитора ответчик смог приступить к производству товара с 12.07.2022. Период для поставки товара 120 дней, так как срок поставки товара и разработки конструкторской документации 150 календарных дней, из них 30 дней – это срок для предоставления конструкторской документации.

В свою очередь, в отношении товаров СЭО 7522914/0284Д20-856000-СЭО-ТТ-001 и СЭО 7522914/0284Д20-857000-СЭО-ТТ-001 суд апелляционной инстанции отмечает, что истец согласовал документацию согласно письмам № ТМ-1523 от 01.04.2022 и № ТМ-1791 от 15.04.2022. Соответственно, поскольку после указанных согласований ответчик уже мог приступить к производству товара, срок для поставки данного товара истек до момента окончания срока действия моратория, введенного Постановлением № 497

Исходя из чего, апелляционная коллегия отклоняет доводы ответчика о просрочке кредитора со стороны истца в отношении товаров СЭО 7522914/0284Д20-856000-СЭО-ТТ-001 и СЭО 7522914/0284Д20-857000-СЭО-ТТ-001, поскольку указанные доводы не могут повлиять на результат рассмотрения настоящего дела (в любом случае со 02.10.2022 ответчиком допущена просрочка поставки товаров, а в период с 13.05.2022 по 01.10.2022 неустойка не подлежит начислению в связи с действием моратория).

Соответственно, размер обоснованно начисленной неустойки за нарушение сроков поставки 1 126 191,84 руб. (2 102 773,64 руб. x 248 дней (с 02.10.2022 по 06.06.2023) x 0,1 %) + (2 893 320,47 руб. x 209 дней (с 10.11.2022 по 06.06.2023) x 0,1 %).

В отношении неустойки за нарушение срока предоставления документами судом апелляционной инстанции установлено, что материалы для разработки конструкторской документации были направлены истцом ответчику в соответствии с письмом № ТМ-5365 от 15.12.2021. Срок для разработки и предоставления конструкторской документации по условиям договора до 12.01.2022. Из материалов дела следует, что первые варианты рабочей документации были направлены на согласование ответчиком согласно письмам от 31.05.2022 № 2022-688, от 09.03.2022 № 2022-282 и от 09.03.2022 № 2022-283.

Конструкторская документация согласована в апреле и июле 2022 года.

Таким образом, с учетом моратория, неустойка за нарушение срока предоставления конструкторской документации подлежит начислению с 13.01.2022 по 31.03.2022, размер неустойки составляет 78 000 руб. (1 000 руб. x 78 дней (с 13.01.2022 по 31.03.2022)).

Суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами истца о необходимости расчета неустойки за нарушение срока предоставления конструкторской документации по каждой товарной позиции отдельно, так как при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 ГК РФ).

Верховный Суд Российской Федерации в Определении № 302-ЭС17-6131 от 07.06.2017 по делу № А19-17717/2015 указал на то, что при толковании на основании положений статьи 431 ГК РФ условий договора к вопросам ответственности предъявляются повышенные требования к определенности и непротиворечивости условий договора, расширительное толкование условий договора не допускается.

По условиям договора, в случае нарушения сроков предоставления проектно-конструкторской документации, установленных договором / отгрузочной разнарядкой, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 1 000 руб. в день за каждый день просрочки, но не более чем 5 % от стоимости товара, на который не была предоставлена проектно-конструкторская документация (пункт 8.1.4 договора).

Следовательно, исходя из буквального толкования пункта 8.1.4 договора, стороны при подписании спорного договора согласовали, что размер неустойки составляет 1 000 руб. в день за каждый день просрочки предоставления документации.

Из условий договора не следует, что в том случае, когда ответчик нарушил срок для предоставления конструкторской документации по нескольким позициям товара, то размер неустойки увеличивается и составляет более 1 000 руб. в день.

Вместе с тем, производя расчет неустойки за нарушение сроков предоставления конструкторской документация по каждой позиции товара, истец тем самым применил размер неустойки в размере более 1 000 руб. в день за каждый день просрочки.

