Постановление от 17 ноября 2020 г. по делу № А65-12671/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда


Дело № А65-12671/2019
г. Самара
17 ноября 2020 года
Резолютивная часть постановления оглашена 10 ноября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 ноября 2020 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ястремского Л.Л.,

судей Николаевой С.Ю., Романенко С.Ш.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассматривает в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А65-12671/2019

по иску общества с ограниченной ответственностью «Республиканское Консалтинговое Агентство»,

к обществу с ограниченной ответственностью «Лизинг Гарант Займа»,

третье лицо: ФИО2, общество с ограниченной ответственностью "Старстрой", общество с ограниченной ответственностью "СТК Крафт", ФИО3, ФИО4,

о взыскании неосновательного обогащения в сумме 439 890,51 руб.,

при участии представителей:

от истца - не явились, извещены надлежащим образом,

от ответчика - представитель ФИО5 по доверенности от 13.07.2020,

от третьих лиц - не явились, извещены надлежащим образом.



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Республиканское Консалтинговое Агентство» (истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском обществу с ограниченной ответственностью «Лизинг Гарант Займа» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 334 190,51 руб.

Третьим лицом по делу привлечен ФИО2.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истец уточнил исковые требования, просил взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 439 890,51 руб.

В соответствии со ст. 49 АПК РФ уточненные исковые требования судом были прияты судом первой инстанции.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2019 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об удовлетворении иска, мотивируя свою жалобу несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам.

Определением от 03.03.2020 Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Старстрой», общество с ограниченной ответственностью «СТК Крафт», ФИО3, ФИО4.

Постановлением от 28.05.2020 Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд решение суда первой инстанции отменил, иск удовлетворил в сумме 385 454 руб. 26 коп. неосновательного обогащения.

Не согласившись с принятым судебном актом, ООО «Лизинг Гарант Займа» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просило постановление суда апелляционной инстанции отменить как не соответствующее нормам права, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Постановлением от 01.10.2020 Арбитражный суд Поволжского округа постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2020 по делу № А65-12671/2019 отменил, дело направил на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2020 дело № А65-12671/2019 принято на новое рассмотрение, судебное заседание назначено на 10.11.2020.

В суд, до начала рассмотрения дела по существу, от истца поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с подачей кассационной жалобой в Верховный суд РФ на постановление Арбитражного суда Поволжского округа по настоящему делу.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отказе в его удовлетворении в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Обжалование указанного постановления суда кассационной инстанции не препятствует проверке апелляционным судом законности состоявшегося по делу судебного акта.

Представитель ответчика с апелляционной жалобой не согласился.

Истец и третьи лица извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, явку представителей в суд не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрена судом в соответствии со статьей 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных в порядке статьи 123 АПК РФ о месте и времени проведения судебного заседания.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, между ООО «Лизинг Гарант Займа» (лизингодатель) и ФИО6 (лизингополучатель) 11.05.2018 г. был заключен лизинговый договор GZ-1105YM/01-01, согласно которому лизингодатель приобрел в собственность выбранное лизингополучателем имущество и передал его лизингополучателю за плату во временное владение и пользование с правом выкупа.

Предметом лизинга по договору являлся легковой автомобиль Kia Rio, 2014 г.в., г/н <***> VIN <***>. Закупочная цена предмета лизинга составила 260 000,00 рублей. Договор был заключен 11.05.2018 г. на срок 24 календарных месяца с даты подписания договора до выполнения сторонами взятых на себя обязательств, т.е. до 11.05.2020 г. (732 дня)

23 ноября 2018 года стороны подписали соглашение о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) (том 1, л.д. 94), а также акт приема-передачи транспортного средства от 23.11.2018, согласно которому лизингополучатель передал, а лизингодатель (ответчик) принял транспортное средство (том 1, л.д. 95).

Как указал ответчик, 24 января 2019 года транспортное средство было реализовано за 200 000 руб.

