Постановление от 23 мая 2023 г. по делу № А59-2294/2021

152/2023-19634(2)



Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А59-2294/2021
г. Владивосток
23 мая 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 мая 2023 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева, судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень (до перерыва), ФИО1 (после перерыва),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Мост»

апелляционное производство № 05АП-7126/2022 на определение от 17.10.2022 судьи Е.В. Бадмаевой

по делу № А59-2294/2021 Арбитражного суда Сахалинской области по заявлению конкурсного управляющего ФИО2

к ФИО5, ФИО3, ФИО4

о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мост» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Сахалинэнергосервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии: лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.05.2021 принято к производству заявление общества с общество с ограниченной ответственностью «Мост» (далее - ООО «Мост», кредитор, апеллянт) о признании общества с ограниченной ответственностью «Сахалинэнергосервис» (далее - должник, ООО «Сахалинэнергосервис», общество) несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении должника конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника.


Решением суда от 16.08.2021 (резолютивная часть 11.08.2021) ООО «Сахалинэнергосервис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, заявитель, апеллянт).

Конкурсный управляющий 10.01.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительными:

- договора купли-продажи от 21.06.2018, заключенного между ООО «Сахалинэнергосервис» и ФИО5 о продаже спецтехники: кран колесный КАТО, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668;

- сделки, заключенной между ФИО5 и ФИО3 о продаже спецтехники: кран колесный КАТО, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер КЛ451-0668, зарегистрированной в Ростехнадзоре 22.11.2018;

- договора купли-продажи от 13.08.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО4 о продаже спецтехники: кран колесный КАТО, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668.

Также конкурсный управляющий заявил требование о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ООО «Сахалинэнергосервис» крана колесного КАТО, 1991 года выпуска, марка КЛ45Н-V, заводской номер <***>.

В ходе рассмотрения заявления конкурсный управляющий 04.07.2022 уточнил требования просил признать недействительным договор купли-продажи от 21.06.2018, заключенный между ООО «Сахалинэнергосервис» и ФИО5 о продаже спецтехники: кран колесный КАТО, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668, применить последствия недействительности сделки в виде истребования из чужого незаконного владения ФИО4 спецтехники: крана колесного КАТО, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668.

Уточнениями, поступившими в суд 27.09.2022, конкурсный управляющий просил:

- признать недействительным договор купли-продажи от 21.06.2018 между ООО «Сахалинэнергосервис» и ФИО5 о продаже спецтехники: кран колёсный KATO, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668;

- признать недействительной сделку между ФИО5 и ФИО3 о продаже спецтехники: кран колёсный KATO, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668, зарегистрированную в Гостехнадзоре 22.11.2018;

- признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 13.08.2019 между ФИО3 и ФИО4 о продаже спецтехники: кран колёсный KATO, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451 -0668;

Также конкурсный управляющий заявил требование о применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ФИО4 обязанности возвратить в конкурсную массу ООО «Сахалинэнергосервис» кран колёсный, модель KATO, 1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668.

Судом указанные уточнения приятны к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.10.2022 признан недействительным договор купли-продажи от 21.06.2018, заключенный между ООО «Сахалинэнергосервис» и ФИО5; в порядке применения последствий недействительности сделки с ФИО5 в конкурсную массу ООО


«Сахалинэнергосервис» взысканы денежные средства в размере 7 500 000 руб.; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий, ООО «Мост» обратились в апелляционный суд с жалобами.

Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе просил определение суда от 17.10.2022 отменить в части взыскания с ФИО5 в конкурсную массу ООО «Сахалинэнергосервис» денежных средств в размере 7 500 000 руб. в порядке применения последствий недействительности сделки, а также в части отказа в удовлетворении требования конкурсного управляющего к ФИО3 и ФИО4, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего в полном объеме. В обоснование своей позиции конкурсный управляющий сослался на то, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается фактическая аффилированность ФИО3, ФИО4 и участника должника ФИО6, в связи с чем, по мнению апеллянта, судом сделаны неверные выводы об отсутствии фактической аффилированности между участниками цепочки сделок. Конкурсным управляющим и кредитором ООО «Мост» представлены достаточные доказательства фактической аффилированности, ответчиками указанные доказательства не опровергнуты, ФИО4 свои опровержения не доказал, доказательств добросовестного поведения ответчиков не представлено. При этом продажа спорного имущества производилась без размещения объявлений о продаже, что также свидетельствует о заинтересованности сторон оспариваемых сделок. Также апеллянт выразил несогласие с выводами суда о том, что не доказано наличие обстоятельств о значительном занижении цены сделок и что ответчики по сделкам от 22.11.2018, от 13.08.2019 недобросовестно действовали при совершении сделок с должником, а именно: были осведомлены о том, что должник на момент сделок действовал явно в ущерб интересов своих кредиторов. Апеллянт заявил доводы о том, что конкурсный управляющий и кредитор ООО «Мост» оспорили в судебном заседании подлинность договора займа, заключенного между ФИО4 и ФИО7, копия которого была представлена в подтверждение финансовой возможности приобретения спорной техники ФИО4 за 1 100 000 руб. Однако, суд ошибочно посчитал, что исходя из пояснений ФИО4 об отсутствии подлинника договора, для опровержения данного доказательства требовалось заявить о его фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ, в связи с чем в отсутствие такого ходатайства данное доказательства является достаточным и допустимым.

