Решение от 21 января 2026 г. АС Республики Башкортостан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, <...>, https://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: https://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А07-2704/2025
22 января 2026 года
г. Уфа


Резолютивная часть решения объявлена 21 января 2026 года.

Полный текст решения изготовлен 22 января 2026 года.

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Симахиной И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Максютовым Т.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан

к Арбитражному управляющему ФИО1

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: гражданка ФИО2

о привлечении к административной ответственности

в судебное заседание явились:

от заявителя: ФИО3 – главный специалист-эксперт отдела по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций по доверенности исх. № 125 от 30.12.2025г., наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом К № 36599 (регистрационный номер 59 от 09.06.2012г.), личность удостоверена паспортом.

от третьего лица: ФИО2, личность удостоверена паспортом.

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан (далее – Заявитель, Управление, Административный орган) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении Арбитражного управляющего ФИО1 (далее – Арбитражный управляющий, ФИО1) к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена гражданка ФИО2 (далее – Третье лицо, ФИО2).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22 декабря 2025 года рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции было отложено на 21 января 2026 года в 15 час. 00 мин.

23 декабря 2025 года (дата поступления документов в систему) в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы "Мой арбитр" поступило ходатайство Третьего лица, в соответствии с которым названный участник арбитражного процесса просил приобщить к материалам дела доказательства, подтверждающие факт доказательства направления в адрес участвующих в деле лиц документов посредством электронной почты.

15 января 2026 года (дата поступления документов в систему) в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы "Мой арбитр" поступило ходатайство Третьего лица, в соответствии с которым названный участник арбитражного процесса просил приобщить к материалам дела дополнительные документы.

16 января 2026 года (дата поступления документов в систему) в Арбитражный суд Республики Башкортостан посредством системы "Мой арбитр" поступило ходатайство Заявителя, в соответствии с которым названный участник арбитражного процесса просил приобщить к материалам дела дополнительные документы.

В судебном заседании представитель Заявителя и Третье лицо поддержали заявленные требования, прося назначить Арбитражному управляющему административное наказание в виде административного штрафа.

Кроме того, представитель Заявителя и Третье лицо в судебном заседании указали, что вышеуказанные дополнительные документы были получены из материалов дела о несостоятельности (банкротстве), в связи с чем они имеются в распоряжении Арбитражного управляющего.

Также представитель Заявителя представил в судебном заседании уточненное заявление в части верного указания адреса регистрации Арбитражного управляющего.

Данное уточнение судом было принято.

Арбитражный управляющий, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание не обеспечил, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу на основании части 3 статьи 156 и части 3 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, а также заслушав объяснения представителя Заявителя и Третьего лица, суд установил следующее.

Акционерное общество "Тимер Банк" (далее – Банк) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании гражданки М.Е.Б. (далее – должник) несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-36321/2021 от 27 декабря 2021 года заявление Банка было принято к производству, было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по указанному делу от 12 октября 2022 года (резолютивная часть определения объявлена 05 октября 2022 года), оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2022 года (резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2022 года) и Арбитражного суда Уральского округа от 21 марта 2023 года (резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 года), заявление Банка было признано обоснованным, в отношении М.Е.Б. была введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника был утвержден ФИО1

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 12 января 2023 года (резолютивная часть определения объявлена 12 января 2023 года), оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 марта 2023 года (резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 года) и Арбитражного суда Уральского округа от 06 июня 2023 года (резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2023 года), в третью очередь реестра требований кредиторов должника было включено требование ФИО2

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 14 марта 2023 года (резолютивная часть решения объявлена 09 марта 2023 года) М.Е.Б. была признана несостоятельной (банкротом), в отношении М.Е.Б. была введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника был утвержден ФИО1

По результатам административного расследования, возбужденного на основании определения от 03 апреля 2024 года ввиду поступления обращений ФИО2, 24 января 2025 года должностным лицом Административного органа в отношении Арбитражного управляющего был составлен протокол об административном правонарушении по признакам административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по факту ненадлежащего исполнения обязанностей финансового управляющего М.Е.Б.

Установив в действиях Арбитражного управляющего признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан в порядке статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении Арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности.

Изучив материалы дела, исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее – индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее – организации и граждане).

В силу пункта 3 части 1 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе об административных правонарушениях, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда.

На основании части 1 статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса дела о привлечении к административной ответственности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в связи с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов, рассматриваются по общим правилам искового производства, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и федеральном законе об административных правонарушениях.

Таким федеральным законом об административных правонарушениях, как это прямо следует из пункта 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2002г. № 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", является Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

Статьей 1.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что задачами законодательства об административных правонарушениях являются защита личности, охрана прав и свобод человека и гражданина, охрана здоровья граждан, санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защита общественной нравственности, охрана окружающей среды, установленного порядка осуществления государственной власти, общественного порядка и общественной безопасности, собственности, защита законных экономических интересов физических и юридических лиц, общества и государства от административных правонарушений, а также предупреждение административных правонарушений.

Под административным правонарушением в соответствии с частью 1 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях понимается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Таким образом, федеральный законодатель, раскрывая в приведенной правовой норме понятие административного правонарушения, использовал три юридических признака административного правонарушения, а именно противоправность, виновность и обязательное наличие правового запрета на совершение деяния в соответствующем акте законодательного уровня, при этом правовой запрет должен сопровождаться определенной применительно к каждому деянию санкцией.

Каждый из указанных признаков подлежит установлению при рассмотрении дела об административном правонарушении; лицо может быть привлечено к административный ответственности лишь при их совокупном наличии, отсутствие хотя бы одного из них исключает возможность привлечения к административной ответственности.

Судьи арбитражных судов рассматривают дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.9, статьями 14.9.1, 14.12, частями 1 - 4.1, 5.1 - 8 статьи 14.13, статьями 14.31, 14.31.2, 14.32, 14.33, 14.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (абзац пятый части 3 статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в подпункте "д" пункта 3 его постановления от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", дела об административных правонарушениях, перечисленных в абзаце пятом части 3 статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подсудны судьям арбитражных судов независимо от того, кем было совершено административное правонарушение: должностным лицом, юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем.

На основании части 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Исходя из положений абзацев первого и седьмого пункта 3 статьи 29 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) и правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014г. № 15652/12, Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (включая ее территориальные органы), как орган по контролю (надзору), является исполнительным органом, наделенным полномочиями составлять в отношении арбитражных управляющих протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 (частью 3.1) статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и обращаться в арбитражный суд с заявлением о привлечении их к административной ответственности на основании названной нормы, а, значит, и правом возбуждать в отношении арбитражных управляющих дела об указанном административном правонарушении и проводить проверку их деятельности.

Согласно примечанию к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций арбитражные управляющие несут административную ответственность как должностные лица.

При этом суд отмечает, что утрата статуса должностного лица, в том числе в связи с изменением места работы либо утратой статуса арбитражного управляющего, не препятствует привлечению лица к административной ответственности за правонарушение, совершенное им при наличии указанного статуса.