1 марта 2019 ФИО2 (лизингополучатель) и ООО «Республиканское Консалтинговое Агентство» заключили соглашение об уступке прав требования, согласно которому ФИО2 передал обществу с ограниченной ответственностью «Республиканское Консалтинговое Агентство» право требования неосновательно полученных денежных средств с общества с ограниченной ответственностью «Лизинг Гарант Займа» (лизингодателя).

В соответствии с п. 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

В соответствии с расчетом истца, сальдо в пользу лизингополучателя составило 334 190,51 руб.

В адрес лизингодателя 09.01.2019 г. лизингополучателем была направлена претензия с требованием оплатить сумму неосновательного обогащения. 17.04.2019 г. Истцом были направлены уведомление об уступке права и претензия с требованием оплатить сумму неосновательного обогащения.

Поскольку ответ на претензию получен не был, истец обратился в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указал, что ФИО2 ненадлежащее исполнил обязательства по договору финансовой аренды: от ФИО2 поступило всего 105 000 руб., в том числе 90 000 руб. было перечислено платежным поручением № 56632 от 26.06.2018 и 15 000 руб. было перечислено платежным поручением № 65317 от 20.07.2018; лизингодатель направлял в адрес ФИО2 телеграмму с требованием о возврате транспортного средства по причине систематических просрочек, согласно которой транспортное средство должно было быть возвращено не позднее 18.12.2018. Ответчик указал, что транспортное средство принудительно изъято 19.12.2018, о чем лизингодателем составлен акт об изъятии транспортного средства от 19.12.2018 (том 1, л.д. 16); в адрес ФИО2 было направлено уведомление о расторжении договора лизинга, датированное 29.12.2018 (том 1, л.д. 14) и уведомление об изъятии транспортного средства от 29.12.2018 (том 1, л.д. 15).

По мнению ответчика, размер убытков на дату реализации транспортного средства составляет 933 156,65 руб. (в том числе 16 380 руб. проценты и 916 776,65 руб. пени), сальдо встречных требований (задолженность лизингополучателя) составляет 892 966,14 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Как указано в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», следует, что если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Из пункта 3.4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» следует, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Условиями договора лизинга, а именно п.1. установлено, что настоящий договор является договором присоединения, заключенным согласно правилам лизинга транспортных средств, утвержденным Генеральным директором лизингодателя 01.08.2017 и являющихся неотъемлемой частью Договора (далее - Правила).

Согласно п. 2. Договора все термины и определения, используемые в Договоре, трактуются согласно Правилам. Кроме того согласно п. 3 Договора все условия, прямо не определенные в Договоре, указаны в Правилах.

В соответствии с п.7.1 Правил, Лизингополучатель уплачивает Лизингодателю Лизинговые платежи и другие платежи, предусмотренные Договором. Пунктом 7.2. Правил устанавливает, что обязательства Лизингополучателя по оплате Лизинговых платежей и иных предусмотренных платежей наступают с момента подписания Лизингополучателем Договора.

Довод ответчика о том, что автомобиль был изъят 19.12.2018, противоречит подписанному сторонами соглашению о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) от 23 ноября 2018 года (том 1, л.д. 94), а также подписанному сторонами акту приема-передачи транспортного средства от 23.11.2018, согласно которому лизингополучатель передал, а лизингодатель (ответчик) принял транспортное средство (том 1, л.д. 95).

Подлинное соглашение о расторжении договора финансовой аренды от 23.11.2018 и подлинный акт приема-передачи транспортного средства представлены в дело, о фальсификации указанных документов ответчик не заявлял.