ООО «Мост» мотивировало доводы своей апелляционной жалобы тем, что стороны оспариваемых сделок не раскрыли экономическую целесообразность спорных сделок. Апеллянт указал на общность экономических отношений ФИО7 с должником, а также на наличие приятельских отношений между участниками сделок. Считает, что данные лица преследовали единственную цель – вывод ликвидного имущества должника, недопущение включения его в конкурсную массу, сохранения контроля над имуществом в интересах конечного бенефициара – ФИО5

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 и 01.12.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание по их совместному рассмотрению назначено на 05.12.2022. Впоследствии судебное заседание неоднократно откладывалось в связи с необходимостью представления лицами, участвующими в деле, дополнительных пояснений по существу спора и заявлением конкурным управляющим ходатайства о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорной спецтехники.

Поскольку апелляционным судом установлено, что 24.03.2023 в суд первой инстанции поступило заявление конкурсного управляющего о прекращении производства по делу о банкротстве ООО «Сахалинэнергосервис» в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в ходе процедуры


банкротства, определением суда от 10.04.2023 судебное разбирательство отложено на 10.05.2023, апеллянтам предложено представить в суд уточненную позицию по ходатайству о назначении по делу судебной экспертизы (поддерживается данное ходатайство или нет), с учетом подачи конкурсным управляющим в суд ходатайства о прекращении производства по делу о банкротстве со ссылкой на погашение в полном объеме требований кредиторов должника (текущих и включенных в реестр требований кредиторов должника).

Определением суда от 04.05.2023 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ в составе судебной коллегии произведена замена судьи А.В. Ветошкевич на судью М.Н. Гарбуза. Судебное разбирательство произведено с самого начала на основании части 5 статьи 18 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем судебное заседание проведено в их отсутствие в порядке статьи 156 АПК РФ.

В канцелярию суда от ФИО4, ФИО8 поступили дополнительные пояснения по апелляционной жалобе, которые приобщены судом к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Судом установлено, что к дополнительным пояснениям ФИО4 приложена копия определения Арбитражного суда Сахалинской области от 28.04.2023 по делу № А59-2294/2021, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Суд, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, рассмотрел данное ходатайство и определил в его удовлетворении отказать, поскольку документ находится в общем доступе. Документ не возвращается ФИО4 по причине его подачи в электронном виде.

В судебном заседании 10.05.2023 апелляционной коллегией на основании статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 16.05.2023, о чем лица, участвующие в деле, уведомлены путем размещения информации о месте и времени продолжения судебного заседания на сайте суда.

После перерыва судебное заседание продолжено.

Лица, участвующие в деле, не явились, что в силу части 5 статьи 163 АПК РФ не препятствовало продолжению судебного заседания.

Как указано выше, в определении от 10.04.2023 об отложении судебного заседания коллегия предложила апеллянтам представить в суд уточненную позицию по ходатайству о назначении по делу судебной экспертизы (поддерживается данное ходатайство или нет), с учетом подачи конкурсным управляющим в суд ходатайства о прекращении производства по делу о банкротстве со ссылкой на погашение в полном объеме требований кредиторов должника (текущих и включенных в реестр требований кредиторов должника).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 10.05.2022 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сахалинэнергосервис» прекращено.

Однако ни до судебного заседания 10.05.2023, ни за время перерыва никакие уточнения от апеллянтов не поступили, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу о том, что арбитражный управляющий ФИО2 и лица, участвующие в деле о банкротстве фактически утратили интерес к назначению оценочной экспертизы.