Указанное соответствует правовой позиции, сформулированной в пункте 10 Обзора судебной практики "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06 декабря 2017 года.

Частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Положения части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2005г. № 122-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Объектом данного административного правонарушения является порядок действий при банкротстве юридических лиц и граждан.

Объективной стороной названного административного правонарушения является невыполнение требований, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных Законом о банкротстве.

Субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, применительно к рассматриваемому случаю является арбитражный управляющий.

С субъективной стороны данное административное правонарушение может быть совершено как с умыслом, так и при неосторожности.

Особый публично-правовой статус арбитражного управляющего обусловливает право законодателя предъявлять к нему специальные требования, относить арбитражного управляющего к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) и устанавливать повышенные меры административной ответственности за совершенные им правонарушения.

Указанное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19.12.2005г. № 12-П, определениях от 01.11.2012г. № 2047-О, от 03.07.2014г. № 1552-О, от 23.04.2015г. № 737-О, от 25.03.2021г. № 592-О, от 29.11.2024г. № 3270-О, а также вектору развития правоприменительной практики арбитражных судов, поддержанному Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 04.07.2017г. № 302-АД17-7625, от 16.03.2018г. № 309-АД18-916, от 07.08.2019г. № 307-ЭС19-11997, от 29.08.2019г. № 302-ЭС19-13607, от 29.10.2019г. № 308-ЭС19-18745, от 01.11.2019г. № 304-ЭС19-19228, от 16.12.2019г. № 305-ЭС19-23994, от 05.02.2020г. № 310-ЭС19-27539, от 02.03.2020г. № 309-ЭС20-626, от 04.03.2020г. № 301-ЭС20-1757, от 05.08.2021г. № 308-ЭС21-10761, от 12.05.2022г. № 305-ЭС22-5678, от 30.05.2022г. № 301-ЭС22-10008.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (статья 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

На основании статьи 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в числе прочего: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, а также виновность лица в совершении административного правонарушения.

Данные обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

В силу статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела (часть 1).

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, объяснениями лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2).

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, в том числе доказательств, полученных при проведении проверки в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля (часть 3).

Частью 1 статьи 65, частью 3 статьи 189 и частью 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, возлагается на административный орган, его составивший.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации было разъяснено, что при рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также по жалобам на постановления или решения по делам об административных правонарушениях судья должен исходить из закрепленного в статье 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях принципа административной ответственности – презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу. Реализация этого принципа заключается в том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица (пункт 13 постановления от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Вместе с тем указанные положения не исключают общих требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Применительно к категории дел об административных правонарушениях указанное означает, что лицу, не согласному с выводами административного органа, недостаточно просто указать на свои возражения, но подтвердить их относимыми и допустимыми (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) доказательствами (особенно в случае, если вменяется отсутствие какой-либо документации или не осуществление контроля).

Последствия не совершения привлекаемым к административной ответственности лицом активных процессуальных действий предусмотрены в части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Ключевой особенностью дел о привлечении к административной ответственности является то обстоятельство, что оно возбуждается ввиду составления административным органом протокола об административном правонарушении, выступающим единственным необходимым процессуальным документом, без которого принципиально невозможно рассмотрение дела об административном правонарушении (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 03.10.2024г. № 43-П).

Протокол об административном правонарушении представляет собой процессуальный документ, фиксирующий фактические данные, имеющие значение для правильного разрешения дела об административном правонарушении (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 30.09.2025г. № 2137-О).

Верховным Судом Российской Федерации был сформирован ряд правовых позиций в отношении протокола об административном правонарушении, в соответствии с которыми:

привлечение к административной ответственности возможно лишь за нарушение той нормы права, на которую указано в протоколе об административном правонарушении, ни административный орган в заявлении о привлечении к административной ответственности, ни суды при рассмотрении данной категории дел не могут привлекать лиц к административной ответственности за нарушение иной правовой нормы, которое не было установлено протоколом об административном правонарушении (определение Судебной коллегии по экономическим спорам от 26.03.2018г. № 305-АД17-18108);

протокол об административном правонарушении является процессуальным документом, в котором фиксируется противоправное деяние лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, формулируется вменяемое ему обвинение, выходить за пределы которого недопустимо, в связи с чем рассмотрение дела об административном правонарушении осуществляется в пределах объема вмененного лицу, в отношении которого ведется производство по такому делу, административного правонарушения, расширение которого недопустимо (постановления от 26.04.2019г. № 9-АД19-10, от 11.11.2021г. № 25-АД21-4-К4, от 28.01.2022г. № 86-АД21-5-К2).

В этой связи настоящее дело подлежит рассмотрению в пределах того объема административного правонарушения, которое инкриминировал Заявитель Арбитражному управляющему в протоколе об административном правонарушении от 24 января 2025 года (в том числе исключительно на соответствие тем нормам права, на которые сослалось в названном процессуальном документе Управление).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Каждое из вменяемых Арбитражному управляющему деяний подлежит самостоятельной оценке в целях выявления того, образует ли оно состав административного правонарушения.

1. Осуществление выплаты вознаграждения ранее завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Опыт регулирования отношений несостоятельности показывает, что независимо от терминологии существуют два основных вида процедур в деле о банкротстве: ликвидация (конкурс) и реабилитация.

При первом варианте происходит сбор имущества должника, его продажа и распределение вырученных средств между кредиторами с последующим юридическим прекращением существования конкурсной массы. При втором варианте за счет добровольных уступок со стороны кредиторов или принуждения на основе судейской дискреции должнику предоставляется возможность возобновить (продолжить) свою экономическую деятельность без констатации несостоятельности.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2024г. № 305-ЭС24-11965.

Под "реализацией имущества гражданина" в силу абзаца восемнадцатого статьи 2 Закона № 127-ФЗ понимается реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов и освобождения гражданина от долгов.

Несмотря на то обстоятельство, что реализация имущества гражданина определена федеральным законодателем как реабилитационная процедура, в действительности она имеет максимальное сходство с ликвидационной процедурой конкурсного производства – во-первых, цели реализации имущества гражданина максимально схожи с целями конкурсного производства (соразмерное удовлетворение требований кредиторов), во-вторых, в ходе реализации имущества гражданина также происходит максимальный сбор (консолидация) его имущества в форме конкурсной массы (за исключением имущества, которое не подлежит включению в нее ни в каком случае (пункт 3 статьи 213.25 Закона № 127-ФЗ, часть первая статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 Федерального закона от 02.10.2007г. № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве") либо было исключено судом по мотивированному ходатайству кого-либо из участвующих в деле о несостоятельности (банкротстве) лиц (пункт 2 статьи 213.25 Закона № 127-ФЗ)) с целью его реализации на торгах для удовлетворения требований его кредиторов (пункт 1 статьи 213.25, статья 213.26 Закона о № 127-ФЗ, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан"). В этом смысле реабилитационной она является для должника-гражданина – в случае ее положительного для него завершения – в предоставлении ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017г. № 304-ЭС16-14541, от 06.04.2023г. № 305-ЭС22-25685, от 23.08.2024г. № 305-ЭС24-1191).