Как видно из представленных в дело документов, в счет исполнения обязательств по договору финансовой аренды (лизинга) от 11.05.2018 поступили следующие платежи:

- 26 июня 2018 года от ФИО6 поступили денежные средства в размере 90 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 56632 от 26.06.2018;

- 20 июля 2018 года от ФИО6 поступили денежные средства в размере 15 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 65317 от 20.07.2018;

- 25 июля 2018 года от ООО «СТАРСТРОЙ» поступили денежные средства в размере 15 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 11 от 25.07.2018;

- 14 августа 2018 года от ООО «СТК КРАФТ» поступили денежные средства в размере 30 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 7 от 14.08.2018 года;

- 15 августа 2018 года от ООО «СТК КРАФТ» поступили денежные средства в размере 50 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 9 от 15.08.2018 года;

- 16 августа 2018 года от ИП ФИО3 поступили денежные средства в размере 42 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 8 от 16.08.2018 года;

- 19 сентября 2018 года от ИП ФИО3 поступили денежные средства в размере 50 650 рублей, что подтверждается платежным поручением № 5 от 19.09.2018 года;

- 19 октября 2018 года от ИП ФИО4 поступили денежные средства в размере 11 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 6 от 19.10.2018 года;

- Также 19 октября 2018 года от ИП ФИО4 поступили денежные средства в размере 30 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 12 от 19.10.2018 года.

Таким образом, по договору финансовой аренды (лизинга) № GZ -1105YM/01-01OT 11 мая 2018 года на счет ООО «Лизинг Гарант Займа» поступили денежные средства на общую сумму 333 650 рублей.

При рассмотрении дела в суде кассационной инстанции ответчик заявил, что на основании пункта 4.10 договора им не были приняты платежи от юридических лиц на общую сумму 95 000 руб.

Между тем, согласно статье 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (п. 1 ст. 313 ГК РФ)

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях:

1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства;

2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (п. 2 ст. 313 ГК РФ).

Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (п. 3 ст. 313 ГК РФ).

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 313 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он отказался принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, в случаях, когда должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства либо кредитор знал или должен был знать, что исполнение возложено должником на указанное третье лицо или такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

Вместе с тем кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное третьим лицом, и, соответственно, не считается просрочившим, если из закона, иных правовых актов, условий или существа обязательства вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункт 3 статьи 313 ГК РФ).

Кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Такое разъяснение пунктов 1–3 статьи 313 ГК РФ содержится в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении".

В силу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Буквальное содержание пункта 4.10 договора лизинга не свидетельствует о том, что обязательства по внесению лизинговых платежей должны были исполняться лизингополучателем лично, названным пунктом предусмотрено лишь право лизингополучателя не принять исполнение, предложенное третьим лицом – юридическим лицом.

Как видно из представленных в дело документов, ответчик не сообщал истцу о том, что поступившие от третьих лиц денежные средства им не принимаются.

Привлеченный в участию в деле в качестве третьего лица ФИО3 пояснил, что в интересах и по поручению ФИО2 он перечислил лизинговые платежи по договору финансовой аренды от 11.05.2018: 16.08.2018 в размере 42 000 руб. и 19.09.2018 в размере 50 650 руб., ООО «Лизинг гарант Займа» полученные денежные средства не возвращало.

Привлеченный в участию в деле в качестве третьего лица ФИО4 пояснил, что в интересах и по поручению ФИО2 им была произведена оплата по договору финансовой аренды от 11.05.2018: 18.10.2018 в размере 30 000 руб. и 18.10.2018 в размере 11 000 руб., денежные средства обратно от ООО «Лизинг гарант Займа» не поступали.

ФИО7, как бывший руководитель ООО «СТК КРАФТ», прекратившего свою деятельность, представила отзыв, которым пояснила, что в интересах и по поручению ФИО2 общество перечислило лизинговые платежи по договору финансовой аренды от 11.05.2018: 14.08.2018 в размере 30 000 руб. и 15.08.2018 в размере 50 000 руб., денежные средства ООО «Лизинг гарант Займа» не возвращало.

Ответчик доказательств возврата денежных средств, поступивших от ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Старстрой» и общества с ограниченной ответственностью «СТК Крафт» не представил.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции отклоняет довод ответчика о том, что он на основании пункта 4.10 договора не принял денежные средства, поступившие от юридических лиц, поскольку этот довод противоречит фактическим действиям ответчика.