Следует также отметить, что в соответствии с материалами дела и пояснениями сторон текст договора подготовлен истцом. При этом согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Доказательств того, что надлежащее исполнение обязательств было невозможно вследствие обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), ответчик в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил.

Таким образом, обоснованно начисленный размер неустойки за нарушение сроков поставки товара составляет сумму 1 126 191,84 руб., за нарушение срока предоставления конструкторской документации составляет сумму 78 000 руб.

В остальной части неустойка начислена истцом неправомерно.

Суд первой инстанции при рассмотрении спора согласился с доводами ответчика о необходимости снижения неустойки и применил положения статьи 333 ГК РФ. Истец не согласился с данными выводами суда первой инстанции. В апелляционной жалобе истцом указано, что ответчик не доказал наличия оснований для снижения неустойки. Ответчик в апелляционной жалобе указал, что неустойка требует дополнительного снижения.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 № 263-О указал, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

На основании положений абзаца 1 пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, назначением института ответственности за нарушение обязательств в гражданском праве является восстановление имущественного положения потерпевшего вследствие несвоевременного исполнения обязательств, а не его неосновательное обогащение за счет нарушителя.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание установленные договором размеры пени, отсутствие доказательств наступления для истца негативных имущественных последствий вследствие нарушения ответчиком спорных обязательств по договору, отсутствие в договоре условия о предварительной оплате, то есть ответчик не пользовался денежными средствами истца в период нарушения обязательств, а также то, что размер правомерно начисленной неустойки (1 204 191,84 руб.) практически равен ? стоимости товара (4 996 094,11 руб.), суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для снижения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции полагает возможным уменьшить размер неустойки до суммы в размере 540 818,57 руб., рассчитанной исходя из двойного размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в период нарушения сроков поставки товара, а также размера неустойки 1 000 руб. в день за непредоставление документации. Взыскание неустойки в таком размере соответствует балансу интересов истца и ответчика, учитывая продолжительность допущенной ответчиком просрочки при поставке товара и передаче конструкторской документации в адрес истца, а также учитывая стоимость товара, который не был своевременно передан истцу согласно условиям договора.

В отношении пени за нарушение срока поставки товара в суде первой инстанции был применен аналогичный расчет по двукратной ставке Банка России, а размер пени за нарушение срока предоставления конструкторской документации апелляционный суд не уменьшил до размера меньше чем взыскал суд первой инстанции.

Доводы ответчика о том, что в результате снижения неустойки она утратит свой компенсационный характер, апелляционным судом отклоняются, поскольку доказательств того, что истец в результате нарушения обязательств понес убытки, что неустойка в сумме 540 818,57 руб. не будет являться достаточной компенсацией потерь, в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ). Из пояснений ответчика следует, что истец до сих пор не обратился к ответчику для осуществления монтажа спорного товара. Данный довод не опровергнут истцом (статья 70 АПК РФ). В связи с чем, не имеется оснований полагать, что допущенные нарушения повлекли для истца реальные негативные последствия. При этом назначением института ответственности за нарушение обязательств в гражданском праве является восстановление имущественного положения потерпевшего вследствие нарушения обязательства, а не его неосновательное обогащение за счет нарушителя.

Кроме того, неустойка как способ обеспечения исполнения обязательства носит не только компенсационный характер, но и стимулирующий характер. Неустойка призвана стимулировать должника к скорейшему исполнению обязательства. Заявленная истцом неустойка начислена за нарушение исполненных обязанностей. В связи с чем, взыскание спорной неустойки не направлено к тому, чтобы стимулировать ответчика к исполнению тех обязанностей, за нарушение которых неустойка начислена. При этом для того, чтобы стимулировать ответчика к надлежащему исполнению обязательств по иным договорам, суммы в размере 540 818,57 руб. достаточно (иного истцом не доказано).