С учетом изложенного, принимая во внимание вступившее в законную силу определение суда от 10.05.2022 о прекращении производства по делу о банкротстве должника, а также установленные по делу обстоятельства, изложенные ниже в мотивировочной части настоящего постановления, коллегия пришла к выводу об отсутствии целесообразности назначения по настоящему спору оценочной экспертизы.


Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзывов на жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции признал, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в силу следующего.

Из материалов дела коллегией установлено, что 07.03.2017 должник по договору купли-продажи № 8.2017 приобрел у общества с ограниченной ответственностью «СпецТехСервис-1» самоходную машину - кран колесный КАТО KR-451H, изготовитель: Япония, 1991 года выпуска, заводской номер машины (рамы) 0668, цвет: бордовый, свидетельство о регистрации: серия СВ № 329408, государственный регистрационный знак: код 65 серия СО № 8783, дата регистрации: 20.01.2015 (далее - кран колесный КАТО KR-451H, спецтехника) по цене 2 000 000 руб.

В дальнейшем между ООО «Сахалинэнергосервис» в лице генерального директора ФИО5 и гражданином ФИО5 заключен договор купли-продажи от 21.06.2018 (далее – договор купли-продажи от 21.06.2018), по которому должник продал ФИО5 кран колесный КАТО KR-451H.

По условиям договора стоимость спецтехники составила 100 000 руб. (пункт 2.4), покупатель производит оплату до 22.06.2018 (пункт 2.5).

В соответствии с передаточным актом от 21.06.2018 продавец передал покупателю спецтехнику.

В последующем спецтехника продана:

- по договору купли-продажи от 21.11.2018, заключенному между ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель), по цене 1 000 000 руб., которую продавец получил в полном объеме;

- по договору купли-продажи от 13.08.2019, заключенному между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) по цене 240 000 руб.

Ссылаясь на то, что в результате заключения указанных договоров купли-продажи спецтехники уменьшился размер имущества должника, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника; начальные и конечные бенецифиары данной сделки являются фактически аффилированными лицами, при этом каждая последующая продажа спорной техники происходила с занижением стоимости крана, в действиях всех ее участников имелось злоупотребление правом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании цепочки сделок недействительной, как по общим основаниям, предусмотренными гражданским законодательством, так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству определением от 17.05.2021, оспоренные договоры заключены в период с 21.06.2018 по 13.08.2019, в связи с чем данные договоры, оспоренные заявителем как


единая сделка, попадают под действие пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части периода подозрительности.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пунктом 7 вышеназванного Постановления установлено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 указанного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что договор купли-продажи от 21.06.2018 заключен в условиях неплатежеспособности должника и причинил вред имущественным правам кредиторов, пришел к выводу о наличии в действиях сторон этой сделки признаков злоупотребления правом, о доказанности совокупности условий, необходимых для признания недействительным договора купли-продажи от 21.06.2018, а также к выводу об отсутствии встречного исполнения по договору со стороны ФИО5

Отказывая в удовлетворении заявления в части признания недействительными договоров от 21.11.2018, от 13.08.2019, суд первой инстанции, исходил из того, что данные сделки совершены лицами, в отношении которых не доказана аффилированность с должником, пришел к выводу об отсутствии оснований для квалификации оспариваемых сделок как цепочки единой взаимосвязанной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.


Судебная коллегия по результатам рассмотрения спора пришла к следующим выводам.

Заявитель и присоединившийся к его позиции кредитор при рассмотрении настоящего спора настаивали на том, что оспоренные три сделки не являются самостоятельными сделками, а являются одной сделкой, направленной на вывод активов должника на аффилированное с должником лицо.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 указанного кодекса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П).

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Данный подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним


лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Именно в этом заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без обращения с последующим виндикационным иском. Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Исходя из позиции заявителя о единстве оспоренных сделок, заявителю следовало доказать, что покупатели участвовали в сделках номинально (т.е. без реальной заинтересованности стать собственником имущества) и действовали в интересах лиц, связанных с должником. При этом ни заявитель, ни кредитор, присоединившийся к позиции заявителя, сторонами сделки (сделок) не являлись. Отчуждение имущества должника оспаривалось по обстоятельствам, которые недобросовестные участники сделки обычно скрывают. В связи с этим апеллянты объективно испытывали трудности с доказыванием обстоятельств совершения спорных сделок (сделки). В таком случае им достаточно указать на совокупность подозрительных (очевидно необычных для хозяйственного оборота) обстоятельств и подтвердить их хотя бы косвенными доказательствами, выстроив собственную версию развития событий по оспариваемой сделке. В ходе состязательной процедуры бремя доказывания обратного переходит на лиц, отвечающих на претензии апеллянтов, так как именно они должны располагать достоверными знаниями о сделке и прямыми доказательствами. По результатам оценки доводов и доказательств, представленных спорящими сторонами, наиболее логичная, правдоподобная и вероятная версия произошедших событий принимается судом и является фактическим основанием для последующей юридической квалификации правоотношений.