Из положений абзацев первого, второго и седьмого пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве следует, что вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов, при этом размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для финансового управляющего двадцать пять тысяч рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

При этом для дел о несостоятельности (банкротстве) должников-граждан предусмотрено единое правило о том, что фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура (абзац второй пункта 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве). Применительно к процедуры реализации имущества гражданина указанное означает, как правило, вынесение арбитражным судом определения о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве), хотя сложившаяся судебная практика применения положений Закона о банкротстве допускает выплату вознаграждения при соблюдении определенных условий при вынесении арбитражным судом определения о прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротства) должника-гражданина).

Тем не менее, независимо от результата, которым оканчивается процедура реализации имущества гражданина, воля федерального законодателя выражена на возникновение у финансового управляющего права на получение фиксированного вознаграждения не ранее окончания такой процедуры сформулирована однозначно.

Данное обстоятельство, по мнению суда, связано с тем фактом, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен независимо от того, выносился ли отдельный судебный акт о признании незаконными его действий (бездействия), данный вопрос является предметом судебного усмотрения (абзац первый пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013г. № 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.04.2018г. № 1007-О, от 31.10.2023г. № 2906-О, от 29.05.2025г. № 1419-О, Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2023г. № 306-ЭС20-14681(13), от 04.06.2024г. № 305-ЭС24-339, от 24.09.2024г. № 305-ЭС24-8465, от 09.12.2024г. № 307-ЭС24-13734, от 30.12.2025г. № 305-ЭС25-8991). Оценка наличию соответствующих обстоятельств дается судом при рассмотрении вопроса о завершении (прекращении) процедуры реализации имущества гражданина.

Как было установлено Административным органом в ходе проведения административного расследования (на основании анализа как сведений, изложенных Арбитражным управляющим в отчетах о своей деятельности, так и выписки по счету, открытому на имя должника в кредитной организации), ФИО1, вместе с тем, осуществил перечисление в свою пользу денежных средств в размере 25 000 руб. в качестве вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества гражданина несмотря на то обстоятельство, что названная процедура, введенная в отношении М.Е.Б., не была завершена.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении ФИО1 требований пункта 4 статьи 20.3 и абзаца второго пункта 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

При этом суд отмечает о невозможности сделать вывод о нарушении Арбитражным управляющим требований пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве, на положения которой сослался Административный орган в заявлении о привлечении к административной ответственности и протоколе об административном правонарушении, ввиду следующего.

Пункт 2 статьи 134 Закона о банкротстве регламентирует порядок удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам в процедуре конкурсного производства.

Однако в процедуре реализации имущества гражданина погашение требований кредиторов по текущим платежам регламентировано специальной нормой, а именно пунктом 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

В этой связи деятельность ФИО1, бывшая предметом проверки Заявителя, была связана с осуществлением полномочий финансового управляющего должника-гражданина, он не мог допустить нарушения требований пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Соответственно, в данной части оснований согласиться с позицией Управления не имеется, а в силу вышеприведенных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации не представляется возможным инкриминировать Арбитражному управляющему нарушение требований пункта 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве, поскольку ссылка на данную норму права в протоколе об административном правонарушении отсутствует.

В то же время данное обстоятельство не исключает возможности проверки действий (бездействия) ФИО1 на соответствие данной норме права в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б.

2. Ненадлежащее оформление отчетности, не приложение к отчету документов, подтверждающих указанные в нем сведения.

2.1. Проведение процедуры реализации имущества гражданина регламентировано положениями § 1.1 главы Х Закона о банкротстве, а в части, неурегулированной названным параграфом – главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Из положений Закона о банкротстве, посвященных несостоятельности (банкротству) должников-граждан, усматривается наличие у финансового управляющего обязанности по составлению отчета о своей деятельности (абзацы первый и двенадцатый пункта 8 статьи 213.9, абзац первый пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве, абзац третий пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024г. № 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"), однако при этом какие-либо требования к содержанию непосредственно отчета финансового управляющего указанный Закон не предусматривает.

В этой связи, с чем положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, следует признать, что в данном случае подлежит применению пункт 2 статьи 143 данного Закона, расположенный в его главе VII, устанавливающий, какие сведения должен содержать отчет конкурсного управляющего, на который также сослался и Заявитель в рассматриваемом случае.

Следует также отдельно отметить, что в настоящее время требования к форме и содержанию отчета финансовых управляющих предусмотрены приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 31.05.2024г. № 343 "Об утверждении Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих "Правила подготовки отчетов финансового управляющего" (являющихся обязательными для соблюдения арбитражными управляющими применительно к правовой позиции, изложенной в решении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.08.2011г. № ВАС-8861/11), однако в период с 01 октября 2015 года (дата вступления в законную силу положений Закона о банкротстве, касающихся процедур несостоятельности (банкротства) должников-граждан) по 30 мая 2024 года в данной части имела место быть определенная неурегулированность.

Заявитель, проанализировав составленные ФИО1 отчеты о своей деятельности от 25 сентября, от 15, от 20 декабря 2023 года, от 30 марта, от 17 мая, от 30 июня и от 30 сентября 2024 года, пришел к выводу, что в данных отчетах не имеется информации о праве собственности должника в отношении жилого помещение, расположенное по ул. Российская в г. Уфа, что, по его мнению, является нарушением требований пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Однако Административным органом не учтено следующее.

Действительно, в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения, в числе прочего, о сформированной конкурсной массе (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве).

Конкурсная масса, как это следует из положений пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве, представляет собой все имущество должника.

В конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества, а также имущество, выявленное или приобретенное после принятия указанного решения, в том числе заработная плата и иные доходы должника (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан").

Таким образом, для включения имущества в конкурсную массу в деле о несостоятельности (банкротстве) должника-гражданина необходимо, что бы данное имущество принадлежало ему – то есть он являлся его собственником.

Право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации такого права, а именно с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр недвижимости (пункт 2 статьи 8.1, пункт 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть 2 статьи 7 Федерального закона от 13.07.2015г. № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").

Как указывает само Управление, право собственности в отношении вышеуказанного жилого помещения в Едином государственном реестре недвижимости было зарегистрировано за М.Е.Б. 30 сентября 2024 года, в связи с чем только с этой даты должник стал собственником этого имущества и только с этой даты сведения о нем подлежали отражению в отчетах Арбитражного управляющего о своей деятельности.

Соответственно, выводы Заявителя о наличии в действиях (бездействии) ФИО1 нарушения положений пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве, выразившегося в не указании в отчетах о своей деятельности от 25 сентября, от 15, от 20 декабря 2023 года, от 30 марта, от 17 мая, от 30 июня 2024 года сведений о наличии у М.Е.Б. права собственности на жилое помещение, противоречат приведенным положениям гражданского законодательства.

В этой связи событие административного правонарушения в данной части рассматриваемого эпизода отсутствует (пункт 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Относительно отчета Арбитражного управляющего о своей деятельности от 30 сентября 2024 года суд отмечает, что дата составления отчета и дата регистрации права собственности должника в отношении спорного объекта недвижимого имущества совпадают.