Ссылки истца по тексту апелляционной жалобы на условия спорного договора о размере ответственности и подписание ответчиком указанного договора без возражений отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду того факта, что согласование размера неустойки при заключении договоров не препятствует применению положений статьи 333 ГК РФ. Законодатель, во избежание злоупотребления изложенным в статье 421 ГК РФ принципом свободы договора, при определении размера неустойки, специально предусмотрел возможность применения судом статьи 333 ГК РФ.

Следовательно, снижение неустойки является правомерным.

Однако апелляционный суд также не усматривает оснований для снижения пени меньше чем до суммы 540 818,57 руб., поскольку большее снижение неустойки повлечет за собой фактическое освобождение ответчика от ответственности, при том, что согласно данным сервиса «Картотека арбитражных дел» и пояснениям сторон отношения сторон носят системный характер, то есть начисление неустойки в данном деле направлено на предупреждение нарушения обязательств в целом. Сумма неустойки 540 818,57 руб., как полагает апелляционный суд, обеспечивает выполнение неустойкой своих функций как способа обеспечения исполнения обязательства и меры ответственности, обеспечивая соблюдение баланса интересов сторон, стимулируя должника к правомерному поведению, но, в то же время, не позволяя кредитору получить неосновательное обогащение.

Исходя из изложенного, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании части 1 статьи 270 АПК РФ, требования истца о взыскании неустойки подлежат частичному удовлетворению в сумме 540 818,57 руб., в удовлетворении оставшейся части требований надлежит отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, не установлено.

Расходы истца по оплате государственной пошлины за рассмотрение иска подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям и с учетом того, что, если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 23.11.2021 № 307-ЭС19-24978 указал, что правила части 1 статьи 110 АПК РФ применяются при распределении судебных расходов, понесенных лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалоб. Сформулированные в части 1 статьи 110 АПК РФ правила подлежат применению к каждой из названных стадий судопроизводства, и, следовательно, вопрос о возмещении судебных расходов, истребуемых в связи с участием стороны в пересмотре судебных актов в апелляционной и кассационной инстанциях, должен разрешаться в зависимости от результатов рассмотрения соответствующей жалобы. Последнее означает, что судебные расходы возмещаются целиком стороне, чья жалоба удовлетворена (абзац первый части 1 статьи 110 АПК РФ), а при частичном удовлетворении жалобы - пропорционально размеру удовлетворенного при подаче жалобы требования (абзац первый части 1 статьи 110 АПК РФ).

Судебные расходы истца по оплате государственной пошлины за рассмотрение его апелляционной жалобы остаются на истце, поскольку апелляционная жалоба является необоснованной в полном объеме (абзац первый части 1 статьи 110 АПК РФ).

Апелляционная жалоба ответчика подана на решение в части взыскания с ответчика в пользу истца неустойки в размере 365 923,57 руб. (600 760,30 руб. (неустойка, взысканная судом первой инстанции с ответчика в пользу истца) – 234 836,73 руб. (неустойка, взыскание которой согласно просительной части апелляционной жалобы не оспаривается)). Судом апелляционной инстанции апелляционная жалоба удовлетворена на сумму 59 941,73 руб. (365 923,57 руб. (оспариваемая сумма) – 305 981,84 руб. (взысканная свыше 234 836,73 руб. неустойки)). Следовательно, апелляционная жалоба ответчика удовлетворена на 16,38 %. Соответственно, в пользу ответчика подлежат взысканию 299 руб. (3 000 руб. / 100 x 16,38) расходов по госпошлине (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 15.04.2021 по делу № А78-6753/2020).

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2024 по делу № А33-36771/2023 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительство-Электромонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тагульское» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку в размере 540 818,57 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 21 349 руб., всего 562 167,57 руб.

В удовлетворении оставшейся части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Тагульское» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительство-Электромонтаж» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 299 руб.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.



Председательствующий


М.Ю. Барыкин

Судьи:


А.Н. Бабенко



О.А. Иванцова