В рассматриваемом случае между должником и первым покупателем (ФИО5) имеется юридическая аффилированность, поскольку ФИО5 на момент заключения договора купли-продажи от 21.06.2018 являлся директором должника, что следует, в том числе из самого договора (ООО «Сахалинэнергосервис» в лице генерального директора ФИО5).


Кроме того, согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ФИО5 с момента создания общества является одним из двух его участников с долей участия в уставном капитале общества 50%; вторым участников должника с момента создания общества является ФИО6 (размер доли в уставном капитале 50%).

При рассмотрении настоящего спора ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции ФИО5 и иными участвующими в деле лицами не представлены доказательства передачи покупателем по договору от 21.06.2018 (ФИО5) денежных средств должнику (продавцу) в порядке оплаты стоимости спорного имущества. ФИО5 в представленных в апелляционный суд письменных пояснениях доводов о несогласии с выводом суда первой инстанции об отсутствии встречного исполнения (доказательств оплаты) по договору от 21.06.2018 не приведено.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом, исходя из сложившейся судебной практики (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16- 1475) о заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При рассмотрении настоящего спора конкурсный управляющий и кредитор в обоснование наличия связи между сторонами оспоренных сделок указали следующее:

- материалы социальной сети «ВКонтакте» свидетельствуют о дружеских отношениях ФИО3 и ФИО4 с участником должника Кимом В.Г.

В подтверждение этому в дело в суде первой и апелляционной инстанций представлены скриншоты страниц социальной сети «ВКонтакте», из которых усматривается, что ФИО3 и ФИО4 указаны в разделе «Друзья» Кима В.Г, в разделе «Записи Владислава» размещено публичное сообщение ФИО3 адресованное Киму В.Г. от 05.05.2014;

- материалы поверки КУСП 1002 по заявлению конкурсного управляющего по признакам преднамеренного банкротства содержат объяснения и опросы различных лиц о наличии между вышеназванными лицами связей и взаимоотношений.

Данная позиция заявителя подтверждается представленными в дело копиями объяснений, в частности самого ФИО3 от 06.06.2022, в которых указано, что ФИО3 знаком с Кимом В.Г. примерно с 2014-2015 гг (в связи с оказанием услуг по


настройке звукового оборудования), с ФИО4 примерно с 2013 года, а также отмечено, что приобретенный ФИО3 (у ООО «Сахалинстройинвест» согласно справке от 26.05.2022 по результатам проведенных оперативно-розыскных мероприятий, участником и директором названного общества является ФИО6) автомобиль Lexus LX550D фактически используется Кимом В.Г.

Следует отметить, что данные обстоятельства при рассмотрении настоящего спора ФИО3 не оспорены и документально не опровергнуты; ФИО4 в своих пояснениях в суде первой и апелляционной инстанции подтвердил факт своего знакомства с ФИО3

- с участием тех же лиц должником совершена аналогичная цепочка сделок по отчуждению другого ликвидного актива должника - крана колесного Kobelko.

В подтверждение заявителем в дело представлены договоры купли-продажи в отношении названного имущества, заключенные примерно в тот же период, что и оспоренные в рамках настоящего спора сделки, а именно: договор от 20.09.2018 о передаче должником имущества в собственность ФИО9, отчудившего имущество по договору от 28.11.2018 в пользу ФИО3, который, в свою очередь отчудил имущество в пользу ФИО4 по договору от 13.08.2019. При этом заявитель отметил, что ФИО9 является участником и директором ООО «СК Сахалин» (ОГРН <***>), что подтверждается общедоступными сведениями ЕГРЮЛ, в пользу которого должник по договору купли-продажи от 31.05.2019 отчудил объект недвижимого имущества (договор представлен в суд апелляционной инстанции);

- участник должника ФИО6 произвел отчуждение принадлежащего ему имущества в собственность ФИО3

В подтверждение в дело представлена выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 01.02.2023, согласно которой ФИО6 по договору купли-продажи от 18.10.2018 передал в собственность ФИО3 здание и земельный участок, находящиеся по адресу: <...>. Как указал заявитель со ссылкой на представленные в дело выписки из ЕГРЮЛ, по данному адресу в настоящее время находятся компании, подконтрольные Киму В.Г. и ФИО5 (ООО «Сахалинстройинвест», ООО «Бермудский треугольник»).