Следовательно, для вывода о нарушении ФИО1 требований пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве Управление должно было установить, что отчет был составлен по времени позднее, нежели сведения были внесены в Единый государственный реестр недвижимости, а также, что Арбитражный управляющий был осведомлен о данном обстоятельстве либо должен был быть осведомлен при проявлении минимальной и разумной осмотрительности.

Вместе с тем, из материалов дела не следует, что подобные обстоятельства устанавливались и исследовались Административным органом.

В силу части 4 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Сомнения в виновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу об административном правонарушении, признаются неустранимыми, когда собранные по делу доказательства не позволяют сделать однозначный вывод о виновности или невиновности лица, а представляемые законом средства и способы собирания доказательств исчерпаны (постановление Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2008г. № 93-Ад07-5).

Поскольку административное расследование было завершено, а положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено направление судом заявления о привлечении к административной ответственности на новое рассмотрение в составивший его административный орган, следует заключить, что сомнения в виновности ФИО1 в данной части рассматриваемого эпизода являются неустранимыми, что свидетельствует об отсутствии состава административного правонарушения, неотъемлемую часть которого составляет вина лица (пункт 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Суд при этом полагает необходимым отметить, что отчет о деятельности арбитражного управляющего составляется не для создания формального документооборота между таким управляющим, судом, рассматривающим дело о банкротстве, и конкурсными кредиторами, но для доведения до сведения всех лиц всей полноты информации о деятельности арбитражного управляющего, а также совершаемых им действиях, направленных на пополнение конкурсной массы.

В этой связи стандартом разумного поведения для ФИО1 являлось указание в отчетах о своей деятельности сведений о проводимой им работе по регистрации права собственности на жилое помещение в судебном порядке.

Данное обстоятельство не может являться основанием для привлечения его к административной ответственности ввиду не указания его в протоколе об административном правонарушении, однако может быть принято во внимание в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б.

2.2. В отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения, в числе прочего, о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка (абзацы первый и одиннадцатый пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве).

Под текущими обязательствами в контексте абзаца одиннадцатого пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве подразумеваются текущие платежи, под которыми понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты вынесения определения о принятии к производству заявления о признании должника банкротом и возбуждения дела о банкротстве (абзац первый пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве, пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009г. № 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.04.2003г. № 4 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Исходя из того, что абзац одиннадцатый пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве предусматривает необходимость отражения в отчете сведений о размере текущих обязательств, а также о непогашенном остатке, презюмируется также необходимость указания сведений и о погашении (частичном погашении) текущих обязательств.

Проанализировав в ходе административного расследования составленные Арбитражным управляющим отчеты о своей деятельности, Административный орган установил, что:

- в отчете от 20 декабря 2023 года – отсутствует информация о текущих расходах на вознаграждение финансового управляющего (в то время как из выписки по расчетному счету усматривается факт перечисления 13 декабря 2023 года денежных средств в размере 50 000 руб.) и о погашении иных текущих расходов (в то время как из выписки по расчетному счету усматривается факт погашения 13 декабря 2023 года текущих расходов на сумму 35 568 руб. 84 коп.), не отражена информация о расчетах с кредитором по текущим платежам (значение суммы погашения текущих расходах указано 0);

- в отчете от 30 марта, от 17 мая, от 30 июня, от 30 сентября 2024 года – отсутствует информация о погашении текущих расходов, в то время как из выписки по расчетному счету усматривается факт погашения 13 декабря 2023 года текущих расходов на сумму 35 568 руб. 84 коп.

Подобное составление отчетности, как верно указывает Заявитель, не может быть признано соответствующим приведенным положениям пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

2.3. Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003г. № 299 были утверждены Общие правила подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего (далее – Правила).

Главной задачей Правил является своевременное и регулярное обеспечение участников дела о банкротстве и арбитражного суда полной и достоверной информацией о результатах реализации арбитражными управляющими своих прав и обязанностей, круг которых не ограничен нормами Закона о банкротстве, при этом они обязательны к применению (решение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.08.2011г. № ВАС-8861/11).

Абзацем первым пункта 11 Правил установлено, что к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства прилагаются копии документов, подтверждающих указанные в них сведения.

Проанализировав в ходе административного расследования составленные Арбитражным управляющим отчеты о своей деятельности, Административный орган установил, что:

- в отчете от 30 марта 2024 года – указаны услуги кредитной организации на сумму 1 800 руб., но согласно выписке операций по расчетному счету за период с 01 января 2023 года по 30 марта 2024 года сумма операции составила 1 500 руб.;

- в отчетах от 30 июня и от 30 сентября 2024 года – имеется ссылка на осуществление 04 июня 2024 года дополнительных выплат в пользу Банка, сумма услуг кредитной организации указана в размере 1 800 руб., однако выписка (выписки) по счета (счетов), подтверждающие данные расходы, к названным отчетам не приложены.

Указанное свидетельствует о несоблюдении ФИО1 требований абзаца первого пункта 11 Правил.

2.4. Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 31.05.2024г. № 343 "Об утверждении Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих "Правила подготовки отчетов финансового управляющего" была устранена имевшая ранее место быть правовая неопределенность относительно требований к отчетам финансовых управляющих, а именно был утвержден Федеральный стандарт профессиональной деятельности арбитражных управляющих "Правила подготовки отчетов финансового управляющего" (далее – Стандарт), а также формы отчетов финансового управляющего для процедур реструктуризации долгов гражданина и процедур реализации имущества гражданина.

С учетом вышеприведенной правовой позиции высшей судебной инстанции, предусмотревшей обязательность соблюдения требований Правил для арбитражных управляющих, следует заключить, что Стандарт также обладает аналогичным юридическим свойством обязательности.

Стандартом, в числе прочего, предусмотрены следующие требования:

- при заполнении графы 1 "Имущество должника" таблицы 4.3 "Сведения о составе и стоимости имущества должника" в отношении недвижимого имущества указываются его наименование, месторасположение, кадастровый номер (при наличии), площадь (при наличии) и вид собственности, а также иные характеристики по усмотрению финансового управляющего (подпункт 2 пункта 9);

- при заполнении таблицы 4.9 "Сведения о проведении анализа финансового состояния должника" в случае, если в процедуре реализации имущества гражданина анализ финансового состояния не проводился, указываются сведения о проведении анализа финансового состояния должника в период проведения процедуры реструктуризации долгов гражданина (подпункт 7 пункта 9).

В данной части рассматриваемого эпизода Административный орган указывает следующее:

«В отчетах Арбитражного управляющего ФИО1 от 30.06.2024, от 30.09.2024 в нарушение п.9 раздела III… не указаны сведения о составе и стоимости имущества должника ( имущество – г. Уфа, ул. Российская …), не отражены сведения о проведении анализа финансового состояния должника.

Согласно обращения ФИО2 к отчету от 30.09.2024 (91 769,61 руб. – текущие расходы 1 очереди) финансового управляющего ФИО1 не приложена выписка с банка, не приложены документы, подтверждающие текущие расходы с учетом их изменений, в отчете не отображены сведения имеющие существенное значение для дела».

Согласиться в полной мере с данными выводами Управления оснований не имеется.