Таким образом, общая сумма внесенных в счет исполнения договора финансовой аренды денежных средств составляет 333 650 руб.

В пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" разъяснено, что стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Согласно представленному с исковым заявлением отчету № 12/03-19 от 11.03.2019 рыночная стоимость возвращенного лизингодателю автомобиля на дату оценки (19.12.2018) составляет 500 000 руб. (том 1, л.д. 17-32).

При этом стоимость предмета лизинга по условиям договора лизинга составляла 260 000 руб., а после расторжения договора автомобиль был реализован лизингодателем за 200 000 руб.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Центр Оценки», - ФИО8, ФИО9.

На разрешение экспертов был поставлен вопрос о рыночной стоимости автомашины KIA RIO 2014 года выпуска, номер кузова Z94CD41BAFR238254, на 19.12.2018 (дата изъятия) и на 24.01.2019 (дата реализации изъятого автомобиля лизингодателем).

Из заключения эксперта № 314-19 от 09.08.2019 (том 1, л.д. 124) следует, что рыночная стоимость автомашины KIA RIO 2014 года выпуска, номер кузова Z94CD41BAFR238254, на 19.12.2018 составляла 486 000 руб., а с учетом дефектов, зафиксированных в акте изъятия предмета лизинга от 19.12.2018 – 360 000 руб. (том 1, л.д. 130); рыночная стоимость автомашины KIA RIO 2014 года выпуска, номер кузова Z94CD41BAFR238254 на дату продажи (24.01.2019) составляла 486 000 рублей.

Отменяя постановление суда апелляционной инстанции по настоящему делу от 28.05.2020, суд кассационной инстанции указал, применение рыночной стоимости предмета лизинга не соответствовало пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ, поскольку судом апелляционной инстанции не установлена недобросовестность или неразумность лизингодателя при определении цены продажи.

В силу части 2.1 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателем продавца с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует действующему законодательству (статья 421 ГК РФ, пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге»)).

При этом имущество не выбывает из владения продавца, который продолжает свою деятельность без титула собственника.

Поскольку цена договора лизинга, по сути, определяет объем обязательств продавца по возврату финансирования и уплате процентов, рыночная стоимость предмета возвратного лизинга должна быть сопоставима именно с этой ценой. В свою очередь, разница между ценами договора лизинга и договором купли-продажи предопределяется сложившимися ставками финансирования на рынке лизинговых услуг, согласованным сторонами периодом такого финансирования и иными объективными факторами.

Такая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 №307-ЭС16-3765(4,5).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции при определении сальдо взаимных требований принимает во внимание цену автомобиля, определенную в договоре купли-продажи – в размере 200 000 руб.

В силу п. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Согласно п. 3.6 указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Если сумма предоставлений лизингодателя превышает сумму встречных предоставлений (т. е. сальдо положительное), лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя образовавшуюся разницу между суммами (п. 3.2 постановления № 17). В противоположной ситуации (сумма предоставлений лизингополучателя больше суммы предоставлений лизингодателя) право на взыскание разницы появляется у лизингополучателя (п. 3.3 постановления № 17).

Если суммы взаимных предоставлений равны, считается, что ни у одной из сторон задолженность не возникла. Это означает, что стороны не вправе предъявить требования друг к другу.

Согласно пункту 3.5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

,
где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

- срок договора лизинга в днях.


При этом согласно пункту 3.4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Согласно приведенной формуле плата за финансирование по заключенному сторонами договору составляет 75,39 процентов годовых: ((653 120 – 0) – 260 000) / (260 000 * 732) * 365 * 100 = 75,39.

На дату реализации предмета лизинга размер платы за финансирование составил 139 095,74 руб.: 260 000 / 100 * 75,39 / 365 * 259 = 139 095,74

Исполняя указание суда кассационной инстанции о включении в общую сумму предоставления лизингодателем задолженности истца по плате за финансирование в размере 16 380 руб., суд апелляционной инстанции включает 16 380 руб. в общую сумму предоставления лизингодателем в составе платы за финансирование в размере 139 095,74 руб.