Также при рассмотрении настоящего спора заявитель в суде первой и апелляционной инстанции указал на отсутствие экономической целесообразности в совершении спорных сделок для ответчиков и на отсутствие доказательств осуществления оплаты по оспоренным сделкам со стороны покупателей. Так, конкурсным управляющим со ссылкой на представленные в дело сведения из Гостехнадзора отмечено, что для ФИО3 и ФИО4 приобретение специализированной техники не свойственно, так как на названных лиц оформлены лишь два крана, ранее принадлежавших должнику, приобретенные по указанным выше сделкам.

Определениями от 11.01.2023, 13.03.2023 апелляционный суд предложил ФИО4 и ФИО3 представить в суд доказательства фактического использования ответчиками спорного имущества, предложив при этом ФИО4 представить доказательства использования техники на объектах ФИО7 – лица, предоставившего ФИО4 заемные денежные средства для приобретения у ФИО3 указанных выше двух кранов, по пояснениям самого ФИО4 (учитывая, что такие доводы были приведены ответчиком в пояснениях от 05.07.2022), и дополнительные письменные пояснения относительно экономической целесообразности для ФИО7 заключения договора займа; письменное обоснование мотивов приобретения ответчиками спорной специальной техники (в частности о необходимости ее использования в личных или иных целях, учитывая довод заявителя о том, что иной спецтехники, кроме ранее принадлежащей должнику, ответчики не приобретали). Этим же определением апелляционный суд предложил ФИО3 и ФИО5 представить пояснения, при каких обстоятельствах совершена сделка между ФИО3 и ФИО10


Э.И. (в частности: об источниках информации у ФИО3 о продаже ФИО5 спорного имущества).

Раскрывая обстоятельства приобретения спецтехники, ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу указал, что ФИО5 и ФИО6 учредили ООО «Стройэнергосервис», ФИО5 был назначен генеральным директором, однако управление обществом осуществлялось обоюдно. К 2018 году ООО «Сахалинэнергосервис» фактически прекратило деятельность и участие в строительных подрядах. ФИО5 в 2018 году времени фактически переехал в Приморский край для управления другими организациями и на территории Сахалинской области появлялся редко, дальнейшую судьбу спецтехники, а именно крана КАТО (1991 года выпуска, марка KR45H-V, заводской номер KR451-0668) определял ФИО6 По его указанию ФИО5 переоформил кран сначала на себя, впоследствии по указанию Кима В.Г. ФИО5 переоформил кран на ФИО3 Также ФИО5 указал, что ФИО3 и ФИО4 ему хорошо знакомы, так как являются очень хорошими друзьями Кима В.Г. Как раз в 2018 году из-за судебных споров и финансовых проблем ФИО6 переоформил на ФИО3 часть своего личного имущества и имущество своих компаний, в том числе была переоформлена недвижимость по адресу <...>, а также автомобиль Eexus EX550D.

Каких-либо пояснений от ФИО3 в суд апелляционной инстанции не поступило, несмотря на неоднократные отложения судебных заседаний. При рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО3 также не представлены ни доказательства, ни пояснения относительно причин приобретения ответчиком спорной спецтехники, ее использования в своей деятельности.

ФИО4 в дополнениях от 17.02.2023, представленных в апелляционный суд, указал на то, что он оказывает услуги по предоставлению спорной спецтехники по часовым ставкам частным лицам путем размещения своих контактных данных в группах сети «Телеграмм», «WhatsApp», при этом какие-либо договорные отношения не оформляются, расчет производится наличными денежными средствами.

Однако документальное подтверждение своим доводам ФИО4, например, переписку в названных им мессенджерах, документы о несении им расходов на ремонт техники, заправку ее топливом и т.д., в дело не представил.

Более того, как отмечено выше, при рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО4 в пояснениях от 05.07.2022 указал на то, что спецтехника систематически предоставлялась им ФИО7 для работы на объектах последнего (в пояснениях приведена ссылка на то, что заем ФИО7 для приобретения ФИО4 техники был предоставлен на условиях, что в дальнейшем с использованием этой техника ФИО4 будет оказывать услуги ФИО7).