а) правовая позиция суда в отношении объекта недвижимого имущества, расположенного по ул. Российская в г. Уфа, была сформулирована в пункте 2.1 мотивировочной части настоящего судебного акта и в полной мере актуальна и для рассматриваемого вопроса.

В этой связи суд по тем же основаниям признает несоответствующими действующему законодательству выводы Заявителя и приходит к выводу, что не указание сведений в отношении данного имущества не является нарушением требований подпункта 2 пункта 9 Стандарта со стороны ФИО1 и не образует события административного правонарушения (пункт 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

б) ссылаясь на не отражение в отчете «сведений имеющи[х] существенное значение для дела», Заявитель, по мнению суда, не учитывает следующее.

Административная ответственность, являясь разновидностью юридической ответственности, представляет собой наступление неблагоприятных последствий для лица, допустившего нарушение того или иного нормативного требования.

Иными словами, административная ответственность наступает в случае, если допустимое правило поведения регламентировано нормами материального права. В противном случае административная ответственность наступать не может, поскольку отсутствует такой обязательный для нее элемент, как наличие нормы права, устанавливающей необходимость совершить (либо воздержаться от совершения) то или иное действие (того или иного действия).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, закрепляя и изменяя составы административных правонарушений и меры ответственности за их совершение, законодательная власть связана вытекающими из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации критериями обоснованности, необходимости и соразмерности ограничения прав и свобод граждан, а также обязана соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом, означающее, в частности, что любое административное правонарушение, а равно и санкции за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть административно-правовые последствия своих действий (бездействия). В противном случае может иметь место противоречивая правоприменительная практика, дискредитирующая гарантии государственной защиты прав, свобод и законных интересов граждан (физических лиц) и их объединений (юридических лиц) от произвольного административно-деликтного преследования и наказания (постановления от 14.02.2013г. № 4-П, от 21.07.2021г. № 39-П, от 07.10.2024г. № 44-П, определения от 07.12.2010г. № 1570-О-О, от 17.07.2014г. № 1651-О, от 28.03.2017г. № 490-О, от 20.07.2023г. № 2140-О, № 2167-О, от 13.05.2025г. № 1221-О).

С учетом отсутствия в законодательстве норм, регламентирующих определение сведений, имеющих существенное значение для дела о несостоятельности (банкротстве), оценка правомерности действий (бездействия) обязанного лица в такой ситуации зависит не от его поведения, а от оценки его действий уполномоченными органами. Между тем административная ответственность должна устанавливаться за нарушение конкретной определенной обязанности, соблюдение которой зависит от воли лица и не может быть поставлена в зависимость от усмотрения административного органа.

Данный вывод суда следует не только из общего понимания юридической ответственности и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, но также и из буквального толкования подпункта 8 пункта 9 Стандарта, в силу которого финансовый управляющий имеет право указать иные сведения о ходе реализации имущества гражданина, состав которых определяется финансовым управляющим, а также требованиями собрания кредиторов (комитета кредиторов) или арбитражного суда (а не органом по контролю (надзору) в ходе проверки деятельности конкретного финансового управляющего).

В этой связи привлечение к административной ответственности было бы возможно в случае, если бы федеральный законодатель, уполномоченный орган исполнительной власти, Судебная коллегия по экономическим спорам, Президиум и (или) Пленум Верховного Суда Российской Федерации, либо применительно к конкретному делу собрание (комитет) кредиторов или арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве М.Е.Б., определили бы четкий перечень сведений, имеющих существенное значение для дела о банкротстве, а Управление бы в ходе контрольных мероприятий установило, что какое-либо из таких сведений не было указано ФИО1 в своих отчетах.

Поскольку подобные обстоятельства отсутствуют и не нашли своего закрепления в протоколе об административном правонарушении, суд приходит к выводу об отсутствии события административного правонарушения в данной части рассматриваемого эпизода (пункт 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

в) в свою очередь не отражение в отчетах Арбитражного управляющего о своей деятельности сведений о проведении анализа финансового состояния должника в период проведения реструктуризации долгов гражданина (как это инкриминируется Заявителем) является прямым нарушением подпункт 7 пункта 9 Стандарта.

Данное обстоятельство подтверждается копиями рассматриваемых отчетов, представленных в материалы дела, и образует в действиях (бездействии) ФИО1 событие административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Также является нарушением требований абзаца первого пункта 11 Правил не приложением им указанных Административным органом документов к отчету о своей деятельности от 30 сентября 2024 года.

3. Некорректное ведение реестра кредиторов по отображению неустойки, удовлетворение требований по неустойке залогового кредитора в нарушение очередности погашения требования кредиторов.

3.1. В силу абзацев первого и пятого пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе, вести реестр требований кредиторов.

Статья 137 Закона о банкротстве, посвященная требованиям кредиторов третьей очереди, предусматривает, что при определении размера требований кредиторов третьей очереди учитываются требования конкурсных кредиторов и уполномоченных органов (пункт 1). Требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (пункт 3).

Таким образом, Закон о банкротстве императивно устанавливает необходимость отдельного учета в реестре требований кредиторов требований о взыскании неустоек (штрафов, пеней).

Аналогичное требование предусмотрено и абзацами, пятым пункта 3 Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 09.07.2004г. № 345.

И хотя нарушение требований названных Общих правил не вменяется Административным органом ФИО1 и может быть положено в основу его привлечения к административной ответственности, они приводятся судом с целью подчеркнуть единство логики законодательной и исполнительной ветвей власти по данному вопросу.

Как было установлено Административным органом в ходе административного расследования, требования Банка, обеспеченные залогом недвижимого имущества, включенные Арбитражным судом Республики Башкортостан в деле о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б. в третью очередь реестра требований кредиторов должника (определения от 12 октября 2022 года и от 27 февраля 2023 года), включали в себя также суммы неустойки.

Вместе с тем, в отчетах Арбитражного управляющего о своей деятельности от 27 марта, от 19 июня, от 25 сентября, от 20 декабря 2023 года, от 30 марта, от 17 мая и от 30 сентября 2024 года, равным образом как и в реестре требований кредиторов от 28 ноября 2024 года, сумма требований Банка о взыскании неустойки была учтена ФИО1 не отдельно, а в составе третьей очереди по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника.

Данное обстоятельство подтверждается копиями названных отчетов, представленных Управлением в материалы дела, и свидетельствует о нарушении ФИО1 требований пункта 3 статьи 137, абзацев первого и пятого пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

3.2. Административным органом в ходе административного расследования было установлено, что требования Банка по неустойке были погашены ФИО1 после погашения основной задолженности и причитающихся процентов при наличии непогашенных требований иных конкурсных кредиторов.

Со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2022г. № 305-ЭС22-11129, Заявитель пришел к выводу, что Арбитражный управляющий допустил нарушение требований Закона о банкротстве.

Однако Административным органом не учтено следующее.