Согласно пункту 4.9 договора в случае несвоевременной уплаты Лизингополучателем платежей, предусмотренных графиком платежей, Лизингополучатель обязан уплатить Лизингодателю штрафную неустойку в размере 2340 рублей за каждый календарный день просрочки в течение первых 10 календарных дней просрочки и в размере 13 000 рублей за каждый день календарный день просрочки начиная с 11 календарного дня просрочки до даты исполнения Лизингополучателем соответствующего обязательства по оплате.


Ответчик заявил, что сумма пени на дату реализации автомобиля – 916 776,65 руб.

При этом согласно расчету, представленному истцом в дополнении к кассационной жалобе (том 2, л.д. 158), пени за период с 08.11.2018 по 24.01.2019 составляют 894 499 руб. из расчета: 260 000 * 10 дней просрочки * 0,0009 + 260 000 * 67 дней просрочки * 0,05 = 23 400 + 871 000 = 894 499 руб. Ответчик также заявил, что у лизингополучателя имелся накопительный остаток по пени в размере 22 376 руб. 65 коп. Общая сумма пени, по мнению ответчика, составляет 916 875,65 руб.

Между тем, при определении периода просрочки и общего размера пени ответчик не учитывает все платежи, поступившие от третьих лиц за лизингополучателя.

Оценив условия договора о сроке и размере внесения лизинговых платежей и платежей в счет оплаты выкупной цены (том 1, л.д. 9), а также все фактически поступившие, как от лизингополучателя, так и от третьих лиц, платежи (том 1, л.д. 135 – 160), суд апелляционной инстанции установил, что ответчиком допущена просрочка только за период с 12.06.2018 по 26.06.2018 – то есть за 15 дней.

На момент расторжения сторонами договора задолженности по уплате лизинговых платежей и платежей в счет оплаты выкупной цены не имелось. Так, на дату подписания сторонами соглашения о расторжении договора аренды (23.11.2018) общая сумма платежей, подлежавших внесению, составляла 163 279,98 руб., а фактически поступившая сумма – 333 650 руб. После расторжения договора обязанность по внесению этих платежей была прекращена, поэтому начисление ответчиком пени за период с 08.11.2018 по 24.01.2019 суд апелляционной инстанции находит необоснованным.

Принимая во внимание период просрочки и определенную судом итоговую сумму пени, суд апелляционной инстанции оснований для уменьшения размера пени по правилам статьи 333 ГК РФ не находит.

Сведений об иных убытках на дату продажи транспортного средства ответчик не представил.

С учетом изложенного общая сумма предоставления лизингодателя составляет 487 495,74 руб. (260 000 + 139 095,74 + 88 400 руб. = 487 495,74).

Общая сумма предоставления лизингополучателя составляет 533 650 руб. (333 650 + 200 000 = 533 650).

Разница в пользу лизингополучателя составляет 46 154,26 руб.

Поскольку судом первой инстанции при принятии решения были нарушены нормы процессуального права, что привело к принятию неправильного решения, решение суда первой инстанции на основании части 4 статьи 270 АПК РФ подлежит отмене с принятием нового судебного акта.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине в связи с рассмотрением иска и апелляционной жалобы подлежат отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.09.2019 по делу № А65-12671/2019 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лизинг Гарант Займа» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Республиканское Консалтинговое агентство» 46 154 руб. 26 коп. неосновательного обогащения, а также 315 руб. расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лизинг Гарант Займа» в доход федерального бюджета 1 238 руб. государственной пошлины по исковому заявлению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Республиканское Консалтинговое агентство» в доход федерального бюджета 10 560 руб. государственной пошлины по исковому заявлению.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Л.Л. Ястремский


Судьи С.Ю. Николаева


С.Ш. Романенко