Вместе с тем, доказательств данным доводам ФИО4 в дело также не представлено.

С учетом изложенного, коллегия пришла к выводу о том, что ответчиками в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнуты доводы заявителя об отсутствии какой-либо экономической целесообразности для ответчиков в приобретении спорной техники.

Кроме того, указанными выше определениями об отложении судебных заседаний апелляционный суд предложил ФИО3 представить письменное документально подтвержденное обоснование наличия у него финансовой возможности для оплаты стоимости спорной спецтехники (по условиям договора от 21.11.2018 цена сделки определена в сумме 1 млн. руб.).

Как указано выше, каких-либо пояснений от ФИО3 в суд не поступило, что свидетельствует о том, что последний фактически устранился от опровержения приведенных заявителем доводов.

При таких обстоятельствах, учитывая имеющиеся в деле косвенные доказательства наличия связи (дружеской) между участником должника и ФИО3,


ФИО4, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств фактического использования названными лицами спорной спецтехники, отсутствие в деле доказательств осуществления оплаты по договорам от 21.06.2018, 21.11.2018, пояснения ФИО5 об обстоятельствах совершения оспоренных сделок, коллегия пришла к выводу о том, что заявителем представлены достаточные доказательства единства всех трех сделок, участие в которых со стороны покупателей являлось номинальным, и направленности прикрываемой сделки на вывод активов должника в пользу аффилированных с ним лиц. Надлежащих доказательств, опровергающих эту позицию, ответчикми в дело не представлено.

С учетом изложенного коллегия отклоняет как не имеющий правового значения для разрешения настоящего спора довод ФИО4 о наличии в его распоряжении денежных средств, необходимых для оплаты по договору от 13.08.2019. Поскольку ФИО4 не доказано фактическое использование им спорной спецтехники в своих личных интересах, коллегия критически относится к представленным в дело ФИО4 доказательствам его финансовой возможности для осуществления оплаты по договору от 13.08.2019, в частности к копии договора займа между ФИО4 и ФИО7 (при том, что оригинал данного договора ответчиком не представлен со ссылкой на его утрату).

Поскольку на момент совершения еще самой первой сделки (21.06.2018) у должника имелась задолженность перед кредиторами, в том числе перед обществом с ограниченной ответственностью «Бизнес-Формат» в размере 10 000 000 руб. по договору займа от 28.12.2017 № 5, договору уступки прав требований (цессии) от 15.01.2018 со сроком возврата 28.03.2018 (определением от 22.08.2022 требования которого признаны подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве), в результате совершения прикрываемой сделки должник лишился ликвидного актива, за счет которого могли быть погашены требования его кредиторов, без какого-либо встречного предоставления, что свидетельствует о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинении такого вреда, при этом презюмируется осведомленность сторон сделки как заинтересованных с должником лиц об этой цели, коллегия пришла к выводу о доказанности совокупности условий для признания сделок как единой сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применении последствий недействительности сделок в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Однако, как следует из материалов дела, определением суда от 10.05.2023 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено.

В пункте 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что если в рамках дела о банкротстве суд рассмотрел заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, заявление о привлечении лица к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона о банкротстве или требование кредитора в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве и принял по результатам его рассмотрения определение по существу, то последующее прекращение производства по делу о банкротстве не препятствует рассмотрению апелляционной или кассационной жалобы на указанное определение, а также заявления о пересмотре в порядке надзора этого определения. Если в таком случае суд вышестоящей инстанции отменит ранее принятое определение, то названные заявления подлежат оставлению этим вышестоящим судом без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

В этой связи, с учетом установленных апелляционным судом обстоятельств определение суда первой инстанции от 17.10.2022 подлежит отмене, а производство по


заявлению конкурсного управляющего о признании сделок недействительными - оставлению без рассмотрения.

На основании пункта 1 статьи 149 АПК РФ, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная апеллянтами при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 17.10.2022 по делу № А59-2294/2021 отменить.

Заявление конкурсного управляющего ФИО2 оставить без рассмотрения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Мост» из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (три тысячи) рублей, уплаченную по платежному поручению от 21.11.2022 № 73.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Сахалинэнергосервис» из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (три тысячи) рублей, уплаченную по платежному поручению от 20.10.2022 № 5.

Выдать справки на возврат государственных пошлин.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий Т.В. Рева

Судьи М.Н. Гарбуз

К.П. Засорин

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 02.03.2023 22:04:00Кому выдана Рева Татьяна Васильевна