Действительно, в определении от 12.10.2022г. № 305-ЭС22-11129 Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации была сформулирована правовая позиция, согласно которой требование о взыскании неустойки, как обеспеченное залогом имущества должника, учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов за пользование денежными средствами по требованиям всех кредиторов третьей очереди, включая незалоговых, однако оно имеет залоговое преимущество перед удовлетворением необеспеченных требований других кредиторов по взысканию финансовых санкций (пункт 3 статьи 137, пункт 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009г. № 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017г.).

Однако в рассматриваемом случае требования Банка были обеспечены залогом недвижимого имущества – жилого помещения, являвшегося, судя по отчетам Арбитражного управляющего, единственным (на момент его включения и реализации в ходе банкротных процедур) пригодным для проживания М.Е.Б. жилым помещением.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (исполнительский иммунитет).

Абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей виды имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, относит к такому имуществу жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Таким образом, по обеспеченному ипотекой долгу не применяется правило об исполнительском иммунитете. Гражданин, передавая свое единственное жилье в залог, фактически отказывается от такого иммунитета в пользу кредитора, позволяя ему в случае просрочки по обязательству обратить взыскание на предмет залога.

В то же время заключение договора ипотеки с конкретным залоговым кредитором не означает, что должник отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех остальных кредиторов. По смыслу действующего законодательства исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных ипотекой единственного жилья. Квартира (дом), не находящаяся в ипотеке и не относящаяся к роскошному жилью, не входит в конкурсную массу, не может быть реализована и подлежит оставлению за гражданином для обеспечения его права на жилище. Следовательно, у иных (неипотечных) кредиторов любой из очередей не может сформироваться подлежащих защите разумных правовых ожиданий в получении удовлетворения за счет ценности единственного жилья.

Аналогичный подход применим и для ситуации, когда по требованию залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и погашения основного долга остались денежные средства. По общему правилу такие средства были бы направлены иным (необеспеченным) кредиторам. Однако, поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, то в силу принципа эластичности (суррогации) режим исполнительского иммунитета должен быть распространен и на заменившую квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе замененной ими вещи.

В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только тому лицу, на которое иммунитет не распространяется – залоговому кредитору – по его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения – по выплате мораторных процентов и финансовых санкций. При погашении мораторных процентов и неустойки в пользу залогодержателя ему не будет оказано предпочтение, как это могло бы иметь место, если бы предмет залога не обладал исполнительским иммунитетом.

Данная правовая позиция была сформулирована в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023г. № 307-ЭС22-2705.

Из отчетов Арбитражного управляющего о своей деятельности, копии которых имеются в материалах дела, следует, что денежные средства от реализации объекта недвижимого имущества были направлены Банку 22 февраля 2024 года. На тот момент реализованное в ходе банкротных процедур жилое помещение имело характер единственного пригодного для проживания, поскольку право собственности М.Е.Б. на иное жилое помещение возникло, как уже ранее было установлено судом, только 30 сентября 2024 года.

В этой связи выводы Административного органа отклоняются судом, как противоречащие правовой позиции высшей судебной инстанции.

Событие административного правонарушения по данной части рассматриваемого эпизода в этой связи отсутствует (пункт 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Доводы Заявителя и Третьего лица о том, что М.Е.Б. уже владела иным жилым помещением на момент распределения денежных средств, однако право собственности по тем или иным обстоятельствам было зарегистрировано позднее, не могут быть приняты в рамках настоящего дела, как не опровергающие отсутствие права собственности, вместе с тем, могут быть учтены в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

4. Затягивание мероприятий процедуры реализации имущества гражданина, ненадлежащее проведение анализа финансового состояния должника, проведению описи и оценки имущества, не выявлении признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства.

4.1. Законодательство о банкротстве предусматривает проведение финансовым управляющим описи имущества гражданина, что согласуется с установленной в абзаце втором пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве обязанностью по выявлению принадлежащего должнику имущества. При этом опись имущества должника фактически является инвентаризацией всех активов, которые принадлежат гражданину, с целью их оценки и реализации в составе конкурсной массы. Специальной нормы, предусматривающей срок проведения финансовым управляющим описи имущества гражданина, Закон о банкротстве не содержит, поэтому в соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 данного Закона подлежат применению иные нормы этого закона, в частности – регулирующие конкурсное производство.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

Также согласно абзацам первому, третьему и четвертому пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в числе прочего, проводить анализ финансового состояния гражданина и выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства.

Учитывая, что срок процедуры банкротства реализации имущества гражданина имеет определенные временные рамки (шесть месяцев), предполагается, что финансовый анализ и выявление признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должны быть проведены в разумные сроки, позволяющий арбитражному управляющему провести иные мероприятия в достижение целей процедуры реализации имущества гражданина, что отвечает требованиям статьи 20.3 Закона о банкротстве, устанавливающий, что арбитражный управляющий должен действовать разумно и добросовестно.

Таким образом, финансовый анализ и заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не могут быть представлены в конце процедуры и, тем более, по истечении данного срока.

Проведение анализа финансового состояния гражданина, проверка наличия (отсутствия) признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства являются ключевыми обязанностями арбитражного управляющего в деле о банкротстве.

Кроме этого, указанные действия являются одними из первостепенных мероприятий процедуры банкротства, так как от обстоятельств и выводов, установленных, сделанных в результате этой работы, зависит дальнейших ход всей процедуры банкротства (анализируются действия (бездействие) должника, повлекшие неспособность рассчитаться с кредиторами, выявляются подозрительные сделки, сделки по выводу имущества и т.д.).

В ходе административного расследования Административный орган, в том числе ознакомившись с материалами дела о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б., установил, что в них отсутствуют опись имущества должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства, кроме того, названное заключение также вопреки положениям пункта 2 (абзацы первый и четвертый) статьи 213.7 Закона о банкротстве также не включено ФИО1 в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве. Соответствующие документы в ходе административного расследования также представлены не были.

Данное бездействие ФИО1 свидетельствует о несоблюдении им требований пункта 2 статьи 213.7 и пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

При этом суд не может согласиться с выводами Заявителя об отсутствии анализа финансового состояния должника, поскольку в ином пункте как заявления о привлечении к административной ответственности, так и протокола об административном правонарушении Управление не только указывает дату анализа финансового состояния должника (23 января 2023 года), но и дает ему оценку, что свидетельствует не только о существовании данного документа, но и наличии его в распоряжении Административного органа.

4.2. Дело о несостоятельности (банкротстве) характеризуется высокой вероятностью нехватки имущества должника для погашения требований кредиторов и возникновение в этой связи объективной конкуренции между участвующими в таком деле лицами по тем или иным вопросам. Данный вывод следует из смысла правовых позиций, изложенных в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018г. № 305-ЭС18-6622 и Конституционного Суда Российской Федерации от 06.10.2021г. № 2126-О, от 30.03.2023г. № 686-О, от 26.09.2024г. № 2516-О, от 17.07.2025г. № 2016-О.

В этой связи одним из ключевых вопросов, подлежащих разрешению в процедуре несостоятельности (банкротства) должника (как организации, так и гражданина), является надлежащее формирование конкурсной массы и максимальное ее наполнение, что является одной из первоочередных обязанностей арбитражного управляющего (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 20.3, абзацы первый и второй пункта 1 статьи 67, абзацы первый и второй пункта 2 статьи 99, абзацы первый и второй пункта 2 статьи 129, абзацы первый и второй пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Формирование конкурсной массы достигается, в первую очередь, поиском арбитражным управляющим активов, сохраняющихся в собственности должника. Как правило, в таком случае деятельность арбитражного управляющего направлена на инвентаризацию (опись) имеющегося имущества, его оценкой и реализацией посредством торгов.

На основании пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 этой статьи.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 34, статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации, пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве и разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", к имуществу гражданина, подлежащего выявлению финансовым управляющим в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), относится также и имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности.

Как было установлено Административным органом в ходе административного расследования, в материалах дела о несостоятельности (банкротстве) М.Е.Б. не имеется запросов, направленных Арбитражным управляющим в регистрирующие органы с целью выявления имущественного положения должника и ее супруга, равным образом как и не имеется полученных на них ответов.

При этом ФИО1 в ходе административного расследования были представлены только следующие документы: выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 14 декабря 2022 года в отношении М.Е.Б.; выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 14 декабря 2022 года в отношении супруга должника; ответы Управления по вопросам миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации по Республике Башкортостан от 28 июля и от 31 августа 2023 года в отношении супруга должника; ответы Государственного комитета Республики Башкортостан по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники от 28 июля и от 31 августа 2023 года. Ответы из иных регистрирующих органов в отношении должника и ее супруга представлены не были.

Такое поведение Арбитражного управляющего свидетельствует о неполноте совершения им всех необходимых действий для формирования полноты всех сведений об имущественном положении должника и его супруга с целью максимального наполнения конкурсной массы и соразмерного удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

Факт расторжения брака в 2017 году не нивелирует общую собственность супругов в отношении совместно нажитого имущества и не означает, что финансовый управляющий не должен проводить соответствующий анализ, хотя бы с учетом того обстоятельства, что бывший супруг мог совершить сделку (сделки) с имуществом, составляющим совместную собственность, в периоды подозрительности, установленные пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

4.3. Инкриминируя ФИО1 ненадлежащее проведение анализа финансового состояния должника, Управление вновь ссылается на право собственности должника в отношении объекта недвижимого имущества, расположенного по ул. Российская в г. Уфа.

Вместе с тем, правовая позиция суда в отношении объекта недвижимого имущества, расположенного по ул. Российская в г. Уфа, была сформулирована в пункте 2.1 мотивировочной части настоящего судебного акта и в полной мере актуальна и для рассматриваемого вопроса.

В этой связи суд по тем же основаниям признает несоответствующими действующему законодательству выводы Заявителя и приходит к выводу, что не указание сведений в отношении данного имущества не является нарушением каких-либо требований, поскольку, как указывает сам Административный орган, анализ финансового состояния должника был проведен 23 января 2023 года, в то время как право собственности М.Е.Б. в отношении спорного объекта недвижимого имущества было зарегистрировано, как уже ранее неоднократно отражалось в настоящем судебном акте, 30 сентября 2024 года.

Событие административного правонарушения в данной части рассматриваемого эпизода отсутствует (пункт 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

5. Не представление в арбитражный суд отчета о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов в соответствии с определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Как было установлено Административным органом в ходе административного расследования, определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-36321/2021 от 14 марта, 11 сентября и от 08 ноября 2023 года на Арбитражного управляющего была возложена обязанность представить отчет о результатах реализации имущества гражданина.

При этом из определения Арбитражного суда Республики Башкортостан по тому же делу от 04 июня 2024 года какие-либо документы, включая отчет Арбитражного управляющего о своей деятельности, представлены не были.

В этой связи суд соглашается с позицией Управления по данному эпизоду административного правонарушения и признает наличие в бездействии ФИО1 нарушение требований абзаца первого пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Исходя из данной нормы, административное правонарушение характеризуется такими обязательными признаками, как противоправность и виновность.

Статьей 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что одним из обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, является виновность лица в совершении административного правонарушения.

Как уже отмечалось ранее в настоящем судебном акте, в силу примечания к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций арбитражные управляющие несут административную ответственность как должностные лица. Следовательно, арбитражные управляющие отнесены к категории лиц, вина которых определяется как вина физических лиц.

Статьей 2.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях формы вины разграничиваются следующим образом:

- административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1);

- административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

Учитывая обстоятельства эпизодов административного правонарушения, событие по которым нашло подтверждение (в том числе выплата вознаграждения до завершения процедуры реализации имущества гражданина), суд полагает, что ФИО1 не мог не осознавать противоправный характер данных действий (бездействия) и относился безразлично к возможным вредным последствиям, в связи с чем суд полагает установленной вину Арбитражного управляющего в совершении вмененного ему правонарушения в форме умысла.

Существенных процессуальных нарушений производства по делу об административном правонарушении Управлением допущено не было.

На момент рассмотрения дела установленный частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел срок давности привлечения к административной ответственности не истек.

Доказательств наличия у него статуса члена территориальной избирательной комиссии с правом решающего голоса Арбитражный управляющий ни в материалы настоящего дела, ни при составлении протокола об административном правонарушении не представил, в связи с чем является субъектом административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Указанное соответствует правовой позиции, сформулированной в пункте 15 Обзора судебной практики "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06 декабря 2017 года.

В статье 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена возможность освобождения от административной ответственности в случаях, если судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, сочтут, что совершенное правонарушение является малозначительным.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.11.2003г. № 349-О указал, что нормы статей Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не препятствуют судам общей и арбитражной юрисдикции избирать в отношении правонарушителя меру наказания с учетом характера правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств деяния. При этом, руководствуясь положениями статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд вправе при малозначительности административного правонарушения освободить лицо от административной ответственности.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не устанавливает каких-либо ограничений для применения названной нормы материального права, оставляя право ее применения на усмотрение соответствующих органа, должностного лица, суда.

В силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005г. № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" малозначительным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но, с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 18 постановления от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях", при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях учитываются при назначении административного наказания.

При квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано (пункт 18.1 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004г. № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях").

Использование положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях допустимо лишь в исключительных случаях, поскольку иное способствовало бы формированию атмосферы безнаказанности и было бы несовместимо с принципом неотвратимости ответственности правонарушителя (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2014г. № 1552-О).

Как отмечено Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 16.04.2019г. № 307-АД18-24091, применение института малозначительности не должно порождать правовой нигилизм, ощущение безнаказанности, приводить к утрате эффективности общей и частной превенции административных правонарушений, нарушению прав и свобод граждан.

Правонарушение, предусмотренное частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является административным правонарушением с формальным составом.

Наступление общественно опасных последствий в виде причинения ущерба при совершении правонарушений с формальным составом не доказывается, возникновение этих последствий резюмируются самим фактом совершения действий или бездействия.

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности правонарушения, тот факт, что Арбитражный управляющий, выплатив себе сумму вознаграждения вопреки установленному требованию Закона о банкротстве и очередности фактически причинил имущественный ущерб конкурсной массе (пункт 1 мотивировочной части настоящего судебного акта), суд приходит к выводу, что обстоятельства, свидетельствующие о возможности признания правонарушения малозначительным и применения статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствуют. Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих признать правонарушение малозначительным, ФИО1 не указано и судом не установлено.

Поведение Арбитражного управляющего сопряжено с неисполнением публично-правовых обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), с бездействием в ущерб охраняемым законом правоотношениям, в связи с чем, характер и степень общественной опасности конкретного рассматриваемого деяния позволяют говорить о наличии оснований для привлечения Арбитражного управляющего к административной ответственности; освобождение его от административной ответственности означало бы неполную реализацию ее принципов и умаление одной из ее главных целей – предупреждение совершения новых правонарушений.

Учитывая изложенное, оснований для применения в рассматриваемом случае положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – как правовых, так и фактических – не имеется.

При выборе административного наказания суд руководствуется следующим.

В соответствии с частью 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Следовательно, применение конкретной меры ответственности с учетом принципа справедливости, соразмерности, характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и других обстоятельств может быть только в пределах санкции, установленной законом.

На основании части 1 статьи 4.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельствами, смягчающими административную ответственность, признаются: раскаяние лица, совершившего административное правонарушение (пункт 1); добровольное прекращение противоправного поведения лицом, совершившим административное правонарушение (пункт 2); добровольное сообщение лицом, совершившим административное правонарушение, в орган, уполномоченный осуществлять производство по делу об административном правонарушении, о совершенном административном правонарушении (пункт 3); оказание лицом, совершившим административное правонарушение, содействия органу, уполномоченному осуществлять производство по делу об административном правонарушении, в установлении обстоятельств, подлежащих установлению по делу об административном правонарушении (пункт 4); предотвращение лицом, совершившим административное правонарушение, вредных последствий административного правонарушения (пункт 5); добровольное возмещение лицом, совершившим административное правонарушение, причиненного ущерба или добровольное устранение причиненного вреда (пункт 6); добровольное исполнение до вынесения постановления по делу об административном правонарушении лицом, совершившим административное правонарушение, предписания об устранении допущенного нарушения, выданного ему органом, осуществляющим государственный контроль (надзор) и муниципальный контроль (пункт 7); совершение административного правонарушения в состоянии сильного душевного волнения (аффекта) либо при стечении тяжелых личных или семейных обстоятельств (пункт 8); совершение административного правонарушения несовершеннолетним (пункт 9); совершение административного правонарушения беременной женщиной или женщиной, имеющей малолетнего ребенка (пункт 10).

Судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, могут признать смягчающими обстоятельства, не указанные в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях или в законах субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях (часть 2 статьи 4.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В соответствии с частью 1 статьи 4.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельствами, отягчающими административную ответственность, признаются: продолжение противоправного поведения, несмотря на требование уполномоченных на то лиц прекратить его (пункт 1); повторное совершение однородного административного правонарушения, то есть совершение административного правонарушения в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за совершение однородного административного правонарушения (пункт 2); вовлечение несовершеннолетнего в совершение административного правонарушения (пункт 3); совершение административного правонарушения группой лиц (пункт 4); совершение административного правонарушения в условиях стихийного бедствия или при других чрезвычайных обстоятельствах (пункт 5); совершение административного правонарушения в состоянии опьянения либо отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, совершившее административное правонарушение, находится в состоянии опьянения (пункт 6).

В рассматриваемом случае не усматривается ни смягчающих, ни отягчающих административную ответственность ФИО1 обстоятельств.

Санкцией части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрены два различных вида административного наказания – предупреждение и административный штраф.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 3.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за совершение административных правонарушений могут устанавливаться и применяться административные наказания в виде предупреждения.

Частью 1 статьи 3.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предупреждение – мера административного наказания, выраженная в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме.

Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба (часть 2 статьи 3.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

На основании части 1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное наказание в виде предупреждения назначается в случаях, если оно предусмотрено соответствующей статьей раздела II Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Однако, как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, действия ФИО1 повлекли за собой причинение имущественного ущерба конкурсной массе в соответствии с эпизодом первым административного правонарушения.

Данное обстоятельство в силу приведенных положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях исключает возможность применения такого вида административного наказания как предупреждение.

В этой связи суд полагает обоснованным наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 руб. в пределах санкции, установленной частью 3 статьи 14.13 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации ( на чем, в том числе числе, настаивали Третье лицо и Управление) .

Административный штраф должен быть уплачен по следующим реквизитам: получатель административного штрафа – Управление Федерального казначейства по Республике Башкортостан (Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан), ИНН – <***>, КПП – 027601001, БИК – 018073401, код бюджетной классификации – 321 1 16 01141 01 9002 140, ОКТМО – 80701000, наименование банка получателя – Операционно-кассовый центр № 6 Уральского главного управления Центрального банка Российской Федерации в составе банковских реквизитов Управления/УФК по Республике Башкортостан г.Уфа, номер счета получателя (номер казначейского счета) – 03100643000000010100, номер счета получателя средств (номер банковского счета, входящего в состав единого казначейского счета) – 40102810045370000067, назначение платежа – уплата административного штрафа за фиктивное или преднамеренное банкротство, за совершение неправомерных действий при банкротстве, уникальный идентификатор начисления – 32125012709412507485.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении может быть вынесено постановление о назначении административного наказания.

Судам при рассмотрении дел, отнесенных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к их подведомственности, необходимо учитывать, что в тех случаях, когда положения главы 25 и иные нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прямо устанавливают конкретные правила осуществления судопроизводства, именно они должны применяться судами. Это касается наименования категорий дел (параграфы 1 и 2 главы 25), оснований возбуждения производства по делам (часть 2 статьи 202 и часть 2 статьи 207 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), наименования и содержания судебных актов суда первой инстанции (статьи 206 и 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), составления протокола судебного заседания (статья 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), сроков направления лицам, участвующим в деле, копий судебных актов (часть 5 статьи 206 и часть 6 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Согласно части 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

В настоящее время федеральным законом не предусмотрено взимание государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом дел о привлечении к административной ответственности (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003г. № 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

Поскольку в силу приведенных норм права заявление о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается и при этом из материалов дела не усматривается, что Заявителем в рассматриваемом случае государственная уплачивалась, вопрос о ее распределении между участвующими в деле лицами в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или о ее возврате из федерального бюджета в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 330.40 Налогового кодекса Российской Федерации судом не рассматривается.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения.

По ходатайству указанных лиц копии определения, вынесенного в виде отдельного судебного акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167-170, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Признать Арбитражного управляющего ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Назначить Арбитражному управляющему ФИО1 (ИНН <***>, дата рождения – 30.11.1953г., место рождения – д. Утяй Бардымский район Пермская область, зарегистрирован по адресу Республика Татарстан, <...>) административное наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) руб.

Административный штраф в соответствии со статьей 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должен быть уплачен не позднее шестидесяти дней со дня вступления решения в законную силу.

Квитанция об уплате штрафа (ее копия) подлежит направлению в Арбитражный суд Республики Башкортостан с обязательным указанием номера дела.

Решение вступает в законную силу по истечении десяти дней со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья И.В.Симахина